А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Сухмет еще раз мысленно проверил свое сооружение и пошел вниз. Ему хотелось есть. Лотар подумал было, что недурно бы выпить разбавленного сидра или того сока, который Сухмета научил делать Кнебергиш, и тут же увидел восточника с небольшим кувшином в руках, в котором весело плескалась жидкость. Потом старик все-таки ушел есть.
- Ну, - спросил Рубос, когда Лотар напился, - можешь объяснить, что дальше?
- Да, господин Лотар, куда ты направил корабль?
Это были Джимескин с Партуазом. Рядом с ними стоял Купсах. Лотар поднялся с палубы, посмотрел на ют. За рулями был Санс. Крылья "Летящего Облака" крутили матросы, его ученики переживали возле правого борта, на самом солнцепеке, но все-таки слушали его методом Сухмета, боясь пропустить хоть слово.
- Капитан, сколько, по-твоему, мы прошли за последние двенадцать часов? - спросил Лотар.
- У меня получилось, что более двухсот пятидесяти миль. Нам немного помог ветер.
- Значит, до передовой от этих разъездов ханнов, - Лотар указал еще на один отряд кочевников, которые на этот раз мирно проезжали под ними, осталось миль двести, если не меньше. То есть до того момента, когда война станет необратимой, осталось меньше недели.
- Мы все это понимаем, Лотар, - буркнул Джимескин. - Что мы будем делать сейчас, сегодня?
- Мы идем к берегам речки Говарли, где будем искать главный лагерь Торсингая.
- Почему ты думаешь, что он именно там разбил свой лагерь? Ты получил какие-нибудь сведения, о которых не сообщил нам? - поинтересовался Шивилек.
- Вчера на совете Присгимул рассказал кое-что о том, как Торсингай принимает решения. Он, должно быть, стоит сейчас на берегу реки и тренируется, ожидая, пока решение забрезжит в его мозгу. Совсем неплохой метод, должен признать. Если бы у меня было время, я бы тоже так делал.
- Он сказал, что так Торсингай восстанавливает силы, но не было сказано ни слова, что он так же вынашивает свои планы, - произнес Джимескин.
- Это очевидно.
- А почему ты собираешься его искать именно на берегах Говарли-Дарь, как полностью звучит название этой речушки? - Шивилек не мог не продемонстрировать Джимескину свои познания. - Это ведь даже не самая большая река в этих степях. Казалось бы, для двора такого великого завоевателя, каким считается Торсингай, нужна большая река,
- Разумный воин, мэтр, ищет не самую большую, а самую чистую, чтобы избежать болезней, - спокойно ответил Лотар. - Именно поэтому он становится не ученым, а завоевателем.
Адъюнкт слегка покраснел. Лотар надеялся, что хотя бы полчаса он не будет демонстративно выгружать перед ними свои познания.
- И все-таки, Лотар, что ты будешь делать, когда мы найдем его?
- Я попробую найти его фокус. Не общий фокус жизни или планов, а фокус или направление его недавних поступков.
- Что такое фокус? - спросил Джимескин.
- Кросс, смотрите! - заорал вдруг матрос, которого поставили впередсмотрящим. Он был очень возбужден и показывал куда-то пальцем.
Все подошли к борту. Да, на это стоило посмотреть. До самого горизонта по выжженной степи тянулись повозки, между которыми на бесчисленных крепких восточных лошадках ехали верховые воины. Это двигалось войско Торсингая.
Их было очень много, десятки тысяч. И они шли на этот недружелюбный Запад со своими женами и детьми, которых везли в повозках, со своим оружием и, конечно, со своими животными, которых ценили больше жизни. Над этой рекой кочевников поднималась туча пыли, взбиваемой бесчисленными копытами, ногами, колесами...
Не успело "Летящее Облако" приблизиться к этой массе людей, животных и повозок, как Джимескин болезненно сморщился и отпрянул от борта.
- Что... что это?
- Это их запах, господин, - раздельно произнес Партуаз.
- Нужно молиться, чтобы этот запах не появился в наших домах, проговорил вдруг обычно сдержанный Купсах.
- Но... Но сколько же их тут? Это же целое море. Они способны поглотить весь Запад! - воскликнул Шивилек.
