А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Кэтрин старалась улыбнуться. Она взглянула на Майкла. Тот изо всех сил пытался держаться ради нее. Слушая его мольбу-обращение в прямом эфире, она глубоко прочувствовала, какого приходится сыну.
Майкл держал руки в карманах, его плечи сжимались. Это была та же самая поза, которую бессознательно принимал Том, когда особо волновался за пациента. Кэтрин выпрямилась и положила руку сыну на плечо, когда за ними закрылась дверь студии.
Продюсер сказала, "Наши операторы благодарят всех от вашего имени, но,
может быть, имеется что-то еще, чем вы хотели бы поделиться с аудиторией"?
Кэтрин сделала глубокий вдох, и ее руки тесней прижали Майкла. «Я хочу, чтобы вы рассказали им, что мы думаем, что когда я выронила бумажник, Брайан сразу же последовал за тем, кто поднял его. Причина того, что он так стремился вернуть его в том, что моя мама дала мне медаль святого Кристофера, которую мой отец пронес через годы Второй мировой войны. Мой отец верил, что она хранила его. У медали есть даже вмятина от пули, едва не убившей отца. У Брайана та же самая вера в святого Кристофера, или в то, что он представляет. Святой вновь заботится о нас… И у меня тоже есть эта вера. Кристофер принесет Брайана ко мне на своих плечах, и поможет выздороветь мужу».
Она улыбнулась Майклу. «Верно, дружок»?
Глаза Майкла засияли. «Мам, ты, в самом деле, веришь в это»?
Кэтрин глубоко вздохнула. Я верю, господи, рассей мои сомнения. «Да, я верю», твердо сказала она.
И, может, потому что был канун Рождества, она впервые поверила.
15

Полицейский Крис Макнэлли что-то напевал, когда Дидри Ленихан рассказывала о том, что только что видела медаль святого Кристофера, и что ее отец
был назван в честь этого святого. Это была молодая вполне приличная женщина, но когда бы он ни останавливался в Макдональдсе, чтобы выпить чашку кофе, она всегда была на дежурстве и всегда любила поболтать.
В этот вечер мысли Криса были заняты тем, как скорее добраться до дома. Он хотел немного выспаться перед тем, как проснуться дети и начнут открывать рождественские подарки. Еще он думал о стоявшей перед ним, и только что отъехавшей Тойоте. Крис хотел бы приобрести похожую машину, хотя прекрасно знал, что жене не нравится коричневый цвет. Новая машина означает ежемесячные счета, которые надо оплачивать. Он заметил единственное слово, оставшееся от наклеенного на бампере предложения, наследие. Он помнил наклейку, на которой обычно написано, «МЫ ТРАНЖИРИМ НАСЛЕДИЕ НАШИХ ВНУКОВ». Мы могли бы пользоваться наследием, подумал он.
«И мой отец сказал»…
Крис заставил себя сосредоточиться. Дидри неплохая женщина, но уж больно любит почесать языком. Он потянулся за пакетом, который та придерживала в руке, хотя было ясно, что она не собирается расставаться с ним, пока не расскажет, как высказался ее папаша, что, мол, очень плохо, что ее мать не назвали Филоменой.
Дидри, как будто, и не думала останавливаться. «Много лет назад моя тетка работала в Саусхэмптоне и была прихожанкой церкви святой Филомены. Когда их заставили сменить имя, пастор никак не мог решить, какого святого выбрать и почему. Моя тетка предложила назвать приход именем святой Дамфны, потому что та была блаженная, а большинство людей в приходе — ненормальные».
«Ну, я тоже был назван в честь святого Кристофера», сказал Крис, умудрившийся дотянуться до пакета. «Веселого тебе Рождества, Дидри»!
В самом деле, скорее наступит Рождество, чем я откушу кусок от этого Биг Мака, подумал он, вновь выезжая на хайвэй. Одной рукой Крис проворно раскрыл пакет, вытащил из него бутерброд, и, с аппетитом откусил большой кусок. Кофе может и подождать, пока он не вернется на свой пост.
К полуночи освобожусь с дежурства, улыбаясь про себя, подумал он, и у меня будет время немного вздремнуть. Эйлин попытается удержать детей в кроватях до шести, но кто знает? Это не произошло в прошлом году и вряд ли случится в этом, он слишком хорошо знает сыновей.
