А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Сейчас никто не верит ни в государство, ни в силу закона. Каждый защищается, как может.
- Так я все же вас переубедила?
- Не знаю, что вам и сказать, Алла. В общем-то, месть имеет очищающую функцию и помогает восстановить справедливость. Совсем недавно я говорила это Светлане. Кстати, она больше ко мне не приходила. Вы не в курсе, удалось ли ей осуществить свою месть?
- Да, и весьма изящно. Получилась замечательная маленькая женская месть. Но у Светы другой случай. Ей нанесли оскорбление - она красиво отомстила. А тут лишили жизни ни в чем не повинную женщину. Да и ребенок остался сиротой. Неужели вы и тут будете стоять на своей позиции - нельзя наказывать подонка физически? Светлане же вы посоветовали отомстить.
- У неё совсем другой характер, Алла. Светлана никогда не применит физических методов воздействия. Она пришла ко мне посоветоваться и была очень подавлена, потому что ситуация её угнетала. Света потеряла уверенность в себе и считала себя униженной. Я не сомневалась, что ничего криминального она не совершит, и потому рассказала ей о положительных и отрицательных последствиях мести. И Светлана поступила в точности в соответствии со своим характером - красиво, чисто по-женски отомстила мужчине, нанесшему ей оскорбление. Но вы же этим не ограничитесь.
- Не ограничусь, - согласилась Алла. - И даже не ограничусь ударом по зубам. Это слишком слабо для этого подонка.
- Я вас понимаю, но, разумеется, не могу одобрить вашего намерения.
- Но хотя бы не осуждайте, ладно?
- Разве я могу вас осуждать? Психиатры вообще никогда не осуждают своих пациентов, потому что все их поступки проистекает из особенностей их характера или психического заболевания.
- Лидия Петровна, а скажите, как бы вы поступили на моем месте?
Психиатр вздохнула и посмотрела на нее, а потом улыбнулась.
- Я не могу ответить вам со всей определенностью.
- Да я уже и так все поняла, - рассмеялась Алла. - Вы поступили бы примерно так же, как и я, но не можете этого сказать, потому что вы врач, а я ваша пациентка.
- Я расскажу вам известный случай. Однажды зарубежная журналистка пришла интервьюировать известного психиатра-женщину, которая специализировалась на лечении пациентов с сексуальными девиациями, иначе именующихся извращениями. И та рассказала ей случай об одной паре, где мужчина-садист истязал свою партнершу. В своих научных статьях психиатр была вполне лояльна к людям с девиантным сексуальным поведением, и в интервью тоже говорила обтекаемыми фразами, дескать, их нужно лечить и прочее. И только когда журналистка выключила свой диктофон, психиатр сказала: "Лично я на месте этой истязаемой женщины дала бы ему по яйцам и постаралась впредь держаться от него подальше". Вульгаризм привожу дословно.
- Намек поняла, - сказала Алла, вставая.
В полдень пришла ещё одна женщина, назвавшаяся Серафимой.
- Можно просто Сима, - сказала она с обезоруживающей улыбкой, узнав, как зовут присутствующих.
- Сима, нам нужно съездить в агентство "Ритуал", заказать цветы, венки и прочее, - сказала Олеся.
- Тогда я не буду раздеваться.
Олеся оделась, и они вышли из квартиры.
- Давайте дойдем до моего дома, там у меня машина. Это близко, минут десять ходьбы. Я-то думала, что нужно просто помочь по дому, потому пришла пешком.
- Давайте, - согласилась Олеся.
До дома Симы они дошли молча. Это и в самом деле оказалось близко. На небольшой стоянке напротив подъезда стоял припорошенный снегом "Рено".
- Опять буду мучиться с замком, примерз, наверное, - сказала Сима, доставая ключи. Но, к счастью, с замком ей удалось справиться сразу. Садитесь, Олеся, - пригласила она, сев первой и открыв правую дверцу.
"Самаритянка" села и потопала замерзшими ногами.
- Сейчас включу печку, согреетесь. Машина у меня старенькая, уже вся сыплется, но печка пока работает.
Подождав, пока в салоне станет тепло, Сима вышла и обмела заснеженное ветровое стекло щеткой.
- А вы Валина подруга? - спросила она, выезжая со двора.
- Нет, я подруга её подруги Тамары. Она попросила помочь, и я пришла.
- Получается, Валюшу провожают одни женщины...
