А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

В то время у Эймса была какая-то девка. Разумеется, Эймс попросил Ральфа прийти вместе с Дороти, чтобы все выглядело пристойно и по-семейному. Затем Эймс пару раз встречался с Дороти наедине: Ральфа он благоразумно отправлял с разными рабочими поручениями. Возможно, это были вполне невинные встречи, но Ральф уже сообразил, что к чему, и пришел к определенным выводам. Но соблазнил ли Эймс его жену, или только пытался соблазнить… вот в чем трудность. Ральф не знает наверняка.
– Значит, мне практически нечего ей сказать,– проворчал Шейн.– Ни одного факта, которым я мог бы прихлопнуть ее, если она начнет все отрицать и прикажет мне убираться вон из ее квартиры.
– Д-да,– неохотно признал Рурк.– Вряд ли Ральф располагает какими-то конкретными фактами. Попробуй играть на слух, и делай вид, что знаешь гораздо больше, чем говоришь. Она должна чувствовать свою вину независимо от того, насколько далеко она успела зайти. Сам факт появления детектива должен напугать ее до дрожи в коленках.
– Звучит более чем паршиво,– резюмировал Шейн.– Ну хорошо. Где находится их квартира?
– В Северо-Восточном районе,– Рурк с готовностью извлек из кармана пиджака смятый листок бумаги.– Я все записал, специально для тебя. Вторая Северная, дом шестьдесят один. Сейчас самое время отправиться к ней. Ральф будет занят в офисе как минимум до семи.
Нахмурившись, Шейн взглянул на часы и покачал головой.
– Не сегодня,– сказал он.– Через полчаса я должен подъехать к Люси, мы собираемся пообедать у Ланцо. Дороти Ларсон может подождать до завтра.
– Пожалуйста, Майк,– умоляюще прошептал Рурк.– Ради всего святого, я боюсь, что еще одни сутки могут все: погубить. Поезжай к ней сейчас. Я встречусь с Люси, и мы с ней поедем к Ланцо. Присоединяйся к нам, как только поговоришь с Дороти. Клянусь, я закажу лучшую выпивку и буду развлекать ее самыми свежими анекдотами.
– Не забудь объяснить, что я заставил ее ждать ради встречи с другой женщиной… Кажется, ты говорил, что Дороти хороша собой? – детектив вопросительно приподнял рыжую бровь.
Лицо Рурка осветилось счастливой улыбкой.
– Я скажу Люси правду,– заверил он.– Скажу, что ты оседлал своего белого скакуна и помчался вершить добрые дела, как и положено бойскауту. Давай, давай, проваливай. Я готов заплатить за выпивку, и даже за весь обед.
ГЛАВА 2
Мчась по теплым улицам вечернего Майами в направлении второй Северной улицы, Шейн пытался подавить растущее раздражение. Какого дьявола он позволил Тиму Рурку уговорить себя? Не слишком приятное дело – врываться в квартиру к незнакомым людям и улаживать из личные проблемы. Нормальный человек возмутится подобному вмешательству… и будет абсолютно прав.
Не было ни одного шанса на тысячу, что миссия Шейна пойдет на пользу супругам. Если молодая пара решила с треском разойтись, а все признаки указывали именно на это, то никакие, даже самые разумные, советы постороннего помочь не могут.
Кроме того, опыт, приобретенный рыжеволосым детективом за долгие годы, подсказывал ему, что люди, твердо решившие идти на убийство из ревности, никогда не говорят открыто о своих намерениях. Угрозы в пьяном виде больше похожи на выпуск лишнего пара и скорее предотвращают убийство, а не подталкивают к нему.
Ладно, нужно встретиться с Дороти Ларсон и сделать собственные выводы. Позднее не исключена и встреча с ее мужем, несмотря на все возражения Рурка. Все зависит от Дороти – от того, как она отреагирует на визит детектива.
Эта часть города была застроена современными многоквартирными домами, в последнее время полностью заменившими небольшие семейные особняки постройки двадцатых годов. Чета Ларсонов жила в одном из таких домов. Двухэтажный параллелепипед из стекла и бетона был отделен от улицы широким зеленым газоном. К двум подъездам вели дорожки, вымощенные декоративной плиткой и обсаженные рядами кустарника. На газоне резвились упитанные дети.
