А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


- Парень, замеченный с женщиной в машине?
- Да. Молодой, темноволосый. Мы только что получили сообщение из местного магазина одежды - в основном из дорогого материала. Парень лет двадцати восьми, привлекательный, итальянец или еврей, купил кашемировую куртку, похожую на ту, что оставила волокна на кустах над местом взрыва.
- Подходит к тому, что мы знаем о Колини. Одежда в его комнате первого класса, пошита на заказ.
- ФБР получило приказ на розыск. Вероятно, они его найдут.
- Но один человек не устраивает гангстерской войны. Он, должно быть, один из наемных убийц - этот Колини - но я не думаю, что он убил семерых в разных концах страны за двадцать четыре часа.
- Пока оставим это. Итак, у нас есть одно имя из коллекции, Джонни Колини. У нас есть приметы, и они подходят к Джонни Колини. Он может быть из мафии, жертвы могут быть мишенью мафии в преступном синдикате. И мы знаем, что синдикат разыскивает Джонни Колини.
Трехсторонний диалог перешел на технические вопросы касательно поимки белого американца, вероятно, итальянского эмигранта, между двадцатью пятью и тридцатью, хорошо одетого, возможно, в серой кашемировой куртке, возможно, вооруженного автоматическим пистолетом "беретта", возможно, опытного подрывника, и очень опасного.
Подобное описание получили все спецагенты Федерального Бюро Расследований по всем Соединенным Штатам. Агентов вызывали из маленьких городов в те, где была сильная мафия, в помощь полиции.
А в мафии царила паника.
Любая война гангстеров вызывает повальное законопослушание. В Майами и Чикаго все остановилось. Кости и азартные игры затихли в Голливуде, в крупных заведениях Джерси, Саратоги и Вейна. Толедо затих, а известное местечко через реку от Цинцинати закрылось "до лучших времен". Их примадонна была нанята через Леннета Крэндала.
Пешки мафии, управляющие игорных точек, девочки по вызову, подрывники, шантажисты, вымогатели, накачанные мальчики, букмекеры пожимали плечами и говорили: "- Становится жарко".
Они находили норы - апартаменты голливудских отелей и район Макартур Парк в Лос-Анжелесе, старые квартиры вдоль Пост и Джиари в Сан-Франциско, север Линкольн Парк и вдоль Диабон Парквей в Чикаго, затхлые отели в Сороковых Манхэттена - и заползали пережидать, пока все уляжется.
Защита сработала, как раскрывающийся зонтик, в то время как органы капитаны полиции, члены административных советов, лидеры партий, шерифы, советники - гадали, что происходит в мафии. Это была ночь Большой Жары, когда агенты ФБР в темно-синих костюмах, серых фетровых шляпах и на черных "шеви" или "фордах" проводили облаву, и делали это тщательно.
И крупные фигуры мафии заползали в норы - двойные апартаменты на востоке Сентрал Парк, домики на берегах Тахо, загородные поместья в сорока милях от Чикаго.
Мертвые были слишком известны. Луис Мерфи, Оби Хиндз, Бен Фрэнд, Леннет Крэндал в один день - это были слишком крупные фигуры. Слишком значащие.
В голове у каждого аутсайдера крутилось "Орден". Было похоже, что Братья хотят добраться до каждого.
В маленьком городке южного Иллинойса Баг Элмер, племянник Оби Хиндза, влетел в кафе "Каза Аморе" и застрелил Доминико Коста и Джека Амадео, потому что те были известны как члены Ордена. Багу достался почти такой же нрав, как и его дядюшке. Месяцем позже Бага скрутили проволокой, облили бензином и подожгли.
Но в основном аутсайдеры мафии не высовывались.
Ухо мафии в управлении полиции Нью-Йорка доложил Мусии, что из Вегаса поступил телетайп на Джонни Колини. Мусия не догадался, что это была их собственная "утка", возвращенная по другому каналу.
Мусия неистово искал Джонни в Нью-Йорке и на востоке. В отеле его не было. Девушки в квартире - тоже, и, прознав, где она работает, Мусия выяснил, что она уехала.
Еще не время было нашептать в ухо детективу о девушке по имени Дэа Гинес. Пока на неё нечего было подкинуть.
