А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


– Конечно, можешь. По крайней мере, один раз, так как потом листать уже нечем будет.
От ее стального тона мне почему-то стало не по себе. Срочно нужно придумать что-то в свою защиту.
– Так люблю-то я тебя!
– Я тебя предупредила. – И Селистенка, вздернув свой носик, демонстративно отвернулась.
Какие же женщины странные создания, как у них всё сложно. То ли дело мы, мужчины, никаких проблем, надуманных сложностей и нелепой ревности. Я же смотрю на Сантану не в личных целях, а, так сказать, исключительно с профессиональной точки зрения, как на объект возможного колдовского противоборства. А объект-то, прямо сказать, заслуживает внимания. Хотя…
Я пригляделся повнимательней, и что-то во внешности княгини меня покоробило. С одной стороны, всё было просто великолепно, но с другой…
– Всё налюбоваться не можешь? – не выдержала и опять подключилась Селистена.
– Слушай, а тебе в ней ничего не кажется странным?
– Кажется! Мне кажется странным, что мой любимый, несмотря ни на что, опять…
Договорить я ей не дал. Просто надоело потакать приступу ревности.
– Если ты не перестанешь нести чушь, то я тебя укушу, так сказать, по старой памяти, – выдал я первое, что пришло в голову. – И к тому же ревность – признак слабости.
Боярышня немного посомневалась, выбирая вариант развития событий, и в конце концов пришла к верному выводу:
– Просто я не могу спокойно смотреть, как ты пялишься на других девиц.
– Я так и понял, – быстренько согласился я, переводя разговор в другое русло. – Тебе не кажется, что эта Сантана какая-то слишком уж идеальная, что ли?
– Идеальная?! – взревела Селистена, но развить этот порыв я ей не дал.
– Солнышко, ты опять?
– Нет, – сдалась боярышня и внимательно посмотрела на Сантану.
Однако процесс беспристрастной оценки внешних данных княгини пришлось временно прекратить.
Пока мы препирались с мелкой, прием катился своим чередом. Так уж получилось, что официальная часть его уже подошла к концу, и настало время нашего выхода.
Сантана что-то шепнула на ухо князю, и Бодун дал знак Антипу предстать пред его мутные очи. Честно говоря, ни меня, ни Селистену не звали, но мы справедливо решили, что без нашего участия аудиенция будет выглядеть неполной, и, как бы невзначай, встали рядом с премьер-боярином.
Я стоял перед правящей верхушкой и никакой робости не испыватал. А с какой, собственно, стати? Бодун мне вообще по гроб жизни обязан, что я его от происков Гордобора избавил, а княгиня… Ну лично я никогда не тушевался в присутствии красивой женщины, даже если эта женщина ведьма.
Пока Антип рассказывал про какую-то государственную лабуду, я ненавязчиво, но вместе с тем достаточно обстоятельно смог рассмотреть вблизи потенциального противника.
Небольшие сомнения, появившиеся у меня ранее, только окрепли. И вдруг неожиданно для себя я понял, что меня в ней насторожило: Сантана была слишком красивая. Наверняка найдется какой-нибудь дилетант, который тут же заверещит, что «слишком» красивых не бывает. Так в ответ на это я категорически могу утверждать – бывает.
Да, она действительно была прекрасна и заслуживала множества красочных эпитетов, но при этом казалась какой-то холодной и неживой. Она вообще больше напоминала фарфоровую куклу (я тут на базаре у заморских купцов видел), чем живого человека. На мой взгляд, любой малюсенький дефект внешности, будь то родинка или, скажем, не такие ровные зубы, пошел бы ей, несомненно, на пользу. Во всяком случае, сделал ее более человечной.
Как ни странно, к похожему выводу пришла и моя рыжая, о чем тут же сообщила мне в свойственной ей экспрессивной манере.
– Невозможно быть такой красивой, не женщина, а картинка лубочная. Только попробуй сказать, что она тебе нравится!
– Нравится, – явно рискуя, но тем не менее искренне признался я и тут же добавил: – Но не как женщина, а как лубочная картинка.
– Ах ты… – хотела возмутиться Селистена, но я ее заткнул самым решительным образом:
– О вопросах живописи мы с тобой поговорим как-нибудь потом, отбой.
С этими словами я прекратил наше безмолвное общение и прислушался к тому, что происходило перед троном. Как оказалось, вовремя. Антип уже закончил бухтеть про налоги и проблемы с системой водоснабжения, и князь перешел к более интересной теме.