Машины, припаркованные перед зданием, принадлежали к последним моделям для людей со средним достатком и содержались в отменном порядке. Вклиниваясь между двумя автомобилями, Шейн чувствовал себя незваным пришельцем, нарушающим покой порядочных людей, в чьей жизни не было места насилию и трагедиям.
Он прошел по дорожке к подъезду и пробежал глазами фамилии на ряде почтовых ящиков, выставленных перед двойной стеклянной дверью. За дверью виднелся просторный холл, который заканчивался широкой лестницей.
Фамилия Ларсонов стояла на ящике под номером ЗБ. Шейн вошел в холл и свернул в коридор. По левую руку располагались квартиры 1А и 2А, справа были ЗА и 4А. Шейн поднялся на второй этаж и повернул направо. Дверь квартиры ЗБ была закрыта, дверь соседней квартиры наполовину распахнута. Изнутри доносились приглушенные звуки музыки. Шейн подошел к двери квартиры ЗБ и нажал кнопку звонка. Ожидая хозяйку, он снял шляпу и изобразил на лице приятную улыбку.
Прошла целая минута, но в коридоре не было слышно никаких звуков, кроме тихой музыки из соседней квартиры. Шейн уже собирался снова нажать кнопку, когда услышал за спиной приятный женский голос.
– Если вы ищете Ларсонов, то их нет дома,– сказала женщина.
Шейн обернулся. Дверь квартиры 4Б распахнулась полностью; на пороге стояла высокая женщина.
На вид ей было лет тридцать пять. Она была одета в короткую зеленую юбку и тесно облегающую блузку желтого шелка, позволявшую определить отсутствие лифчика даже с трехметрового расстояния. Ноги женщины были босы. Ее чувственный рот, густо обведенный алой помадой, приветливо улыбался. Глубокий, чарующий голос подкреплял это приветствие и усиливал впечатление женственности, исходившее от незнакомки.
Улыбка, которую Шейн приготовил для Дороти Ларсон, с легкостью вернулась на прежнее место.
– Не могли бы вы сказать, когда они вернутся? – спросил он.
– Ральф обычно приходит к полуночи, или даже позднее…– женщина поудобнее облокотилась на дверной косяк и уперла левую руку в бедро.– А если вам нужна Дороти, то она может явиться в любую минуту.
Женщина замолчала, сузив глаза, и окинула Шейна оценивающим взглядом. Судя по всему, проверка ее удовлетворила.
– Если хотите, можете подождать у меня,– сказала она.
– С удовольствием.
Шейн сделал два шага по направлению к ней, но женщина даже не шелохнулась. Детектив остановился на расстоянии фута от нее; даже босая, она была всего лишь на три дюйма ниже него. Шейн чувствовал сильный запах виски и видел темные кружки сосков под тонкой желтой тканью блузки. Женщина вопросительно поглядела на него и облизнула алые губы.
– Что тебе больше по вкусу, Рыжик?
Она внезапно рассмеялась – легко и счастливо, как смеются маленькие девочки. Посторонившись, она взяла Шейна за руку и ввела в прихожую.
– Можешь не отвечать,– сказала она.– Ты же пришел повидать Дотти. Я хочу предложить тебе выпить, потому что мне тоже хочется выпить, а я никогда не пью одна, если… если поблизости никого нет. Так что ты будешь пить, Рыжик?
Она высвободила свою руку и двинулась по направлению к кухне, плавно покачивая бедрами и плечами.
– Что угодно,– крикнул Шейн ей вслед.– Бренди, если у тебя есть.
– Само собой, есть,– донесся ее недовольный голос из кухни.– Если я смогу найти бутылку. Ты пока отдохни.
Шейн улыбнулся и прошел в гостиную. В глубине души он надеялся, что Дороти Ларсон придет не слишком скоро. Закурив сигарету, он огляделся вокруг. В хорошо меблированной гостиной царил уютный беспорядок типично женского жилища. Большая софа, стоявшая вдоль стены, была покрыта золотым парчовым чехлом с вышитыми драконами. На низком столике стояли две мраморные пепельницы, полные окурков. Два комфортабельных кресла у противоположной стены были живописно нагружены журналами, постельным бельем и предметами женского туалета. Музыка, которую Шейн слышал в коридоре, доносилась из колонок стереосистемы, подвешенных в разных углах комнаты. Детектив, не слишком разбиравшийся в классике, решил, что это Бетховен. В дальнем конце гостиной, за распахнутой дверью, виднелась небольшая спальня с неубранной двуспальной кроватью.