- Да, - грустно подтвердила Олеся. - А вы знаете её мужа?
- Никогда не видела, но слышала от Вали.
- Правда, что он редкий мерзавец?
- Редкостный, - подтвердила Сима. - Унижал её, издевался. Хоть и ушел к другой женщине, но все равно приходил трепать ей нервы, требовал поделить квартиру. Но Валя почему-то не соглашалась на развод, вот он и злился, что не может разменять её квартиру. Теперь все ему достанется.
- Да ну! Думаю, что удастся защитить интересы Валиной дочери.
- Если б она не наложила на себя руки, мы бы успели ей помочь.
- А теперь не будете ей помогать?
- Не знаю. Не мне решать.
"Субординация у них, что ли?.. - подумала Олеся. - Кто-то решает, другие выполняют".
- Вообще-то я постараюсь помочь, хотя бы ради её дочки, - сказала Сима. - Жалко девочку.
- А вы Валю хорошо знали?
- Более-менее. Она ведь скрытная была, о себе рассказывала мало. Вначале я пыталась её разговорить, а Валюша отмалчивалась. Потом уж, когда она поняла, что мы хотим ей добра, немного рассказала о себе. Да и то, я думаю, лишь самую малость.
- А где вы с ней познакомились?
- Да случайно. Как-то зашла в магазин, а Валя стоит у кассы и мелочь на ладони считает. Не хватало ей на что-то. Смотрю, она так бедно одета, вид у неё несчастный. Я подошла и говорю: "Давайте я за вас заплачу. Что вы хотели купить?" А Валя отшатнулась от меня, покраснела, отвернулась и тихо отвечает: "Спасибо, ничего не надо". Получилось, будто я ей милостыню подаю. Я тоже растерялась, думаю, неловко получилось, зачем я её так унизила. Ведь есть люди неимущие, но гордые, копейки ни у кого не возьмут. Валя сразу вышла из магазина, а я за ней. Догнала её и говорю: "Вы извините меня, я не хотела вас обидеть. С моей стороны бестактно получилось. Но я считаю, что люди должны помогать друг другу. Я просто хотела помочь. Хотите, дам вам взаймы, а вы отдадите, когда сможете?" Протянула ей свою визитку, она взяла и заплакала. Я стала её утешать, спросила, что случилось. А Валюша так горестно отвечает: "Вот до чего я дожила...". Я решила не расспрашивать, надеялась, что она сама потом расскажет. Мы дошли до моего дома, он как раз по пути, и я пригласила её к себе, чайку попить, погреться. Не на улице ж разговаривать. Валя согласилась. Посидели у меня, я немного рассказала о себе. Валюша сказала, что у неё дочка семи лет, но живет не с ней, а с её тетей, а она по ней очень скучает. Я поняла, что у неё нет денег, чтобы навестить дочку. Думаю, она как раз подходит для нашего Клуба, одинокая, мы ей поможем. Предложила как-нибудь прийти. Валя вначале отнекивалась, потом дала мне номер своего телефона, я несколько раз ей звонила, и она ко мне заходила. К себе Валя никогда не приглашала. Потом уж я поняла, что она боялась мужа. А где-то через месяц я привела её в наш Клуб. Валя очень стеснялась. У нас все женщины очень уверенные в себе, хоть проблемы у них тоже есть, а она на их фоне чувствовала себя скованно. Валя не каждый раз к нам приходила, видимо, из-за мужа. Когда она про него рассказала, я многое поняла. Но даже не подозревала, что ей так плохо. После вчерашнего звонка её сестры я была в шоке. Удивляюсь, почему Валя мне все не рассказала, раз решилась на такое. Уж я бы что-нибудь придумала. Не бывает безвыходных ситуаций.
"Хорошие женщины в этом Клубе, - подумала Олеся. - Никакая это не секта. Просто собираются одинокие женщины, чтобы помочь друг другу, если у них трудности".
- Неужели вы тоже одиноки, Сима?
- Да. А почему вы удивляетесь?
- Вы такая хорошая. Как же не нашелся человек, который вас оценил?
- Спасибо за добрые слова, - улыбнулась Сима. - А сами-то вы замужем?
- Да.
- Счастливы в браке?
- Да, я люблю своего мужа.
- А он вас?
- Он тоже меня очень любит. И дочка у нас замечательная, Мариночка, ей скоро тринадцать.
- Ну, тогда вам повезло. В нашем Клубе вам делать нечего.
- Почему?
