А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Гамильтон Дональд

Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц автора, которого зовут Гамильтон Дональд. В электронной библиотеке lib-detective.info можно скачать бесплатно книгу Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать онлайн электронную книгу: Гамильтон Дональд - Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц без регистрации и без СМС

Размер книги Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц в архиве равен: 152.33 KB

Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц - Гамильтон Дональд => скачать бесплатно электронную книгу детективов



Мэтт Хелм – 05

OCR Денис
Оригинал: Donald Hamilton, “Murderers' Row”
Дональд Гамильтон
Закоулок убийц
"Murderers' Row" 1962
Глава 1
Мотель располагался по левую сторону шоссе, которое, пробегая через Чезапикский мост, соединяло Вашингтон, округ Колумбия, с восточным побережьем штата Мэриленд. Так, во всяком случае, указывала карта; я же сам здесь не бывал, да и, откровенно говоря, не стремился. По меньшей мере, добровольно. Ведь люди моей профессии никогда точно не знают, где могут оказаться на следующий день.
Свернув с шоссе к мотелю, я кинул взгляд на наручные часы и убедился, что приехал точно по графику, ровно в четверть одиннадцатого вечера. Маленький автомобильчик, выделенный мне специально на это задание, я оставил на стоянке среди сотни других машин с самыми разнообразными номерными знаками. Если верить моему знаку, я прибыл из Иллинойса, в подтверждение чему у меня была припасена подробнейшая и абсолютно вымышленная биография.
Моя настоящая фамилия Хелм — Мэттью Хелм, — хотя в определенных официальных досье я прохожу под кодовой кличкой “Эрик”; сегодня же я был Джеймсом А. Питерсом, сотрудником чикагской компании “Атлас Энтерпрайзес, Инк”. Кто-то очень постарался, чтобы в моих документах не раскрывался ни род деятельности компании, ни характер моей службы. Однако любой заинтересовавшийся моей персоной и достаточно дотошный, чтобы послать отпечатки моих пальцев в полицию Чикаго, узнал бы, что в Чикаго я известен как Джимми “Хлыст” Петрони, человек с влиятельными друзьями и темной репутацией.
Иными словами, если верить биографии, я был не слишком приятным парнем. Что даже успокаивало. Задание, выпавшее на мою долю, тоже было не из приятных. До такой степени, что один агент даже отказался выполнить его.
— Жалостливость! — фыркнул Мак, меряя шагами свой кабинет на втором этаже допотопного зданьица в одном из районов Вашингтона; где именно — не скажу. — Развели мы на свою голову эту желторотую поросль. Мир Безопасность! Общественное устройство! Понаслушались крикунов, а как доходит до применения силы — в кусты! Ни один из этих сопляков муху не убьет, чтобы спасти нацию от желтой лихорадки.
— Вы правы, сэр, — сказал я. — Правда, мухи не переносят желтую лихорадку. Переносчиками считаются москиты, сэр.
— В самом деле? — вскинул брови Мак. — Очень любопытно. Конечно, я мог бы ему и приказать, но, боюсь, молокосос тогда вообще провалил бы задание. А жаль, черт возьми. Будучи как раз на месте, он идеально подходил для этой роли. Впрочем, я вовремя вспомнил, что ты уже возвращаешься с Кубы; вот и подумал, что ты был бы не против отдохнуть на берегу моря — или залива, чтобы быть точным. Хотя, если все пойдет по плану, времени на то, чтобы плавать, у тебя будет в обрез.
— Ничего, все равно пловец из меня никудышный, — сказал я. — Да и водичка уже довольно прохладная.
— Побережье ты знаешь. Судя по твоему досье, во время войны ты провел две недели в Аннаполисе, изучая основы навигации.
