А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

– Песика на прогулку привез? Правильно сделал: погода хорошая, пусть разомнется.
– Вам бы все шутить, товарищ капитан, – сердито проворчал проводник. – Собака не виновата: приедешь на место, а там всегда все затоптано…
– Да и жулье какое-то несознательное пошло, – сочувствующим тоном поддержал его капитан. – Нет чтобы записку оставить, где живет и когда дома будет.
– Ладно, пошли… – пригласил коллег молодой следователь. – Посмотрим, что там у вашего знакомого в карманах. А ты, сержант, проверь со своим псом кустарник на склоне, может, найдешь, чем этого боксера уложили. Искать надо, предположительно, железный прут. Или монтировку… – посмотрел следователь на полуприкрытые дверцы «жигуленка».
Сержант подвел собаку вначале к потрепанным «жигулям» и, открыв полностью дверцы, приказал ей обнюхать сиденья. Затем пес сделал несколько небольших кругов возле лежащего Тарана, и повизгивая от нетерпения, зигзагами пошел вниз по склону. Рыжеватый следователь присел возле пострадавшего на корточки и стал тщательно осматривать его одежду. Начал с брюк. Когда очередь дошла до пиджака, то в одном из его внутренних карманов следователь обнаружил пистолет,
– Ну вот! – удовлетворенно сказал Друян. – Когда в лаборатории вынут магазин, там будет не хватать двух патронов. Пари никто не желает?
– Оружие у него могло быть, но вот насчет того, что он снайпер… – задумчиво сказал капитан, понимая, какие два патрона имеет в виду Друян. – Сергей! – обратился он к нему. – Ты, наверное, оставайся здесь до конца, а я поехал.
– Куда?
– На Короленко… В гастроном, – ответил капитан, направляясь к машине.
Уже захлопывая за собой дверцу, Кириков увидел, как розыскной пес, ощерив зубы, вытаскивает из куртины кустов отполированную до блеска монтировку. И еще заметил еле сдерживаемую торжествующую улыбку на лице сержанта-проводника.
Сейчас Денис Николаевич больше всего боялся опоздать. Ему казалось, что шофер ведет машину недостаточно быстро, а светофоры на перекрестках улиц, как назло, встречают их злорадно подмигивающим красным глазом. Уже двое из трех товарищей-боксеров не выдержали своего последнего раунда – самого жестокого и длинного. И раундом этим оказалась сама жизнь, к схватке с которой их не готовил ни один тренер. И только въехав во двор гастронома, Кириков облегченно вздохнул; у задней двери магазина Витек Галей спокойно разгружал машину с продуктами. «Повезло парню! – подумал капитан. – А может, они его не здесь наметили… Теперь уж дудки: не дам!»
– Где Таран? – спросил капитан Галея, отведя его в сторону от машины с продуктами. – Только не виляй, Витек, – предупредил он его, – времени у меня мало. И ты опять кое-чего не знаешь…
– Уехал в перерыв и до сих пор нету.
– Куда?
– Какой-то мальчишка перед обедом прибегал, сказал, что его на улице ждут. Ну, он и пошел1 . Потом вернулся, завел своего «жигуленка» и поехал. Сказал, что ненадолго.
– А кто его ждал?
– Не говорил пацан. Сказал только, что ждут.
– Одного его?
– Одного. А что?
– Отправили твоего дружка вслед за Санькой, вот что! – зло сказал капитан. – А если бы вы прошлый раз не винтили со следователем, а рассказали честно все, что знаете, – жив был бы.
– Опять надо в морг ехать? – спросил побледневший Витек.
– Не надо пока никуда ездить, – делая большие затяжки, ответил капитан. – Мы уже без тебя съездили. А теперь вот что: сейчас ты мне честно расскажешь все, что знаешь. С самого начала! Если не захочешь – я упрашивать не буду: развернусь и уеду. Но помни: очередь твоя! – жестко предупредил Кириков. – Можешь сегодня и домой не дойти. Даже наверняка… Так как?
– Можно, я сяду где-нибудь? – попросил Витек.
– Давай присядем, – согласился Денис Николаевич. – Лучше всего в моей машине, – предложил он, – А шофер пусть пока погуляет.
– А с чего начинать? – спросил Галей, когда они с Кириковым остались в машине вдвоем.
