А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Седов Борис К.

Владимирский централ - 2. Зэк


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Владимирский централ - 2. Зэк автора, которого зовут Седов Борис К.. В электронной библиотеке lib-detective.info можно скачать бесплатно книгу Владимирский централ - 2. Зэк в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать онлайн электронную книгу: Седов Борис К. - Владимирский централ - 2. Зэк без регистрации и без СМС

Размер книги Владимирский централ - 2. Зэк в архиве равен: 220.31 KB

Владимирский централ - 2. Зэк - Седов Борис К. => скачать бесплатно электронную книгу детективов



Владимирский централ - 2

Текст предоставлен изд-вом
««Владимирский централ». Зэк.»: Нева; Санкт-Петербург; 2005
ISBN 5-7654-4030-4
Аннотация
Таранову предъявили обвинение по целому ряду статей УК: незаконное хранение оружия, подделка документов, разбой и умышленное убийство. Мерой пресечения было избрано содержание под стражей. И ворота раскрылись, как для душевного объятия. Автозак въехал внутрь. Ворота закрылись… А вот это уже тюрьма!
Б. К. Седов
Зэк
Владимир… Прекрасный древний Владимир в сердце земли русской, на берегу Клязьмы…
Кремль, Золотые ворота, Успенский собор, Дмитриевский собор…
Рукотворное чудо Покрова-на-Нерли…
Но есть во Владимире и еще одно очень известное заведение – Владимирский централ. И если любознательный приезжий спросит на улице владимирца: А где же у вас тюрьма? – то, вполне вероятно, услышит ответ: «Между роддомом и кладбищем».
И это – правда. А все остальное, что найдет читатель на страницах этого романа, не более чем авторский вымысел.
Б. К. Седов
ПРОЛОГ
1 января 2002 года, Владимир.
Учреждение ОД-1/Т-2 – Владимирский централ.
Медленно, тяжело, похмельно плыл за решеткой окна оперчасти рассвет. Рассвет нового года и нового века. Подследственный Таранов сидел на стуле, кум – напротив него, на подоконнике. За его спиной, на карнизе, ворковали утробно голуби. Валил снег.
И Таранову и оперу было ясно, что дальнейший разговор потерял всякий смысл… несколько секунд кумовской молчал, потом сказал:
– Пятнадцать суток ШИЗО. Для начала.
Таранова увели. Злой и невыспавшийся цирик с серым лицом провел Ивана по продолу. Кафельный пол гулко отражал звук шагов. Цирик что-то бормотал себе под нос, а что – не разобрать… да Иван и не слушал.
Дверь штрафного изолятора закрылась. Иван остался один в каменном мешке размером два на полтора метра. Из «мебели» здесь была стальная сварная рамашконка – поднятая вертикально к стене, закрытая на замок… и дальняк – унитаз со сливным краном, по совместительству выполняющий обязанности умывальника. В «мешке» было очень холодно. Иван сел на корточки и прикрыл глаза… он вспоминал, он погружался в те события, которые привели его сюда – в штрафной изолятор Владимирского централа.
…С чего же все началось? С заснеженной, в сугробах, улицы, на которой он с карабином в руках ждал свою жертву? …Или раньше, когда пять дней назад он сел на Московском вокзале в поезд № 151 Санкт-Петербург-Ижевск… и колеса застучали, застучали, застучали – раскатываясь, набирая обороты: тук-тук, тук-тук, – унося прочь от Петербурга. Вагоны слегка покачивались, длинное темное тело поезда с яркими квадратами окон стремительно летело по двум стальным ниткам посреди бесконечного заснеженного пространства – черного, накрытого плотной вуалью снегопада… Прожектор на голове локомотива рассекал мглу широким белым мечом. Поезд мчался на юго-восток, под тысячетонным весом напряженно вибрировали рельсы, бежала рябь по янтарной поверхности в стакане с остывшим, недопитым чаем… И стучали, стучали, стучали колеса…
Нет, это началось еще раньше, когда глубокой ночью он позвонил Лидеру и сказал «да» в ответ на совершенно безумное предложение, а глаза мертвецов смотрели на него из августа двухтысячного… И черный парус скользил над водой карельского озера Тиллиярви.