— Да, сэр, но времени для экскурсий нам не выделяли. Так что не могу с вами согласиться, что знаком с побережьем. Не говоря уж о том, что за прошедшие годы там все сильно изменилось. — Я уже давно понял, что мягкостью с ним ничего не добьешься, поэтому рубанул напрямик: — Кстати, речь шла о том, что мне предоставят месячный отпуск, сэр.
— Да, очень жаль, — ответил старый лис, глазом не моргнув. — Но, как-никак, мы готовим западню. Не можем же мы ставить под угрозу исход операции из-за того, что какой-то слюнтяй не способен наставить пару синяков.
— Нет, сэр.
— Надеюсь, я не нарушаю никаких твоих личных планов?
— О, нет, сэр, — сухо ответил я. — Я всего лишь полгода готовился к этому отпуску. И всего-навсего договорился ехать в Техас, где меня ждет одна дама.
— Понимаю, — спокойно ответил он. — Та самая.
— Вы не одобряете мой выбор, сэр? Все-таки она нас здорово выручила.
— Против своей воли, — сказал Мак. — Насколько я припоминаю, ей хотелось как раз противоположного. Она богатая, взбалмошная, ревнивая, неуправляемая и совершенно ненадежная, Эрик.
Этой вспышкой Мак себя выдал. Теперь все становилось на свои места. Меня отозвали по той лишь причине, что Мак пытался воспрепятствовать моему дальнейшему общению с женщиной, которая в его представлении была для меня неподходящей — так студента, отпрыска богатой фамилии, отправляют в морской круиз, чтобы он выкинул из головы смазливенькую пухленькую официантку. Я попытался унять злость. Мне ничего не стоило бухнуть что-нибудь вроде того, что ему нечего совать нос в мою личную жизнь, но я был не прав. Принадлежность к моей профессии не оставляет места для личной жизни.
Я сказал, аккуратно подбирая слова:
— Гейл Хендрикс — наш человек, сэр. Она видела нас в деле и знает, что мы не в бирюльки играем. С ней мне не нужно прикидываться почтенным коммивояжером или кем-то другим в этом роде. И ей ни к чему строить из себя скромницу и недотрогу. Я ведь знаю — и она знает, что я знаю, — что она такая же скромница и недотрога, как кумаонская тигрица. Поэтому общаться с ней — одно удовольствие, сэр. Надеюсь, вы не собираетесь предложить мне покончить с ней?
Было ясно как божий день, что Мак имел в виду именно это, но вопрос в лоб в сочетании с мнимой покорностью немного сбил его с панталыку, на что я и рассчитывал.
— Нет, — быстро ответил он. — Нет, конечно. Однако я попросил бы тебя немного отложить поездку в Техас, пока ты не разберешься с этим делом. Оно для нас очень важно и не займет у тебя больше нескольких дней.
— Хорошо, сэр.
— А теперь сходи к доктору Перри. Я не хочу тратить время на дальнейший инструктаж, пока ты не знаком со всеми подробностями.
Я повидался с доктором Перри, жизнерадостным и абсолютно бездушным молодым целителем в накрахмаленном белом халате. Потом прошел инструктаж. И вот теперь, оставив автомобильчик на стоянке мотеля, прошел мимо плавательного бассейна, вокруг которого не было ни души. Легкий осенний бриз, налетевший с отдаленного волнореза, взъерошил воду в бассейне. В лучах подводных прожекторов вода приобрела мертвенный голубовато-зеленый оттенок и казалась очень холодной, словно озеро у подножия горного ледника. У меня не было ни малейшего желания попробовать, какова она на самом деле.
Некоторые туристы собрались возле конторы у противоположного конца мотеля, где располагались также бар, закусочная и ресторан. Все, как в любой гостинице, за исключением разве что лифта, которого здесь не было. Видя, что никто не обращает на меня внимания, я вынул из кармана полученный от Мака ключ, отомкнул дверь с нужным номером и проскользнул внутрь.
