А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Аддамс Петтер

Убийство в замке


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Убийство в замке автора, которого зовут Аддамс Петтер. В электронной библиотеке lib-detective.info можно скачать бесплатно книгу Убийство в замке в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать онлайн электронную книгу: Аддамс Петтер - Убийство в замке без регистрации и без СМС

Размер книги Убийство в замке в архиве равен: 131.86 KB

Убийство в замке - Аддамс Петтер => скачать бесплатно электронную книгу детективов




Прогресс; М.; 1979
Аннотация
В этой книге происходят следующие преступления: два убийства, два покушения на убийство, две кражи со взломом (совершены полицейскими служащими ЕЕ Величества), жульничество, нарушение неприкосновенности жилища, взяточничество, грубое введение властей в заблуждение по существу дела. Даже самый снисходительный судья суд вынес бы приговор о тюремном заключении общим сроком трижды пожизненно, тринадцать лет, шесть месяцев и восемнадцать дней. Эти статистические данные достаточно обоснованно раскрывают содержание и литературное значение произведения. Остается лишь предать гласности, что пришедший в упадок английский замок, в котором встречаются скорбящие наследники весьма почтенного сэра Роберта Торпа, явится местом самых запутанных и ужасных происшествий, которыми сначала несколько беспомощно занимается тучный, постоянно испытываюий жажду комиссар полиции Бэйли. Эту книгу следовало бы особенно рекомендовать для чтения в приемной у зубного врача, где благосклонный читатель, который несмотря на то что, просмотрев бесчисленное множество реалистических детективных фильмов за зимний сезон телепередач, уже прошел хорощую школу, наверняка забудет о своей боли. О ценности этой книги говорит, пожалуй, и тот факт, что за это время издательство потеряло двух уважаемых редакторов, один из которых стал жертвой паралича сердца, а другой умер от смеха.
Петер Аддамс
Убийство в замке
Роман пародия
От автора
В этой книге происходят следующие преступления: два убийства, два покушения на убийство, две кражи со взломом (совершены полицейскими служащими ЕЕ Величества), жульничество, нарушение неприкосновенности жилища, взяточничество, грубое введение властей в заблуждение по существу дела. Даже самый снисходительный судья суд вынес бы приговор о тюремном заключении общим сроком трижды пожизненно, тринадцать лет, шесть месяцев и восемнадцать дней. Эти статистические данные достаточно обоснованно раскрывают содержание и литературное значение произведения. Остается лишь предать гласности, что пришедший в упадок английский замок, в котором встречаются скорбящие наследники весьма почтенного сэра Роберта Торпа, явится местом самых запутанных и ужасных происшествий, которыми сначала несколько беспомощно занимается тучный, постоянно испытываюий жажду комиссар полиции Бэйли. Эту книгу следовало бы особенно рекомендовать для чтения в приемной у зубного врача, где благосклонный читатель, который несмотря на то что, просмотрев бесчисленное множество реалистических детективных фильмов за зимний сезон телепередач, уже прошел хорощую школу, наверняка забудет о своей боли. О ценности этой книги говорит, пожалуй, и тот факт, что за это время издательство потеряло двух уважаемых редакторов, один из которых стал жертвой паралича сердца, а другой умер от смеха.
ГЛАВА ПЕРВАЯ,

