А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Незнакомый голос неторопливо заговорил с большими паузами.
– Далмас? О'кей. Пушка у нас. Тебе, небось, захочется получить ее назад, а?
– Обе. Я человек бедный.
– У нас только одна, – проговорил вкрадчивый голос. Одна – но та самая, которую легавые не прочь будут заполучить. Ну ладно, я перезвоню тебе попозже. Обдумай все как следует.
– Спасибо. – Я повесил трубку и, сняв со стола бутыль, поставил ее на пол и улыбнулся миссис Прендергаст.
– Разговор придется вести мне, – сказала Кэрол Прайд. – Миссис Прендергаст слегка простужена. Ей нужно беречь горло.
Она искоса бросила на блондинку один из тех взглядов, которых мужчины, по мнению женщин, не в состоянии понять, один из тех, что сверлят все, как бормашина у дантиста.
– Ну... да, – слегка наклоняясь, чтобы заглянуть за край стола, где я поставил на ковер бутылку виски, проговорила миссис Прендергаст.
– Миссис Прендергаст была со мной совершенно откровенна, – продолжала Кэрол Прайд. – Не знаю, чем я заслужила такое доверие. Разве что тем, что указала ей, каким образом можно было бы избежать неприятной огласки.
Я взглянул на нее, нахмурившись.
– Насколько я знаю, никакой огласки и не будет. Я не давно говорил с Ревисом. Он окружил все это дело такой секретностью, что взрыв динамитной шашки произведет не больше шума, чем беглый взгляд оценщика в ломбарде на долларовые часы.
– Ужасно смешно, – сказала Кэрол Прайд, – во всяком случае, для любителей подобного юмора. Но, как ни странно, миссис Прендергаст хочет получить назад свое ожерелье. И, по возможности, так, чтобы мистер Прендергаст не узнал, что оно было украдено. По-видимому, он до сих пор ничего не знает.
– Ну что ж, это меняет дело, – сказал я. (Черта с два он не, знает!).
Миссис Прендергаст одарила меня улыбкой, которую я почувствовал даже в заднем кармане брюк.
– А я так люблю простое ржаное виски, – проворковала она. – Может, мы... того, по маленькой?
Я достал стеклянные стопочки и снова водрузил бутылку на стол. Кэрол Прайд откинулась на спинку стула, с презрительным видом закурила сигарету и глядела в потолок. Но смотреть на нее было вполне приятно. На нее можно было смотреть довольно долго, не чувствуя головокружения. Не то, что на миссис Прендергаст – на эту достаточно было разок взглянуть, чтобы забыть, как тебя зовут.
Я налил обеим леди по стопочке. Кэрол Прайд до своей даже не дотронулась.
– На всякий случай, может, вы не в курсе, – проговорила она холодно, – имейте в виду, что Беверли-Хиллз, где живет миссис Прендергаст, – район не совсем обычный. У них радиофицированные машины с обратной связью, и вся территория охраняется спецнарядами, потому что за полицейскую охрану они платят кучу денег. Территория небольшая, так что каждый дюйм под присмотром. А в домах побогаче установлена прямая связь с Главным управлением – подземные коммуникации, которые нельзя перерезать.
Миссис Прендергаст тем временем одним глотком управилась со своим виски и нежно поглядывала на бутылку. Я надоил ей еще стаканчик.
– Это все ерунда, – промурлыкала она, сияя от удовольствия. – У нас есть еще очень чувствительные фотоэлементы, вделанные в дверцы сейфов и шкафов. Нажимаешь кнопку – и весь дом под сигнализацией, так что даже слуги не могут подойти близко к каким-то комнатам без того, чтобы через тридцать секунд в дверь уже не стучалась полиция. Великолепно, правда?
– Да, великолепно, – согласилась Кэрол Прайд. – Но все это – только на Беверли-Хиллз. Стоит вам выйти за пределы района – а вы ведь не можете провести всю жизнь на Беверли-Хиллз, если только вы не муравей, – и ваши драгоценности уже не в такой безопасности. Вот почему у миссис Прендергаст была копия жадеитового ожерелья – из стеатита.
Я выпрямился в своем кресле. Если меня не подвела память, Линдли Пол говорил что-то такое насчет этого ожерелья – что его, мол, невозможно подделать, даже если найти подходящий материал, что на это, мол, не хватит человеческой жизни.