- Сухмет, - позвал Лотар негромко, зная, что старик стоит возле его плеча. - Сколько у Торсингая таких колонн?
- Это не самая крупная, а средняя, господин мой. Таких у него пять. Есть еще три действительно крупные, которые ведут самые богатые и сильные роды его Империи. А мелких я пока сосчитать не могу, их несколько десятков.
Джимескин гулко проглотил слюну.
- Сколько же у него солдат?
Сухмет справедливо решил, что вопрос обращен к нему, и пожал плечами:
- Этого не знает никто из смертных, господин.
Джимескин был возбужден. Он повернулся к Сухмету И даже взял его за отворот халата, словно тот мог исчезнуть или убежать.
- А две другие... Я имею в виду, армии, - они-то меньше?
- Мне кажется, господин Джимескин, это войско самое малочисленное из тех, что идут на нас. Армия вендийцев просто больше этой, а фоев... Ну, этих-то даже не сосчитать. Я в этом уверен.
Казалось, Джимескина хватит удар.
- А мы на подходах к королевству Астафия считаем каждого солдата. Что же будет? Как же мы со всем этим управимся?
- Если ты подразумеваешь возможность победить их, то это безнадежно, ответил Лотар. И снова его собственный голое показался ему чересчур спокойным. - Это просто невозможно. Но спасти Запад все-таки необходимо... Как - не знаю, я пока еще ничего не придумал.
Тут нервы Джимескина не выдержали, он повернулся и сошел вниз.
Они миновали один безбрежный поток кочевников, потом появился второй, потом они вышли на небольшую речку, и Лотар приказал идти вниз по ее течению. Речка тоже текла на Запад, как и ханны.
Скоро эта речка влилась в большую реку с пустынными берегами. Определенно, истоки живительной влаги в этих краях стерегли довольно внимательно.
Лотар хотел было приказать впередсмотрящему, чтобы он не пропустил ставку Торсингая, как вдруг на горизонте появился настоящий кочевничий город - несколько тысяч ковровых, очень дорогих шатров.
Лотар подошел к Сансу:
- Спустись пониже, лейтенант. И прикажи всем соблюдать тишину. Невидимость невидимостью, но шум на корабле могут услышать.
Теперь даже приказы передавались шепотом.
"Летящее Облако" шло очень низко, на высоте в три десятка саженей. Лотар знал, что он встретит Торсингая, он вычислил это, как только услышал рассказ Присгимула о повадках кочевого владыки. И не ошибся.
Они перевалили через небольшой холм и увидели, как сотня кочевников взяла в полукольцо берег реки, где одинокий, голый по пояс человек очень упорно работал с небольшим шестом. Наметанным глазом Лотар определил, что Торсингай в превосходной форме.
- Санс, - шепотом приказал он лейтенанту, - держи всех под рукой, но тихо, чтобы эти - он кивнул на ханнов-стражников, - ничего не слышали.
Потом он спустился, нацепил самое скромное оружие, затянул на спине Гвинед и снова вышел на палубу.
Сухмет был уже здесь. Вопреки привычкам, он оделся в обыкновенный восточный халат, а его Утгела была так тщательно замаскирована, что выглядела не дороже обычного ножа из кухни бедного постоялого двора.
- Сухмет, я хотел отправиться один.
- Нет, господин мой.
- Сухмет.
- Нет.
Лотар еще раз посмотрел на старика. В этот момент из люка вывалился Рубос. Он был великолепен. В роскошной восточной кольчуге и с огромным ятаганом, который показался Лотару очень знакомым, мирамец выглядел не хуже самого Торсингая.
- Рубос, а ты-то куда? Это будет не драка, не...
У того места, откуда обычно сбрасывали веревочный трап, спинами к фальшборту сидели четверо учеников. Все одеты были очень просто, но в бою, особенно в маневренном бою, эта простота стоила бы жизни многим противникам.
- А вы куда?
Лотар понял, что повторяется. Нужно было объясниться.
- Послушайте, это не бой, а всего лишь попытка определить фокус противника. Это довольно сложно. Если вы все пойдете со мной, он насторожится, и мне придется убить его. Значит, появится другой степной император, его снова нужно будет вычислять, искать к нему подходы... Тем, что вы задумали, вы все усложняете.
