А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


- Вполне возможно, - ответил Ницан, опасливо поглядывая на неподвижного голема.
- Тем не менее, я готова повторить, что никогда не видела вас.
- Верно, верно... Послушайте, госпожа Ингурсаг, не могли бы мы пойти куда-нибудь? Мне очень нужно задать вам несколько вопросов. Например, о Навузардане Шульги.
- Можно поговорить здесь, - постаревшая красавица небрежным жестом удалила голема, хлопнула в ладоши. Тотчас в комнате стало заметно светлее; алтарь Иштар, напротив, как будто отступил в тень. - Садитесь, господин сыщик.
Ницан осторожно сел на ложе, немедленно превратившееся в кресло. Госпожа Ингурсаг села напротив.
- Итак, - сказала она, - слушаю вас. О чем вы хотели поговорить с Ингурсаг?
Ницан заговорил не сразу. Сейчас, когда в комнате стало светло, он обратил внимание на талисманы, закрепленные по обе стороны от входа. На них стояла печать Лугаль-Загесси.
- Вы были знакомы с магом Лугаль-Загесси? - спросил он.
Жрица проследила за направлением взгляда детектива, потом кивнула.
- Да, конечно. Он постоянно обслуживал Дома Иштар - мы ведь нуждаемся в магической защите, а Лугаль-Загесси занимается амулетами и прочим без малого сорок лет, - сказала она. - Но при чем здесь... Ах да, я слышала, с ним случилось несчастье. Весь день на Бав-Илу крутились полицейские. Но вы ведь упоминали не его, а Навузардана Шульги! При чем тут старый маг?
- Видите ли, госпожа Ингурсаг, - ответил детектив. - Я надеялся получить от него информацию относительно дела, которое сейчас расследую. Боюсь, он действительно располагал такой информацией.
- Что вы имеете в виду?
- Лугаль-Загесси не сам умер. Ему помогли умереть, - объяснил Ницан. Перед моим приходом... Собственно говоря, с этим и связаны мои вопросы. Скажите, не замечали ли вы каких-нибудь необычных посетителей в последнее время? Из ваших окон прекрасно виден вход в его контору. Может быть случайно кто-нибудь из вас видел что-то подозрительное?
Ингурсаг отрицательно покачала головой.
- Нет, лично я никого не видела. Да и самого-то Лугаль-Загесси встречала редко. Девушки - тем более... - она прикусила губу. - Скажите, а Навузардан Шульги... Это с его смертью связано ваше расследование?
- Именно так.
- Но ведь он умер от сердечного приступа.
- У меня есть серьезные подозрения, что это был не просто сердечный приступ.
- Вы хотите сказать, что его тоже убили? - Ингурсаг порывисто поднялась с дивана, заходила по комнате. - Это невозможно! Кому и зачем могло понадобиться... - она сама оборвала себя. - Извините, я потрясена вашими словами. Мы с Навузарданом действительно были знакомы. Очень хорошо знакомы. На протяжении долгих лет.
Ницан не перебивал ее, и она продолжила:
- Мы были ровесниками с Навузарданом Шульги. Дружили с детства. Вы меня расстроили... Я смирилась с известием о его смерти. Но то, что его убили... Мы не просто дружили. Наверное, вы понимаете... - она не договорила.
Ницан из деликатности помолчал немного, прежде чем задать новый вопрос:
- Где сейчас находится ваш сын? Зуэн, кажется?
- Да, наш сын... - Ингурсаг ничуть не удивилась осведомленности детектива. - Глупо было надеяться на то, что связь наследника Дома Шульги с жрицей Иштар может закончиться чем-то путным. Он со временем стал одним из богатейших людей Тель-Рефаима, женился на подходящей девушке. Я же заняла должность верховной жрицы Восточного Дома Иштар. Кстати говоря, не без его помощи... Ах да, вы спросили о сыне. С двенадцати лет он воспитывался в Управлении Государственного Призрения и редко появлялся здесь. Но такова судьба всех детей, рожденных жрицами Иштар. Сейчас ему уже около тридцати лет. Полгода назад уехал в Ир-Лагаш, устроился работать в строительную компанию.
- А с отцом он встречался? - спросил Ницан.