— Джин была одной из наших лучших сотрудниц, — сказал Мак, протягивая мне ключ через стол. — Подходящая внешность, привлекательная, но неброская, эдакая молодая домохозяйка из провинции. Очень жаль, что так произошло. Увы, время от времени мы с этим сталкиваемся, и почти всегда виной оказывается пристрастие к спиртному. Ты заметил, что хорошенькие, чуть склонные к полноте и невозмутимые женщины хуже переносят тяготы нашей профессии и срываются обычно раньше, чем другие?
— Нет, сэр, — честно признался я. — Я не заметил.
— Это факт, — сказал Мак. — Собственно говоря, именно поэтому мы и подобрали ее для этой роли. Она должна была сыграть ее лучше, чем все остальные... — Мак приумолк, потом продолжил: — В целом, она справляется хорошо. Мало того, что пьет уже без всякой меры, но и начала проявлять довольно убедительные признаки недовольства, а иногда даже — явного неповиновения. Все это крайне печально. Мы весьма и весьма обеспокоены. — Мак через стол посмотрел на меня. Он сидел спиной к окну, так что мне трудно было судить о выражении его лица. — Во всяком случае, такое впечатление мы пытаемся создать — усиленно пытаемся. Я ясно выразился?
— Да, сэр, — ответил. — Вполне ясно.
Мысленно я воспроизводил нашу беседу после того, как вошел в комнату Джин и закрыл за собой дверь. Об отпечатках я не беспокоился, поскольку был в перчатках. В перчатках я поневоле ощущал себя закоренелым преступником. В номере горели все лампы. Мебель была типичная, как в любых других мотелях, светлый модерн. Вокруг царил беспорядок — именно такой и учиняла бы женщина, постоянно пребывающая под хмельком, за время, прошедшее после ежедневной уборки.
Полная кварта виски стояла на туалетном столике, еще одна, наполовину пустая, красовалась на телефонной стойке возле измятой двуспальной постели, которая выглядела так, словно на ней спали днем — или просто лежали, — не удосужившись снять покрывала. На полу возле корзинки для мусора валялся чулок со спущенной петлей — неловкая рука бросила его в корзину, но промахнулась.
Повсюду, но главным образом на полу, были в беспорядке разбросаны другие предметы женского туалета: белье — как тонкое, так и на удивление грубое, пакетики “Клинекс”, дневная газета, пара плетеных сандалий, пушистый розовый свитер и розовые же вельветовые брючки — зауженные по последней моде; женщины, похоже, помешались на них, вне зависимости от того, как смотрелись в таких брючках их зады. Бедные задики, во что их только не впихивают.
Вообще-то я противник женских брюк, но, с другой стороны, когда кругом брюки приобретают самые уродливые очертания, обтягивающие джинсы смотрятся вполне неплохо, а уж прилично пошитые бермуды вообще выглядят как последний писк.
Я устроился в просторном кресле, развернутом к телевизору, и начал ждать. Я даже не стал осматривать комнату в поисках “жучков” и прочих подслушивающих устройств. Мак предупредил, что они здесь есть, да и телефон почти наверняка прослушивается. Что и следовало ожидать. Если противник и впрямь проявил интерес к нашей подпавшей под влиянием Бахуса и не слишком лояльной оперативнице, то он должен был прежде убедиться, имеет ли дело с подлинником или с подсадной уткой.
Я и не помышлял о том, чтобы вывести из строя их электронику. Напротив, я надеялся, что все оборудование функционирует как подобает, поскольку мои обязанности заключались в том, чтобы придать еще большую достоверность той роли, которую играла Джин, а для этого требовались свидетели.
Глава 2
— Достоверность? — переспросил я, находясь в том же вашингтонском кабинете. — Хорошо, сэр. Какую именно степень достоверности вы имеете в виду? И знает ли наша дама о том, что ее ждет?