Или же это началось еще раньше, когда в «диких гаражах» он взял в руки «фермерский» «ТОЗ-106» и перестрелял с подачи (по просьбе? по приказу? по предложению?) милейшего Игоря Палыча Шахова группу наркоторговцев?
Нет. Нет, это началось 10 сентября на Южном кладбище, возле могил Вячеслава и Иришки Мордвиновых, убитых наркотиками. Вот когда и где начался его путь в Учреждение ОД-1/Т-2!
…Иван Таранов сидел на корточках в «VIP-купе» экспресса под названием «Владимирский централ». Он сидел с закрытыми глазами, обхватив руками голову… А колеса стучали, стучали, стучали, и их грохот сводил Таранова с ума.
Экспресс, пассажиром которого Иван стал по своей воле, мчался. Его маршрут был неизвестен. Конечный путь назначения – тем более… и стучали колеса.
Часть первая
ЛИКВИДАТОР
Глава 1
СЕНТЯБРЬ. ЗАВЯЗКА
10 сентября 2000. Санкт-Петербург
Роман Собакин, известный в криминальных кругах Владимира под прозвищем Волк, ликовал – он, кажется, нашел «золотую жилу». Или, по-другому, дело на миллион. Волку было уже тридцать пять лет, и кое-чего в жизни он добился – примерно год назад Волк выдвинулся в бригадиры группировки Козыря.
Это произошло после того, как Рома сдал ментам Тимофея, который был действующим бригадиром и под которым Волк, собственно, ходил. Шаг, в общем-то, рискованный – если бы братва вдруг узнала, кто спалил Тимофея, то… Но Волк все сделал по-умному, анонимно, и менты захватили Тимофея с двумя стволами на кармане. Он попадал уже не в первый раз, дважды откупался, а вот на третий раз не вышло. Тимофей получил реальный срок и отправился в город Урюпинск Волгоградской области – отбывать свои два с половиной годочка. А Волк занял его место. Все считали, что это правильно: Тимоха Волка уважал, сам и подтянул в группировку. А до этого Собакин гоп-стопом промышлял. На дурь и дешевые кабаки хватало… но не более того. Да и риску много больше. В любой момент можно погореть. А на хорошего адвоката денег у обычного грабителя нет. Другое дело – в группировке: и риску меньше, и стабильная зарплата идет, и, в случае чего, можно рассчитывать на серьезную помощь братвы.
Под крылом у Тимофея Волк заматерел, купил первую в своей жизни тачку – потрепанную «ауди». А спустя год – вполне приличный «БМВ». Дурью стал пренебрегать, баловался иногда кокаинчиком. Но знал меру. Помимо постоянной любовницы Веры Кораблевой завел еще одну пассию – шикарную центровую проститутку по прозвищу Мэрилин. Раньше он даже не мог мечтать о такой телке – не по карману. Сутенер Мэрилин попытался качать права. Волк понимал, что сутенер прав, но, прихвативши с собой Губана, нанес сутенеру визит. Губан – дебил отмороженный – избил сутенера бейсбольной битой, а Волк на него помочился… Потом, правда, получил выговор от самого Козыря. Негоже, сказал Козырь, так поступать… негоже из-за путаны мараться. Но – обошлось.
За спиной у Волка были уже две судимости. Первый срок он отбывал за грабеж в Таджикистане. Тогда независимый нынче Таджикистан был еще союзной республикой. А зона была беспредельная – все за бабки. Нет бабок – так и зимовать будешь на улице, под звездами. Есть бабки – сыт, пьян и нос в табаке.