– Ну что, Антип, опять вокруг тебя нечисть вьется? – начал Бодун, разглядывая меня без всякого стеснения.
– Сам не могу понять, что этим тварям от моей семьи надо? – пожал плечами премьер-боярин. – Хорошо еще, что Шарик начеку был, да и ратники подоспели вовремя.
Князь хмыкнул в усы и, уже не сдерживая любопытства, перешел к основной составляющей разговора, то есть, конечно, ко мне.
– Так это и есть наш знаменитый Шарик?
Всё-таки старческий маразм явление очень распространенное в наше время. Этот тип уже не может отличить добра молодца от собаки.
– С вашего позволения, не Шарик, а Даромир, – спокойно, но твердо поправил я князя. – Облик благородного пса был ненадолго заимствован мной и возвращен в целости и сохранности своему владельцу около трех лет назад.
После этих слов Антип тихо застонал (типа я слишком вольно говорю с правителем). Бодун же, наоборот, ничуть не обиделся, а только довольно хмыкнул в бороду. Зато весьма своеобразная реакция оказалась у Сантаны.
– Так вот ты какой… – еле слышно произнесла она себе под нос.
Стоп, а это уже интересно! Откуда она, собственно, знает о моем существовании? Ну да, я, конечно, в свое время погулял на славу, но, в каком бы состоянии я ни был, такую эффектную дамочку запомнил бы наверняка. Нет, решительно заявляю: меня с этой ведьмой раньше ничего не связывало.
Впрочем, реплику Сантаны услышал только я, и то по причине уникального слуха, натренированного еще в ранней молодости под руководством незабвенной Симочки.
– Даромир так Даромир, – примирительно согласился Бодун и обратился к своему премьер-боярину. – Я так понимаю, скоро погуляем на свадьбе?
Антип в очередной раз скривился, а вместо него хором ответили мы с Селистеной:
– Скоро!
В конце концов, это нам предстоит жениться, а от старого зануды требуется только молчаливое согласие, ну и, конечно, деньги на скромный свадебный пир.
– Ну и славно, – не стал скрывать своей радости князь, – люблю свадебные застолья.
Хм, можно подумать, обычные застолья ты не любишь.
– Стало быть, ты у нас дипломированный колдун? – переключился на другую тему князь.
– Да, – смиренно согласился я и ненавязчиво выставил перед собой посох. Могу поклясться, что в этот момент зеленые глаза Сантаны сверкнули жутковатым огнем. От этого огня я почувствовал себя как-то неуютно. Во всяком случае, по спине у меня побежали мурашки размером с небольшого жука. Похоже, эта краля действительно ведьма, хотя этот факт сам по себе еще не преступление. Я в свое время с такой милой молоденькой ведьмочкой познакомился… Но стоп! Мне, как потенциальному жениху, в присутствии невесты такие воспоминания не к лицу.
– Вообще-то я к колдунам и ведьмам как-то не очень… – красноречиво заметил Бодун. – Но тебе, как доказавшему мне свою верность, дозволяю находиться в городе.
А маразм-то прогрессирует прямо на глазах. У самого черный колдун несколько лет под боком жил, да и жена – ведьма, а он туда же – «не очень». И верность я ему никакую не доказывал, я свою рыжую защищал. Да если бы Гордобор на Селистену не попер, я бы его пальцем не тронул!
– Спасибо, князь, – ответила вместо меня боярышня.
– Да не за что, женитесь себе на здоровье, нечто я не понимаю? Сам как-никак молодожен.
Ай, спасибо, ну я сейчас прямо расплачусь. Можно подумать, без его дозволения я посыплю голову пеплом и с позором сам себя выдворю из города!
– Да, я же забыл представить тебя моей супруге! – спохватился молодожен. – Это моя обожаемая Сантана, а это – Даромир, жених нашей прекрасной Селистены и соответственно будущий зять премьер-боярина.
Я скроил радостную физиономию и, расплывшись в натянутой улыбке, выразил полный восторг от данной процедуры.
– Очень рад.
Сантана улыбнулась уголками губ, и тут первый раз я услышал ее голос. Надо признать, что и голос у нее соответствовал внешности, он был бархатным и проникновенным. Интересно, а недостатки у нее отсутствуют в принципе?
– Мне тоже очень приятно, Даромир… Извини, не знаю, как тебя по батюшке?
Если она и ведьма, то, по крайней мере, хорошо воспитана.
– Да ладно, чего уж там, – отмахнулся я, – можно просто Даромир.