— Знает, — уверил меня Мак. — Правда, в общих чертах; подробности она слушать не захотела, что вполне объяснимо. Она отдает себе отчет в том, что ей будет довольно больно и что недели две-три ей лучше не подходить к зеркалу. Разумеется, с ней все согласовано. Она не возражает. — Мак посмотрел на меня и нахмурился. — Ты же должен иметь в виду следующее. Во-первых, она, разумеется, должна остаться в живых. Более того, она даже должна приступить к нормальной жизни через разумный промежуток времени — скажем, дня через три-четыре. С другой стороны, выглядеть это должно убедительно. Синяк под глазом и разодранная в клочья одежда не принесут ей никаких дивидендов, кроме разве что бесплатного билета на дно залива Чезапик.
— Понимаю, — произнес я. — А могу я поинтересоваться, для чего все это нужно, сэр, или вы предпочитаете держать меня в неведении?
— В прошлом году мы упустили там одного человека, — произнес Мак. — Ушел прямо у нас из-под носа. А охотились мы за ним уже давным-давно — он числится одним из первых в списке на устранение. В конце концов, обнаружился он здесь, в Вашингтоне. Серьезных ошибок допущено не было. Насколько тебе известно, по дипломатическим соображениям мы не проводим операции в определенных районах, в том числе в Вашингтоне и его окрестностях. Мы не должны прибегать к активным действиям в радиусе двадцати пяти миль от города. — Мак поморщился. — Все это вполне логично, но только люди, установившие эти ограничения, слабо представляют, насколько они связывают руки тем, кто должен выполнять эту работу.
— Вы правы, сэр.
— Когда субъект отбыл наконец из Вашингтона, он направился прямиком в Аннаполис. И там бесследно исчез, оставив позади мертвым нашего агента.
Я приподнял брови.
— Вы сказали, сэр, что ошибок не было? Меня учили, что позволить себя убить — это достаточно серьезная ошибка.
Мак пожал плечами.
— Готов это признать, но Эймс был вполне неплохим агентом, и он вполне резонно считал, что имеет дело всего лишь с одним противником. Однако, судя по всему, возле залива Чезапик он наткнулся на превосходящие силы.
— Эймс? — переспросил я. — Мне приходилось работать вместе с ним. В Калифорнии, пару лет назад.
— Я знаю. — Мак даже не посмотрел на меня. — Это вторая причина, по которой я подумал, что ты согласишься нам помочь, хотя это и заставит тебя на некоторое время отложить поездку в Техас.
Я рассмеялся.
— Вашими устами да мед пить, сэр. Есть вещи, которые нельзя откладывать. Гейл не из тех, кто умеет терпеть. Что же касается Эймса, то он был буквально помешан на транзисторных приемниках. Он довел меня до того, что я готов был заставить его проглотить чертов приемник — транзистор за транзистором. Можете представить, чтобы человек вскарабкался на восьмитысячефутовую вершину только для того, чтобы на полную мощность включить эту штуковину! С другой стороны, ему нельзя было отказать в смелости, да и форель он удил мастерски... — Я приумолк, потом спросил: — Его ведь убили сзади, да?
— Да. Его нашли на берегу со сломанной шеей. Судя по всему, убийца подкрался сзади, когда Эймс выслеживал субъекта. А как ты догадался?
— Когда он входил в раж, он всегда забывал про свой тыл. Ему и в голову не приходило, что кто-то может выслеживать его самого. Я предупреждал его. Эх, черт побери. Прощай, Эймс.
— Да, — сказал Мак. — Так вот, как я уже говорил, субъект после этого исчез. Пару месяцев спустя он объявился в Европе, но мы до сих пор не знаем, как ему удалось выбраться из Штатов.
— Кто он?
