А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Развеять сомнения.
Интернет выдал фамилии и номера телефонов ведущих английских адвокатских фирм с офисами в Париже. Я снял трубку и начал по списку. На третьем звонке телефонистка на коммутаторе соединила меня с Энни Глейзер. Ответила секретарша. Мисс Глейзер не будет в офисе до следующей недели.
Пришлось вернуться к цифрам.
Гай прибыл в концу дня. От него пахло спиртным.
— Как съездил? — спросил я.
— Хорошо. Торстен согласен.
— Сколько он обещал?
— Пять миллионов.
— Точно?
— Да. Мне ещё придётся выжать из него кое-какие детали, но он сказал, что сделает.
— В фунтах или марках?
— В фунтах.
Я с подозрением посмотрел на Гая.
— Когда он это говорил?
— Вчера вечером. Мы немного погуляли. Отлично провели вечер.
— Он был пьяный?
— Очевидно.
— Торстен посоветовался с отцом?
— Пока нет. Но поговорит обязательно. Заявил, что на сей раз добьётся своего.
— Сколько времени было на часах, когда Торстен сказал, что добьётся своего?
— Примерно полночь.
— Тогда его слова ничего не стоят, — заключил я. — Если он во время бума Интернета ничего не сумел сделать, то сейчас и подавно. Почему ты думаешь, что отец позволит ему вложить в наш сайт деньги?
— Я ему верю. — Голос Гая дрогнул. — Ведь он старый друг.
— Ты сегодня выпил?
— Немного шампанского в самолёте. Всё-таки приятная новость. Надо бы принять ещё. Хочешь, пойдём вместе?
— Нет. Мне нужно закончить план. Мы доживём до следующего года, если сократим расходы. Немедленно.
Гай неохотно просмотрел мои выкладки. И вдруг, сообразив, что я предлагаю, с отвращением отшвырнул бумаги.
— Чушь!
— У нас нет выхода.
— Есть. Торстен.
— Ты серьёзно надеешься на Торстена? Забыл, сколько раз он нас подводил?
Гай собирался что-то ответить, но взглянул на мои цифры и задумался.
— Сайт значит для меня все.
— Не только для тебя, — произнёс я, — но и для всех нас.
— Для вас он значит много, видимо, очень много, а для меня все. В этом разница. Ты меня знаешь, Дэвид, лучше всех. За исключением, может, моего брата. Ты видел, как я бездельничал, убивал время, притворяясь, что стал актёром. Я рассказывал тебе о Лос-Анджелесе, как я там погорел. Ты знал моего отца. Помнишь, как я к нему относился и по-прежнему отношусь. Я провёл большую часть жизни, шагая по краю пропасти. — Гай изобразил большим и указательным пальцами, насколько близко находился от края. — И по-настоящему начал жить лишь в этом году. Задумал и, самое главное, построил хороший сайт. Да что там хороший, замечательный. Он будет стоить десятки миллионов фунтов. Его каждый день посещают тысячи. Собрал великолепную команду. Уникальную. — Его тон стал резким. — И теперь ты хочешь все это разрушить. Нет. — Он покачал головой. — Если сайт погибнет, погибну и я.
Впервые Гай решил посмотреть правде в глаза после того вечера в «Таверне Иерусалим», когда Генри отказал нам в деньгах. Потом он постоянно отмахивался от плохих новостей, пил, искал утешение у Мел, Мишелл или ещё у кого-нибудь.
— Но так обстоят дела, — сказал я. — Мы должны спасти сайт. Сокращение расходов — единственный способ.
Гай ударил ладонью по столу.
— Чёрт возьми, ты так ничего не понял? Я говорю не о выживании сайта как юридического лица, а об идее. Твой план убивает её наповал. Мы никогда не станем сайтом номер один. Если бы инвесторы вложили в нас деньги, мы бы оправдали их доверие. А так будем умирать медленной смертью. Как только мы это сделаем, — он махнул рукой в сторону моих бумаг, — с сайтом будет покончено. И, думаю, со мной тоже.
Я представлял его состояние, но кто ему внушит хотя бы капельку здравого смысла, если не я?
— Но у нас нет выхода.
— Есть. Есть, Дэвид. Мы сделали с тобой так много. И теперь, когда мне необходима твоя поддержка, ты собираешься разрушить сайт. Вместо того, чтобы помочь его спасти. Учти, если ты продолжишь свои попытки, нашей дружбе конец.
Мы долго смотрели друг на друга.
