А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


— Подожди меня минутку, Жанвье!
И Мегрэ направился к туалетам. По дороге он должен был пройти мимо Комита.
— Добрый день, месье Рауль, — обратился он к нему.
— Фредди, должно быть, сказал вам, что вы здесь — нежеланный гость…
— В самом деле… Смена владельца… И сразу же все в заведении поджимают хвост…
— Я был бы вам весьма признателен, если бы вы здесь больше не показывались.
— Вы забываете, что это общественное место, доступное всякому, кто прилично одет и у кого тугой бумажник…
Он зашел в туалет, а потом вернулся в бар. Было двадцать минут первого.
— Знаешь, Жанвье, что мы сейчас будем делать? Мы здесь пообедаем.
Они направились к ближайшему столику. Комита бросился к ним.
— Прошу прощения, но этот столик заказан.
— Тогда мы сядем за соседний.
— Он тоже заказан… Все столы заказаны…
— Тогда, допустим, вот тот заказан на мое имя… Садись, Жанвье…
Со стороны Мегрэ это вовсе не было мальчишеской выходкой. Он разозлился и, в свою очередь, хотел всыпать им как следует.
— Дайте мне, пожалуйста, меню… И не забывайте, что в двадцать четыре часа я могу закрыть ваше заведение…
Меню было огромное, со списком вин на последней странице.
— Есть раковины Сен-Жак. Что ты на это скажешь, Жанвье?
— Берем раковины Сен-Жак…
— Потом жареную говядину…
— Хорошо…
Он посмотрел на последнюю страницу.
— Легкое вино… Есть божоле?
— Пожалуйста.
Метрдотель стоял возле столика, словно аршин проглотил. Вошли четверо клиентов и уселись у окна. Темноволосая кассирша заняла свое место, но напрасно Мегрэ пытался с ней поздороваться. Она делала вид, что не узнает его.
Месье Морис умер. Он держал своих служащих в строгости, но тем не менее раньше обстановка в ресторане была непринужденной.
Вчера вечером явился Мори в обществе Лины Марсиа, чтобы вступить в свои права, и служащие это поняли.
Отныне им придется лезть из кожи вон, чтобы угодить. И они уже старались. Сталкиваясь в зале, они обменивались между собой несколькими словами.
— Держу пари, что нас обслужат не раньше, чем через полчаса, а то и через час.
И в самом деле, сначала обслуживали столик на четверых, потом двух англичан, которые только что вошли, и чем дольше на них не обращали внимания, тем больше улыбался Мегрэ, демонстративно покуривая свою трубку.
— Не торопитесь! — бросил он проходившему метрдотелю.
— Что вы, месье. У меня нет ни малейшего намерения.
Братья Мори так и не появились, и Мегрэ с Жанвье в конце концов пообедали.
Глава 6
Когда Мегрэ в четвертом часу вернулся на набережную Орфевр, первым, кого он увидел, был инспектор Луи, сидевший на скамейке в коридоре, держа на коленях черную шляпу.
Комиссар пригласил его войти в кабинет, и инспектор Луи присел на краешек стула.
— Кажется, господин дивизионный комиссар, мне повезло…
Голос у него был тихий, как у всех застенчивых людей, и он редко смотрел в глаза собеседнику.
— Расставшись с вами утром, я снова стал обходить бары и кафе в верхней части Монмартра, возле площади Тертр… Я знаю, у меня это нечто вроде мании…
Я зашел в бистро «Три бочки» на улице Габриэль, где собираются завсегдатаи, уселся перед стойкой и заказал, как водится, бутылочку виши.
Мегрэ знал, что торопить его бесполезно. Инспектор говорил с присущей ему медлительностью, стараясь быть точным во всех деталях, — это было в его натуре.
— В углу, под рекламным щитом с изображением стенных часов, четверо мужчин играли в белот. Все четверо были пожилые и, вероятно, уже много лет неизменно играли в белот на этом месте в один и тот же час. Я вздрогнул, когда услышал: «Теперь твой ход, бригадир». Это относилось к человеку лет семидесяти, с виду еще крепкому. Трижды за десять минут к нему обращались, называя бригадиром.