— Это не имеет значения, — ответил Мак. — Один из наших людей уже о нем позаботился. Важно другое. Я вошел в контакт с другими отделами и выяснил, что это уже не первое исчезновение из той зоны. Они подозревают, что где-то в районе залива Чезапик орудует организация, которая помогает определенным лицам прятаться до тех пор, пока не удастся переправить их в более безопасное место. Корабли снуют по заливу потоком, и не какие-нибудь, а самые крупные, способные пересечь Атлантику. Теоретически, у Чезапикской губы, на выходе из залива, пока суда не покинули трсхмильную зону, их можно остановить и подвергнуть досмотру. На практике же досмотр судов любого тоннажа редко оборачивается простой формальностью. Я сказал:
— Насколько мне помнится, после моего краткого общения с американским военным флотом, залив Чезапик тянется на две сотни миль в длину, а в ширину достигает двадцати миль. Кроме того, карта пестрит реками, болотами, заливчиками и островами.
— В мореплавании принято употреблять термин “лоция”.
— Прошу прощения, сэр. Лоция.
— Но ты прав, — сказал Мак. — Учитывая наши ограниченные возможности, искать в таком районе хорошо замаскированное укрытие — все равно, что разыскивать иголку в стоге сена. Мы можем лишь догадываться, что людей высаживают и увозят на морских судах. В любом случае эта работа нам не под силу, почему мы и подходим к ней с другой стороны.
— Вообще-то, мне казалось, что у нас несколько иная специализация, сэр. А что делают все эти шустрые правительственные ребята с колледжским образованием, которые обучают японцев приемам дзюдо и за полсекунды расстреливают в клочья любую мишень, хотя начинают со связанными руками? Неужто они сами не справятся?
Мак поднял глаза.
— Ты забываешь про Эймса, — произнес он.
— Вы же сказали, что об этом человеке уже позаботились.
— О нем — да, — сухо сказал Мак. — Но в районе Аннаполиса, в каких-то сорока милях отсюда, остаются люди, которые также делят ответственность за смерть Эймса. Наша организация не имеет права смотреть сквозь пальцы, когда кто-то нарушает наши планы, а тем более — когда убивают наших людей. Вот почему я попросил, чтобы эту операцию поручили нам. — Мак криво усмехнулся. — Остальные были только счастливы. По-видимому, существуют какие-то политические соображения, которые делают эту миссию не самой желанной. Ты должен иметь это в виду, Эрик.
— Да, сэр, — сказал я. — Значит, главная цель состоит в том, чтобы научить чужаков уму-разуму: пусть в следующий раз смотрят, кого убивают.
— Скажем так, — терпеливо произнес Мак, — пусть не суются под топор, который уже занесен.
Мы оба замолчали. Я смотрел в окно, любуясь белоснежной стеной одного из видневшихся в отдалении зданий, в котором честные люди открыто трудятся на благо государства, не скрываясь от репортеров. Жаль, что нам никогда не суждено работать в таких условиях, подумал я.
А вслух сказал:
— Да, сэр. Значит, мы бросаем эту Джин в змеиную нору и смотрим, что из этого получится. А почему вы считаете, что они поверят в ее запои, сэр?
— А уж в этом ты их должен убедить, Эрик, — ответил Мак. — Не забывай: они сами хотят этому поверить. Не так уж часто к ним в руки попадает наш живой агент, который к тому же вовсе не прочь поболтать. Они бы хотели знать о нас побольше. Ведь до сих пор официально считается, что в загнивающем демократическом обществе не может быть организаций, подобных нашей; что мы просто выдумка, изобретенная противником, чтобы оправдать провалы своих агентов. Поэтому там давно мечтают предъявить нашего агента живьем. Так что они должны заглотить наживку, если мы ее представим как следует.
Я кивнул.
— А если не поверят Джин? Если она не сумеет убедить их в том, что готова переметнуться?
— Ей было поручено выяснить пути эвакуации и определить местонахождение их базы, а также, по возможности, узнать противника в лицо. После этого она должна любой ценой бежать оттуда. Ну и, разумеется, доложить. Вот и все, что от нее требуется.
— Я бы сказал, что это немало, сэр.
