А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Хмелевская Иоанна

Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств автора, которого зовут Хмелевская Иоанна. В электронной библиотеке lib-detective.info можно скачать бесплатно книгу Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать онлайн электронную книгу: Хмелевская Иоанна - Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств без регистрации и без СМС

Размер книги Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств в архиве равен: 257.38 KB

Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств - Хмелевская Иоанна => скачать бесплатно электронную книгу детективов



Пани Иоанна – 12


«Стечение обстоятельств»: Фантом Пресс; 2002
ISBN 5-86471-282-5
Оригинал: Joanna Chmielewska, “Zbieg okoliczno?ci”
Перевод: Вера Селиванова
Аннотация
Можете себе вообразить, что происходит в этом романе, если в деле замешаны сразу две ИоанныХмелевские — наша добрая старая знакомая и её невестка, которая, по утверждению Хмелевской-свекрови, «побила все мои рекорды». Два убийства, контрабанда наркотиков, производство фальшивых долларов — во всех этих преступлениях волею случая, или «идиотским стечением обстоятельств», оказывается замешана Иоанна-невестка. Стремясь помочь ей, Иоанна-свекровь ещё больше запутывает дело, и в результате их обеих разыскиваетпольская полиция, а за младшей Хмелевской к тому же охотятся международный наркосиндикат и отечественные фальшивомонетчики…
Распутать все, как ни странно, помогает отпечаток пальца Алиции Хансен…
Иоанна Хмелевская
Стечение обстоятельств
(Пани Иоанна — 12)
* * *
Подпоручик Янек Яжембский в условленное место прибыл пунктуально. Прибыв, сначала позвонил, потом постучал и лишь после этого взялся за ручку входной двери — все, как положено по инструкции. Разумеется, дверь оказалась незапертой.
— Можно? — вежливо спросил сотрудник полиции и вошёл в квартиру.
Труп, ясное дело, не ответил. Он лежал на полу, заваленный макулатурой. Хорошо просматривались лишь ноги, но подпоручик полиции Янек Яжембский обладал уже некоторым опытом и по ногам сразу понял — человек мёртв. На всякий случай полицейский ноги все-таки пощупал, они оказались ещё тёплыми. Окинув взглядом находящуюся в неимоверном беспорядке комнату этой однокомнатной квартиры, выхватил из разгрома искомое — телефон. Разбит, конечно.
Подпоручик Янек Яжембский в полиции состоял не по уголовной, а по экономической части, но, разумеется, имел представление о сложностях работы коллег из отдела особо тяжких уголовных преступлений, и в его планы отнюдь не входило ещё более усложнять их работу:
Однако, с другой стороны, этот ещё тёпленький покойник мог оказаться не совсем мёртвым, и в таком случае ему следовало оказать незамедлительную медицинскую помощь. Кстати, возможность вернуть к жизни пострадавшего целиком совпадала с интересами самого подпоручика, ибо на условленное место он прибыл для того, чтобы пообщаться вот с этим предполагаемым покойником, и неоказание ему помощи могло вообще перечеркнуть все шансы на такое общение.
Все эти мысли вихрем пронеслись в голове подпоручика Яжембского, и их вытеснила одна, главная — немедленно вызвать медицинскую помощь и немедленно вызвать оперативную группу. Но как? Телефон выведен из строя. Бежать куда-то и бросить незапертой квартиру с обнаруженным трупом? Оставить в квартире некого, запереть нечем, а пока он туда и обратно преодолеет лестницу на пятый этаж, всякое может случиться. Попробовать позвонить от соседей? Ни в коем случае, неизвестно, чем ещё обернётся дело. Скорей, скорей решайся, сколько можно раздумывать! Необходимость что-то немедленно предпринять прямо-таки заглядывала подпоручику через плечо и рычала страшным голосом. И он решился.
