А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Качиркова Эва

Предсказание прошлого


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Предсказание прошлого автора, которого зовут Качиркова Эва. В электронной библиотеке lib-detective.info можно скачать бесплатно книгу Предсказание прошлого в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать онлайн электронную книгу: Качиркова Эва - Предсказание прошлого без регистрации и без СМС

Размер книги Предсказание прошлого в архиве равен: 143.66 KB

Предсказание прошлого - Качиркова Эва => скачать бесплатно электронную книгу детективов



OCR Busya
««Современный чехословацкий детектив», сборник»: Радуга; Москва; 1990
ISBN 5-05-2558-3
Аннотация
В настоящий сборник включены произведения, в детективном жанре рассматривающие существенные стороны жизни чехословацкого общества. Героиня повести «Предсказания прошлого» чешской писательницы Э. Качирковой, живущая по эгоистическим нормам прошлого, проходит неслучайный путь от звериной алчности до кровавого преступления.
Эва Качиркова
Предсказания прошлого
На Коелский аэродром тяжело, как грузный, осоловелый шмель, спускался с лазурного неба вертолет. Вот он исчез за деревьями. Солнце пробивалось сквозь кружево молодой, еще не запыленной листвы, и под его лучами полоса шоссе, темная от утреннего дождя, быстро светлела. Приземистые военные казармы за оградой смотрелись чистенькими живописными домиками. Из ворот гуськом промаршировал взвод солдат в маскхалатах. Внезапно двое из них размашистыми прыжками ринулись через шоссе.
Я нажал на педаль. Мощные тормоза, испытанные на шестидесяти тысячах километров, остановили машину метрах в тридцати. Виновники весело скатились на молоденького младшего сержанта, а тот, побелев от напряжения и злости, исступленно орал на них с противоположной обочины. Взглянув на меня, он умолк и вроде как в благодарность откозырял. Моя рука невольно потянулась ответить тем же. И лишь в последний момент, спохватившись, я изобразил этакое неопределенное помахивание. Девушка, сидевшая возле меня, хихикнула.
Оба солдатика в своих пестрых одеяниях, с улыбками до ушей напоминали лягушат-прыгунов. Девушка улыбнулась им. Ухмылки на их лицах сменились растерянными улыбками. Тот, что пониже, сохраняя самообладание, отдал честь.
Я переключил скорость и чересчур поспешно рванул с места. Моя соседка звонко рассмеялась.
Я покосился на нее. Она снова улыбнулась, на сей раз уже мне, ослепительно, как кинозвезда. В ее шоколадно-карих глазах сверкали насмешливые искорки.
– Не очень-то деликатно вы обращаетесь со своей машиной, – показала она взглядом на отклонившуюся стрелку спидометра на приборном щитке.
– Колымага у меня ко всему привычная, – небрежно бросил я. – Всякого навидалась. – И прибавил газу.
Девушка глянула на меня удивленно.
– А я-то думала, новенькая.
– Как бы не так! Набегала уже несколько десятков тысяч. Только что из капремонта и…
– Зря вы тогда гоните со скоростью девяносто километров, – резко оборвала она меня. – Тем более в закрытой зоне.
Я расслабил ногу, нажимавшую на педаль газа, и ехидно спросил:
– Боитесь?
– Я – нет! – отрезала моя пассажирка. – А вот вам стоило бы… смотрите! – ахнула она.
Тут как тут! На обочине шоссе стоял человек со знакомым красно-белым диском в поднятой руке. Я глубоко вздохнул.
– Добрый день, товарищ водитель, – сказал автоинспектор. – Вам известно, с какой скоростью вы ехали?
Через несколько минут я получил разрешение следовать дальше, полегчав на пятьдесят крон, зато обремененный пространным нравоучением.
– Вот видите, – назидательно бросила моя спутница, – поспешность дорого вам обошлась.
– Я тороплюсь, потому что у меня нет времени, – ледяным тоном отрезал я, а про себя раздраженно добавил: «Штраф же причитался с тебя».