Миссис Прендергаст допивала свой второй стаканчик, но его хватило ненадолго. Ее улыбка становилась все теплее и теплее.
– Так что, выезжая в театр или в гости за пределы Беверли-Хиллз, миссис Прендергаст должна была надевать копию своего ожерелья. В том случае, разумеется, когда ей хотелось надеть именно жадеит. На этот счет мистер Прендергаст всегда был очень требователен.
– А характер у него препаршивый, – вставила миссис Прендергаст.
Я приподнял ее руку и налил в стаканчик еще одну порцию виски. Кэрол Прайд, внимательно следившая за всем происходящим, в этот момент почти что заорала на меня:
– Но в тот вечер, когда на нее напали, она по ошибке надела не копию, а настоящий жадеит.
Я искоса взглянул на нее.
– Я знаю, о чем вы думаете, – отрезала она. – Кто мог знать о ее ошибке? О ней случайно, вскоре после того, как они вышли из дому, узнал мистер Пол. В тот вечер ее спутником был он.
– Он... ммм... он слегка потрогал мое ожерелье, – вздохнула миссис Прендергаст. – А он, знаете ли, мог определить подлинный жадеит на ощупь. Во всяком случае, я слыхала, что некоторые люди могут. А он так здорово разбирался в камнях.
Я снова откинулся на спинку своего скрипучего кресла.
– Черт подери, – пробормотал я с досадой. – Я должен был заподозрить этого молодчика с самого начала. Ведь у шайки должен был быть наводчик – непременно из хорошего общества. Иначе откуда они могли бы узнавать, когда деликатесы вынимаются из морозильника? Должно быть, он затеял с ними двойную игру, и они воспользовались случаем, чтобы убрать его.
– Не слишком ли расточительно с их стороны, вам не кажется? Такого талантливого наводчика? – спросила Кэрол Прайд ласково, одним пальцем отодвигая от себя стаканчик с виски.
– Мне действительно не хочется, миссис Прендергаст, – прибавила она. – Может быть, вам...
– Будьте здоровы, живите богато, – пропела миссис Прендергаст, резким движением опрокидывая стакан в глотку.
– Где и как произошел налет? – вмешался я.
– Ну это, понимаете, выглядит тоже немного странно, – поспешно отозвалась Кэрол Прайд, опередив миссис Прендергаст на полслова. – На обратном пути с вечеринки, которая была на Брентвудских Высотах, мистер Пол предложил заехать в Трокадеро. Они ехали в его машине. А как раз в это время, если вы помните, был перекрыт Закатный Бульвар – весь отрезок вдоль Каунти-стрит, – его должны были расширять. Ну так вот, после того, как они убили еще немного времени в Трокадеро...
– И пропустили по паре глоточков... – хихикая вмешалась миссис Прендергаст, пытаясь дотянуться до бутылки и так и оставив фразу незавершенной. Наконец, она добилась своей цели и наполнила один из стаканов. Вернее сказать, ей удалось добиться того, что некоторое количество виски попало и в стакан.
– ...Мистер Пол повез ее домой по бульвару Санта-Моника, – закончила свою мысль Кэрол.
– Но это самый простой путь, – сказал я. – И даже, пожалуй, единственный, если вы не хотите петлять по улицам и насквозь пропитаться пылью.
– Да, но на этом пути им пришлось проезжать мимо одной третьеразрядной гостиницы под названием «Тремейн», напротив которой, через дорогу, располагается пивная. Миссис Прендергаст заметила, что одна из машин, стоявших у входа в пивную, тронулась и поехала следом за ними. И она абсолютно уверена, что именно эта самая машина немного позже врезалась в них на повороте – и что налетчики совершенно точно знали, что им нужно. Все это миссис Прендергаст помнит отлично.
– Ну, естественно, – сказала миссис Прендергаст. – Я надеюсь, вы не думаете, что я была пьяна. Что-что, а пить малышка умеет. И потом, не каждую же ночь приходится терять такие ожерелья.
И она бодро выплеснула в рот пятый стаканчик.
– Я па-панятия не имею, ка-а-как выглядели эти типы, – обратилась она ко мне несколько охрипшим голосом. – Лин – это мистер Пол, я, понимаешь ли, звала его Лином, – ужасно перепугался. Забился в угол и носа не высовывал.