Он искушал меня. Ведь одной из причин, почему я пошёл к нему работать, было доказать себе, что я больше, чем исполнительный служащий, я способен жить своим умом, принимать решения. Сейчас можно было уступить под напором Гая или продолжать стоять на своём.
Я тяжело вздохнул.
— Гай, нам нужно немедленно сократить расходы.
Он посмотрел на меня с явным сожалением.
— Ты настаиваешь?
— Да. Настаиваю.
— Ладно. В таком случае я, как президент компании, отвергаю твой план.
— Тогда я пойду искать поддержки у Силвермана, — заявил я. — И у Клэр Дуглас.
— Ты мне угрожаешь?
— Просто сообщаю о своих дальнейших действиях.
— Хорошо. Вечером я ужинаю с Силверманом и Клэр и изложу им твою точку зрения.
Я не верил своим ушам.
— Ты не говорил мне об этом.
— Ведь ты сказал, что не желаешь участвовать в нажиме на «Оркестр».
— Да, но ты собираешься говорить с ними не только об этом.
— Возможно.
— Я хочу быть там.
— Ты не приглашён. Я расскажу тебе о результатах разговора утром, — произнёс Гай. — А пока ухожу. Хочу отметить поворот в нашем деле к лучшему. А ты оставайся здесь и проведи инвентаризацию скрепок. Мне кажется, у Эйми их явный перерасход.
В этот день он больше не появлялся в офисе.
* * *
Я с нетерпением ждал утра. Гай появился к десяти. Выглядел ужасно. Небритый, глаза опухшие, затуманенные. Обычно он справлялся с похмельем очень неплохо и часто после бурной ночи приходил на удивление свежим. Я был уверен, что эту ночь он провёл не в компании Клэр и Дерека Силвермана.
— Как ужин?
— Клэр уломать не удалось, — ответил Гай, включая компьютер. — Но их обрадовала новость о Торстене.
— Ты с ним беседовал?
— Ещё нет. Надо дать ему время.
— Понятно. — Я собрал бумаги. — Нам нужно поговорить о сокращении расходов.
Гай с трудом сфокусировал на мне взгляд.
— Давай.
— Я сделал дополнительные расчёты, и…
— Забудь о расчётах. Давай поговорим о принципах. Ты по-прежнему собираешься закрыть офисы за границей, сократить журналистов и розничную торговлю?
— Да.
— Но ради этого мы и затевали сайт.
— Пойми, иного пути нет.
— И я ничего не могу сделать, чтобы ты передумал?
— Нет.
— Уверен?
— Да.
Гай долго молчал, потом посмотрел на меня, как показалось, почти с грустью и тихо промолвил:
— Ты уволен.
— Что?
— Ты уволен, — повторил он отчётливо.
— Не понимаю! — Я оглянулся. Никто этого не слышал. В офисе царила обычная суета, словно ничего не произошло. — Ты не имеешь права.
— Имею. Я президент компании, отвечаю за стратегию. Ты только что заявил, что настаиваешь на разрушении этой стратегии. Разубедить тебя мне не удалось. Поэтому ты уволен.
— Силверман будет против.
— Нет. Мы вчера это обсудили.
— Он согласился? И Клэр тоже?
— Да.
Значит, Гаю удалось их убедить.
— Нам следует все обсудить.
— Хорошо. — На мгновение взгляд Гая смягчился. — Но если ты пересмотришь свои рекомендации, то тогда не надо будет ничего обговаривать.
Если я пересмотрю план, он меня оставит. И наша дружба продолжится.
— Рекомендации пересмотреть невозможно.
— Мы выплатим тебе месячное выходное пособие, — заявил Гай. — Я поручу Мел подготовить решение совета директоров об исключении тебя из состава совета. Но лучше, если ты уйдёшь прямо сейчас. Нет смысла болтаться здесь без толку.
Он прав, смысла нет. Уходить, и как можно скорее. Я не стал ни с кем прощаться. Положил в дипломат личные вещи и направился к двери. Прошёл мимо стола Ингрид.
— Дэвид! — окликнула она. Я замедлил шаг. Она встала, зашагала рядом. — Дэвид, что случилось?
— Я уволен.
— Что?
— Гай только что меня уволил.
— Он не имеет права.
— Оказывается, имеет. Ты уйдёшь?
— Что?
— Я спросил, ты уйдёшь со мной?
— Сначала поговорю с ним. Заставлю его изменить решение. Я уверена, вы поладите.
Я развернулся и скрылся за дверью.