- Ты лукавишь, Лотар, - сказал Рубос.
- Тише, ты хочешь, чтобы они нас услышали? - Но даже окрик на Рубоса сейчас не действовал. Пламя сопротивления в его глазах не погасло. Хорошо, вы можете быть наготове. На случай осложнения ситуации. Ни сами без моей команды не вмешивайтесь. Это приказ, понятно?
- Ты не сможешь с ним договориться, господин мой, ты не знаешь языка.
- Хорошо. - Лучше было мириться с Сухметом, чем со всеми этими героями разом. - Со мной пойдет только Сухмет. Остальные - в засаде. А теперь, Лотар повернулся к Сансу, - лейтенант, опустись, чтобы я мог сойти мили за две до этого повелителя степей.
Глава 10
Огромный воин с жиденькой бороденкой на очень гладких щеках и горящими раскосыми глазами молча ткнул Лотара в грудь. Копье он не поднимал - ему было жарко, он ленился даже сказать что-нибудь этому чужеземцу с желтыми, как солома, волосами.
- Мне нужно к императору степи, - произнес Лотар заранее заготовленную фразу.
Бородатый ответил что-то, еле выговаривая слова. Казалось, они едва вываливаются у него через нижнюю губу.
- Он говорит, всем хотелось бы к господину царей, но это не положено.
- Я кулачный боец, - ответил Лотар, глядя прямо в глаза воина.
Вокруг стало тихо. Несколько других охранников с интересом повернули головы к Лотару. Потом один из них, самый молодой, что-то провизжал, и все, кто его слышал, рассмеялись.
- Он спрашивает, ты хочешь умереть?
- Очень забавно, - буркнул Лотар, потом изобразил вежливую, даже приторную улыбку. - Думаю, я докажу Торсингаю, что он не первый боец в мире.
Все, кто был поблизости, тут же выставили копья и окружили их.
Лотар еще не вытаскивал Гвинед, он лишь изучал два десятка узкоглазых лиц, которые повернулись к нему, дыша угрозой. Уголком губ он спросил у Сухмета:
- Что я сказал не так?
- Не нужно было поминать его по имени, - ответил старик, не поворачиваясь.
- Эй! - крикнул Лотар так, что кое-кто из солдат охранения даже потерял бдительность и чуть-чуть опустил копье. - Император степи, меня не пропускают к тебе!
Одинокая фигура возле реки замерла. Потом Торсингай присел несколько раз, отложил шест и трусцой побежал в сторону Лотара.
Желтоголовый смотрел на этот бег и гадал, насколько опасен Торсингай. Получалось, что он очень хорошо тренирован, с умом владеет той техникой, которую наработал долгими упражнениями, но ограничен, как почти каждый, кто слишком рано отказывается от учителей. Впрочем, может, он и в самом деле постиг все, чему его могли научить эти степняки. Откуда же такая слава? Ведь есть очень сильные бойцы на юге, есть фои, наконец, - создатели очень эффективных боевых систем.
Вблизи он оказался громадным, фунтов триста, не меньше. Ноги и руки его выдавали недюжинную силу. Но Лотару показалось, что в этом человеке жила еще просто невероятная для такой массы скорость.
Один из охранников непочтительно остановил своего господина на расстоянии трех десятков шагов от Лотара и Сухмета. Торсингай, привычно подчинившись требованию телохранителя, спросил:
- Что тут происходит?
У него был иной выговор, чем у бородатого. Его, как ни странно, Лотар понимал.
- Я хочу биться с тобой, но меня не пускают.
- Биться? - Торсингай рассмеялся, хотя, насколько Лотар мог судить, глаза его остались абсолютно непроницаемыми. - Ты не производишь впечатление силача.
- Думаю, побеждает не сила. Вернее, победа не только в силе.
- Отпустите его, - потребовал Торсингай.
Охранник уверенно и жестко заговорил. Торсингай выслушал его и кивнул:
- Да, нужно, чтобы ты снял свой меч. И дал себя обыскать.
Лотар изобразил удивление, хотя все шло так, как и было задумано.
- Мой меч стоит дорого, а твои головорезы не производят впечатление добропорядочных слуг.
Бородатый, чуть дрогнув от удивления бровями, нанес удар. От такого удара успела бы улететь даже муха.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42