А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

И правильно делают… До суда дело действительно не дойдет. Потому что я знаю, как остановить маньяка…
Я дошел на подгибающихся ногах до своего турбокара и, наверное, минут пять не мог открыть боковой люк. На этот раз не потому, что снова заело замок - люк был вообще не заперт… Просто руки мои отказывались слушаться.
Наконец я рухнул на сиденье и прикрыл глаза. Вокруг раздавались невнятные голоса, с низко висящих джамперов сверкали лучи прожекторов, разноцветными вспышками озаряли тьму мигалки полицейских машин, суетились какие-то люди, обвешанные голокамерами и проводами… Репортеры. Только их мне для полного счастья сейчас и не хватало!..
Надо уезжать отсюда.
Все равно я уже ничем не смогу помочь ей.
Все равно я уже ей сейчас не нужен…
Чей-то голос совсем рядом:
- Вы уверены, что сможете вести машину? Как вы себя чувствуете?
- Я в порядке, - машинально ответил я прежде, чем наглухо закрыться, как улитка в панцире, в турбокаре.
Кто-то из полицейских стал таким заботливым? Или пытается втереться в мое доверие репортер?..
Ну , ты даешь, Теодор, совсем с ума сошел! Это же бортовой комп беспокоится, измерив чуткими датчиками твою частоту дыхания, ритм сердечных биений и потовыделение!.. Наверняка ты сбиваешь его с толку своими данными: всё, как у пьяного, а паров алкоголя нет…
Глупая машина, ей и невдомек, что ее хозяину может быть плохо даже тогда, когда он трезв и здоров!..
Я отъехал буквально на пару километров, потом притер турбокар к обочину и ткнулся своей многострадальной, ничего не соображающей и отказывающейся мыслить разумно головой в штурвал. По всем правилам, мне следовало заплакать, но я почему-то был не в состоянии дать волю слезам…
По версии полиции, Он напал на нее, как дикий зверь, из засады. Никто не знает, сколько времени Он поджидал, спрятавшись за скамейкой Центрального парка, свою жертву…
Почему Он выбрал именно мою Кристинку, ну почему?!..
В городе десятки других неплохих мест для засады - тех же садов, парков, скверов… Но Он пришел именно в этот сквер.
В городе десятки, если не сотни тысяч девчонок такого возраста, как Кристина, но Он почему-то выбрал именно ее…
И после этого кто-то будет утверждать, что выбор этого убийцы был продиктован чистой случайностью?!..
Кто-то - возможно, но только не я.
Потому что теперь я уверен: это было не просто очередное преступление Злого Невидимки. Это был удар, направленный в меня. Это была месть кого-то из тех, кого я пытался перевоспитать, но так и не сумел сделать этого…
Кто-то из моих бывших “подопечных” очень хотел причинить боль “эдукатору Теодору”.
Что ж, Он этого добился.
Но пусть Он не думает, что ему удастся уйти безнаказанным и на этот раз. Потому что я сделаю всё, чтобы найти Его, и когда я найду Его, то применю к этому мяснику самый древний воспитательный метод. Тот самый, который вытекает из пословицы “Горбатого могила исправит”…
Обезображенное лицо моей девочки вновь появляется перед моим мысленным взором, и мне кажется, что раньше я где-то уже видел нечто подобное. Лицо девочки, убитой маньяком. И, по-моему, то убийство тоже было совершено в парке, только не Центральном, а… Ну да, в Парке забав и развлечений…
Ну же, Теодор, напряги свои извилины, ведь остается совсем чуть-чуть, чтобы вспомнить всё остальное!..
Тяжело дыша, я стискиваю до боли в пальцах штурвал турбокара, словно это глотка моего злейшего врага - Его глотка… Мне надо сейчас обрести воспоминание о том, чего не было в этой, но было в другой, предыдущей реальности.
И неимоверным усилием воли мне удается это сделать.
Зацепкой служит одно и то же странное словосочетание, которое некто из моих бывших подопечных то и дело вставлял в свою наукообразную речь.
“Объективно, а не философски говоря”…
Он и употреблял-то этот образчик натужного юмора ученых мужей по той причине, что сам принадлежал к числу последних.
