А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Я даже думаю, что возвращение проблемы хулиганизма связано с ростом коммерциализации спорта. Игра всегда была превосходным зеркалом реального мира, причем одним из наиболее важных для рядового человека. У футбола есть свои войны, свои лидеры, свои герои, свои кризисы, свои негодяи и свои скандалы. Он велик, он всеобъемлющ, и все хотят выиграть, только в отличие от реальной жизни ликование длится всего лишь до следующего матча. Трудно удивляться тому, что и проблемы реального мира находят свое отражение в футболе: войны враждующих группировок, расизм и равнодушие к ближнему. Профессиональный футбол стал Футболом с большой буквы, чтобы платить игрокам до неприличия огромные суммы каждую неделю, и эти деньги идут из твоего кармана, и карманов таких же, как ты. Игра стала дешевкой; она уже не является чем-то особенным. Она все больше напоминает телепередачу Gladiators note 82, идущую из недели в неделю, а ФА не может или не хочет остановить это.
Чтобы стать футбольным хулиганом, совсем не обязательно быть безработным; не обязательно жить в высотке в рабочем районе или вырасти без отца или матери. Чтобы стать футбольным хулиганом, достаточно просто устать жить в стране, где твое мнение ничего не значит даже в вопросах, касающихся тебя лично, и устать выслушивать нравоучения на тему того, что от гордости за свое английское происхождение недалеко до нацизма. Достаточно просто устать от того, что правительство готово продать страну любому, у кого есть бабки, и просто видеть, как место, где ты вырос и живешь, и твоя культура разрушаются ублюдками, для которых ты ничего не значишь. Мы были бы рады уважать закон, но мы не можем уважать его, потому что он не защищает нас, он защищает людей, нарушающих наши права. У нас оставался футбол – но теперь и он пошел тем же путем, шаг за шагом, и страдают больше всего как раз те, кто не имеет голоса, то есть фаны. Так называемые эксперты ничего не понимают. Нам все это надоело. Мы хотим вернуть свою игру назад, мы хотим знать, кто отнимает ее у нас, и почему смотреть ее стоит так дорого.
Вы читаете это, сидя в кабинете на Ланкастер-гэйт note 83? Если так, то засуньте свое исполнительно-спонсорско-ассоциативное дерьмо в свою задницу. Вы кинули всех суппортеров, и если хотите знать, почему озверевшие люди убивают друг друга на полуфинале Кубка, то сначала загляните на свою собственную жадность и как вы крадете у нас то, что всегда было нашим. Верните это нам, верните нам нашу замечательную игру, иначе следующему поколению не останется ровным счетом ничего.
Следующий рассказ – результат долгого и очень интересного разговора с таутом note 84, состоявшегося неподалеку от Уэмбли. Мы поместили его здесь, чтобы осветить часть футбольного бизнеса, которую обычно редко затрагивают в дискуссиях – распространение и продажу билетов. По всем понятным причинам рассказ анонимный, но тем не менее он дает хорошее представление о группе людей, которых большинство оскорбляет, но в которых многие нуждаются.
С точки зрения таута Я продавец билетов. Не то чтобы это моя профессия, просто я занимаюсь этим делом. Я работаю не только на футболе, вы можете встретить меня поблизости от Уэмбли перед каждым важным событием, а также по субботам на крупнейших играх в столице. Многие думают, что мы являемся частью одной организации и работаем на одного человека, который гребет все деньги, но это не так. Я работаю в одиночку – и всегда буду так делать – и хотя действительно есть несколько больших групп, большинство таутов работают независимо. Завсегдатаи матчей хорошо знают нас в лицо. Нам приходится следить друг за другом, а также за полицейскими и теми, от кого можно ждать неприятностей.