– Ах! – вдруг виновато вырвалось у нее. – Не сердитесь, что из-за меня у вас неприятности. Но Пепик, видите ли, мой старый друг. Вот я и обратилась к нему, чтобы…
«Мой тоже, – с досадой добавил я про себя. – Потому и подсунул мне это чертово дело». Я промолчал, но сидел насупившись.
Шлагбаум при въезде в Брандыс, как ни странно, был поднят. Я ехал по городу как дисциплинированный водитель, в моем кармане оставалось двадцать крон мелочью, а бензина ровно столько, чтобы дотянуть обратно до Праги.
– Вон там, на повороте возле памятника, – налево, – раздался у моего уха нежный голос. – А оттуда уже рукой подать.
Я свернул на проселочную дорогу, через несколько сотен метров она запетляла среди полей. Зеленый горизонт окаймляли лесочки, слева темнели купы высоких сосен.
– Это там, в лесу, – показала девушка. – Сразу же на опушке.
И опять я вошел в раж, с легким сердцем обогнал два тяжело груженных автофургона, мчавшихся будто по скоростному шоссе, и резко свиражировал на посыпанный гравием поворот. Мелкие камешки забарабанили по металлу, задние колеса занесло. Я лихо выровнял машину. Слева, среди коричневато-серых стволов, мелькнуло что-то красное.
Сбросив скорость, последние десятки метров я проехал с выключенным мотором.
Машина остановилась прямо возле калитки в заборе из некрашеных сосновых досок. Я вышел. В глаза бросилась темно-красная штукатурка дома, который оказался гораздо больше, чем я ожидал. Прохладный, напоенный смолой воздух, словно бальзам, вливался в мои прокопченные пражские легкие. Мне сразу же захотелось тут жить, оказаться владельцем всего того, от чего девушка, которую я привез, с таким непростительным легкомыслием желает избавиться.
Она стояла рядом, выжидающе заглядывая мне в глаза. Девушка была чуть ниже меня, очень стройная, светло-каштановые волосы ниспадали на плечи. Одинокий солнечный луч, пробившись сквозь зеленую чащу развесистых деревьев, щекотал ее загорелую шею. Я разом подавил в себе нежелательные ассоциации, образующие цепочку: летний полдень – красивая женщина – лесное уединение. После моего недавнего горького опыта сигналы опасности все еще срабатывали.
– Так, значит, вот это вы и собираетесь продать? – деловито спросил я.
– Да. Что скажете? – Она напряженно ожидала моего ответа.
Я пожал плечами.
– Ничего. На глазок не берусь прикинуть даже приблизительно. Но и так видно – удовольствие не из дешевых. Для покупателя.
– А вы думаете, покупатель найдется? – робко спросила она.
– Сами знаете, что да. – Я иронически усмехнулся. – Нувориши у вас с руками оторвут. Погодите, еще натерпитесь. Не хотел бы я оказаться на вашем месте, когда у вас двери закрываться не будут.
Она с облегчением рассмеялась.
– С этим-то я справлюсь!
– Не обольщайтесь. Чтобы этим заниматься, нужно быть толстокожим. Я бы…
– Предлагаете мне услуги в качестве маклера? – перебила девушка. – За комиссионные? Нет уж, спасибо. Лучше я их сама себе заплачу.
– Мне такое и в голову не приходило, – строго отрезал я. – И все же мой вам совет – поищите какого-нибудь надежного адвоката, когда дело дойдет до продажи.
Она покачала головой, глядя на дом сияющими глазами. В ее взгляде было что-то, вызвавшее во мне на миг глубокое отвращение. Алчность, которую совсем недавно я так близко видел у другой женщины. Девушка перехватила мой взгляд, и лицо ее мгновенно изменилось.
– Пойду за ключами, – обронила она. – Я их оставляю у соседей, чтобы…
«Гав!» – дружески откликнулся низкий собачий голос. В глубине сада за невысокой загородкой появилась большая голова, а потом и костлявое, поросшее серой шерстью тело огромной овчарки.