«Он что, из полиции?» — вполголоса спросил я хозяина. «Он служил там сорок лет… Это полицейский старой школы. Здесь, в квартале, его знали все, а для мальчишек он был буквально как отец родной». — «И давно он в отставке?» — «Не меньше десяти лет, и каждый день приходит сюда сыграть партию… Он живет один с тех пор, как сын женился и переехал в Мо. Дочь работает медсестрой в больнице Биша. У него есть еще второй сын, который занимается неизвестно чем, полагаю, чем-то предосудительным». — «Он живет неподалеку?» — «Да, поблизости… На улице Толозе… Как раз напротив единственного на этой улице дансинга…
Жена его умерла пять лет назад, и он сам ведет хозяйство, сам готовит… У нас здесь немало стариков, живущих в одиночестве на скромную пенсию».
Мегрэ достаточно хорошо знал Монмартр и понимал, что это особый город внутри другого, огромного города. Некоторые его обитатели никогда не бывали дальше площади Клиши.
— Вы раздобыли его точный адрес?
— Я сразу же ушел из бистро, стараясь не привлекать внимания. Старик вышел через полчаса и зашел к мяснику купить две котлеты… Я шел за ним следом до улицы Толозе на большом расстоянии, поскольку он, наверное, прекрасно разбирается в слежке. Он вошел в четырехэтажное здание, как раз напротив дансинга «Там-Там». Я позвонил в отделение XVIII округа и попросил себе на час или два в помощь инспектора. Прислали совсем молодого, и теперь он стоит на посту недалеко от дома.
Теперь инспектор Луи замолчал. Он рассказал все, как умел.
— Ты слышал, Жанвье?
Тот находился в кабинете вместе с комиссаром.
— Поедем туда?
— Разумеется.
— Возьмем с собой людей?..
— Не стоит… Операцию нужно провести как можно незаметнее.
Они сели в маленькую черную машину, стоявшую во дворе уголовной полиции.
— Кажется, на улице Толозе движение одностороннее?
— Увы, поскольку она упирается в лестницу.
Еще издали они заметили молодого полицейского, находившегося на некотором расстоянии от дома.
— Я сейчас зайду один. Не стоит его пугать.
Он обратился к консьержке, показав свою полицейскую бляху.
— Бригадир у себя?
— Месье Коласон? И впрямь, его до сих пор называют бригадиром… Он вернулся часа два назад… Сейчас, наверное, отдыхает.
— Какой этаж?
— Третий, дверь направо…
Разумеется, здесь не было лифта. Дом был старый, как и почти все дома на этой улице, на лестнице стоял сильный запах кухни.
Звонка на дверях не было, и Мегрэ постучал.
— Войдите! — степенно ответили ему.
Квартира оказалась маленькой, ее загромождала мебель, видимо раньше служившая большой семье. В спальне, направо, стояли две кровати. За окном висел решетчатый шкафчик, служивший холодильником.
— Глазам не верю! Комиссар Мегрэ у меня!.. Входите, прошу вас, здесь есть один человек, который будет очень доволен.
Он ввел комиссара в душную комнату, одновременно столовую и гостиную. Человек, ростом не больше полутора метров, походивший на мальчишку, но с лицом, изборожденным морщинами, с тревогой смотрел на посетителя.
— Вы его арестовали? — сразу же спросил он.
— Нет еще, но вы ничем не рискуете…
Тут в разговор вмешался бригадир Коласон:
— Я ему уже сто раз повторял, что он должен вам позвонить и сказать, где находится… Он явился ко мне, весь дрожа… Его просто терроризируют эти братья Мори… Правильно я назвал их имя?.. В мою бытность их никто не знал.
— Им чуть больше тридцати…
— По вечерам я смотрю телевизор, но газет не читаю.
Жюстен вспомнил обо мне… Я знал его, когда он болтался по кварталу в стоптанных шлепанцах…
— Что вы со мной сделаете?
Блоха был как-то весь внутренне зажат и не мог расслабиться.
— Мы сейчас вместе поедем на набережную Орфевр.
Поговорим в моем кабинете с глазу на глаз. Возможно, вслед за этой беседой братья Мори будут арестованы.
— Как вы меня нашли?
— Это инспектор Луи напал на ваш след…
— Значит, и другие могли бы меня разыскать?
— Благодарю вас, бригадир, за гостеприимство, которое вы ему оказали, и надеюсь, что котлеты вам попались свежие…
— Откуда вы знаете?
— Все тот же инспектор Луи… И хорошей вам партии в бел от завтра утром!..
Комиссар повернулся к коротышке, который до сих пор не пришел в себя.