Мы отлично знаем, как люди относятся к нам. Большинство считает нас немногим лучше вредных насекомых, но мы просто пытаемся заработать себе на хлеб. Несмотря на такое отношение к нам, я думаю, что многие уважают нас, и я могу сказать, что с этим у нас связано меньше проблем, чем может показаться Мне кажется, по нескольким причинам. Вечером люди знают, что если не смогут приобрести билет, тауты всегда к их услугам. Задайте себе вопрос: довольны ли вы нашим присутствием перед важной игрой? Конечно, довольны. Я знаю, что иногда мы завышаем цену, но только когда это оправданно. Много раз мне приходилось сбывать билеты менее чем за полцены или отдавать вообще за бесценок. Но я не жалуюсь – такова жизнь.
Вы, наверное, хотите знать, как мы достаем билеты, особенно на важные игры, когда «настоящие» фаны даже и думать об этом не могут. Конечно, этого я вам не скажу, потому что у меня есть семья, которую я должен кормить и защищать, зато я скажу вам, что, по моему мнению, футбол больше не принадлежит фанам. Он принадлежит корпоративному бизнесу. Многие ли из числа тех, кто всегда поддерживают свою команду, могут попасть на финал Кубка? Или лучше я поставлю вопрос несколько иначе: сколько на важнейшую игру сезона попадет людей, которые обычно в дни матчей отправляются играть в гольф или по магазинам? Заметили ли вы, сколько хорошо одетых женщин и детей было на финале «Манчестер Юнайтед» – «Эвертон»? Тысячи и тысячи, и я думаю, что вряд ли вы можете встретить их в очереди за билетами на Олд Траффорд под проливным дождем – вряд ли они даже знают, где это. Так что вы сами можете догадаться, как и где я достаю большую часть билетов. Мы знаем, что фаны ненавидят нас. но они счастливы встрече с нами, когда у них нет билетов, и могу честно сказать, что если бы не мы, то в дни финалов на Уэмбли было бы порядочно пустых мест.
Еще один вопрос, наверняка интересующий вас, – как все эти агентства по распространению билетов получают их столько, сколько мне и таким, как я, и не снилось, и как быть с накрутками на их цену? Накрутка на билет на Уэмбли может быть примерно 2,5 фунта, и помножив это на 80000, получается вполне приличная сумма Вы (то есть фаны) – лохи когда дело касается билетов. На Уэмбли вы не сможете сдать неиспользованный билет. Почему, спросите вы? Что, если у вас оказался лишний билет, потому что ваш приятель не смог пойти на игру, или ребенок заболел ветрянкой? И что делать? Я скажу, что – вы можете порвать билет, отдать его кому– нибудь даром или найти таута, который купит его у вас, и вы таким образом вернете хотя бы часть денег.
Конечно, вы можете попытаться продать билет сами, однако где гарантия, что человек, покупающий его у вас, – не полицейский в штатском? Однажды я был свидетелем, как неподалеку от Уэмбли человек с двумя детьми пытался продать лишний билет, когда появились мусора и повязали его, оставив изумленных детей в одиночестве! Я подошел к полицейским и попытался объяснить, что этот человек – не настоящий таут, но они заявили, что их этим не проведешь, и поволокли его в участок! К счастью, за него вступились другие суппортеры, и его отпустили в конце концов, но с этими новыми законами такие вещи происходят все чаще и чаще.
Все дело в том, что полиция не может справиться с нами, и они отлично понимают это. Мы знаем правила игры. Тогда они ищут мишень полегче, вроде того человека, о котором я рассказал, или других незадачливых суппортеров, чтобы оправдать свое существование. Тем, кто стоит на страже закона, так же как и тем, кто управляет футболом, нет дела до рядового фана, уж будьте уверены.
Наихудшая вещь для таута – это, конечно, возможность «кидалова». Со мной, к счастью, это случилось только однажды, несколько лет назад на Уэмбли. Группа фанов «Ливерпуля» кинула сразу несколько таутов, не одного меня. Тогда я потерял порядочную сумму денег, и теперь я подумаю дважды, прежде чем продавать билеты на матч, в котором играет команда из Ливерпуля. Но я знаю, что люди, заправляющие билетным бизнесом в Ливерпуле, были определенно недовольны случившимся с нами, и я слышал, что некоторым из наших обидчиков пришлось потом несладко. Тауты, пострадавшие тогда, вернули со временем те деньги, из года в год продавая билеты скоузерс по более высокой цене. Вне всяких сомнений, быть таутом – рискованный способ существования, а иногда и просто чертовски тяжелая работа, но я в самом деле чувствую, что являюсь частью необходимого фанам сервиса, и может быть, вы еще вспомните об этом, когда останетесь за пределами стадиона.