– Амиго! – воскликнула Ганка Дроздова – подруга моего друга и начальника, инженера Йозефа Каминека. Недавнее неприятное выражение лица исчезло. Она повисла на калитке и была сейчас похожа на двенадцатилетнюю девчонку. – Амиго! Ах ты, разбойник! Что ж ты не встречаешь хозяйку? Опять спал, а? – Она ворковала, как горлинка, а пес отвечал ей нежным повизгиванием, смешным для такого ветерана.
Я приблизился к забору. Амиго сменил свой дружеский тон на угрожающее рычание. Седая шерсть встала дыбом, пес прижал уши и оскалил желтые клыки. Я невольно отпрянул назад.
– Не бойтесь, – сказала барышня Дроздова все тем же воркующим голосом, хотя обращалась уже не к собаке. – Пока вы со мной, он вам ничего не сделает. А в другое время, конечно… К тому же Амиго за забором, – добавила она уже нормальным тоном.
– Хорошо, что он здесь есть – этот забор. – Я опасливо измерил глазами преграду высотой примерно метр восемьдесят, которая отделяла меня от рычавшего зверя.
– Так-то оно так, но не очень-то помогает, – озабоченно сказала Ганка. – Несколько раз уже сюда пытались залезть. Мы поставили решетки на всех окнах первого этажа, внутрь они не пробрались, но все равно… Дом на отшибе. Поэтому и приходится оставлять тут Амиго.
– Не жалко вам его? – не слишком искренне спросил я. Амиго вызывал любые чувства, только не жалость. – Это ведь жестоко – оставлять его тут одного.
– Он не один. Мальчик пани Маласковой приходит его кормить. И потом, он и так почти все время спит. Старый, – небрежно бросила она. Оторвавшись от калитки, вытерла руки о джинсы. – Пойду за ключами.
– Может, подвезти вас? – предложил я.
Она с улыбкой покачала головой.
– Не стоит. Через лес ближе. – И зашагала к деревьям, где виднелась протоптанная в хвое тропинка. – А вы тем временем осмотрите окрестности. За них ведь тоже можно запросить, а? – крикнула она мне.
Блестящие, разбросанные по бледно-голубой блузке кудри, милое девичье лицо и розовые губы, ведущие такие торгашеские речи… Ладно, извиним ей эту жадность. Откуда мне знать, может, ей срочно нужны деньги.
* * *
Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась в зарослях невысоких, растущих среди сосен кустов. Потом повернулся к объекту, ради которого я в рабочее время совершил это путешествие. Мое раздражение уже прошло. Мало ли найдется способов поприятней провести вторую половину июньского дня, чем корпеть над финансовыми договорами в своем вагончике посреди пыльной стройки? И этот не самый плохой. Хорошо еще, что Йозефа не удалось убедить, что я вряд ли гожусь для оказания услуг его симпатичной знакомой. Я ведь не агент по продаже недвижимости. И даже – тут я мысленно усмехнулся – не строитель. А девушка об этом наверняка не знает. И уж коль скоро я здесь, зачем ее разочаровывать? Все равно вряд ли еще увидимся.
Я попытался взглянуть на дом так, как это от меня требовалось, – глазами специалиста. Передо мной стояла большая двухэтажная вилла в живописном обрамлении соснового леса. Творение искусного мастера не смогла изуродовать даже отвратительная штукатурка. Вероятно, отштукатурили, уступая вкусам богатого мясника, или кто он там был, этот Ганичкин, как намекал Йозеф, папаша-толстосум. Потом я решил, что наверняка первоначально фасад был другим. Меня ведь предупреждали, что вилла построена сразу же после войны, а кто, кроме мясника, мог в те времена позволить себе столь дорогую загородную резиденцию? За тридцать-то лет и эта багровая краска приобрела бы более сносный оттенок.