- Не знаю. Он никогда не рассказывал мне. Навузардан тоже ничего не говорил... - Ингурсаг подняла взгляд на детектива. - Что вы так странно смотрите? Даже по возрасту сына вы можете сделать вывод, что наша связь продолжалась и после женитьбы Навузардана Шульги.
Ницан уже оправился от растерянности.
- Конечно, конечно, высокая госпожа. Скажите пожалуйста, а ваш сын знал, кто его отец? - спросил он.
Ингурсаг отрицательно качнула головой.
- Я ему ничего не рассказывала. Но, изредка встречаясь с Навузарданом, он мог узнать, что их связывают не только отношения покровителя и просителя, - сказала она бесцветным голосом, словно о посторонних. - Я догадываюсь, к чему ведут ваши вопросы. Мог ли мой сын Зуэн, узнав, кто его отец, настолько возненавидеть господина Шульги, чтобы стать виновником его смерти?
Ницан вынужден был признать, что именно это суждение пришло ему в голову.
- И да, и нет, - ответила Ингурсаг. - Вы удивлены моим ответом? Удивляетесь, что я не становлюсь на защиту собственного сына безоговорочно? Во-первых, наши отношения не очень походили на отношения матери и сына - в силу моего статуса. Если уж на то пошло, к моим подопечным девушкам я испытываю больше материнских чувств, нежели к настоящему сыну. А во-вторых... Во-вторых, я ответила совершенно искренне - и да, и нет. Возненавидеть Навузардана Зуэн был вполне способен - если бы счел его виновным в своем положении...
- Он очень переживал из-за своего положения в обществе? поинтересовался Ницан.
- До известной степени, - безразлично ответила Ингурсаг. - На самом деле, в Управлении Государственного Призрения нашим детям дают вымышленные биографии и ложные документы. Но всегда есть опасность, что кто-то посторониий узнает правду и начнет преследовать мальчика пережитки, существующие в обществе относительно нас и наших занятий, дают себя знать и на наших детях.
Детектив хотел возразить - как раз пережитками такое отношение назвать нельзя было, поскольку в старые времена жрицы Иштар были окружены искренним уважением и даже преклонением. Нынешний взгляд на них, как на женщин всего лишь торгующих собою за деньги, возник в последние десятилетия, одновременно с различными новомодными поветриями.
Вместо этого он спросил:
- Вы уверены, что ваш сын в настоящее время находится в Ир-Лагаше?
- Уверена, - ответила Ингурсаг. - Я получила официальное извещение из Управления, а потом несколько писем от него. Последнее - совсем недавно, кажется, три дня назад... Он занимает должность производителя работ на строительстве нового канала. Жалование - шесть тысяч новых шекелей в год.
- Около сотни тысяч обычных... - пересчитал Ницан. - Да, неплохо для одинокого мужчины. Он ведь не женат, насколько я понял?
- Нет, не женат, - ответила Ингурсаг с некоторым удивлением - подобный вопрос казался жрице Иштар по меньшей мере неуместным.
Ницан почесал переносицу, искательно осмотрелся по сторонам.
- Собственно говоря, - сказал он, - я ведь просто так спрашиваю. У меня нет никаких оснований подозревать вашего сына в том, что он причастен к смерти собственного отца. И тем более к гибели мага ЛугальЗагесси. По вашим словам, он, во-первых, вполне доволен своей жизнью и, во-вторых, находится далеко от Тель-Рефаима. Но все-таки: как вы сами оцените возможность того, что... э-э... Зуэн по той или иной причине захотел бы вдруг причинить своему отцу зло?
Верховная жрица, ранее рассеянно смотревшая в окно, повернулась к сыщику. Холодный взгляд ее серо-зеленых глаз скользнул по лицу Ницана.
- Если бы Зуэн счел Навузардана виновником собственных неудач, ответила она, - он, наверное, мог бы его убить. Но, как мне кажется, у Зуэна особых жизненных неудач не было. Он учился в престижной частной школе, имеет хорошую специальность и неплохо обеспечен - как вы уже слышали.
Ницан кивнул.
- Понятно, понятно. Собственно, даже если предположить, что ваш сын убил Навузардана Шульги...
При этих словах верховная жрица протестующе вскинула руку.
- Нет-нет, - поспешно заметил детектив, - я ведь говорю - предположим.. . Он интересовался магией?