Волк влетел на грабеже, и самый гуманный в мире таджикский суд бодро влепил ему четверик. Родных, кроме престарелой, полуслепой, испившейся матери в Гусь-Хрустальном, у Волка не было. И, соответственно, на какую-то поддержку с воли рассчитывать не приходилось… Волк сразу понял, что пропадет он здесь – молодой и чужой всем – ни за грош: земляков нет, связей нет, денег нет. Местные блатные с хозяином общий язык нашли, на пару беспредельничали. А сам хозяин – хитрый подполковник Мирзоев – только бабки шинковал: открыл пошивочную мастерскую, два художника у него картины писали на подношения начальникам, а один спец номера на угнанных тачках перебивал. Машины угоняли из Узбекистана, прямо на зоне перебивали номера и переправляли в Киргизию… Волк понял, что пропадет здесь… если не заставит себя уважать.
В первый же день с него попытались снять кроссовки – вещь в 86-м году модная, дефицитная. Он отказался отдать свою обувку, и тот, кто «попросил» Рому «сделать подарок», стал его бить. Здоровый был чеченец – метра под два ростом. И Волк ринулся на обидчика. Чеченец такого яростного отпора не ожидал – отступился. А Волка заметил один из местных авторитетов – дангаринец Хумидин. Он и взял салагу под крыло. Когда вечером чеченец Мага пришел с двумя подручными за кроссовками и местью в карантин к Волку, ему очень вежливо сказали: ты не прав, уважаемый Мага. Мага все понял, связываться с дангаринской командой не стал. Спустя полгода Мага начал торговать на зоне кайфом. И – совершил ошибку: торговать наркотой было позволено только таджикам. И то – с благословения хозяина и за долю. Магу избили до полусмерти. Больше всех старался Волк… избиение наблюдали полтора десятка зэков, но никто из них даже не пикнул, за Магу не вступился.
Вообще, власть на зоне держали представители кулябского клана, который, в свою очередь, делился на пархарскую и дангаринскую группировки. Волк не таджик и не мог рассчитывать на сколь-либо серьезный рост, на то, что его выкупят, как, например, пархарца Сухроба Курбонова… Свой срок он отмотал до конца и так до конца и остался обычным лагерным бойцом.
После освобождения Роман Собакин с радостью покинул «гостеприимный» Таджикистан, вернулся в Россию. Он дал себе слово, что никогда больше не приедет на таджикскую землю… и ошибся. Все нынешние радужные планы Волка были напрямую связаны с Таджикистаном и конкретно с тем самым счетоводом Курбоновым, которого выкупила родня… «Золотая жила» – понял Волк после случайной встречи с Сухробом Курбоновым в сентябре 2000-го в Москве. Вернувшись во Владимир, он хотел немедленно доложить об открытии «таджикской темы» лично Козырю, но Козырь по каким-то своим делам уехал на пару дней в Нижний. А говорить на столь серьезную тему по телефону Волк не рискнул… Он закатился к Мэрилин, вместе с ней «взбодрился» кокаином и нехудо провел время. Он очень любил анальный секс, а у Мэрилин была аппетитная, круглая, упругая попка… Под действием кокаина Волк долго удовлетворял свою похоть. Потом, насытившись, валялся на диване в гостиной проститутки, пил виски и хлестался, какое крутое дело с таджиками он скоро закрутит – на лимон!
Мэрилин ахала и живо интересовалась. Волк парил на кокаиновом облаке и трепал языком безо всякого контроля. В тот момент он даже предположить не мог, чем обернется его треп.
– Золотая жила, – мечтательно произнес Волк, – золотая жила.
Сентябрь катился в бабье лето. Было тепло, зелено, цветочницы у Южного кладбища торговали астрами.
Около полудня возле лотков с цветами остановилась запыленная зеленая «Нива» и из нее вышел седой мужчина лет сорока, с невыразительным лицом. Не выбирая, не прицениваясь, он с ходу купил ведро темно-красных астр.
Заплатив сторожу десятку, мужчина въехал на территорию мертвых. По чудовищно разбитой – «танковой» – дороге «Нива» покатилась в сторону центральной аллеи. Ярко горел купол церкви, босоногие смуглые грязные дети (узбеки? таджики? афганцы?) просили милостыню. Возле храма стояли похоронный автобус и пара легковух. В одной из них – серой «шестерке» – сидел лысоватый мужчина лет пятидесяти. Когда «Нива» проехала мимо, он поднес к губам коробочку радиостанции:
– Есть объект. Проследовал мимо меня. Встречайте… прием.