в которой благосклонная публика познакомится со злополучной таверной «Кровавая кузница» в небольшом портовом городке Англии, страны, которая, как известно, определяет мировой уровень по числу преступлений и способностям своих криминалистов.
Таверна «Кровавая кузница» находилась в конце главной улицы, которая вела через городок Уолс к порту. Своим названием она была обязана легенде о происходивших здесь когда-то жутких убийствах. Около трехсот лет назад некий Ричард Шеннон перестроил кузницу в таверну и занялся грабежом. Рассказывали, что вздутые от воды и обезглавленные трупы иных посетителей, заночевавших в таверне, приносило течением к прибрежным скалам. Об этом мифическом разбойнике было опубликовано даже несколько книжонок, в том числе большая поэма. Его злодеяния поддерживали славу захолустной таверны до сегодняшнего дня и делали ее заманчивой для туристов.
Билл Шеннон, последний отпрыск владельцев кузницы, был кротким, добродушным, малоразговорчивым человеком, но обладал здоровой коммерческой смекалкой. Он позаботился о том, чтобы зал таверны был оборудован в духе семейных традиций. Стены и потолок были покрыты копотью. Цепи, колеса и клещи художественно оформляли помещение. Они были выкрашены коричневой краской, что производило впечатление то ли ржавчины, то ли невинно пролитой крови.
Когда какой-либо приезжий спрашивал, действительно ли триста лет назад таверна выглядела так же, как сегодня, лицо Шеннона принимало задумчивое выражение и он искренне заявлял:
— Нет, сэр, не совсем триста, но то, что так было по меньшей мере двести семьдесят пять лет назад, — за это я готов поклясться на огне. — Он вытягивал свою руку с толстыми пальцами в сторону камина, который был не настоящим, а представлял собой кузнечный горн с мехами, какие можно встретить в старых кузницах.
В присутствии Дороти Торп хозяин никогда не осмеливался связывать известность своей таверны с подобными историями. Она обладала подлинно английской трезвостью, критическим складом ума и нередко ядовитым юмором. Даже когда Шеннон доходил до самого главного в своем увлекательном рассказе, а именно о том, как отпрыски его предков играли с отрубленными головами, приговаривая: «Продаю свеклу — сколько даешь», он прикусывал язык, если в дверях неожиданно появлялась тощая фигура леди Дороти Торп.
— Ты неплохо морочишь голову, Билл, но тебе не хватает исторических познаний, чтобы казаться правдивым, — резко обрывала она трактирщика. Не зря же до замужества она была учительницей в Уолсе. — Ведь игру «продаю свеклу сколько даешь» мы с тобой сами выдумали, когда протирали штаны за партой воскресной школы.
В таких случаях простодушный трактирщик замолкал. Оп приносил Дороти Торп напиток, который она принимала как лекарство для желудка вот уже двадцать лет. Коктейль был весьма своеобразен. Даже у старого морского волка, который одним глотком осушит стакан, перехватило бы дыхание. Он состоял из пивной кружки чистого виски, в который добавлялись половина чайной ложки черного перца, яйцо, мускат и щепотка соли.
Пополудни, когда началась наша история, Дороти Торп пропустила два стакана этого дьявольского напитка, как его называл Шеннон. За несколько часов до этого в каменистой земле старого кладбища Уолса она похоронила своего мужа. Одетый еще во все черное, Шеннон был одним из участников похорон. Но только сейчас он принялся изливать свои чувства:
— Хотя я почти не знал сэра Роберта, я ощущаю, как во мне растет чувство глубокой печали…
— Перестань печалиться, — прошипела в ответ Дороти. — Так же как и я, ты знаешь, что эта смерть не была для меня болезненной утратой, напротив, это радостное событие. Человек, который тридцать лет назад своими офицерскими манерами и усами заставил меня забыть, что я обладаю весьма здравым и критическим умом, жил на тридцать лет дольше, чем было нужно. О, если бы он на следующий же день после нашей свадьбы свалился с лошади или утонул! Любая другая естественная или неестественная смерть меня бы тоже устроила.
Вдове было за пятьдесят. Она была тоща, но не без своеобразного шарма. Ее здоровые белые зубы немного выдавались вперед, и, когда она смеялась, Шеннон всегда слегка вздрагивал, ему казалось, что она укусит его за палец.
— Если ты говоришь серьезно, то я не понимаю, почему ты так долго ждала, заметил кроткий отпрыск кровожадных головорезов.
— Всерьез ли я говорю? Еще бы! Эх, ты, лысина на двух ногах, — вставила Дороти. — И уж поскольку мы с тобой с детства совершали преступления, когда обирали огород священника, я хочу тебе признаться.
— Пожалуйста, не надо! — Шеннон поднял руки вверх, словно он хотел заткнуть себе уши, заранее зная, что если Дороти Торп начнет свои излияния, то он попадет в незавидное положение.
— Ну почему же нет, тебе я доверяю. — Дороти показала свои зубы. — Мой муж умер совсем не от эмболии легких. Я была провидением, которое помогло ему покинуть земную юдоль. Тебе я открою секрет, почему я его убила. — Она так по-дружески улыбнулась Шеннону, что холодок пробежал по его спине. — Тебе известно средство для уничтожения насекомых-вредителей под названием «Мгновенная смерть»? Достаточно одного пакетика, чтобы очистить целый морген поля от всех насекомых, полной столовой ложки — чтобы отправить на тот свет дюжину людей. И по тому, как ты таращишь на меня глаза, я вижу, что в тебе пробудилось любопытство узнать, почему я это сделала.