Я сделал несколько шагов вдоль забора, который сам по себе являлся чудом профессионального мастерства. Сосновое дерево над зубчатым каменным цоколем. Грозное собачье рычание прервало мои усердные и добросовестные исследования. Невысокая загородка – сомнительная тюрьма «добряка» Амиго – примыкала к боковой стороне забора. Вилла стояла на косогоре, спускавшемся от шоссе. Земельный участок был расположен на южной стороне, и солнце уже вовсю заливало сад. За забором лес был вырублен, в просвете виднелось поле и часть шоссе, которым мы приехали. Услышав грохот мчавшегося на полной скорости грузовика и следующего, который только приближался, я отметил эту деталь как небольшой изъян усадьбы.
Осторожно спускаясь с откоса вдоль забора, я краем глаза поглядывал на злую собаку. Пес не двигался с места, но рычал как заведенный. Косогор резко обрывался, внизу была полоса заболоченного луга. Среди высоких болотных трав поблескивала стоячая вода. «Рассадник комарья», – злорадно взял я на заметку. Так-то прикидывать небось проще, чем оценивать недвижимость профессиональным оком строителя.
Взгляд мой скользнул дальше по веселой панораме зеленеющих полей, затем переместился правее, где я приметил среди лиственных деревьев кусок водной глади. Там искрился большой расчлененный пруд или даже два-три. Справедливости ради я отметил это как плюс. Вслед за этим я с удовлетворением констатировал, что парадный забор окружает сад лишь с трех сторон. Внизу, над заболоченным лугом, его заменяла проволочная сетка. Имелась там и покривившаяся калитка, укрепленная куском ржавой проволоки.
Словно прочитав мои мысли, верный страж владений издал угрожающий звук.
– Заткнись! – сказал я ему.
Пес ринулся к забору. Из пасти его капала слюна, глаза горели красноватым огнем. Во время прыжка он смешно кувыркнулся в воздухе и шлепнулся на землю. Длинная тонкая цепь была одним концом прикреплена к его ошейнику, другой же свободно передвигался по скрытому в траве проволочному тросу. Пес хрипел и задыхался.
– Вот видишь, болван, – дружески сказал я ему. – Такой старый – и такой глупый!
Можно было себе это позволить. Собака имела довольно ограниченный радиус действия. Я мог себе позволить еще больше, что и сделал. Быстро сбежал с откоса, через пару шагов набрав полные туфли воды. И совершенно напрасно – вдоль забора тянулась сухая тропинка. К калитке я кинулся, готовый одолеть последнее препятствие.
Препятствия не оказалось. Проволока проржавела так, что давно распалась на куски. Калитка не была преградой.
Войдя в сад, я по каменным ступенькам двинулся к покоробленной деревянной беседке. Сел там на рассохшуюся скамейку и разулся. Пес бесновался за своей загородкой. Я не обращал на него внимания. Он находился метрах в четырех от меня и был крепко привязан. Оставив носки и туфли на скамейке, я направился к дому, ступая босиком по упругой свежескошенной траве.
С этой стороны вилла выглядела еще внушительнее, чем от шоссе. Два низких, у самой земли, окна явно вели в полуподвальное помещение. Так же как и окна на фасаде, они были забраны решетками, но уже без всяких украшений. Грубая и некрашеная поделка какого-нибудь деревенского кустаря. Сад был неухоженный, запущенный. Две низкорослые яблони кто-то недавно – для нынешнего года уже слишком поздно – пытался обрезать. Несколько кустиков мелких красных роз чахли среди сорняков.
Имелась тут и дверь – крепкая, окованная и, разумеется, запертая. Пес неистовствовал совершенно напрасно, когда я взялся за ручку. Мне надоело его слушать. Ганка Дроздова все не возвращалась, и я, чтобы выполнить ее пожелание и свои обязанности, решил пройтись вокруг дома. В песчаной почве была протоптана узкая тропинка. Я пошел по ней, подгибая пальцы босых ног – камешки кололи мне ступни. Завернув за угол, я наткнулся на еще одну дверь в выступе красной стены. Я поднял глаза кверху – на втором этаже одно-единственное широкое окно было распахнуто настежь.