– Это были ваши деньги, – десять тысяч выкупа? – спросил я.
– А ты думаешь, это были деньги моей горничной, лапочка? Я хочу получить свои бусы назад, пока Корт ничего не знает. Может, наведаешься в эту пивную?
Она порылась в своей черно-белой сумочке, вытащила несколько скомканных банкнот и подвинула весь комок ко мне через стол. Я расправил бумажки и сосчитал. Там было четыреста шестьдесят семь долларов. Неплохие деньги. Я оставил их лежать на столе.
– Мистер Прендергаст, – снова, почти нараспев вступила Кэрол Прайд, – которого миссис Прендергаст называет «Кортом», полагает, что похищено ожерелье-дубликат. Он, по-видимому, не в состоянии отличить одно от другого. И он ничего не знает о событиях прошедшей ночи, за исключением того, что Линдли Пол был убит какими-то бандитами.
– Черта с два он не знает. – На сей раз я произнес эти слова вслух, и с достаточно кислой миной, отодвигая от себя пачку денег. – Мне кажется, миссис Прендергаст, вы думаете, что вас шантажируют. Вы ошибаетесь. По-моему, вся эта история не попала и не попадет в газеты потому, что кто-то сильно нажал на полицию. А полиция согласилась, потому что единственное, что им теперь нужно, – это шайка охотников за драгоценностями. Ребята, которые убили Пола, уже мертвы.
Миссис Прендергаст неподвижно уставилась на меня блестящими, пронзительными, пьяными глазами.
– Мне и в голову не приходило думать, что меня шантажируют, – сказала она, с трудом справляясь с шипящими звуками. – Я хочу получить свои бусы, и поскорее. Деньги – не проблема. Сколько угодно. Налейте мне виски.
– Оно перед вами. – Насколько я понимаю, еще немного, и она бы свалилась под стол.
– А вам не кажется, – вмешалась Кэрол Прайд, – что все же стоило бы наведаться в эту пивную – может быть, там вам попадется что-нибудь стоящее?
– Ага, попадется – кусок жеваной колбасы в физиономию, – проворчал я. – Изумительная идея.
Тем временем блондинка, долго пытавшаяся прицелиться из бутылки в один из двух своих стаканов, все-таки ухитрилась налить себе виски, и, выпив, свободным, плавным, царственным жестом, точно ребенок, играющий в песок, рассыпала по столу кучу долларовых бумажек.
Я отобрал их у нее, снова сложил стопочкой и, обойдя вокруг стола, засунул ей в сумку.
– Если мне удастся что-нибудь сделать, я дам вам знать, – объяснил я ей. – От вас мне не надо авансов, миссис Прендергаст.
Ей это понравилось. Она вознамерилась было налить себе еще стаканчик, но потом, обмозговав свое намерение с помощью еще оставшихся у нее не оглушенных виски мозгов, передумала, поднялась на ноги и, постаравшись как можно вернее определить направление, тронулась к двери.
Я вовремя подскочил к ней, чтобы не дать открыть дверь носом, поддержал под руку. За дверью, прислонившись к противоположной стене, скучал здоровенный шофер в форме.
– О'кей, – беззвучно произнес он, выплюнул сигарету так, что она отлетела шагов на десять, и крепко ухватил миссис Прендергаст под руку. – Пошли, крошка. Мне бы и на самом деле нужно как следует отшлепать тебя по попке. Ох, надо бы черт меня побери.
Она захихикала, вцепившись в него, и они пошли по коридору, исчезнув вскоре за углом. Я вернулся в контору, уселся за стол и взглянул на Кэрол Прайд. Она откопала где-то тряпку для пыли и теперь вытирала стол.
– Все вы и ваша проклятая бутылка. – В голосе ее была горечь, а в глазах – одна сплошная ненависть.
– К черту бутылку, и к черту ее, – я тоже сердился. – Я бы не доверил ей и пары драных носков. Надеюсь, ее сейчас трахнут хорошенько по дороге. К черту ее, и ее пивную туда же.
– Вы слишком узко понимаете мораль, мистер Джон Далмас. У нее горы денег, и она на них не скупится. Я видела ее мужа – это палка, на которой круглый год растут чековые книжки. Если в этом деле кто-то с кем-то о чем-то договаривался, то только она сама.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11