– Вас понял, – отозвалась радиостанция. – К встрече готовы. Прием.
– Глаза ему сильно не мозольте, орлы, – сказал мужчина в «шестерке». – Он все-таки к близким своим приехал. Дадим ему время нормально, по-человечески, с ними пообщаться. Как поняли?
– Понял вас. Будем ждать… Но до чего же точно вы его высчитали, Лидер. Прием.
– Отставить треп, – неохотно ответил Лидер, а про себя подумал: чего мудреного? Сорок дней, как погиб Мордвинов. Странно было бы, если бы он не приехал навестить друга.
…Покачиваясь на разбитых плитах дорожек, «Нива» доехала до самой окраины – «10-го вишневого» участка. Никаких вишен там и в помине не было, и почему кладбищенский участок обозвали именно так, непонятно.
Мужчина выбрался из «Нивы», вытащил пластмассовое ведро с цветами и сумку. Он прошел между могил – частично заброшенных и заросших – и остановился у двух холмиков. На них были временные деревянные кресты с фанерными табличками в полиэтилене. И надписи черным фломастером: «Мордвинов Вячеслав Германович. 10.05.1959-02.08.2000» – на левой могиле и «Мордвинова Иришка. 01.07.1984-08.08.2000» – на правой.
На «10-м вишневом» было почти пусто… Только в стороне от могил Мордвиновых, метрах в двадцати, расположились на могиле двое мужчин. У них были банки с краской, кисти и ведерко цемента. На столе – початая полулитровая бутылка водки, пиво, колбаса. А еще у них был «АПС», снабженный глушителем, гладкоствольный карабин «ТОЗ-106», радиостанции, наручники и два шприц-тюбика, позволяющие почти мгновенно сделать человека невменяемым, «пьяным».
Седой с минуту постоял возле скорбных холмиков, где нашли свой последний приют отец и дочь Мордвиновы. («Прибыл, – доложили по рации Лидеру. – С собой сумка. Не исключено – вооружен».) Потом он располовинил цветы и высыпал их на могилы. Из сумки достал ритуальные свечи в стеклянных стаканчиках, водку, стопки, конфеты.
Он зажег свечи, поставил их в изголовье. Высыпал конфеты на могилу Иришки, а на могилу Вячеслава поставил стопку водки… Налил и себе, пригубил.
…Прошло минут десять. Седой стоял у могильных холмиков, курил, молчал… На дорожке показалась серая «шестерка». Остановилась неподалеку от «Нивы». Седой оглянулся, увидел мужчину, вылезающего из салона с цветами в руках. Мужчина был невысоким, плотным, лысоватым, в костюме и при галстуке. Седой отвернулся. Лидер подошел к нему, встал рядом. Седой посмотрел на него пристально, но Лидер невозмутимо положил цветы на могилы…
– Мы разделяем вашу скорбь, Иван Сергеевич, – сказал Лидер после минуты молчания. Один из тех, что «малярничали» на соседней могиле, уже держал седого на прицеле, но «АПС» был невидим, спрятан под тряпкой. Второй тоже был готов в любую секунду взяться за оружие, хотя, в принципе, в этом не было надобности – «маляр» управлялся с «АПС» виртуозно. На дистанции пятнадцать метров он двадцатью выстрелами расстреливал не менее четырех-пяти подброшенных в воздух бутылок. Из «АПС», даже покрытого тряпкой, он гарантированно мог поразить седого в любую из конечностей «на заказ»… Предполагалось, впрочем, что до стрельбы дело не дойдет. Так, по крайней мере, считал психолог.
– Мы разделяем вашу скорбь, Иван Сергеевич, – сказал Лидер. Он заметно картавил, и седой сразу узнал его голос.
– «Мы» – это кто? – безразличным голосом произнес Иван.
– Я и мои товарищи. Меня зовут Игорь Павлович Шахов. Я вам звонил и рассчитывал, что вы отзоветесь.
