А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Он закрасил белые акриловые буквы слоем коричневой акварели. Когда она засохла, белой акварелью написал название совсем другой фирмы: «Моулет и Хоферт. Сантехнические работы», Байонн, штат Нью-Джерси. Пара взмахов мокрой тряпки, и пикап мог поменять владельцев.
В Нью-Корнуолле Симмонз поехал прямо к банку. Проезжая мимо, посмотрел на часы.
— Чуть больше сорока пяти минут от двери до двери.
— Как мы и предполагали.
— Вот и хорошо.
— Два квартала прямо, потом налево, и через три квартала будет торговый центр, — подал голос Джордано.
— Слишком близко, Луи. Надо бы другой, подальше.
— Хорошо. Пока прямо, я скажу, где поворачивать.
Они подъехали к большому торговому центру в северной части города. Два супермаркета, боулинг, ресторан быстрого обслуживания, несколько маленьких магазинчиков.
— Нам нужен салон красоты, Говард. Что-то я его не вижу.
— Боулинг, — вставил Мердок.
— Именно. Меньше чем два часа игра не занимает, а днем там только женщины. Выходя оттуда, они уже не помнят, где парковались, а потом еще долго будут соображать, как вызвать полицию.
Симмонз промолчал. Пикап медленно катил вперед, объезжая торговый центр, переходя с одной полосы на другую. Не прошло и пяти минут, как на стоянку свернул «додж». Из него вылезли четыре женщины с сумками для боулинга.
— Вон тот «додж», Бен, — указал Симмонз. — Хочешь его взять?
— Почему нет?
Пикап затормозил у «доджа». Мердок открыл дверцу и вылез из кабины. Симмонз проехал чуть вперед, вновь остановился, но мотор выключать не стал. Четыре женщины вошли в зал боулинга. Людей на стоянке не было.
— Не пойму, чего он ждет, — бросил Джордано.
— Выбирает удобный момент. Бен спешки не любит. И потом, как только он сядет за руль, останется только уехать.
— Тут он прав. По-настоящему подставляешься, лишь когда крадешь машину. А угнав ее, можешь считать себя в безопасности четыре-пять часов.
— Поэтому мы сейчас и прикрываем его.
— Естественно. — Джордано вздохнул. — Говард? — Что?
— Лучше бы мне сидеть за рулем.
— Как только Бен угонит...
— Я не об этом. Я не хочу входить в банк. Перерыв на ленч заканчивается у Пат в половине второго, а ограбление назначено на два часа. Она наверняка меня узнает.
— У тебя усы, которые должны заметить свидетели. Опять же у меня не тот цвет кожи. В прошлом ограблении негры не участвовали.
— Если она узнает меня, неприятностей не оберешься.
— Почему? Ты же не называл ей свою фамилию?
— Нет.
— Так в чем проблема? Бен заводит двигатель. Помех нет? Никаких. Путь свободен. Попутного ему ветра.
— Полку любителей боулинга прибыло. Приехали, пока мы тут болтали. Лиловый «форд».
— Я его не заметил. Давай посмотрим.
Симмонз подогнал пикап к лиловому «форду», притормозил. Джордано уже собрался открыть дверцу, но внезапно откинулся на спинку сиденья.
— Поехали. Одна возвращается. Наверное, что-то забыла.
Симмонз проехал чуть дальше и припарковал пикап между двух легковушек. Женщина в блузке цвета маренго и плиссированной черной юбке подошла к «форду», взяла черную сумочку и направилась к залу боулинга.
— Черт, — процедил Джордано, — а ведь мы могли разбогатеть. Готов поспорить, в сумочке не меньше восемнадцати, а то и двадцати долларов.
— Да еще ключи от автомобиля.
— Вот это плохо. Ключи развращают. Случается, они ломаются в замке зажигания, и что тогда делать? А вот выдернутый проводок в замке зажигания не сломается.
— Ты абсолютно прав. Луи?
— Да.
— Тебя тревожит кассирша?
— Немного.
— Ты позвонишь ей без четверти два. В банк. Представишься доктором из какой-нибудь больницы. Скажешь, что у ее матери сердечный приступ и она умирает. Твою девчушку как ветром сдует.
— Говард, какой же ты умница!
— Из банка мы ее уберем. Осталось только найти десятицентовик, чтобы позвонить ей.
— Повторяю, Говард, — ты умница. А теперь извини, мне надо украсть автомобиль.