— Один раз козе смерть! — пробормотал подпоручик, плотно закрыл дверь злосчастной квартиры и ринулся вниз по очень неудобным ступенькам крутой лестницы. Просто чудо, как не переломал себе рук и ног! Позвонив куда надо из своей служебной машины, припаркованной за квартал от этого дома, подпоручик в том же темпе взлетел на пятый этаж, убедился в наличии покойника в квартире и, опять закрыв дверь, тяжело дыша, уселся перед нею на верхней ступеньке лестницы. Теперь только оставалось ждать прибытия опергруппы с полицейским врачом, о чем Яжембский предупредил особо.
Тут скрипнула дверь квартиры напротив злосчастной, и в щель просунулась дамская голова в мелких завитках. Женщина, чьи лучшие годы давно миновали, подозрительно посмотрела на незнакомого мужчину, усевшегося на её лестничной площадке, и неприязненно поинтересовалась:
— А пан тут чего?
Подпоручик Яжембский выглядел очень прилично, никак не походил ни на пьянчугу, ни на бандита, ни даже на хулигана. Был он молод, симпатичен, одет прилично, тщательно выбрит, и трудно было предположить, что такой способен безобразничать на лестничной клетке. А вот на квартирного вора очень даже походил! Как раз такие приличные, не вызывающие подозрений и очищают квартиры в отсутствие их владельцев.
Видимо, эта мысль столь явственно отразилась на лице женщины, что подпоручик счёл нужным рассеять её подозрения и. произвести по возможности хорошее впечатление. Во-первых, нельзя допускать, чтобы баба подняла крик на все парадное, а она явно к этому готовилась. Во-вторых, такая, судя по всему, любопытная и энергичная особа, проживающая дверь в дверь с его безвременно ушедшим из жизни клиентом, может оказаться весьма ценным свидетелем.
Послав дотошной бабе одну из своих самых обаятельных улыбок, молодой человек с грустью произнёс:
— Так не повезло, проше пани! Ногу подвернул, ступить нельзя. Подожду немного, может, пройдёт. Очень уж неудобная у вас лестница!
— Не лестница, а форменное безобразие! — с готовностью подтвердила голова в дверях, но бдительности не утратила. — Интересно, когда же пан успел подвернуть ногу? Только что вошёл, и вообще ничего такого я не слышала.
— Вот на этой ступеньке и подвернул, только что, и сразу сел! В самом деле ничего слышно не было, видите, у меня ботинки на микропоре. Да вы не беспокойтесь, я вот помассирую, авось все и пройдёт!
И он принялся растирать щиколотку правой ноги, так как к бабе ближе была левая.
Бабу это не очень убедило.
— А мне казалось, что пан уже был здесь, потом спустился на улицу, а потом опять поднялся! — настаивала она. — А чтоб подвернул ногу, такого я не видела.
Ага, похоже, любопытная соседка не отходила от глазка в своей двери! Очень важное обстоятельство, и хорошо, что подпоручик его установил, ведь неизвестно, захочет ли ещё эта вредная баба общаться с официальными представителями следственных властей.
— Пани просто не могла меня видеть, ведь я нагнулся! — вежливо пояснил Яжембский, проверяя свою гипотезу относительно глазка. Поскольку опровержения не последовало, офицер полиции уверился в своём предположении и смело врал дальше, ещё энергичнее растирая ногу:
— Такая боль, вы не представляете!
Трудно сказать, удалось ли подпоручику убедить соседку. Скорее, не удалось, ибо она по-прежнему смотрела на него с подозрением, помощи не предложила и, похоже, о чем-то думала. Затем, судя по движению кудрявой головы, пожала плечами, втянула эту голову внутрь и захлопнула дверь.
Будучи уверен, что баба продолжает наблюдать за ним через глазок, подпоручик продолжал демонстративно массировать лодыжку. Ему пришло в голову, что версию с вывихнутой ногой можно использовать и в другом отношении: опергруппа, уезжая, прихватит его с собой как пострадавшего, и тем самым удастся скрыть от дотошной соседки свою принадлежность к полиции. Знакомство с нею, так сказать, состоялось, как знать, может, и пригодится.