— Да. К сожалению, мне пришлось внести коррективы в первоначальный план. Мы получили новые сведения. — Чуть поколебавшись. Мак придвинул к себе лист бумаги, взял шариковую ручку и написал одно-единственное слово. Потом отложил ручку, перевернул бумагу и передал ее через стол мне. — Знаешь, что означает это слово, Эрик?
Я взглянул на бумагу. На ней печатными буквами было выведено слово “АПДОС”. Для меня оно не значило ровным счетом ничего.
— Нет, сэр, — ответил я. — Сейчас все так любят играть в аббревиатуры, что я уже отчаялся угнаться за всеми новинками.
Мак придвинул к себе пепельницу, поджег лист бумаги, подождал, пока он сгорит до конца, и аккуратно растер пепел.
— За этим словом укрывается одна из главных военных тайн Вашингтона, так что ты его, естественно, никогда не видел.
— Естественно.
— Это очень большая тайна, — серьезным тоном произнес Мак. — Кроме нас и русских, никто о ней не знает.
— Понимаю, — произнес я.
— С другой стороны, русским известно меньше, чем они хотели бы знать. Ты что-нибудь знаешь про подводные лодки, Эрик?
— Да, сэр. Они, как правило, плавают под водой.
— Еще совсем недавно твою остроту восприняли бы вполне серьезно, — сказал Мак. — До недавнего времени субмаринами называли надводные корабли, способные на короткое время погружаться в воду. Даже тогда они считались мощными боевыми средствами. Почему?
— Думаю — потому, что под водой их не видно.
— Совершенно верно. А с изобретением компрессоров, а затем и ядерного топлива это преимущество резко возросло. Подводные лодки получили возможность оставаться в погруженном состоянии длительное время. Радары под водой не работают. Сонары недостаточно мощны и ненадежны; к тому же они должны сами находиться в воде. Это не позволяет применять их на самолетах — единственном средстве эффективного патрулирования крупных акваторий. — Мак посмотрел на меня так, как смотрит строгий преподаватель на нерадивого ученика. — Знаешь, какого нашего оружия больше всего опасаются русские?
Я пожал плечами.
— Думаю, что тяжелых бомбардировщиков, сэр. Или ракет с ядерными боеголовками.
— Если они до сих пор не нашли противоядие против наших бомбардировщиков, угрохав столько времени на решение этой проблемы, они не так умны, как я думал. А у межконтинентальных ядерных ракет тоже есть крупный недостаток — их пускают с установок постоянного базирования, которые может засечь вражеская разведка — благо мы их не слишком укрываем, — и принять контрмеры. Нет, самое опасное для них оружие — то, которое они не в состоянии нейтрализовать, поскольку его не видно. Это оружие, которое мы разместили в Шотландии, в Холи-Лох, — подводные лодки “Полярис”. — Мак встал, прошагал к окну и продолжил, не поворачиваясь ко мне: — Конечно, то, что я тебе сказал, отражает точку зрения военного флота. Представитель сухопутных войск или авиации мог бы нарисовать совсем другую картину. Тем не менее, адмирал, с которым я беседовал, был весьма убедителен.
— Да, сэр.
— На борту каждой субмарины “Полярис” находится шестнадцать ракет “Полярис”, — сказал Мак, любуясь безоблачным небом. — В настоящее время радиус поражения у них — тысяча миль, но он постоянно увеличивается.

Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц - Гамильтон Дональд => читать онлайн книгу детективов дальше


Хотелось бы, чтобы книга-детектив Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц автора Гамильтон Дональд понравилась бы вам!
Если так окажется, то вы можете порекомендовать книгу Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц своим друзьям, проставив ссылку на эту страницу с детективом: Гамильтон Дональд - Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц.
Ключевые слова страницы: Мэтт Хелм - 05. Закоулок убийц; Гамильтон Дональд, скачать, бесплатно, читать, книга, детектив, криминал, электронная, онлайн