Крис приближался к сороковому выходу с хайвэя и вел машину в направлении служебного разворота, откуда мог легко следить за лихими водителями. Канун Рождества был непохож на канун Нового года, когда за рулем было много пьяных, но он настроился на то, что никому не позволит превысить скорость или вести машину между полосами. Он был свидетелем пары аварий, в которых пьяницы превращали праздники в кошмар для невинных людей. Уж, во всяком случае, не сегодня, если он будет начеку. К тому же водителей подстерегал коварный снегопад.
Не успел Крис открыть крышку термоса с кофе, как замер. На скорости, по меньшей мере, 80 миль в час, по сервисной полосе мчался Корвет. Полицейский включил сигнальные огни и сирену, нажал на газ и патрульный автомобиль рванулся за нарушителем.
Шеф детективов, Бад Фолни, внимательно слушал, как дрожащая Кэлли Хантер повествует Морту Леви про бумажник, найденный ею на Пятой авеню.
Фолни знал подробности ее дела: старшая сестра Джимми Сиддонса отсидела свой срок, поскольку судья не поверил в ее историю. Она полагала, что помогает брату убраться подальше от конкурирующей банды, замыслившей его убить. Леви рассказал ему, что Хантер, по его мнению, была одной из самых невезучих людей в этом мире — выросла в семье бабушки, которая рано умерла, завещав ей удержать младшего брата от плохих поступков, когда Кэлли сама была еще ребенком; потом, оставив ее беременной, погиб муж, сбитый водителем, сбежавшим с места происшествия.
Около тридцати, подумал Фолни, и могла бы быть красивой, если бы не худоба. У нее все еще оставалась бледность, затравленное выражение, которое он наблюдал у других женщин-заключенных, боявшихся, что однажды их могут опять вернуть за решетку.
Фолни огляделся. Опрятная квартирка, солнечно желтая краска на стенах в трещинах, смело наряженная, но бедная рождественская елка, новое покрывало на старой кукольной колясочке. Все это говорило о хозяйке.
Фолни, как и Морт Леви жаждал выяснить, какая могла быть связь между Сиддонсом и исчезнувшим ребенком Дорнан. Он одобрил мягкий подход Морта. Кэлли Хантер должна была рассказать им все по порядку. Хорошо, что мы не привели этого разъяренного быка. Джек Шор — неплохой детектив, но его агрессивность часто действовала Фолни на нервы.
Хантер рассказывала о кошельке на тротуаре. «Я подняла его без задних мыслей. Я догадывалась, что он принадлежал той женщине, но не была уверена. Честно, я не была уверена», вырвалось у нее, «и я подумала, что, если попробую отдать его ей, она может сказать, что что-то пропало. Такое случилось с моей бабушкой. И тогда меня снова посадили бы в тюрьму и»…
«Спокойней, Кэлли», сказал Морт. «А что же случилось дальше»?
«Потом я пришла домой»…
Она рассказала им о том, как обнаружила в квартире Джимми, уже переодетого в одежду ее покойного мужа. Она указала на большую упаковку под елкой. «Здесь униформа охранника и пальто», сказала она. «Это единственное место, куда я могла спрятать их в случае вашего возвращения».
Вот оно, подумал Морт. Когда мы осматривали квартиру второй раз, во встроенном шкафу все было по-другому. Исчезли коробка на полке и мужская куртка. Дрожащим, неровным голосом Кэлли рассказала им о Джимми, забравшем Брайана Дорнан, и угрожающего убить его, в случае, если он заметит за собой погоню.
Леви спросил, «Кэлли, как ты думаешь, можно ли верить, что Джимми отпустит Брайана»?
«Я хотела бы в это верить», беззвучно ответила она. «Это как раз то, что я внушала себе, когда сразу же не позвонила вам. Но знаю наверняка, что, будучи в отчаянии, Джимми сделает все, чтобы не попасть обратно в тюрьму».
Наконец, и Фолни задал вопрос. «Кэлли, почему же ты позвонила нам именно теперь»?