Полиция прибыла через десять минут. С нею приехал и полицейский врач.
— Ну, что тут у вас? — сухо поинтересовался подпоручик Анджей Вербель, с которым Янек Яжембский учился ещё в начальной школе, не говоря уже о средней и специальной милицейской. Пути их разошлись лишь после окончания Высшей школы милиции, когда судьба разделила их, отправив на службу в разные отделы.
— Нарочно не придумаешь! — ответил Яжембский и стащил коллегу на несколько ступенек вниз. В ответ на недоуменный взгляд давнего дружка пояснил: — Камера работает! Баба вон из той квартиры видит нас в глазок.
— Да что случилось?
— Приехал поговорить по душам о своём деле с одним типом, а застал клиента для вас.
— Фальшивомонетчики? — пожелал убедиться подпоручик Вербель.
— Да, как раз копаюсь в этом деле, а он мог много знать. Чертовски много знать. Как тебе удалось так быстро заловить эскулапа?
— Случайно ошивался поблизости. А что, ты думаешь, тот ещё жив?
— Был тёплый, я пощупал. И знаешь, в комнате все вверх ногами. Анджей, мне бы хотелось присутствовать при осмотре.
— Нет проблем! Пошли скорее!
Оказалось, можно уже не спешить, ибо хозяин квартиры, как установил врач, расстался с жизнью окончательно и бесповоротно, и произошло это ещё до прибытия подпоручика Яжембского, минимум полчаса назад. После врача своё дело сделал фотограф и уступил место специалисту по дактилоскопии.
— На ручке входной двери мои отпечатки, — информировал его подпоручик Яжембский. — Снаружи, внутри я к ручке не прикасался.
— Очень мило с вашей стороны, — похвалил его эксперт. — Тут я как раз вижу потрясающие отпечатки. Свеженькие, как первая редисочка.
Врач в своём заключении не сомневался. Хозяин квартиры и в самом деле был совершенно мёртв. Две колотые раны, из них одна прямиком в нужный орган, исключали ошибку. Следов борьбы врач не обнаружил.
— Если удар в сердце нанесён пружинным ножом, это мог сделать даже ребёнок, — заметил врач. — А больше ничего до вскрытия сказать не могу.
Начальник опергруппы капитан Фрелькович подвёл итоги первых минут расследования:
— Нападение внезапное, скорее всего, действовали пружинным ножом. Хозяин квартиры открыл кому-то знакомому дверь — это мог быть и мужчина, и женщина, и даже ребёнок — и получил первый удар. Не давая ему опомниться, нападавший толкнул хозяина в квартиру, где и нанёс ему смертельную рану. Потом в спешке принялся что-то искать в комнате. Преимущественно рылся в бумагах.
— И наверняка нашёл, — с горечью резюмировал подпоручик Яжембский. — Что бы мне, холера, прийти на час раньше!
— А почему же ты не пришёл? — поинтересовался школьный товарищ.
— Он сам мне назначил время. Слушайте, тут напротив такая дотошная баба живёт, она не отходит от глазка в двери и наверняка видела, кто здесь был незадолго до моего прихода.
И Яжембский рассказал о своём знакомстве с любопытной соседкой. Оба — и капитан, и подпоручик из следственной группы — очень обрадовались. Такая камера действительно могла оказаться бесценной!
Труп лежал посередине небольшой комнаты тесной однокомнатной квартиры и очень мешал опергруппе в её работе, поэтому капитан распорядился отправить его с врачом в морг. Подпоручики Вербель и Яжембский могли на просторе приступить к осмотру помещения, сам же капитан решил лично побеседовать с наблюдательной соседкой, надеясь в глубине души, что после общения с ней следствие удастся закончить в рекордно короткий срок.
Не успел капитан снять палец с кнопки звонка, как дверь распахнулась.