* * *
Будь его воля, Мердок никогда не остановил бы свой выбор на «додже». К двигателю и коробке передач претензий у него не было, машина легко слушалась руля, но массы ей явно не хватало, и она казалась ему игрушечной, А может, подумал он, причина в ее небесно-синем цвете или в салфетках и детских книжках, что валялись на заднем сиденье.
Какая, впрочем, разница, нравится ему машина или нет, думал Мердок. Скорее всего больше ему садиться в нее не придется. Да и никто из них уже не увидит этого «доджа». Просто полковник считал, что нельзя идти куда бы то ни было, не подготовив путь к отступлению. Да не один, а несколько, чтобы было из чего выбирать. Если придется менять машины, если есть хоть малейшая вероятность того, что придется менять машины, надо заранее позаимствовать как минимум две и оставить их в удобных местах. Если они все-таки понадобятся, взять их — не проблема. Если не понадобятся, рано или поздно местная полиция их найдет и вернет владельцам. Тем, конечно, придется день-другой походить пешком, но тут уж ничего не поделаешь.
Мердок обогнул угол Олдер и Саммервуд-стрит, в трёх милях к востоку от Торгового банка Нью-Корнуолла, и оказался в квартале новых домов. Перед одним, стояла табличка с надписью «Продается». У этого дома Мердок и припарковал «додж». Оставил ведущий к стартеру проводок на рулевой стойке. Надел перчатки и протер те поверхности, к которым мог прикасаться. Воспользуются они «доджем» или нет, свои отпечатки пальцев оставлять ни к чему. За долгие годы у государства и так скопилась приличная коллекция пальчиков Бена Мердока. И пополнять ее незачем.
Он расстегнул ветровку, сунул руку за пояс, достал револьвер. В третий раз проверил, заряжен ли он, и вновь засунул за пояс. Застегнул ветровку.
Пройдя примерно квартал, Мердок оглянулся. К «доджу» никто внимания не проявлял. Мердок повернулся и зашагал к банку. Шел он, не торопясь, словно школьник, опасающийся прийти в класс слишком рано. А как иначе можно пройти три мили за имеющиеся в его распоряжении два часа.
И тем не менее шел он слишком быстро. Потому что, когда Мердок поравнялся со зданием банка, его часы показывали 13.37. «Тринадцать тридцать семь», — произнес он вслух и недовольно поморщился. В банк он мог войти лишь в 13.52.
Не оставалось ничего другого, как свернуть на Броуд-стрит и задумчиво разглядывать витрины.
* * *
В 13.48 Джордано бросил десятицентовик в щель телефона-автомата и набрал номер банка. Когда ему ответил женский голос, он незамедлительно представился:
— Это доктор Перлин из больницы «Сестры милосердия». У вас работает Патриция Новак?
— Да, она...
— Пожалуйста, попросите ее как можно скорее прийти в отделение реанимации. Ее отец получил серьезные повреждения в автомобильной аварии и может умереть.
— Боже мой!
— Поставьте ее в известность.
— Да, конечно. «Сестры милосердия». А вы доктор...
— Доктор Феллман.
— Доктор Фелдон. Да, я уже бегу к ней.
* * *
В 13.52 Мердок вошел в банк через дверь на Броуд-стрит и чуть не столкнулся с молодой большеглазой женщиной, которая выбегала на улицу; на ходу надевая плащ. Он с трудом подавил смешок и направился к столу для клиентов, взял из ячейки депозитный бланк и потянулся за шариковой ручкой. Она была привязана к столу тонкой леской. «Однако, — удивился Мердок. — Сидят на деньгах и в то же время беспокоятся, как бы кто не украл их шариковые ручки».
Он склонился над бланком и начал вписывать геометрические фигуры в свободные квадратики.
* * *
В 13.53 Джордано вошел в банк через дверь с Ревер-авеню. Встал в очередь к кассирше в окошечке под номером три. Перед ним стояли четверо. Если б очередь двигалась слишком быстро, ему бы пришлось отойти под каким-то предлогом. Чтобы заполнить несуществующий чек или что-нибудь еще в этом роде. Но очередь двигалась как обычно, то есть медленно. Будь Пат на месте, очередь была бы короче, а так двум кассиршам приходилось работать за троих.
* * *
В 13.53 Симмонз поставил коричневый пикап на банковскую автостоянку на Ревер-авеню. Он уже надел перчатки, как и Мердок, и Джордано.