- Магией? - удивленно переспросила Ингурсаг. - А при чем тут магия?
- Видите ли, - объяснил Ницан, - убить-то мага Лугаль-Загесси мог человек, неплохо разбиравшийся в магии. Неплохо для любителя, разумеется, - добавил он, вспомнив жуткую багровую полосу на шее умершего мага. Скажите, высокая госпожа, нет ли у вас какого-нибудь изображения вашего сына? - неожиданно спросил сыщик.
- Есть, разумеется, - ответила она. - Правда, всего одно.
Госпожа Ингурсаг поднялась со своего места, подошла к небольшой шкатулке, стоявшей на туалетном столике в углу, извлекла оттуда фотографию в рамке.
- Можете взглянуть, - она протянула фотографию сыщику.
Старый снимок изображал хмурого подростка лет четырнадцати в аккуратной форме Управления Призрения. Зуэн стоял на ступенях Дома Иштар. Чуть в стороне и сзади камера запечатлела еще нескольких человек - женщин и мужчин, с улыбками наблюдавших, по-видимому, за процессом съемки.
Лицо некоторых показались Ницану знакомыми. Приглядевшись внимательнее, он узнал мага Лугаль-Загесси - правда, выглядевшего значительно моложе.
Среди женщин стояла и хорошо знакомая Ницану лиллу, недавно изгнанная им с ночной улицы.
Что же до самого Зуэна, то он был детективу совершенно незнаком. Детектив мысленно экстраполировал его черты во времени, превратив изображение подростка в изображение юноши, затем двадцати- и тридцатилетнего мужчины. Нет, с этим человеком он никогда не встречался. Детектив покачал головой, вернул снимок хозяйке.
- Среди ваших жриц есть лиллу? - поинтересовался он.
- Да, а что?
- Это ведь опасно, - заметил Ницан.
Верховная жрица пожала плечами.
- Наши девушки дружат с лиллу. Демоницы охотятся только на мужчин, сказала Ингурсаг.
- Кое-кто из посетителей может лишиться жизни!
- Лиллу не охотятся в Доме Иштар. А что происходит потом, когда посетитель возвращается - меня не интересует, - равнодушно сказала она. Кроме того, по моей просьбе лиллу отбирают у темпераментных господ лишь часть духовной энергии, оставляя их в живых... Мне пора, - сказала высокая госпожа, прерывая себя. - Рада была вам помочь, господин... господин?
- Ницан Бар-Аба, - несколько запоздало представился детектив.
- Господин Бар-Аба. Всего хорошего.
Она вновь провела рукой по своему лицу и превратилась в юную красавицу.
* * *
На протяжении всего разговора детектива со жрицей Умник вел себя очень тихо, Ницан даже удивился столь примерному поведению. Учитывая, что рапаита невозможно научить приличным манерам, объяснить это можно было только страхом, который зеленошерстный проказник испытывал перед магическими действиями любого характера.
Теперь же он вновь вскарабкался на плечо Ницану и беспечно оглядывал залитый искусственным освещением арочный мост, соединявший восточный и западный районы Тель-Рефаима.
- Сто тысяч, - задумчиво сказал Ницан, - все-таки, меньше миллиона. Согласен?
Умник, разумеется, был согласен.
- А ведь именно столько - миллион новых "камешков" - получил бы господин Зуэн в качестве одного из сыновей. И еще может получить - если представит доказательства своего происхождения. Пилесеру Шульги придется в этом случае поделиться с новоявленным братцем - почти в таких же пропорциях, что и с кузеном Этаной. Даже больше - Зуэн сын Навузардана, а Этана всего лишь племянник. Да еще такое количество новых фактов. Непонятно, что с ними делать. То ли пойти и обо всем сообщить в полицию, то ли попытаться все-таки получить заказ от Пилесера Шульги...
Умник, с чувством выполненного долга смирно сидевший на плече, пискнул. Ницан скосил на крысенка глаза:
- А? Полиция?
Это слово Умник почему-то не любил, относя его все к той же категории вредоносной магии.
- Понятно, - сказал Ницан. - Значит, Пилесер. Интересно, ему известно о существовании еще одного наследника? Или нет? - Что же мы имеем? задумчиво произнес сыщик. - Навузардан Шульги был убит с помощью перстня, над которым поработал маг Лугаль-Загесси.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20