— Ну, чего раззвонились? — недоброжелательно поинтересовалась пожилая красотка громким пронзительным голосом, явно намереваясь привлечь к делу общественность. — Сейчас полицию вызову!
— А я и есть полиция! — обрадовал её капитан. — Вот моё служебное удостоверение. Разрешите войти? Мне нужна ваша помощь.
Внимательно изучив удостоверение личности, женщина неохотно впустила капитана в квартиру. Удостоверение, похоже, отнюдь не смягчило подозрительную особу, она по-прежнему оставалась неприязненной и бдительной.
Опытному оперативному работнику хватило взгляда, чтобы понять — он имеет дело с одной из самых неприятных категорий граждан, самоуверенными и недалёкими женщинами старше среднего возраста со следами былой привлекательности, исполненными претензий ко всему на свете неизвестно за что. Первые же слова возможной свидетельницы подтвердили наихудшие опасения капитана:
— А что тут вообще происходит? С чего вдруг такой шум? Там живёт порядочный человек, редкий мужчина, никогда никакого шума не было, никаких подозрительных визитёров, вроде вас…
— Вот я как раз о визитёрах и хотел поговорить с уважаемой пани! — подхватил капитан. — У вас глазок в двери, так, может, вы случайно видели, кто тут сегодня был?
— Случайно! — фыркнула дама. — Тоже скажете! Да я, если хотите знать…
Спохватившись, что сболтнула лишнее, она прикусила язык и попыталась исправить содеянное:
— То есть я хочу сказать… приходится смотреть, столько разного жулья развелось! Вот поэтому, как услышу что подозрительное, сразу и смотрю в глазок. Да вы войдите, чего уж там.
Капитан с энтузиазмом похвалил столь полезную осторожность и спросил, кого же именно удалось сегодня высмотреть.
Оказалось, одного такого… Околачивался здесь, на лестнице, без всякой видимой причины один подозрительный тип. С виду — чисто ангелочек, воды не замутит, вежливый такой. Но она-то знает, что именно такие самые опасные! Уж поверьте её опыту и умению разбираться в людях. Ногу он подвернул, видите ли! А сам по лестнице вверх и вниз как метеор шастал!
Капитан терпеливо выслушал донос на подпоручика Яжембского, продемонстрировав к нему повышенный интерес, поблагодарил бабу за бдительность и спросил, не видела ли она сегодня ещё кого до появления подозрительного ангелочка. В бабе опять пробудилась бдительность и недюжинные способности рыночной торговки.
— Сначала пусть пан полицейский мне скажет, что случилось. Ведь я же видела — кого-то на носилках вынесли. Не иначе, моего соседа. Совсем расхворался? Он ведь уже несколько дней как плохо себя чувствовал. Приступ какой? А иначе больше ни словечка от меня не услышите.
— Убили его! — резко бросил капитан, решив, что встряска бабе не помешает, а правду сказать соседям все равно придётся.
Полицейская тактика сработала безотказно. Баба была ошарашена, да ещё как! Схватилась за горло, видимо, дыхание перехватило, вскочила со стула и тут же тяжело плюхнулась обратно. Капитан невозмутимо наблюдал за реакцией соседки на известие о смерти «такого порядочного человека», «редкого мужчины». А соседка с ненавистью прохрипела сквозь стиснутые зубы:
— Это та сука, не иначе!
— Какая сука? — немедленно пожелал уточнить капитан.
Женщина не ответила. Молча сидела она, пытаясь справиться с волнением и интенсивно о чем-то размышляя. Потом все так же, не говоря ни слова, встала, направилась в кухонный закуток и там напилась воды прямо из-под крана, что несомненно свидетельствовало — волнение было истинным, не показным. Какой дурак в нормальном состоянии стал бы пить прямо из-под крана жидкость, которая в этом городе называется водой? В сыром виде?! Когда всем известно, что даже в кипячёном ею лучше мыть пол, а не потреблять внутрь.