— Да, мне действительно это интересно.
— Этому горькому пьянице, который называл себя баронетом Торпом и который за всю свою жизнь и пальцем не шевельнул, чтобы сделать что-нибудь стоящее, кроме как ковырять в носу, везло в жизни, как дураку в сказке. Два года назад ему всучили пачку африканских акций, стоимость которых была равна примерно пачке старых газет. И что же случилось однажды? Стоимость этих акций подскочила с головокружительной быстротой. В одном из забытых всеми районов Африки были найдены залежи алмазов величиной с грецкий орех. Их можно было собирать мешками. Так я стала сегодня миллионершей и мечтаю вовсю насладиться жизнью, используя каждый предоставившийся мне случай. Повторить! — крикнула она, брезгливо прикасаясь к пустому стакану.
И хотя Шеннон слишком хорошо знал свою подругу детства и ее манеру шутить, на этот раз в его голове возникло смутное подозрение, что невероятное признание не так уж и невероятно, как оно прозвучало.
Между тем в таверне собрались посетители, очевидно туристы, которые хотели насладиться ее атмосферой, наводящей ужас. Шеннону нужно было их обслужить. Гости, как обычно, задавали весьма примитивные вопросы: «Этими пилами обезглавливали людей?» или «В этом кузнечном горне жарят их?» Но сегодня Шеннон отвечал довольно скупо. Его взгляд то и дело останавливался на вдове-убийце, которая благодаря столовой ложке яда для насекомых стала миллионершей.
Когда Шеннон снова подсел к Дороги, она кротко улыбнулась.
— Знаешь, Билл, каковы теперь мои планы?
— Отремонтировать замок и…
— Сначала я поеду в Кению охотиться в сафари на львов. Затем хочу посмотреть, как русские исследователи выращивают помидоры на Северном полюсе. После этого я отправлюсь во Флориду и научусь кататься на водных лыжах. Если мне встретится настоящий мужчина, может быть, я еще раз выйду замуж, чтобы вместе поехать в Канаду ловить форель.
«Она смеется надо мной», — подумал не без оснований друг детства и спросил:
— А скажи, нет ли, кроме тебя, других наследников?
— Слава богу, нет! — ответила она с чувством глубокого удовлетворения.
В этот момент в таверну вошел почтенный пожилой человек. На нем был черный котелок, черный костюм, начищенные до блеска черные ботинки, а в руке черный зонт. Даже борода у него была черная.
С подчеркнутым достоинством он подошел к Дороги Торп, с не меньшим достоинством поклонился и представился:
— Гарольд Фишер.
Дороти изучающе посмотрела на незнакомца, затем подмигнула левым глазом, подняв правую бровь.
— Мне кажется, я вас где-то видела, — сказала она не очень уверенно.
Человек в черном, назвавшийся Фишером, кивнул.
— Я имел честь присутствовать на похоронах вашего супруга сэра Роберта.
— Это и видно. Вы что, искупались в черных чернилах?
Фишер попытался улыбнуться:
— Есть страны, где па похороны одевают все белое, украшают себя цветами и идут за гробом танцуя. Например, на Яве. — И затем добавил: — К сожалению, мы находимся не на Яве.
— Вот именно. — Дороти Торп пригубила свой напиток. Осенившая ее мысль камнем легла на сердце, и она решила спросить:
— Вы случайно не родственник моего мужа?
— Нет, такой чести я не удостоен.
— Отвечайте как человек и не торчите здесь как черный ворон, — напустилась вдова на человека в черном: — Вам что-нибудь угодно? — И, не давая гостю раскрыть рта, добавила: — Если вы представляете Общество друзей бродячих собак и кошек или секту, члены которой блуждают по ночам в ночных рубашках со свечой в руке, то возвращайтесь домой и передайте своим братьям, что им у меня нечего искать.
— Я пришел по поводу ваших роз, леди Торп, — сказал Фишер, не обращая внимания на ее слова. — Если вы позволите заметить, ваши розы бывают летом в самом жалком состоянии. Говорят, что на них больше цветочной тли, нежели листьев, а клумбы с гвоздиками не отвечают, видимо, больше уровню замка Карентин.
— Короче, вы — садовник?
— С вашего позволения, да. Я прочитал ваше объявление и приезжал сюда на прошлой неделе. Это было в день смерти сэра Роберта. Если вы позволите, то я хотел бы поговорить с вами.
— Покажите мне ваши рекомендации.
Фишер церемонно достал свое портмоне и так же церемонно выложил на стол документы.
Дороти Торп взглянула на бумаги и равнодушно отодвинула их в сторону.
— Я и так знаю, что там написано: порядочный, трудолюбивый, надежный, преданный, обладающий чувством долга, готовый на жертвы, аккуратный. Ведь в противном случае вы не выложили бы передо мной эти бумажонки, не так ли?
Человек в черном не ответил.
— Ну ладно, я беру вас. Мой сад каждый год кишит насекомыми, они пожирают розы и капусту, — сказала она решительно.
— Против этого бича имеется лишь одно испытанное средство — яд для насекомых «Мгновенная смерть», — сказал садовник, причем на его лице не дрогнул ни один мускул.
Шеннон, проходивший в это время мимо стола, за которым сидела Торп, вздрогнул при упоминании средства для уничтожения насекомых. Ему на ум пришла ужасная мысль. Он испугался за свою жизнь. Предчувствие подсказало ему, что сэр Роберт не единственная жертва в этом доме и что традиция «Кровавой кузницы» возродится в замке леди Торп.
ГЛАВА ВТОРАЯ,