Расслабившись, Шейн благодушно прислушивался к позвякиванию бокалов на кухне; неожиданно он нахмурился и попытался понять причину своего умиротворения. Разумеется, это была женская квартира, и его пригласили сюда не просто как гостя, а именно как мужчину. Он чувствовал силу желания, исходившую от незнакомой женщины, быть может, бессознательную, но тем не менее требовательную и ждущую.
Женщина вернулась в гостиную с двумя бокалами в руках. В правой руке она держала пузатое страшилище, вмещавшее не менее четверти литра ароматного коньяка, а в левой – высокий бокал с кубиками льда, плавающими в
темно– коричневой жидкости, весьма похожей на бурбон. Остановившись рядом с Шейном, она протянула правую руку.
– На бутылке было написано «Наполеон», запах вроде бы приличный. Если хочешь чего-нибудь другого…
– Спасибо, это будет в самый раз,– Шейн взял бокал и пригубил коньяк.
Женщина опустилась на софу одним плавным движением, поджала босые ноги под себя и с наслаждением отпила из собственного бокала. Сделав глубокий выдох, она взглянула через плечо на открытую дверь в коридоре.
– Оставим ее открытой, ладно? Так ты сразу услышишь, когда придет Дотти.
Шейн пожал плечами.
– Мне и в самом деле надо бы встретиться с ней,– сказал он.– Но в то же время…– он поднял бокал.– Твое здоровье,– закончил он.
Женщина глядела на него, широко раскрыв глаза.
– Задал ты мне загадку, Рыжик,– прошептала она.– Никак не могу вычислить тебя. Ты и Дотти…– она многозначительно замолчала.
– Ты ее хорошо знаешь?
– Кого, Дотти? Мы с ней соседи вот уже три месяца. А ты друг этого шпингалета, ее мужа?
– Ральфа? – Шейн покачал головой.– Никогда не встречался с ним. Помедлив, он безмятежно добавил: – Насколько мне известно, он чертовски ревнив.
– Ты хочешь сказать, он ревнует свою жену? – ее глаза раскрылись еще шире, и она улеглась на софу, вытянув ноги. Шейн смотрел, как она складывает руки за головой, как потягивается всем телом, как ничем не стесненная грудь еще резче обозначается под блузкой. Ее неподвижные, широко раскрытые глаза, казалось, разглядывали какой-то предмет за его спиной.
– Не знаю, Рыжик,– хрипло сказала она.– Дотти – это леди. Да. Настоящая леди-сучка, совсем не такая, как я.
– А ты какая?
– Я – женщина, Рыжик. А то ты не видишь,– внезапно она села и улыбнулась. – Скажи мне еще, что ты не! понял этого в тот самый момент, когда впервые увидел меня в коридоре! Любой настоящий мужчина знает, когда он смотрит на настоящую женщину.
Закрыв руками лицо, она взглянула на него сквозь пальцы.
– Закрой эту проклятую дверь и запри ее, Рыжик,– в ее голосе звучало страстное желание.– Потом ты можешь поцеловать меня.
Шейн с сожалением осознал, что она была гораздо пьянее, чем казалось с первого взгляда. Бог ты мой, да если бы он был пьян, или она была бы немного потрезвее… Но в любом случае…
Он задумчиво повертел в руках бокал и решительно допил его содержимое. Поставив бокал на стол, он шагнул к ней. Женщина молчала, смотрела на него и ждала.
Шейн выдавил улыбку и яростно потер ладонью лоб.
– Проклятье, если бы не время…– сказал он.
– Я знаю,– женщина смотрела на него, не мигая.– Ты такой же, как и я, Рыжик.
Она казалась одинокой и печальной. Шейн подумал: а действительно ли она так пьяна, как он решил несколько секунд назад?
– Мы с тобой одной породы,– с понимающей улыбкой сказала она.– Корабли, что минуют друг друга в ночи. Но мы встретимся снова, Рыжик. В следующий раз мы не разойдемся.
Она зябко передернула плечами, закрыла глаза и снова улеглась на софу. Шейн стоял рядом и глядел на нее сверху вниз.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18