Маньяк с ученой степенью…
Теперь, когда прорыв в отмененное прошлое состоялся, мне становится легче вспоминать и другие детали. Словно в плотине пробили брешь, и в нее под чудовищным давлением устремился поток воды, все больше расширяющий дыру и становясь всё неудержимее и обильнее…
Подожди, но ведь где-то совсем недавно я уже слышал эту присказку. Кто же это был?
Ах да, это тот самый тип с солнцем вместо лица, который выступал на конференции Меча и которого Ятаган представил как Ника (боже, как давно это было!)… Кстати, если перевернуть его псевдоним - а это явно был псевдоним, не такой дурак Ятаган, чтобы светить своего тайного агента, действующего в Когниции, даже перед нами, своими соратниками, - то получится “Кин”.
Значит, моего придурка звали Кин… Фамилии его, правда, я не помню начисто. Так же, как и других данных о нем…
Но ведь ты знаешь, от кого можно получить эти данные!
Я набрал на пульте код вызова. Мне долго не отвечали. Наконец, на экране появилось лицо Ятагана. Оно было заспано и помято.
- Что-нибудь стряслось, Теодор? - осведомился он, разглядев меня после того, как протёр хорошенько глаза.
- Да, - сказал я. - Стряслось… Мне нужны данные о том самом Нике, который выступал вчера на конференции.
- Чшш! - прошипел он, оглядываясь по сторонам. - Ты с ума сошел, нельзя же в открытом эфире…
- Плевать я хотел на вашу конспирацию! - взорвался я. - Слушай, Ятаган, этой ночью маньяк, в поисках которого сбилась с ног вся полиция, расправился с моей четырнадцатилетней дочерью!.. И я знаю, что этим потрошителем был тот самый тип, которого ты представил нам под именем Ник!.. И ты должен - да-да, должен - сказать, где я смогу найти его!..
- Что-о-о? - протянул мой собеседник. Судя по всему, мои слова его окончательно привели в чувство. - Ник - маньяк?!.. Почему ты так в этом уверен, Теодор?
- Это долго объяснять, - процедил сквозь зубы я. - Я просто знаю это, вот и всё!..
- Кончай орать, Теодор! - вдруг прошипел сердито мой собеседник. - А то перебудишь у меня весь дом!.. Ты сейчас просто в шоковом состоянии, вот тебе и мерещатся всякие глупости! Я тебе настоятельно советую: езжай домой, проспись, а завтра мы с тобой потолкуем… на свежую голову…
- По-твоему, я совсем сбрендил? - рассердился я. - Никакие это не глупости, поверь мне, Ятаган!.. Я почти двадцать лет работаю с отъявленными негодяями и научился доверять своей интуиции!.. И я уверен в причастности Ника к гибели моей Кристины!..
Мой собеседник неуловимо переменился в лице. Видимо, он принял для себя какое-то решение.
- Что ж, я тебе искренне соболезную, Теодор, - проговорил он. - Смерть ребенка - это, конечно, большое горе… Я тебя понимаю… Но ты не просто отец и гражданин, Теодор, ты служишь Мечу, а это, согласись, накладывает на тебя определенные обязательства, какими бы неприятными для тебя они ни были…
- Что ты имеешь в виду? - ошеломленно спросил я.
Ятаган отвел взгляд в сторону.
- Дело, Теодор, - глухо сказал он. - На первом месте у нас, служителей Меча, должно быть дело, которому мы посвятили себя, а не переживания и эмоции, вызванные стрессами в личной жизни…
И тут я понял его.
- Ты… ты хочешь сказать, что если даже Ник и есть тот самый злодей-невидимка, который охотится по ночам на девочек и женщин, то ты его не выдашь правосудию?
- Ты правильно меня понял, Теодор. Этот человек нужен Мечу.
- Даже если он - серийный убийца? Даже если он - не человек, а маньяк?!..
Ятаган усмехнулся.
- У каждого есть свои недостатки, - цинично сообщил он. - Кто из нас без греха, а, Теодор?.. Разница лишь в тяжести этих грехов. Пойми ты, чудак, Ник - единственный, кто вскрыл существование Когниции и проник в нее!.. И в его лице мы лишимся источника весьма ценной информации.
Я стиснул зубы и досчитал в уме до десяти. Потом - до двадцати. Наконец, судорога отпустила мое сердце …
- Ладно, - тяжело дыша, сказал я. - Я тебя понял, Ятаган. Ты не хочешь выдавать этого сумасшедшего мерзавца ни мне, ни полиции… Ты так дорожишь им, что не хочешь потерять его… Пусть будет по-твоему… Но тогда выполни мою другую просьбу, дружище Ятаган.