«Я увидела мать Брайана по телевизору, и осознала, что, если бы Джимми забрал Гиги, я бы хотела, чтобы вы помогли мне вернуть ее». Кэлли крепко сжала руки. Она слегка раскачивалась взад-вперед, как бы выражая свое горе. «Взгляд на лице малыша. Манера, с которой он повесил медаль себе на шею и держал ее, будто спасительницу, …если с ним что-нибудь случиться, в том будет моя вина».
Зазвенел звонок. Если это Шор…подумал Фолни, вскочив, чтобы открыть дверь.
Но это пришла Айка Бэнкс. Она вошла в квартиру, изучающе поглядела на полисменов, потом поспешила к Кэлли и обняла ее. «Малышка, в чем дело? Что произошло? Почему ты попросила меня остаться с Гиги? Чего хотят эти люди»?
Кэлли вздрогнула, как от боли.
Айка закатала рукав подруги. Царапины от пальцев Джимми сделались теперь безобразно фиолетовыми. Любые сомнения, которые Бад Фолни имел в отношении возможного сговора Хантер с братом, рассеялись.
Он подошел к ней. «Кэлли, я обещаю, у тебя не будет неприятностей. Я верю, что ты нашла этот кошелек. И уверен, что ты не знала, как лучше поступить. Но теперь ты должна нам помочь. Имеются ли у тебя соображения, куда мог направиться Джимми»?
Десять минут спустя, когда они покинули квартиру Кэлли, Морт Леви нес объемистую упаковку, обернутую подарочной бумагой. В ней была униформа тюремного надзирателя.
Шор присоединился к ним в патрульной машине и нетерпеливо выстреливал вопросами в Морта. Пока они ехали в центр города, было решено сконцентрировать поиски Сиддонса на том, что тот собирается добраться до Канады.
«Скорее всего, он едет на машине», высказал свою мысль Фолни. «Вряд ли, будучи с ребенком, он воспользуется общественным транспортом».
Кэлли рассказала им, что с двенадцати лет Джимми ничего не стоило украсть и завести любой автомобиль; она была уверена, что у него должна быть машина, припаркованная по соседству.
«Полагаю, этот Сиддонс стремился как можно скорее выбраться из Нью-Йорка», сказал Фолни. «Это означает, он будет ехать через всю Новую Англию до границы. Но это пока только догадка. Он мог воспользоваться хайвэем, сливающимся с дорогой 187. Это — самый быстрый путь».
Они также приняли к сведению абсолютную уверенность Кэлли в том, что Джимми Сиддонс не позволит взять себя живым, и что в последнем акте отчаяния, способен убить своего заложника.
Итак, они имели дело со сбежавшим убийцей с ребенком, возможно, управляющего машиной, которую никто не мог описать, предположительно направляющегося к северу в условиях снежного шторма. Это было все равно, что искать иголку в стоге сена. Сиддонс достаточно умен, чтобы не привлекать к себе внимание превышением скорости. В канун Рождества на границе было всегда особо тесно от автотуристов. Фолни продиктовал сообщение к полиции штатов Новой Англии, и штата Нью-Йорк. И заключил предупреждением. «Угрожает убить заложника».
Они подсчитали, что, если Сиддонс покинул квартиру Кэлли сразу после шести, учитывая условия вождения, тот проехал порядка двести-триста миль. Предупреждение, посланное к полицейским этих штатов, содержало последнюю ориентировку, данную Кэлли: на цепочке, надетой на шею, у ребенка может быть бронзовая медаль святого Кристофера, размером с серебряный доллар.
Пит Круз видел, как детективы вышли из дома Кэлли Хантер, примерно двадцать минут спустя после прибытия. Он заметил, что Леви нес объемистую упаковку. Шор немедленно выскочил из вэна и присоединился к ним.
На сей раз, Пит хорошо разглядел третьего человека, потом присвистнул про себя. То был Бад Фолни, шеф детективов, потенциальный глава полицейского ведомства. Случилось что-то важное. Что-то значительное.
Патрульная машина отъехала с включенными спец огнями. Проехав квартал, в ней включили и звуковую сирену. Пит присел на момент, обдумывая, что предпринять. Копы в вэне могут остановить его, если он попытается увидеться с Кэлли, но, очевидно, здесь произошло что-то очень существенное, и он захотел докопаться, что же именно.
Задумав пройти через черный ход, он увидел женщину, в которой узнал бэбиситтера дочери Кэлли.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17