— Пойдем…
Отставник проводил их до двери и грустно смотрел, как они спускаются по лестнице.
— Полезай в машину!
Блоха сел сзади, рядом с инспектором Луи.
— А я-то считал, что хорошо спрятался!.. — вздохнул Жюстен, обращаясь к нему.
— Я случайно напал на след бригадира.
Жюстен съежился на сиденье, чтобы его не заметили с улицы.
Они вместе поднялись по лестнице уголовной полиции, которую Блоха оглядел с каким-то боязливым уважением. А Мегрэ, поднимаясь по лестнице, колебался, пойти ли им в кабинет втроем или допросить Блоху с глазу на глаз.
— Я вас скоро позову, — сказал он Луи и Жанвье. — А ты входи!
Он чуть было не сказал: «малыш», но вовремя удержался.
— Садись… Ты куришь?
— Да…
— Есть у тебя сигареты?
— Осталось две…
— Возьми эту пачку…
Мегрэ всегда держал в запасе две-три пачки для возможных собеседников.
— Что вы…
— Одну минутку…
На столе он увидел записку: «Вас просили позвонить в лабораторию».
Мегрэ набрал номер Мерса.
— Что-нибудь новое?
— Да. Лаборатория хорошо поработала. Специалист по тканям ходил к самому крупному торговцу коврами в Париже. Его первые впечатления подтвердились… Шелковые нитки действительно от старинного китайского ковра шестнадцатого или семнадцатого века. Если не считать музеев, во Франции существует не больше трех или четырех подобных ковров частных владельцев. Торговец не знает, у кого они находятся. Он наведет справки. Есть еще одна новость поважнее. Обнаружены незначительные следы крови на обивке пола, в том месте, где лежал ковер…
Эта кровь сильно разбавлена водой… Должно быть, пятно пытались замыть и терли жесткой щеткой, так как нашли также небольшое количество щетины.
— Можно ли определить группу крови?
— Это уже сделано. Группа АВ.
— К сожалению, никому не пришло в голову проверить кровь месье Мориса, пока еще была возможность.
Разве что судебный медик…
— Да. Вероятно, он об этом подумал… Вы получили его рапорт?
— Он не указывает группу крови.
Блоха смотрел на комиссара так, словно не мог поверить в то, что с ним произошло. Но почему он до сих пор был так напряжен? Чего еще он боялся?
Мегрэ встал и открыл дверь в кабинет инспекторов.
— Жанвье, попробуй поскорее связаться с судебным медиком… Спроси у него от моего имени, проверил ли он кровь Марсиа. Если нет, то пусть скажет, куда делась его одежда.
Два десятка инспекторов выстукивали на машинках рапорты, и среди них очень прямо сидел Луи со шляпой на коленях.
Вернувшись к себе в кабинет, комиссар обратился к Блохе:
— Так… Который теперь час?.. Четыре… Возможно, мы еще застанем дома твою подружку.
И в самом деле, на другом конце провода он услышал голос Бланш Пигу.
— Это ты, Жюстен?
— Нет… У телефона комиссар Мегрэ…
— У вас есть новости?
— Он сидит в моем кабинете…
— Он сам к вам явился?
— Нет… Пришлось поискать…
— А где он был?
— На Монмартре, как я и ожидал…
— Вы арестовали…
— Братьев Мори… Нет… Не все сразу… Передаю трубку Жюстену.
Он сделал Блохе знак подойти к телефону.
— Алло? Это ты?..
Он чувствовал себя неловко, был взволнован.
— Еще не знаю… Я здесь не больше четверти часа, и мне еще не задали ни одного вопроса… Да, я чувствую себя хорошо… Нет… Я не знаю, когда вернусь… Пока…
— Вам не придется больше долго его ждать, — сказал Мегрэ, беря трубку. — Во всяком случае, теперь можете не волноваться…
Закончив разговор, он медленно закурил трубку, внимательно глядя на Жюстена Кроттона. Он не понимал, почему Блоха по-прежнему проявляет нервозность.
— Ты всегда так дрожишь?
— Нет.
— А чего ты боишься здесь, в моем кабинете? Меня?
— Может быть…
— Почему?
— Потому что вы наводите на меня трепет… Все, что относится к полиции, наводит на меня трепет…
— И однако напоследок ты отправился искать убежище у бывшего бригадира полиции…
— Для меня бригадир Коласон не настоящий полицейский.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16