ГЛАВА 14. Влияние прессы
В нашей стране – лучшие в мире спортивные репортеры, сомневаться в этом не приходится. В газетах и на телевидении, освещение спортивных событий у нас на порядок выше, чем где бы то ни было, и количество спортивных трансляций, особенно футбольных, на кабельных каналах не может не впечатлять. Однако мы будем говорить не о спортивной журналистике; нас интересует реакция медиа на проблему футбольного насилия. По нашему глубокому убеждению, задача независимой прессы – представлять факты, а не готовые выводы, позволяя таким образом читателю (зрителю) сформировать свое собственное мнение. Если это основное правило не соблюдается, то мистеру и миссис Среднестатистическим автоматически навязывается «единственно возможная» точка зрения. У вас есть какие-то сомнения? Тогда взгляните на телевидение в России, Алжире или Китае, где контроль над прессой означает контроль над государством. Мы не утверждаем, что Британия является тоталитарным государством, ни в коем случае (так же как мы совершенно не намерены отстаивать противоположное мнение), но пресса в прошлом и настоящем всегда с легкостью представляет только одну точку зрения, не позволяя высказаться тем, кто думает иначе. Освещение футбольного насилия – типичнейший пример.
У журналистов есть работа, которую они должны делать. Им нужно продавать свои издания. Для этого они должны писать статьи о разных событиях, новостях, происшествиях или спорте таким образом, чтобы мы, публика, хотели бы читать это издание, предпочитая его всем остальным. Может быть, это упрощенно, но в целом их работа заключается именно в этом. Не всем журналистам счастье улыбается настолько, что каждый день всевозможные истории сами сыплются им в руки, так что им приходится отправляться (или их отправляют) на поиски того, чем можно заполнить страницы. Есть много отличных тем для хорошей статьи – коронации, торжества и празднества, леденящие душу преступления, и т.д. и т.п. – но с недавних пор в этот ряд вошло и футбольное насилие.
Давайте представим гипотетический сценарий «репортажа на заданную тему»: сборная Англии играет на выезде. Газета отправляет репортера (не спортивного) вместе с фанами с целью как бы проследить за приемом, который им окажут, но на самом деле – с целью посмотреть, что они натворят. В подавляющем большинстве случаев ничего не происходит – а если и происходит, то либо нападение со стороны местных фанов, либо что-то настолько незначительное, что и упоминать об этом не стоит. Ничего серьезного, в самом деле, но вы этого не узнаете, потому что уже на следующий день английские газеты пестрят заголовками типа: «английские фаны снова позорят страну!» Любой ездивший за сборной скажет вам, что это вовсе не гипотетическая ситуация, потому что это было, и не раз и не два, а много-много раз. На протяжении семидесятых и восьмидесятых годов рассказы об английских фанах, принимавших участие в беспорядках на стадионах, в городах или об их депортации, можно было встретить в любой газете, обычно со ссылками на самих фанов, такими, как «Стив из Бристоля» или «Джон, фан «Челси». Телерепортажи из Хитроу note 85 о возвращающихся домой болельщиках очень удачно дополняли такие статьи, только вот интересно, скольких человек журналистам приходилось опрашивать, прежде чем они слышали то, что хотели слышать?
Тот способ, которым принято изображать футбольных фанов в прессе, может привести только к тому выводу, что каждый посетитель футбольных матчей – хулиган, потому что люди, не бывающие на матчах – мистер и миссис Среднестатистические, если хотите – получают только негативную информацию, и дня них это становится нормой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34