в которой садовник, принятый на работу скорбящей вдовой весьма уважаемого баронета Роберта Торпа и великолепно разбирающийся в ЯДАХ ДЛЯ РАСТЕНИЙ, проявляет и другие недюжинные способности. Это вновь подтверждает истину о том, что при подборе ПРИСЛУГИ никто не гарантирован от неожиданностей.
Первое время было тихо и ничто не грозило нарушить мир в замке Карентин. Резиденция Торпов — смешение по крайней мере трех-четырех архитектурных стилей — представляла собой тронутое временем, неприглядное здание, которому можно было лишь пожелать стать жертвой землетрясения. Поскольку духи уже длительное время сопротивлялись и не выполняли в нем свои обязанности наводящих ужас призраков, то и в этом отношении все было спокойно.
Даже погода, которая до этого была туманной, пасмурной и дождливой и тем самым климатически обусловливала преступления, и та одумалась. Небо прояснилось, весеннее солнце сияло как свеженачищенная латунная лампа; ночи были теплые, на кустах и деревьях лопнули клейкие почки, и желтоватая, почти прозрачная зелень появилась на ветвях.
Фишер, стремясь привести парк замка в должный порядок, работал с утра до ночи. Он так старательно выполнял свои обязанности, что даже экономка дома Патриция Хайсмит вынуждена была признать, что новому садовнику нельзя отказать в прилежании и усердии.
— С этим я согласна, — говорила она, — но со всем другим нет.
Дороти, которая сидела с ней за карточным столом в зале, сказала:
— Тебе ничего не нравится из того, что я приобретаю. Идет ли речь о таксе Аполло, или о велосипеде, который я купила на прошлой неделе, или о новом садовнике.
— Вы, как всегда, смеетесь надо мной, если я вижу все в мрачных красках. Но разве я не оказывалась всегда права, — парировала полная дама. — Велосипед стоит в гараже весь разбитый. А что сталось с Аполло? Он передушил всех кур в округе, и вы нажили себе за один месяц больше врагов, чем за последние десять лет. И в отношении Фишера, который выдает себя за садовника, я окажусь права. И если я, бедная, несостоятельная вдова, говорю, что он разбойник, головорез, убийца и поджигатель, то говорю правду, и только правду, клянусь честью. — В знак своего глубокого убеждения Патриция подняла вверх три пальца и озабоченно спросила: — Вы действительно убеждены в том, что не осталось других наследников?
— Я прожила с этим слабоумным пьяницей двадцать девять лет, семь месяцев и двенадцать дней, и, наверно, мне лучше знать, что я единственная наследница. Конечно, не исключено, что может появиться какой-нибудь проходимец вымогатель наследства, чтобы отобрать у меня часть заработанного столь тяжким трудом состояния. Но ты знаешь меня: он не получит ни единого шиллинга.
— Когда будет вскрыто завещание?
— Сразу же, как только этот Локридж, который выдает себя за адвоката и постоянно ездит в Лондон, ища там непристойных развлечений, опять вернется в Уолс. Я надеюсь, что это произойдет уже завтра.
Патриция, которой обычно даже на безоблачно-голубом небе виделись облака, на этот раз решилась защитить адвоката.
— Когда лежишь на операционном столе и тебе вскрывают живот, то я бы не назвала это развлечением. — И после некоторого раздумья она добавила: — На всякий случай я включу вас сегодня вечером в свою молитву, чтобы вы были единственной наследницей.
— В таких делах человеку не поможет никакой бог. Он должен сам знать, как себе помочь. — Дороти кивнула в сторону книжной полки. — Видишь книгу профессора Стюарда «Наиболее известные в мировой истории случаи убийств путем отравления, которые никогда не были доказаны»? Ты даже не представляешь себе, что можно натворить с помощью нескольких грибов или банки порошка для уничтожения насекомых.
Патриция посчитала христианским долгом осенить себя крестом.
— Нет, миссис Торп, это нехорошо. Такому убийце, как Фишер, можно разрешить все, потому что он по натуре преступник. Но даме вашего положения не должны приходить в голову такие мысли.