Но, если мафия не может найти Колини, может, полиция найдет Дэа Гинес?
В крупных городах, да и во многих небольших, соглашение о поддержке между мафией и полицией было непрочным и ненадежным, не считая тех, где политики служили прочным мостом между ними, как в Чикаго, в Атлантик-Сити, Канзас-Сити, в Сент-Поле.
Быть признанным мафией - это сделки по наркотикам; грабежи сейфов и складов; деньги, меха, драгоценности, ликер и сигареты; пари на лошадях, поединках, матчах бейсбола и футбола; шантаж и вымогательство; грязные фильмы, книги, фото и записи; агенства по вызову; вытягивание просроченных долгов и перевод их на другие счета; управление ночными заведениями и алкогольным производством. Прибыль со всего этого можно было получать только с благословления мафии. Без него вами займутся крепкие парни.
На некоторые отрасли этого бизнеса копы не обращали внимания, с другими боролись достаточно свирепо, чтобы вытолкнуть дельцов в Данмор, Сан-Квентин, Стейтсвил или Джексон*. Некоторым копам мафия платила, некоторым мешала.
(* названия крупнейших тюрем - прим. пер.)
Иногда мафия давала взятку закону, и часто закон помогал мафии.
Мастера Ордена нью-йоркского клана собрались вместе.
Случилось это в банкетном зале маленького ресторана на востоке Лексингтон авеню. Больше двадцати лет он был местом встреч великих фигур Ордена.
Напротив ресторана был бар и обыкновенная забегаловка. В банкетный зал вел коридор, заканчивающийся запертой дверью, у которой стояли три молодца с пистолетами. Охрана стояла час до встречи, во время встречи и час после. За коридором была вторая дверь, стальная, и запертая на стальной засов. Два из трех независимых запасных выходов вели в прилегающее здание, один - в здание на соседней улице.
В банкетном зале не было ничего необычного. Три длинных стола со свежими белыми скатертями, недорогие стулья. Вокруг одного из столов сидели пятеро мужчин. Считая троих с пистолетами и двух на каждом запасном выходе, встречу пятерых охраняли одиннадцать. Это не было специальными мерами предосторожности, таков был обычный ритуал Ордена. Такой же караул стоял на встречах в Палермо двести лет назад, когда у охранников не было ничего, кроме ножей. Караульные посты олицетворяли престиж и честь для выбранных молодых людей, это была одна из ступенек в иерархии клана.
Пятеро за столом расселись по положению. Сначала - худой мужчина лет шестидесяти, с узким лицом и большим, крючковатым носом, с длинными, густыми седыми волосами. Уже много лет он владел похоронным бюро в Бруклине. Бюро находилось на первом этаже старого многоэтажного дома, и на нем висела все та же деревянная вывеска с золотыми буквами на черном фоне, что и сорок лет назад.
Его не интересовала ни мафия, ни возможность делать деньги, которые давало ему положение в Ордене. Для него Орден был священен.
Для него Орден был способом жизни. Как Мастеру и Великому Мастеру, ему приходилось в силу природы вещей решать вопросы жизни и смерти. Некоторых людей он приказывал убить, но для блага Братства, а не своей выгоды. Он руководил вымогательством десятков тысяч долларов у богатых сицилийских дельцов и торговцев - денег в сокровищницу Ордена. Он отдавал приказ на похищение детей, иногда у таких высокоуважаемых людей, как видные врачи. Но все это было для блага Братства, как повелось на Сицилии уже тысячи лет.
Члены Ордена составляли ничтожный процент от семей Сицилии, как на родном острове, так и в Америке. Орден начинался как защита семей, источник милостей для всех семей, и он был частью Братства, которая значила для Гробовщика больше всего. Орден показывал силу, когда подчинял себе организованную преступность.
Благодаря своей чистоте и гордости, своей безжалостности, бесконечной преданности Братству, Гробовщик был самым влиятельным лидером Ордена в Соединенных Штатах. Хотя на закате жизни он и владел меньше чем пятью тысячами долларов.
Майк Сантанджело был следующим по влиянию, хотя даже его собственные бухгалтеры не могли подсчитать его состояние.