– Мне всё-таки очень хочется узнать, кто они, родители такого замечательного молодого человека, вложившие в его воспитание столько душевных сил? – не отступала Сантана.
После такой фразочки все затаив дыхание уставились на княгиню. Можно подумать, она сморозила какую-то глупость. Ну да, я действительно прекрасно воспитан, только из-за врожденной скромности не люблю выставлять свои достоинства напоказ.
– Родителей я не знаю, а воспитала меня кормилица Серафима.
При упоминании моей бабаньки Сантана опять вздрогнула. Иголка у нее в сарафане, что ли, застряла?
– А колдовской премудрости научил меня великий колдун… – Договорить я не успел, так как у меня в голове раздался визг моей нареченной:
– Ты что, обалдел совсем?! Да перед кем ты тут откровенничаешь? Тоже мне колдун-болтун выискался!
Последняя фраза, на мой взгляд, была лишняя. Но в остальном приходится признать, что и моя мелкая бывает права. Действительно, имена моих наставников посторонней ведьме знать необязательно.
– Всё понял, я просто увлекся немного, – примирительно буркнул я.
– Увлекся он… – не скрывая раздражения, передразнила меня рыжая и благополучно отключилась.
– В общем, очень неплохо научил, – закончил я фразу, к нескрываемому разочарованию Сантаны.
А что это она так расстроилась, и вообще на кой ей имена моих старичков?
– Мне тут рассказывали про твои приключения. Признаюсь, что поначалу даже усомнилась, что простому колдуну может быть под силу такое.
– Да ладно, ничего особенного, – пожал я плечами, – обычное дело.
– Ну не скажи, в одиночку победить парочку горных спиногрызов, оборотня и черного колдуна – такое по плечу не многим.
– Конечно, не многим, – скромно согласился я, – я такой один. Да, и хочу добавить, что еще расправился с гигантской петунией.
Что это? Опять в моей голове треск и возмущенный до глубины души голосок:
– Ты чего расхвастался?!
– Помолчи лучше, всё равно ничего не понимаешь в мастерстве интриги! – осадил я Селистену. – Это не хвастовство, а тонкий ход. Теперь, когда она знает, кто я такой, связываться со мной поостережется. И вообще, не мешай мне!
Наверняка мелкая хотела мне еще что-то сказать, но я решительно закрыл свою голову для доступа.
– Я всегда говорил, что молодость и упорство могут очень многое. А уж теперь, когда к ним прибавились знания и реальная сила, – как бы невзначай я опять выставил вперед посох, – уверен, что легко смогу справиться с любой нечистью в округе. Не позавидую тому, кто захочет причинить вред моей семье.
Тут образовалась небольшая пауза, которую нарушила Сантана:
– Да, теперь с тобой справиться будет непросто…
Я что-то не понял, это приговор или капитуляция? Если первое, то категорически возражаю, а если второе, готов с радостью ее принять.
– Ты забыл о мудрости, – буравя меня своими зелеными глазами, неожиданно продолжила Сантана.
– У меня есть ум! – гордо парировал я и постучал себя по лбу в доказательство того, что голова полна этим самым умом.
– Это не одно и то же, – ласково и вместе с тем хищно улыбнулась княгиня.
Наверное, мы могли бы еще долго так пикироваться, если бы не вмешался немного заскучавший Бодун:
– Видишь, Сантаночка, какие орлы к нам в город залетают. Ты, кстати, о государственной службе не думал?
Ну вот, приехали! Поначалу меня, ясного сокола, каким-то орлом обзывают, а потом и вовсе предлагают по доброй воле крылья подрезать. Ну нет, я на такие жертвы пока не готов, с меня и грядущей семейной жизни за глаза хватит. Однако ответить надо как-то повежливей, нехорошо старость обижать, тем более если она сидит на троне.
– Спасибо за предложение, но…
По традиции меня перебила Селистена:
– Но поскольку приготовления к свадьбе отнимают все свободное время, к этому вопросу лучше вернуться после нее.
Вообще-то я хотел сказать совсем другое, но, глядя, как сияет моя невестушка, спорить я не стал. И чего ее понесло, неужели и правда она думает, что я пойду служить? Я же говорил, что она фантазерка. Согласитесь, но представить, что я, словно зануда Антип, каждое утро буду уходить, чтобы в какой-нибудь пыльной комнате просиживать до вечера штаны, мог человек только с очень бурной фантазией.
– Ну после так после, – не стал возражать Бодун, – вот после свадьбы и поговорим.