Тем не менее женщина немного пришла в себя, села на прежнее место, тяжело вздохнула и решительно заявила:
— Все скажу! И, помолчав, стала давать показания:
— Первое: в глазок я наблюдала за дверью соседа, потому как он сам меня просил об этом. Кто, кто… Пан Миколай, ясное дело, сосед мой, что живёт напротив! За кем наблюдать? Да за всеми, кто тут крутится на площадке, кто звонит ему, когда его нет дома, вообще за всем. Ну, я и наблюдала. Раз какие-то типы пришли и отвёрткой в его двери ковыряться начали, так я их шуганула. Нет, это ещё в прошлом году было. Сегодня? Как же, и сегодня приходили. С час назад, ну, может, с полтора, появилась тут эта лахудра. Я её сразу узнала! Явилась не запылилась, вспомнила о пане Миколае через три года!
Лахудра очень заинтересовала капитана Фрельковича, и он попросил рассказать о ней подробней.
— Да жила она с ним три года назад! — с ненавистью, сквозь стиснутые зубы произнесла соседка покойника. — Приходила сюда к нему. Редко правда, чаще он к ней ходил. «Жена», — говорил мне, а какая она там жена! Багажная квитанция вместо штампа в паспорте. Да вот уже как три года не видать тут было этой холеры, и слава Богу, а сегодня — нате вам, объявилась! В зеленом ортальоновом плаще. Он ей открыл, она вошла, побыла немного и отчалила. А уж летела, будто волки за ней гнались! Я в окно поглядела, так она к своей машине чуть ли не бегом бежала. И умчалась.
— А какая у неё машина?
— Не знаю, в машинах я не разбираюсь. Нет, не «фиат», не «полонез» и не «мерседес», эти я отличу, а , вот за другие не поручусь. Да старая такая машина, поношенная. Я так понимаю — пан Миколай эту стерву бросил, вот она ему и отомстила, пришила беднягу. Как пить дать, она пришила!
— Фамилию её знаете?
— Нет, пан Миколай мне не говорил. И имени тоже.
— А как она выглядит?
— Ну чистая выдра, страх один. Патлы торчат… Что какие? Патлы какие? Да такие, светлые. Ну да, блондинка. Нет, не крашеная. Да уж можете мне поверить, я в этом разбираюсь получше некоторых полицейских чинов! А что ещё сказать? Нет, не толстая, скорее тощая. И вовсе не молодая, только строит из себя девочку, а самой никак не меньше тридцати пяти! Рост? Поменьше меня, на полголовы меньше, факт!
Поскольку свидетельница габаритами напоминала деревенскую печь, — рост далеко за метр семьдесят и телосложение весьма солидное — капитан сделал необходимую поправку, и все равно информация о внешних данных лахудры, выдры и стервы была слишком общей. Хорошо бы в бумагах покойного пана Миколая обнаружить её имя и телефон, а возможно, и адрес.
— Так вы не знаете, где она живёт?
— Где-то недалеко, в районе Верхнего Мокотова, а вот улицы не знаю. Пан полицейский, эта чума в квартиру пана Миколая входила последней, а до того пан Миколай живёхонький был! Я ему сырок принесла из магазина. Он дверь отворил и взял сырок. Говорю вам — в полном порядке был, живой и здоровый!
— Как же здоровый, ведь вы только что сказали, что он уже несколько дней как хворал?
— Он ив самом деле был нездоров. Несчастный случай, попал под машину. Что-то с позвоночником, по квартире пан Миколай с трудом передвигался, а на улицу и вовсе не выходил. В остальном же здоровёхонек был, с чего ему помирать?
— А больше к нему никто сегодня не приходил?
Баба ответила не сразу, и у капитана создалось впечатление, что она решает про себя — сказать или не говорить ещё о чем-то. Похоже, решила информацию попридержать.
— Нет! — сказала как отрезала.