Я возмутился такой неосторожностью. Решетки, собака, и на тебе – это окно, укрытое со стороны шоссе за выступом стены и потому спрятанное от чужих глаз. Прямо напротив находился лес, сейчас, правда, безлюдный, но ведь мог же он соблазнить на отдых хотя бы тех же мчащихся по шоссе водителей?
Отойдя к самому забору, я принялся изучать это вызывающе распахнутое окно. Вопреки ожиданию, там не было внутренних решеток. Я вернулся обратно и на всякий случай нажал на дверную ручку. Дверь открылась. Такие прочные окованные двери обычно ведут в котельную. Узкая лесенка круто подымалась наверх. Я непроизвольно обтер босые ступни о штанины и начал подниматься.
Через несколько ступенек лестница резко сворачивала и вела дальше еще к одной двери, распахнутой настежь. По мере подъема взгляду открывалось тесное помещение с деревянным полом, шириною не больше метра, – скорее всего, какой-нибудь чулан, где хранят старый хлам.
Поднявшись на последнюю ступеньку, я огляделся и замер. Какое там старый хлам! Правда, немало людей, в особенности женщины, именно так пренебрежительно назвали бы предметы, заполнявшие полки вдоль стен и огромный стол, занимавший две трети помещения. Но у большинства мужчин от трех до девяноста лет сердце, как сейчас у меня, запрыгало бы от восторга.
Здесь стояли модели судов от исторических кораблей до самых наисовременнейших. Выполненные с абсолютной точностью до последней детали, крошечные и огромные, вплоть до метрового авианосца. Модели боевой техники: танки, бронетранспортеры, пушки, которыми командовал Наполеон еще в бытность свою артиллерийским офицером, и реактивные установки времен второй мировой войны. Величественные монстры «фау», у которых все линии рассчитаны на увеличение скорости, каждая в пестром камуфляже своего «стойла», со всеми полагающимися маркировками. И целые эскадрильи самолетов.
Это не были серийные изделия. Некоторые модели представляли собой точные копии заграничного производства, рассчитанные на коллекционеров; если я не ошибаюсь, такие и на Западе стоят дорого. Тот, кто все это здесь собрал, должно быть, потратил уйму денег и годы жизни.
Я осторожно прикасался к этим волшебным игрушкам для взрослых и вдыхал воздух, пропитанный синтетическим клеем, нитролаком и еще чем-то, вроде бы хорошо мне знакомым. Я не стал гадать, что это за запах. Восхищенно смотрел я на огромный стол, где сверкала рельефная карта железнодорожного узла с электропоездами, вокзалом, туннелями, эстакадами, охраняемыми переездами, сигналами и стрелками с дистанционным управлением.
Вот это был шедевр! Здесь же разместился экзотический пейзаж со стадами и пастухами в широких сомбреро. Не в силах оторвать глаз, я ходил вокруг стола. И с трудом удерживался, чтобы не нажать на помещенную в углу стола кнопку панели управления.
Наконец мое внимание отвлекла картина, висевшая на стене у окна. Нет, не какая-нибудь уместная здесь гравюра, изображающая, скажем, морской бой, динамичная, навевающая ужас. Другая, совсем неподходящая.
Над длинным рабочим пультом, установленным под тем самым распахнутым окном, висела написанная маслом картина – два желтушных и три синюшных цветка на фоне цвета фекалий. Такой опус, будь он повешен над обеденным столом, весьма способствовал бы умеренности в еде. И тем не менее почти что под ней, рядом с будильником и деталями какой-то недостроенной модели, стоял стакан молока и надкушенный кусок хлеба с маслом.
Из сказочного мира игрушек я вернулся в действительность. Протиснувшись узким проходом между столом и полками, решил выглянуть в окно – ведь кто-то оставил здесь недоеденный завтрак! Странно, что мы не встретились с ним в саду.