Третий контролировал почти всю оптовую торговлю фруктами и овощами Нью-Йорка. Через Орден он финансировал бизнес мафии - героин, некоторые кражи и угоны грузовиков. Как и все крупные фигуры, он ничего не видел, ничего не слышал, и только получал деньги от этих сделок.
Четвертый владел двадцатью фабриками готового платья и был магнатом индустриальных районов Манхэтена и Джерси. Из пятерых только он и Мороженый убивали людей своими руками.
Пятый владел ночными клубами и ресторанами и делал пятьдесят миллионов в год. Как и все здесь, исключая Гробовщика, он имел власть как в Ордене, так и в мафии.
После того, как Гробовщик изложил обычные дела Братства, вложенные деньги, благотворительность, маленькие человеческие проблемы, он повернулся к Сантанджело.
- У дона Сантанджело есть важное сообщение, - сказал он.
Мороженый кивнул.
- Важное сообщение. Сюда приехал Брат из Сицилии. Он не оказал нам уважения, хотя я и связался с ним. Он убил наших деловых партнеров без указания или разрешения.
- Мерфи и Бен Фрэнд? - спросил владелец клубов.
- И человек по имени Хиндз.
- Почему? В чем причина?
- Этот человек - Джулиано.
Гробовщик удивился даже больше, чем остальные трое.
- Джулиано - из Сицилии? Полиция убила его два года назад.
- Это было подстроено Колини.
Король продуктового рынка прищурился.
- Колини стоит за этими убийствами? Чего он хочет?
- Что осталось старику? Власть, - ответил Гробовщик.
- Он забыл, что мы работаем сообща?
Сантанджело кивнул тяжелой головой.
- Молодой человек жаден до власти. Сейчас я уверен, что он сделает все, что велел Колини - на что Колини его натаскал. Но Джулиано не пес Колини. Колини подослал нам тигра.
- Старый Колини спятил, - сказал обезьяноподобный владелец одежных фабрик. - Он владеет половиной денег мира. Он живет, как Цезарь, в своем дворце. Я знаю. Я был там.
Сантанджело объяснил.
- Этот человек мой друг и мой Брат. Он сидит там, в Риме, и вспоминает людей, которых ненавидел, вспоминает удовольствие наводить страх.
- Да, - сказал обезьяноподобный. - И Колини это очень любит. Деньги для него никогда ничего не значили. Только ради власти, чтобы разорвать на куски, заставить ползать, приказать убить, потому что вы ему не нравитесь. Он был кровожадным, безумным сукиным сыном.
- Братом и Великим Мастером, - добавил Гробовщик.
Обезьяноподобный вскинул глаза с Гробовщика на Мороженого.
- Ты знаешь, в каком смысле я говорю, - извинился тот.
- Но тигр Колини не останется ручным, - продолжил Сантанджело. - Мы должны приручить его. Иначе придут его люди, по двое и по трое, прячась по трюмам или работая матросами, пока он не перетащит всю армию своих молодцев с гор в Америку.
- Парни у нас на родине дикие - как и мы когда-то, - сказал владелец клубов. - Но некоторые из них Братья.
- Они молоды. Они больше преданы Джулиано, чем Ордену.
- Дни повальных убийств прошли. Не время для большого террора молодых убийц.
- Они не знают, что те дни прошли. Джулиано хочет добраться до вершины только одним ему известным способом. И делает это.
- Пошли карателей. Сегодня же.
- А старик? Мой друг и Брат, который хочет моей смерти? спросил Сантанджело.
- Твоей? Вы выросли вместе. Вы обязаны друг другу жизнью.
- Колини нужно все, - улыбнулся Сантанджело. - Мы оба богаты и могущественны. Он думает об этом по ночам. Кроме того, он послал Джулиано убить меня. Я уверен в этом.
Он покачал головой.
- Когда нам было по девять, мы дрались в переулке за Тейлор Стрит в Чикаго. Дрались до тех пор, пока уже не могли поднять руки. Он хочет окончить эту драку. Он хочет выиграть её, прежде чем умрет.
Четверо кивнули. Они поняли.
- Но что насчет Бена Фрэнда? У Джонни Колини нет ничего против Бена Фрэнда.
- Он хочет навести ужас на наших партнеров.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22