* * *
Пришёл домой. Странно сидеть дома в полдень, да ещё в будний день. Обидно до глубины души. Было искушение подавить боль алкоголем, но я его превозмог. Вышел на улицу, добрался до парка Кенсингтон-Гарденс, начал гулять и размышлять. Вспомнил, как, прочитав бизнес-план Гая, решил бросить все и идти за ним. Восхитительное ощущение избавления от кабалы банка «Гёрни Крохайм». Как быстро Гай уговорил Газа. Первый день в нашем новом офисе на Бриттон-стрит. Волнение во время запуска сайта. Восторг, когда он становился день ото дня все успешнее.
Сегодня тёплый день, пожалуй, самый тёплый с начала года. Я нашёл скамейку в тени. Мимо прошагала шумная семья итальянских туристов. Они вспугнули белочку, которую на скамейке рядом приманивала пожилая дама. Дама нахмурилась, а затем возобновила усилия. Впереди у неё был целый день.
Когда всё пошло наперекосяк? В основном это не зависело ни от Гая, ни от меня. Нам не повезло, что рынок рухнул как раз перед тем, как нам пообещали сорок миллионов. Нам не повезло, что крах интернет-бизнеса оказался таким пагубным. Но мы, работая командой, могли бы с этим справиться. И даже проиграв, проиграли бы вместе.
Я вспомнил полёт над проливом Скай в грозу, когда был вынужден просто вырвать у Гая из рук руль, когда до гибели оставалось несколько секунд. На сей раз он вцепился в него намертво.
Сайт значил много и для меня. Это была возможность доказать себе, что я не просто осторожный бухгалтер. Но разве сейчас можно поступить иначе?
Я не сомневался, что сайт рухнет, а вместе с ним мои вложения. Но это я переживу. Устроюсь на работу в какой-нибудь крупный банк. А отец? Придётся ему сообщить. Признаться, что я его подвёл, он потерял все сбережения.
Я оставил скамью и пожилую даму, которая уже подружилась с белочкой, и бродил по парку ещё около часа.
Вернулся домой, включил телевизор. Передавали какую-то дрянь. Я открыл бутылку пива, и вдруг позвонили в дверь. Это была Ингрид.
— Привет!
— Привет, — ответил я.
— Я ухожу из сайта.
Внутри у меня что-то дрогнуло. Я улыбнулся. Она прильнула ко мне, и мы долго стояли обнявшись.
— Почему? — наконец промолвил я.
Ингрид опустилась на диван.
— У тебя есть что-нибудь выпить?
Я открыл бутылку белого вина, налил в бокалы. Ингрид быстро отпила половину.
— М-м-м, хорошо. — А потом ответила на мой вопрос: — Когда ты спросил меня, ухожу ли я тобой, я думала договориться с Гаем, но поняла, что просто прячусь от правды. Ты же знаешь, как мне хотелось сделать сайт успешным. Он был для меня чем-то вроде испытания, и я его выдержала. Долгое время была настроена лишь на то, чтобы поддерживать Гая. Но ты ушёл, вернее, Гай отстранил тебя от дела, и я осознала, что он ведёт нас в тупик. И… — Ингрид смущённо посмотрела на меня, пригладила волосы, — я решила пойти не за ним, а за тобой.
— Хорошо, — еле слышно выговорил я. — Ты ему сказала?
— Нет. Он рано ушёл. И вообще, решение я приняла по пути домой. И завернула сюда.
— Я рад.
Мы допили вино.
— Ещё? — спросил я.
— Да. — Она протянула бокал. — Я не уверена, что сайт сумеет приносить прибыль.
— Почему?
— Гай почти достиг цели. Ещё несколько месяцев роста, и мы стали бы лучшим футбольным сайтом в Европе. Посетителей хоть отбавляй. Но… прибыли нет, одни расходы, и, похоже, ситуация изменится не скоро.
— Полностью с тобой согласен.
— Дэвид, — продолжила Ингрид, — год назад это было не так важно. Тогда в Интернете царила «золотая лихорадка», люди столбили участки. Как только на твой сайт начинали таращить глаза посетители, к тебе текли деньги. Реклама, торговля в Интернете, никто не понимал, что при этом происходит. Достаточно было знать, что что-то происходит. Если бы год назад сайт находился в таком состоянии, как сейчас, он стоил бы десятки миллионов.
— Правда.
— Но мир меняется. Оказалось, что на Интернете больших денег не сделаешь. Люди надеялись покупать товары в Интернете намного дешевле, чем в магазинах. Рекламодатели ждали осязаемых результатов и не дождались. Интернет-бизнес оказался не столь эффективным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44