Встретиться с ним я не мог. Он лежал, скорчившись, на дощатом полу под столом. Виднелись лишь грудь и желтое лицо с сине-фиолетовыми, как те цветы на картине, губами. Только тут до меня дошло, что над всеми мирными запахами в этой мастерской царит запах стреляного пороха…
Внизу под окном раздался звонкий голос: «Эй, вы там?» На лестнице зазвучали легкие шаги.
Ганка посмотрела на меня, и улыбка на ее разрумянившемся от бега лице сменилась вопросительным выражением. Шагнув мне навстречу, она скользнула взглядом вниз и охнула. Мгновенно, без колебаний кинулась к лежащему на полу. Ударилась боком о перевернутый стул, но даже не заметила этого.
– Дядюшка, дядюшка Луис! Что с тобой? – испуганно запричитала она. Попыталась взять его за руку и тут же отпустила. Рука тяжело и бессильно упала на впалую старческую грудь.
– Оставьте его, – тихо сказал я. – Он мертв.
Ганка окаменела. Спустя минуту-другую подняла на меня недоуменные глаза и прошептала:
– Это неправда… Он, наверное… Ему стало плохо. Позовите врача… или нет… у вас ведь машина… Да помогите же мне! – Она приподняла голову покойного.
– Не трогайте его! – резко остановил я ее. – Нужно позвонить в милицию. Врач уже не поможет. Вашего дядю застрелили.
Не следовало бы мне так с ней говорить. Она с ужасом уставилась на свою испачканную кровью руку. Висок повернутой в сторону белой головы зиял страшной раной – выстрел был явно сделан из небольшого пистолета.
Ганка Дроздова, побелев как мел, повалилась на пол возле своего мертвого дяди.
Солнце вынырнуло над вершинами сосен, и красная стена дома заполыхала, точно печь для обжига кирпича. Скошенная трава, подсыхая, источала дурманящий, навевающий дрему аромат. День шел к полудню, июньскому полудню, жаркому даже здесь, в тенистом лесном уголке. В Праге, должно быть, сейчас невыносимо.
Я закурил сигарету. В такую жару она отдавала лекарственной травой. Пройдя вдоль стены, я завернул за угол к затененной, обращенной к шоссе стороне дома.
Контраст между тенью и солнцепеком был столь разителен, что у меня словно мороз прошел по коже. А может, пробрало от бдительного взгляда милиционера в форме, охраняющего калитку в деревянном заборе? За ней, точно айсберг, сияла бело-голубая милицейская машина. Моя пестровыкрашенная «шкода» рядом с ней выглядела просто подозрительной дешевкой.
Впрочем, и я показался им подозрительным. Во всяком случае, именно так со мной обращались. В отличие от барышни Дроздовой. Ей позволили вернуться в каморку, где среди своих игрушек безжизненной куклой лежал ее дядюшка, а меня оттуда выставили. При этом строго-настрого предупредили: по саду не ходить, ничего не трогать – короче говоря, приперли к стенке. Вот я ее и подпирал почти в буквальном смысле слова.
Я сидел на невысоком заборчике, окаймляющем въезд в гараж. Через вентиляционное отверстие тянуло бензином. Перемахнув барьерчик, я подошел к зарешеченному оконцу в двери гаража. Внутри белела малолитражка и сверкали рукоятки мотоцикла.
– Ничего не трогайте! – рявкнул милиционер, не успел я взяться за дверную ручку. Тут же из-за угла вынырнул человек, который минут сорок назад представился нам как поручик Павровский.

Предсказание прошлого - Качиркова Эва => читать онлайн книгу детективов дальше


Хотелось бы, чтобы книга-детектив Предсказание прошлого автора Качиркова Эва понравилась бы вам!
Если так окажется, то вы можете порекомендовать книгу Предсказание прошлого своим друзьям, проставив ссылку на эту страницу с детективом: Качиркова Эва - Предсказание прошлого.
Ключевые слова страницы: Предсказание прошлого; Качиркова Эва, скачать, бесплатно, читать, книга, детектив, криминал, электронная, онлайн