Иван повернул голову и посмотрел Игорю Павловичу в глаза. Лидер выдержал его взгляд… и даже слегка улыбнулся. Иван посмотрел на мужиков у соседней могилы, потом перевел взгляд на свечи. Два огонька горели ровным пламенем… как две души. Иван сказал:
– Я не отозвался на ваш искренний призыв, и вы меня выследили. Это благородно.
– Мы не следили за вами. Мы рассудили, что на сорок дней вы обязательно посетите могилу своего друга. Я решил еще раз встретиться с вами прямо у могилы.
– А в помощь, – Иван кивнул на двух «маляров», – позвали орлов с пушками… думаете, получится?
Игорь Павлович усмехнулся:
– Если вы имеете в виду задержание, то мы не ставили перед собой такой задачи. Не захотите разговаривать, никто вас задерживать не будет… Ребята просто страхуют меня на случай недоразумений.
– Каких?
– Ну, например, вы подумаете, что я из милиции…
– А вы не из милиции? – произнес Иван с усмешкой.
– Моя служба кончилась полтора года назад. Ушел на пенсию в звании подполковника. Я всего лишь пенсионер.
– Тогда кого же вы сейчас представляете, господин пенсионер?
– Я представляю организацию.
– Какую? Не «Белую стрелу», случайно?
– Мы говорим просто: Организация. Иногда еще проще: Клуб. А все эти белые, черные и прочие стрелы – выдумка журналистов. В Организацию неформально объединились люди, для которых реальная борьба с наркомафией – не пустой звук.
– Допустим… допустим, вы говорите правду. Но от меня-то что вам, подполковник, нужно? – спросил Иван.
– Ваши знания, ваш опыт, ваша решимость, – ответил Шахов. – Понимаю, что звучит пафосно, но… но вот здесь, у могил близких вам людей… неужели вам безразлично то, что страну наводнили наркотики? То, что таких, как Иришка, уже сотни тысяч, и они обречены! Вам это «по барабану»?
Седой закурил сигарету, выдохнул дым и сказал:
– Допустим, мне не безразлично… Но чем конкретно вы предлагаете мне заняться?
Теперь уже Шахов выдержал паузу и произнес:
– Тем же, что вы делали на озере Тиллиярви, тем же, что вы сделали на платформе Ручьи… уничтожать «крыс»!
Иван молчал. Лидер вытащил из кармана сотовый телефон.
– Если надумаете, – сказал Лидер, – позвоните. Наберите просто 001.
Таранов промолчал. Лидер положил на землю коробочку сотового телефона, повернулся и ушел. Через пару минут свернулись мужики, что «работали» на чужой могиле.
Шелестел ветер в верхушках деревьев. И две свечи, как две души, теплились на песчаных холмиках.
* * *
Спустя два часа после встречи на кладбище подполковник Шахов докладывал о результатах своему шефу, полковнику Кондратьеву. Сначала он дал прослушать ему запись беседы с Африканцем. Кондратьев внимательно прослушал и заметил:
– Судя по голосу, он держался спокойно.
– Спокойно. Собственно, именно на эту реакцию мы и рассчитывали.
– Почему?
– Потому, что я уже однажды входил с ним в контакт. Мой голос был ему знаком… Помните, я звонил ему в тот вечер, когда он ликвидировал иуду Коломенцева?
– Помню, – кивнул Кондратьев. – Тогда мы еще не знали, что он ликвидировал Коломенцева.
– Да, разумеется… В тот вечер мы многого еще не знали. Я позвонил Африканцу, и он запомнил мой голос. Вполне возможно, что он принял меня за подставную фигуру. Но вместе с тем мой звонок не повлек для него никаких неприятностей. После этого он исчез. Исчез на несколько дней. Я предположил, что он навестит могилу своего убитого друга.
– Ты у нас умница, Игорь Палыч, – произнес Кондратьев, он же Председатель. – Как вы расстались?
– Так же, как и встретились, – спокойно. Я сказал, что жду его звонка. Он ничего на это не ответил.
– А сам что думаешь: позвонит?
– Пятьдесят на пятьдесят… но, думаю, позвонит. Он уже очень глубоко влез.
– После вашей беседы куда он поехал? – спросил Председатель.