— Нам надо в ближайшие дни обязательно отремонтировать камин в моей комнате, — ответила на это Дороти Торп. — При сильном ветре из трубы в огонь падают камни. Так можно однажды ночью и сгореть заживо.
— Я видела, как он делал почтовые конверты. — Патриция не давала сбить себя с толку. — Он делал их с такой ловкостью, что я ужаснулась.
— Что он делал? — спросила Дороти удивленно.
— Он пришел ко мне на кухню и спросил, нет ли у меня нескольких конвертов. Я ответила, что нет. Он так ехидно ухмыльнулся, как будто думал, что у меня их целый ящик. После этого он пошел в свою каморку, я за ним. Что же я увидела через замочную скважину? Он взял лист бумаги и свернул его в конверт с такой быстротой, что у меня перехватило дыхание. С такой же ловкостью он склеил его. Тогда я сказала себе: «Патриция, в нашем доме появился убийца!»
— И все потому, что он так ловко сделал конверт? Мне кажется, это слишком надуманно.
— Нет, это не так, если учесть, что определенные способности приобретаются только в результате многолетних навыков.
— Ты считаешь, что он сидел в тюрьме?
— А взгляд, а выражение лица! Лицо его вдруг перекосилось, стало угрюмым, полным ненависти, как будто он хотел откусить у кого-то палец. Наверно, у тюремного надзирателя. А цвет его лица? Очищенная картофелина и та содержит в себе больше крови, чем он. Это результат, что он многие годы не видел солнца и света.
— Может быть, ты и права, — согласилась Дороти. И тут она сказала фразу, от которой лицо Патриции побелело и превратилось в очищенную картофелину: Иди и приведи его сюда. Мы должны все выяснить.
— О нет, я не могу! — сказала Патриция категорически. — Если потом я столкнусь с ним одна в темной комнате или в коридоре, он меня…
— Сейчас светит солнце, везде светло, даже в подвале.
— И все же…
— Патриция, немедленно приведи ко мне садовника!
Глубоко вздохнув, будто она идет на плаху, Патриция вышла из зала и вскоре вернулась с Фишером.
На Фишере был серый жилет и серые брюки, его черные с проседью волосы были тщательно расчесаны на прямой пробор. Вообще он больше походил на степенного дворецкого, нежели на копающегося в земле и цветочной тле садовника.
Дороги ткнула пальцем в лист бумаги, который она положила на стол:
— Сверните его в конверт!
Фишер свел на лбу свои черные брови. Патриция прижала правую руку к сердцу, когда он бросил быстрый и, как ей показалось, угрожающий взгляд в ее сторону. По его бескровным губам скользнула злобная улыбка. И действительно, не прошло и трех секунд, как лист бумаги превратился в конверт.
— Где вас этому учили? — Дороти осторожно коснулась конверта кончиком пальца, как будто она нажимала на взрыватель неразорвавшейся бомбы.
— Мой покойный отец, смею заметить, имел небольшую картонажную мастерскую. Я мог бы, если мне любезно разрешат, показать также, как в считанные секунды клеют пакеты и другие бумажные изделия.
— Вы никогда не сидели в тюрьме или другом подобном заведении? — спросила его Дороти без обиняков.
Фишер повернулся к Патриции Хайсмит и спросил в свою очередь:
— Это выдумала глупая особа, которая всегда сопит за дверью у замочной скважины?
— Я не глупая особа, — возразила возмущенная Патриция.
Фишер не удостоил ее больше вниманием.
— Позвольте мне удалиться, миледи? Перед ужином я обычно прочитываю несколько страниц Библии. — Фишер поклонился и вышел свойственной ему гордой походкой.
Патриция опустилась на стул, достала носовой платок и начала сморкаться, что было признаком того, что слезы уже дошли до кончика носа и только благодаря железной выдержке ей удавалось сдержать рыдания.
— Могу голову дать на отсечение, что мое подозрение оправданно.

Убийство в замке - Аддамс Петтер => читать онлайн книгу детективов дальше


Хотелось бы, чтобы книга-детектив Убийство в замке автора Аддамс Петтер понравилась бы вам!
Если так окажется, то вы можете порекомендовать книгу Убийство в замке своим друзьям, проставив ссылку на эту страницу с детективом: Аддамс Петтер - Убийство в замке.
Ключевые слова страницы: Убийство в замке; Аддамс Петтер, скачать, бесплатно, читать, книга, детектив, криминал, электронная, онлайн