- Всех наших обидели мужчины, и они на них злы. А вы счастливая. Представьте, вы будете рассказывать, как хорошо живете с мужем, а другим-то будет обидно.
- А вас тоже муж обидел?
- Да. Он меня бросил.
- Мне трудно в это поверить.
- Потому что я хорошая? - улыбнулась Сима.
- Ну, конечно! Разве хороших жен бросают?
- Всяких бросают, - сразу погрустнела Сима. - Не дай Бог вам это пережить.
- Я надеюсь, что этого не случится.
- Я тоже надеялась. Вернее, даже была уверена, что этого никогда не случится.
- И что же произошло?
- Он нашел другую, помоложе.
- И всего-то?
- Это вам кажется - и всего-то. А для мужчины важно, когда его спутница молода.
- Ну, имел бы молодую любовницу, лишь бы вы об этом не знали.
- Видно, она не захотела быть всего лишь в статусе любовницы.
- Он на ней женился?
- Да, сразу же. Уже ребенку два года.
- А у вас дети есть?
- Есть, двое. Но они уже взрослые, живут отдельно, у обоих свои заботы. А я осталась совсем одна.
- Разве дети к вам не приходят?
- Приходят. Пару раз в месяц. А что делать остальные двадцать шесть вечеров и выходные?
- А вы в Клубе каждый вечер собираетесь?
- Нет, конечно. Два, иногда три раза в неделю. Но нам этого хватает. Мне кажется, что члены нашего Клуба, как и я, посмотрев на других, которым тоже по вине мужчин не сладко пришлось, испытывают своеобразное облегчение. Вот мы и собираемся, чтобы не пропасть поодиночке.
- Вы, я вижу, состоятельная женщина?
- Ну, не сказать, чтобы состоятельная. Средний класс, как сейчас принято говорить. Квартира неплохая, машина, хоть и не новая, но на ходу, зарабатываю прилично. И детей обеспечила жильем. Грех жаловаться.
- Детям тоже вы покупали квартиры?
- А кто же?
- Почему же муж не помог?
- А мы ему стали не нужны. Он теперь новой жене строит счастливую жизнь и все ей отдает. А наши дети уже совершеннолетние, так что от алиментов он избавлен.
- Вы совсем с ним не видитесь?
- Совсем. Даже с днем рождения не поздравляет.
- Так плохо расстались?
- Да как вам сказать... Конечно, я не хотела развода. Надеялась, что он перебесится, нагуляется. А муж уперся - развод и точка. Вы знаете, бывали моменты, когда мне хотелось его убить, так было обидно. Двадцать девять лет прожили, серебряную свадьбу справили, - и все псу под хвост.
- Но вы так хорошо выглядите, Сима. Еще выйдете замуж.
- Ни за что! Еще одного предательства мне не пережить. Это я сейчас немного пришла в себя, стала себя любить, холить и лелеять. А видели бы вы меня три года назад! Я превратилась в старуху. На все было наплевать. Лежала, ко всему безразличная. То плачу, то строю планы мести, то умоляю его не бросать меня. Никогда не думала, что Гоша может быть так жесток. Будто и не было стольких совместно прожитых лет...
Эта женщина все больше нравилась Олесе. Она давно уже отказалась от своей основной цели, решив, что никакой опасности члены этого Клуба одиноких и несчастных женщин не представляют, и теперь поддерживала беседу из сочувствия и женской солидарности.
- Я не хотела снова бередить вам душу, Сима. Если не хотите, не рассказывайте.
- Да нет, сейчас мне уже не тяжело об этом говорить. Это раньше я стыдилась. Мне казалось, что в случившемся есть моя вина. Я судорожно искала, чем же я виновата перед ним, почему он меня бросает. Мы неплохо жили, был достаток, росли дети. В общем, ничто не предвещало разрыва. И вдруг - как гром среди ясного неба, Гоша говорит: "Я полюбил другую и ухожу к ней". Я год не могла прийти в себя. Если бы не наш Клуб, не знаю, как выжила бы.
- Неужели дети вас не поддержали в трудную минуту?
- Они заняли какую-то непонятную позицию. Успокаивали меня, что все обойдется. А что может обойтись, когда их отец меня бросил? К этому можно со временем привыкнуть, но смириться с этим невозможно, сколько бы ни прошло лет. Будто я старая половая тряпка, которую использовали и за ненадобностью выбросили, потому что купили другую, новую.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52