О чем тут говорить? Не пойду я на службу! Вокруг столько всего интересного, столько вкусного, так что тратить время на глупости я не намерен.
– Ты, Антип, жаловался, что тебе необходим помощник в делах? – с лукавой улыбочкой спросил князь у своего премьер-боярина.
– Да, – осторожно кивнул Антип, чуя в простом вопросе подвох.
– Так вот тебе и помощник! – гордо провозгласил князь.
– Где?! – спросили мы хором, причем на этот раз не с Селистеной, а с ее папашей.
– Да ладно, Антип, не переигрывай, – хмыкнул в бороду Бодун, – нечто я тебя не знаю? Небось спишь и видишь, как я твоего зятя на службу возьму и тебе в помощь определю!
Честно говоря, я надеялся, что не являюсь персонажем снов моего будущего тестя, но сейчас такие мелочи не могли меня отвлечь от главного – меня хотят отправить на работу, причем не просто на работу, а в подчинение отцу моей же собственной невесты. Караул, спасите!!!
– ЕГО?! – не веря своим ушам, переспросил Антип.
– МЕНЯ?! – также надеясь, что ослышался, уточнил я.
– А кого еще?! Конечно, Даромира! Он тебе и родственник, и малый шустрый, да с такой подмогой ты горы свернешь.
Люди добрые, да что же это делается? Ну скажите мне по совести, зачем мне в мои-то годы ворочать эти самые горы?! Да еще на пару с Антипом? Да в его летах он скоро рассыплется, и вся самая тяжелая работа ляжет на мои многострадальные плечи. Ну нет, мы так не договаривались. Жениться на его дочери – это, конечно, я запросто, а вот вкалывать от зари до зари – это я пас. Ищите другого дурачка.
Одно в этом бредовом разговоре меня порадовало, судя по физиономии моего тестюшки: он от такого помощника был тоже не в восторге. А вот это сколько угодно, я комплексами не страдаю. Вырастил свою дочку, мою невесту, – спасибо, а в остальном – насильно мил не будешь. С меня вполне будет достаточно совместных обедов по выходным дням.
– Знаешь, князь, – наконец вставил свое слово Антип, – права моя дочка, рановато пока про такое важное дело говорить. Вот свадьбу отпразднуем, тогда…
Во-во, тогда подождем, пока на горе рак свистнет, и вернемся к вопросу о моем трудоустройстве.
– Договорились, – оборвал своего премьер-боярина князь, – но тогда уж не отвертитесь!
Ага, ты еще не знаешь, как я могу вертеться.
Дальше, по большому счету, ничего стоящего внимания не было. Князь с Антипом принялись обсуждать какое-то государственное занудство, а нам оставалось только слушать и скучать. Хорошо еще, что Бодун был явно не настроен на длительную беседу, быстренько дал «добро» на все Антиповы предложения и, влюбленно созерцая свою супругу, покинул тронный зал.
Я не успел заметить, но готов поклясться, что моя благоверная не удержалась и умудрилась-таки напоследок показать язык Сантане. И она еще смеет бухтеть по поводу моей бесшабашности? Да у нее у самой детство еще из кудрявой головы не выветрилось.
И хотя я был занят составлением плана будущего разговора с Селистеной на тему «Когда же ты наконец станешь взрослой?», от меня не утаилось, что следом за княжеской четой поспешил сливоподобный Демьян. Причем Сантана даже что-то шепнула ему на ухо. Очень странная парочка, и как только Бодун терпит такое у себя под боком?
– Ты что, и вправду решил на государственную службу поступить? – хмуро бросил мне премьер-боярин, как только за венценосной парочкой закрылись двери.
Знаете, я даже не пытался ответить. Во-первых, оправдываться в такой ситуации глупо, во-вторых, бесполезно, а в-третьих, меня вполне успешно заменила Селистена.
– Ой, папочка, правда, всё так хорошо получилось? – принялся щебетать рыжий провокатор. – Ты же всё время говорил, что для настоящего мужчины главное – это семья и работа? Так вот семья у нас уже есть, а работа скоро будет. А князь прав, как всегда: лучшего помощника, чем Даромир, тебе не найти.
Помнится, она еще что-то радостно говорила, но это было уже не важно. Похоже, за нас с Антипом уже всё решило наше маленькое рыжее чудовище. В этот момент я впервые подумал, что со свадьбой можно и не торопиться. Ну действительно, к чему такая спешка? В конце концов, я еще выпускные экзамены в скиту не сдал, а после экзаменов мне каникулы полагаются, годика полтора, не меньше.