Поскольку капитан продолжал выжидающе смотреть на свидетельницу, та, подумав, сочла нужным добавить:
— Да к нему, почитай, вообще никто и не заходил. Бывал, правда, один хмырь, но редко, раза два в году, не чаще. Ну, какой хмырь, известно какой! Средний такой, рябоватый, вечно обвешанный фотоаппаратами. А как-то раз заявилась форменная кикимора — большая, толстая и чернявая. Но та вовнутрь не заходила, он с ней через цепочку говорил. Оставил на площадке ждать, вышел, и куда-то они пошли. Нет, кикимора больше не появлялась.
По словам наблюдательной соседки, убитый был журналистом и вечно собирал материал-информацию, над которым потом работал дома. Поиски необходимого материала занимали у него много времени, случалось, он целыми днями где-то пропадал. Но пьяным ни разу не возвращался! Даже если добирался до дому поздней ночью или под утро. Одно слово — порядочный человек.
На этом, собственно, и закончился первый разговор капитана Фрельковича с наблюдательной соседкой. Из всего сказанного ею самой ценной представлялась информация о неизвестной женщине, побывавшей в квартире соседа последней.
Тем временем два подпоручика с помощью сержанта полиции провели в квартире погибшего большую работу. Отложив на будущее подробный анализ множества машинописных страниц, газетных вырезок, газет и журналов в целом виде, а также официальных документов (оптимисты!), они первым делом занялись тщательным изучением двух, по их мнению, самых интересных предметов. Один из них был блокнотом, а может быть, записной книжкой, второй — женской сумкой из мягкой кожи, большой, не очень новой, с оторванным ремешком, на котором её носили на плече, и испорченным замком-молнией.
Капитан Фрелькович накинулся на эту сумку, как оголодавший стервятник на падаль, ведь она, естественно, ассоциировалась у него с упомянутой выше лахудрой, стервой и чумой. Очень возможно, что именно она, бывшая любовница, и прикончила соседа свидетельницы.
— Документы? — с надеждой воскликнул капитан.
— Фига с маком! — невежливо ответил подпоручик Вербель, но начальство не обиделось — такая горечь и разочарование прозвучали в голосе подчинённого. А тот добавил:
— Разве в такой сумке может оказаться что-нибудь путное? Да вы сами взгляните, пан капитан, на её содержимое, вон там мы все выложили. И перечень составили.
Обозрев кучу самых разнообразных предметов, вываленных на софу, капитан схватился за перечень. Из него следовало, что весьма поношенная пластмассовая косметичка, находящаяся в упомянутой дамской сумке, была битком набита предметами, из которых только пудреница не вызывала удивления. Остальные же ничего общего с косметикой не имели. Там находились: перочинный и консервный ножи, лекарства и перевязочный материал, филателистический пинцет, булавки и столько прочей дребедени, что содержимого только косметички хватило на то, чтобы завалить полсофы.
Капитан воздержался от комментариев и продолжил чтение перечня. Под пунктом 4 в нем фигурировал миниатюрный календарик на этот год всего с двумя записями. Под пунктом 15 — клочок бумаги с надписью «Змам 46 16». Далее следовал ещё один клочок, на котором было в спешке накорябано: «Зося 15». Фигурировали в перечне и несколько пустых пластмассовых папок с надписями на иностранных языках, и ксерокопия весьма экзотического кулинарного рецепта, жетоны к игорным автоматам, скомканные куски бумажных салфеток и туалетной бумаги.

Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств - Хмелевская Иоанна => читать онлайн книгу детективов дальше


Хотелось бы, чтобы книга-детектив Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств автора Хмелевская Иоанна понравилась бы вам!
Если так окажется, то вы можете порекомендовать книгу Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств своим друзьям, проставив ссылку на эту страницу с детективом: Хмелевская Иоанна - Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств.
Ключевые слова страницы: Пани Иоанна - 12. Стечение обстоятельств; Хмелевская Иоанна, скачать, бесплатно, читать, книга, детектив, криминал, электронная, онлайн