– Начинай с того, почему Саньку «скорая» забрала, – посоветовал Денис Николаевич.
– Ну… один мужик… подзаработать предложил, – с трудом выдавливая слова, начал Галей.
– Как его зовут?
– Григорием Петровичем… Так он Толику сказал. Только я думаю, что врал. Когда мы в последний раз с ним разговаривали, Таран назвал его так, а он стоит, смотрит в сторону, как будто и не к нему обращаются.
– Ладно… С этим потом разберемся, – решил капитан. – Дальше…
Рассказывал Галей трудно и долго, явно принуждая себя говорить только правду. Денис Николаевич больше его не перебивал, решив задать необходимые вопросы после того, как Витек расскажет все, что знал.
– А как тот парень выглядел, который к вам возле монастыря с водкой подсел? – спросил Кириков, когда Витек окончил свой рассказ.
– Леха, что ли? – уточнил Галей.
– А его Лехой звали?
– Так он сказал. Ну как выглядел… Длинный такой… волос светлый. И руки все в наколках.
– А вот милиционера, который с санитарами Саньку забирал, ты мог бы узнать?
– Запросто! – не задумываясь, ответил Витек. – Он мне даже приснился как-то.
– Ты же под аркой стоял, а оттуда до крыльца подъезда… – усомнился капитан…
– Отлично запомнил, – вновь заверил его Галей. – Зрение у меня хорошее. Память тоже.
– А деньги, которые вам этот Леха дал, вы поделили?
– Не-а… Они у Толика в гараже спрятаны. Он говорил: «Узнаем, где Саньку похоронили, поставим памятник дорогой, ограду». Он хотел, чтоб его из камня высекли. В боксерской стойке…
– А пистолет у Тарана был?
– Пистоле-ет? – округлил глаза Витек. – А зачем он ему? Мы, если что… – сжал жилистый кулак Галей, – и так сдачи любому могли дать.
– Могли… а не дали, – укоризненно сказал капитан. – Ну ладно. Позже подробней поговорим. А сейчас поедем.
– В тюрьму? – упавшим голосом спросил Витек.
– Да нет. Ты туда не торопись, – невесело улыбнулся капитан. – Туда всегда успеть можно. Труднее – оттуда. Найду я, куда тебя поместить пока… Не номер «люкс», правда, но спать будешь спокойно и один.
– У меня к вам просьба есть, – сказал Галей, когда Кириков приоткрыл дверцу машины, чтобы позвать шофера.
– Какая?
– Позвоните матери на работу, чтоб она меня к ужину не ждала. Она на почте работает.
– А ты сам позвони, – посоветовал капитан.
– А что ей сказать?
– Ну… скажи, что уезжаешь в командировку за продуктами в другой город, дня на три-четыре. В этом духе… А я пока заведующую предупрежу: если ее кто-нибудь спрашивать будет, чтоб она то же самое говорила. Дома тебе, Витек, нельзя быть, – доверительно сказал капитан, – они тебя и там найдут.
– Вы не бойтесь, я не убегу через другой выход, – заверил Галей капитана, выходя из машины. – Или давайте вместе пойдем.
– Зачем… Я верю тебе. Ты куришь?
– Да…
– На сигарету, покури сначала, успокойся, а потом звони матери, – посоветовал Денис Николаевич,
Такое чувство обиды Друян испытывал только в детстве, когда в его присутствии кто-нибудь из взрослых нагло врал, и все окружающие знали, что он говорит неправду, но делали вид, что верят ему, так как не могли уличить его во лжи. Или не хотели. И горечь от сознания того, что тебя заведомо считают человеком, которому можно и даже нужно лгать, вызывала в душе у Друяна злость на самого себя, на свое собственное бессилие, а затем эта злость, круто замешанная на обиде, перерастала в ненависть к тому, кто считал его глупее себя.