– Ладно, после разберемся, – с раздражением отрезал Антип и решительно отправился прочь.
Селистена сияла, словно начищенный к празднику самовар, чего никак нельзя было сказать обо мне.
Сходил, блин, на приемчик! Хотел других посмотреть, себя показать, поесть вкусно, а вместо этого попал на ярмарку по трудоустройству.
– Любимый, правда, ты рад? – как ни в чем не бывало потребовала ответа моя конопатая.
– Безумно, – обреченно вздохнул я. – Мы же вроде договаривались, что просто познакомимся с Сантаной, и всё?
– Так мы познакомились, – захлопала глазами рыжая. – А потом очень удачно получилось совместить приятное с полезным.
– Интересно, а что для меня приятное? – не удержался и съязвил я. – Сантана или служба?
– Тебе решать, – смиренно кивнула головой Селистена. – Но учти, что от твоего ответа зависит твое здоровье.
Я хотел было еще что-то сострить, но, немного поразмыслив, передумал. Пожалуй, на сегодня хватит. Селистенка явно в ударе, и связываться с ней действительно опасно для здоровья.
– Пошли, – потянула меня за руку счастливая Селистена и направилась вслед за папашей.
Я уже собирался последовать за ней, причем без традиционных пререканий, но тут мой взгляд остановился на Феликлисте с дружками. Вся эта странная компания во время приема даже не старалась скрыть свое презрение к красавице княгине. Вот и сейчас наследник престола проводил мачеху таким взглядом, что даже удивительно, что она не запылала.
Хм, насколько я успел заметить, все буквально в восторге от княгини. Ну что ж, этот моментик можно использовать в личных целях. И хотя от общения с Феликлистом я не ждал ничего хорошего, всё-таки переброситься с ним словом-другим следовало. Хотя бы для того, чтобы восстановить душевное равновесие.
– Солнышко, ты иди, а я задержусь немного, – шепнул я невесте и хотел было улизнуть, но тут же был схвачен за рукав кафтана.
– Ты куда? – настороженно спросила мелкая и ревниво бросила взгляд на опустевший княжеский трон.
– Ты опять? – спокойно поинтересовался я.
– Нет, – сразу сдалась Селистена. – Тем более что ты ведь не к ней пойдешь?
Однако сильно ее заклинило, даже странно.
– С бывшим женишком твоим хочу поговорить. Надеюсь, к нему ты меня ревновать не будешь?
Селистена на секунду задумалась и, похоже, действительно прикинула в уме, стоит ли меня ревновать с Феликлисту или нет. На этот раз победил здравый смысл.
– Нет, к нему, пожалуй, не буду, – наконец снизошла моя девица. – Хотя…
Я с ужасом уставился на мелкую. Неужели у нее и вправду крыша съехала?
– Шучу, конечно! – хохотнула рыжая и чмокнула меня в щеку. – Ладно, иди общайся с наследничком, можешь даже привет от меня передать.
С этими словами мое неугомонное рыжее чудовище кинулось догонять своего батюшку. Я уже хотел было отправиться творить большую политику, как прямо на моих глазах произошло нечто, что заставило меня остановиться. На выходе из зала к моей Селистенке подрулил какой-то боярский хлыщ, взял ее под руку и принялся что-то нашептывать ей на ухо. Причем она, вместо того чтобы закатить наглецу пощечину, начала хихикать. От такой наглости я даже онемел. Да какое он имеет право дотрагиваться до чужой невесты?! Вот оказался бы на моем месте какой-нибудь истеричный ревнивый тип, то наверняка закатил бы скандал на весь дворец. Хорошо еще, что я не такой и лишнего шума не люблю. Но встречу его еще раз рядом с моей невестой – тихо оторву ему голову, причем без всякой дурацкой ревности.
Чтобы немного развеяться и отвлечься от женского вероломства, я резко повернул в сторону Феликлиста со товарищи. Честно говоря, я не очень-то понимал, о чем хочу с ним поговорить, и уж тем более не знал, как с ним себя вести. Когда мы виделись в прошлый раз, я был в собачьем обличье, а он вел себя, на мой взгляд, слишком уж бесцеремонно. Как ни крути, но трепать мою прекрасную шкуру, чесать за ушами и целовать в нос я позволял только самым близким людям, а точнее, одной-единственной мелкой боярышне.
Ладно. Это всё ерунда, главное – начать разговор, а уж там, на месте, разберусь, что к чему.
– Привет, девчонки!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29