- Какую? - спокойно осведомился он.
- Дай мне регр, - сказал я. - Хотя бы одноразовый, мне и одного раза хватит!..
Он укоризненно покрутил головой.
- Эх, Теодор, Теодор, - проворчал он. - За кого ты меня принимаешь, Теодор? За наивного простачка?.. Думаешь, я не догадаюсь, как ты собираешься использовать регр, если я дам тебе его?
- Я всего-навсего хочу спасти свою дочь! - стараясь, чтобы мой голос звучал твердо, произнес я. - Даю тебе честное слово, что и пальцем не трону этого придурка!.. Я даже не собираюсь переноситься в тот момент, когда он напал на нее, поверь мне!.. Я перехвачу Кристину задолго до этого момента - и тогда она будет жива! Ты веришь мне, Ятаган?
Некоторое время он разглядывал меня очень пристально. Потом медленно покачал головой из стороны в сторону.
- Но почему? - вскричал я. - Почему ты мне не хочешь поверить?!..
- Потому что ты не сможешь сдержать себя, Теодор, - спокойно сказал мой собеседник. - Потому что я и сам бы на твоем месте не смог сдержаться…
И экранчик погас.
Я еще посидел немного. Потом что было сил вдарил кулаком по штурвалу.
- Ну и не надо! - сказал я сердито, глядя на восходящее из-за горизонта алое, будто до краев налитое кровью, солнце. - Мы еще посмотрим!.. Я все равно доберусь до Него!..
* * *
Домой заезжать я не стал. Мне было страшно представить, что я могу войти в квартиру, где каждая мелочь будет напоминать мне о Кристине. И пока я не добьюсь того, что дочь будет вновь жива и здорова, я не буду иметь права переступать порог нашего дома. Потому что в ее смерти есть и моя вина…
Если бы я не разрешил дочке задержаться у пресловутой “подружки” еще на часок, а заехал и забрал бы ее невзирая на ее протесты!..
Если бы я не потерял столько времени на ненужную болтологию по голосвязи под патронажем Меча, где основным трепачом был тип, который сразу после своего “доклада” засел в засаде, поджидая мою дочь!..
И наконец, если бы в свое время я не отпустил его в прошлое, наивно поверив, что он исправился и стал другим человеком!…
Если бы каждая из этих возможностей была реализована, Кристина была бы жива и сейчас потягивалась бы спросонья в своей спаленке, по своему обыкновению проклиная тех “изуверов”, что придумали начинать занятия в школе в восемь часов утра!
Хорошо, что у меня все-таки есть возможность изменить ход событий и спасти свою девочку. Наверное, уже тогда, когда я стоял, склонившись, над ее трупом, ища на нем знакомые родинки и родимые пятнышки, я краешком сознания постоянно имел в виду эту возможность. Потому и не плакал - ни при полиции, ни оставшись один в турбокаре…
Ятаган отказался дать мне регр, но он мне и не нужен.
Потому что в моем распоряжении есть Установка.
В самом деле, если за два года пользования этим стационарным регром, предоставленным Мечом Пенитенциарию (при моем непосредственном содействии), нам, эдукаторам, удалось скорректировать судьбы сотен людей, то разве я не имею права воспользоваться Установкой сейчас, чтобы отвести беду от единственного родного мне человечка?!.. Как говорил человек, живший больше двух тысяч лет назад: “Тот из вас, кто не совершил ни единого греха, пусть бросит в меня камень!”…
Оказалось, что в этот день по Пенитенциарию дежурил Анибал Топсон, специализировавшийся на “случайниках” - так у нас именовали тех, кто совершил непреднамеренное убийство. Работенка у Анибала была непыльная, редко кто из его клиентов отказывался воспользоваться подвернувшейся возможностью не брать греха на душу. Правда, в Пенитенциарий таких почему-то направляли всё реже и реже, вследствие чего Топсон использовался начальством для несения дежурств по принципу “через день - на ремень”…
Нас с Анибалом объединяла страсть к коллекционированию бумажных книг, которыми мы время от времени обменивались, но даже если очередной обмен не назревал, то при встрече мы обычно не упускали случая, чтобы похвастаться своими новыми приобретениями.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65