Достал револьвер, из купленных в Ньюарке, проверил, заряжен ли он, и положил на сиденье рядом с собой.
«Эстер», — подумал он, и на мгновение она возникла рядом, так близко, что он мог с ней поговорить. А потом исчезла. Он говорил с ней прошлым вечером. При удаче поговорит через пару часов. Она, конечно, не узнает, что произошло в Нью-Корнуолле, но в его голосе появятся интонации, которых не было вечером.
Появятся ли? Ведь Эдди Мэнсо все еще в поместье.
Он закурил, коротая время.
* * *
В 13.55 Ден пересек луч, падающий на фотоэлемент. Тут же появился охранник, дежурящий у сейфов.
— А, мистер Мурхед!.. Вы у нас стали постоянным клиентом.
— Похоже на то. — Ден спускался к хранилищу уже четвертый раз.
Он расписался на регистрационной карточке и как бы невзначай протер ее рукавом, чтобы случайно не оставить отпечатки пальцев. Затем он и охранник произвели ритуальные действа: сначала охранник открыл замок своим ключом, потом — Ден. Ден вытащил металлический ящик.
— Держу пари, он битком набит долларами, — улыбнулся охранник.
— Если и набит, то только резаной бумагой, — ответил Ден.
Охранник добродушно рассмеялся, показывая, что ценит шутку. Ден отнес ящик в кабинку, открыл его, достал конверт из плотной бумаги, положил в «дипломат» и аккуратно протер ящик, уничтожая отпечатки пальцев. Из «дипломата» он извлек восьмидюймовый отрезок свинцовой трубы, обтянутый сначала губчатой резиной толщиной в четверть дюйма, а потом несколькими слоями клейкой ленты. «Ругер» сорок пятого калибра, купленный в Пассэике, дожидался своего часа в наплечной кобуре под пиджаком.
К сожалению, вздохнул он, без стрельбы не обойтись.
Мердок на дюйм приоткрыл дверь кабинки. Все тихо. Он в последний раз потянулся к «дипломату», достал из него резиновые перчатки и натянул на руки.
Посмотрел на часы.
13.59.
Глава 22
Броневик «Уэллс Фарго» въехал на стоянку на Ревер-авеню в две минуты третьего. Водитель остался за рулем. Два охранника в серой униформе направились к банку. Один нес два мешка из толстого брезента. Второй шел с пустыми руками. Как только охранники открыли дверь, Симмонз повернул ключ зажигания. Проделал это раз, другой, не нажимая на педаль газа, чтобы двигатель не завелся. Затем Симмонз вылез из кабины и, прикрывая револьвер корпусом, направился к водителю броневика.
— Ничем помочь не могу, приятель. — Водитель развел руками. — Не имею права выходить из автомобиля. На углу Броуд и Айви бензозаправка... Черт! — Он увидел револьвер. — У нас здесь только пяти— и десятицентовики, поэтому меня оставили одного.
— Заткнись и повернись спиной!
— Слушай, это их деньги. Не мои. Так?
— Так.
— Тогда какое мне до них дело? Так? У меня жена, ребенок...
Симмонз поднял револьвер.
— Черт, ты же можешь связать меня, вставить мне в рот кляп. Хотя на это уйдет много времени. Окажи мне одну услугу, не бей слишком сильно. Поверь мне, плевать я хотел на их деньги. Стукни легонько, и я отключусь как минимум на час. И потом я совсем не запоминаю лица. Я...
Удар рукояткой прервал его монолог.
* * *
Ден подождал, пока они спустятся вниз. Два сотрудника «Уэллс Фарго» и Мэттью Делвин, вице-президент банка и, по словам Мэнсо, один из приближенных Платта. Помимо Делвина и Касперса, скорее всего никто не знал, что банк работает на гангстеров. Но эти двое знали.
Ден распахнул дверцу кабинки. Вышел с депозитным ящиком под мышкой. Обрезок трубы он прикрывал свободной рукой. Не обращая внимания на трех мужчин, стоящих у двери хранилища, Ден направился к охраннику, чтобы отдать ему депозитный ящик.
— Что-то он полегчал, мистер Мурхед, — улыбнулся охранник.
— Это точно.
Охранник взял депозитный ящик, повернулся и поднял его, чтобы вставить в ячейку. Краешком глаза Ден увидел, что Делвин уже открыл дверь хранилища.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20