– На квартиру своей любовницы…
– Проконтролировали?
– Только в конечной точке. Он в достаточной степени опытный человек и наружку, в принципе, может срубить. Это его насторожит, и тогда на положительный результат можно не рассчитывать.
Кондратьев побарабанил пальцами по столешнице, потом сказал:
– Это все хорошо, Игорь Палыч. Это все здорово. Люди, особенно ликвидатор, нужны позарез. Сам знаешь…
– Конечно, Евгений Дмитриевич, – кивнул Лидер. – Получить профессионального ликвидатора – большая удача. Особенно такого уровня, как Африканец.
– Вот именно. Но я сейчас о другом. – Председатель встал, прошелся по кабинету и остановился напротив Лидера. Лидер ждал. – Я о другом сейчас, Игорь… Поступила информация из Владимира: одна из местных группировок налаживает связи с таджиками. Пока что конкретных договоренностей нет, но ведь будут…
Лидер подумал, что у Председателя есть своя собственная агентура во Владимире, о которой даже он – Лидер – не знает.
– А это, – продолжил Председатель, – десятки, если не сотни килограммов таджикского и афганского героина.
– Надо подключаться, – сказал Лидер. – Готовить операцию.
– Я уже готовлю ее. Во Владимире действуют два моих человека, собирают информацию.
– Хорошо, – кивнул Лидер. – Мои функции?
– Владимир я беру на себя. А ты попробуй подготовить Африканца.
– Будем работать. Как окрестим операцию?
– Операция «Караван». Так вот, я бы хотел подключить к «Каравану» Африканца. Нужно будет проверить его в деле и поднатаскать по конспирации. «Караван»! Это самая важная тема сегодня. Мне нужен человек для «Каравана».
* * *
В это же время во Владимире, в сквере Липки, сидел пожилой, элегантно одетый мужчина и кормил голубей. Василию Тимофеевичу Шувалову шел шестьдесят пятый год. Вообще-то люди его профессии редко доживают до преклонных лет. Вот и у Графа здоровье было уже не ахти, но он никогда на судьбу не жаловался – жив и слава Богу. Большинство его товарищей по ремеслу давно уже отошли в мир иной. Навряд ли они попали в рай. Но ведь и адом людей, прошедших тюрьмы, этапы, БУРы, лагеря, лесоповалы, голодовки, не испугаешь.
Васю Шувалова эвакуировали из блокадного Ленинграда по льду Ладожского озера. Ему было всего восемь лет, но он на всю жизнь запомнил ветер, прожигающий до костей. Запомнил бег дребезжащей полуторки в темноте. Запомнил вой пикирующих «мессеров» и ожесточенный лай зенитных батарей. Запомнил, как ушла в полынью идущая впереди машина… Их вывезли в Ижевск. Там, недалеко от Александро-Невского собора (а в Ленинграде Вася жил в трех минутах ходьбы от Александро-Невской лавры, и это совпадение сильно его изумляло), в разваливающемся интернате он и прожил три года. Там же, в Ижевске, принимавший истощенных блокадных детишек пожилой интеллигентный врач сказал, услышав Васину фамилию:
– Ишь ты, графинчик петербуржский.
Так Вася Шувалов стал Графинчиком. Ему прозвище не нравилось, раздражало. И он дрался, когда его так называли. Дрался жестоко, не обращая внимания на то, что противник старше и крупнее… Как правило, его били. Но зауважали и звать Графинчиком перестали. Однако до прозвища Граф было еще далеко.

Владимирский централ - 2. Зэк - Седов Борис К. => читать онлайн книгу детективов дальше


Хотелось бы, чтобы книга-детектив Владимирский централ - 2. Зэк автора Седов Борис К. понравилась бы вам!
Если так окажется, то вы можете порекомендовать книгу Владимирский централ - 2. Зэк своим друзьям, проставив ссылку на эту страницу с детективом: Седов Борис К. - Владимирский централ - 2. Зэк.
Ключевые слова страницы: Владимирский централ - 2. Зэк; Седов Борис К., скачать, бесплатно, читать, книга, детектив, криминал, электронная, онлайн