В данной ситуации все обстояло именно так: и он и Денис были уверены в том, что Патов, Шуртов и Жогин причастны к убийству бывшего боксера Любченко и алкоголика Баркова. Но уверенность не доказательство, и, основываясь на ней, никто ордера на арест не подпишет. Нужно что-то более весомое… Косвенным доказательством их правоты служил тот факт, что им предлагали взятку. Но на него никто не хотел обращать внимания. Кто конкретно предлагал? И где свидетели? О том, чтобы произвести обыск в больнице и допросить Патова, лучше не заикаться. Был уже разговор на эту тему…
– Вы что, с ума сошли со своим другом? – возмутился прокурор. – Человек с такими связями… На виду у всего города… Это ж вам не бомжа какого-нибудь забирать. Вот вернется человек из отпуска, сам побеседую с ним. Уверен, что он ни к чему грязному не причастен. Его такие люди знают…
С тем Друян и ушел. А события разворачивались не в их с Денисом пользу. Убийство Тарана, у которого в кармане обнаружили пистолет, играло на руку тем неизвестным, которые хотели поскорее закрыть дело о гибели директора магазина. Ведь в пистолете действительно не хватало двух патронов, а баллистическая экспертиза подтвердила, что Валерий Борисович и его телохранитель убиты именно из этого оружия. Кого же еще искать, если предполагаемый убийца сам мертв? И версия готова: Таран убил директора магазина, мстя за своего товарища Любченко, а затем и сам был убит. Кем – это уже другой вопрос. «Чисто все-таки работают! – мысленно отметил Друян. – Здесь нам уже зацепиться за что-нибудь трудно, а дело с гибелью Тарана они как-нибудь постараются направить в нужное для себя русло. Это уже не в нашем районе… Ну что ж… Пойти к начальству, что ли, изложить еще раз свои соображения, а там что хотят, то пусть и делают, – подумал Сергей Викторович. – Может, вообще уйду из прокуратуры».
– Вы напрасно все так близко принимаете к сердцу, Сергей Викторович, – укоризненно заметил прокурор, выслушав Друяна. – Мы уже беседуем с вами на эту тему не в первый раз. Зачем вы стараетесь взять на себя какую-то несуществующую вину? В чем она? Следствие вы вели профессионально грамотно, отрабатывали несколько версий, выходили на нужных людей, но… – улыбнулся прокурор, – судьба обошла вас по кривой. Чем-то вы ей не угодили. Шучу, конечно, – посерьезнел он, – но судите сами: вы приезжаете в психиатрическую больницу, а бывшего боксера уже нет в живых. Ночью убивают в пьяной драке Баркова, хотя я лично в ценности этого свидетеля сильно сомневаюсь. И уж совсем как насмешка – убийство Тарана, у которого находят злополучный пистолет. Ну тут все понятно: блатные сводили между собой счеты.
– А почему же они не забрали у него оружие? – мрачно спросил Друян. – Для блатного пистолет – дороже денег.
– Торопились, наверное, – равнодушно пожал плечами прокурор. – Или помешал кто-нибудь. Может, тот, кто звонил вам. Это уж пусть товарищи из другого района выясняют. А у нас с вами забот хватает. Буду я еще голову над этим ломать. Есть на пистолете отпечатки пальцев Тарана?
– Есть, – неохотно подтвердил Друян.
– Из этого пистолета убит директор и его посетитель? – продолжал наседать прокурор.
– Из этого. Только вот…
– Только – что? – сузил глаза хозяин кабинета.
– Существуют еще данные трассологической экспертизы… А согласно им, Тарану следовало бы быть чуть ли не на полметра выше его роста.
– Че-пу-ха! – отмахнулся прокурор от этого факта. – Где гарантия, что их выводы безошибочны? Тут достаточно ошибки при замере входного пулевого отверстия на миллиметр, и все расчеты можно послать к чертям! Мы – после убийства Тарана – можем в этом деле поставить точку. Так что передайте все документы по этому делу стажеру… как его?
– Игнатенко, – подсказал Сергей Викторович.
– Передай ему дело, – перешел на дружеский тон прокурор, – он все доведет до ума. Я ему подскажу, что надо сделать. Для него это будет хорошая практика. А сам иди спокойно в отпуск, – добро душно улыбнулся прокурор, – а то Зоя Александровна, наверное, уже проклинает меня за то, что не даю ее мужу отдохнуть.
– Понятно. А вы, Андрей Иванович, в шахматы не играете? Не любитель? – задал вдруг Друян неожиданный вопрос.
– А что? – прищурился прокурор.
– Просто спросил.
– Да нет… Просто ты не спрашиваешь. Я с тобой не первый годработаю. И тебе тоже привычки своего начальства пора знать. Но раз спросил, отвечу: с умным партнером всегда рад партию сыграть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19