А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Гамильтон Дональд

Мэтт Хелм - 14. Интриганы


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Мэтт Хелм - 14. Интриганы автора, которого зовут Гамильтон Дональд. В электронной библиотеке lib-detective.info можно скачать бесплатно книгу Мэтт Хелм - 14. Интриганы в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать онлайн электронную книгу: Гамильтон Дональд - Мэтт Хелм - 14. Интриганы без регистрации и без СМС

Размер книги Мэтт Хелм - 14. Интриганы в архиве равен: 199.03 KB

Мэтт Хелм - 14. Интриганы - Гамильтон Дональд => скачать бесплатно электронную книгу детективов



Мэтт Хелм – 14

OCR Денис
Оригинал: Donald Hamilton, “The Intriguers”
Дональд Гамильтон
Интриганы
Глава 1
В то утро, когда в меня стреляли там, в Мексике, я ловил рыбу в небольшой лодке с мощным движком. Ее вместе с универсалом и прицепом для транспортировки дал мне взаймы Мак. Мой шеф не отличается щедростью, когда дело касается государственного имущества. Но в награду за годы преданной службы и за то, что я как следует получил по голове во время последнего задания (он изложил это иначе, но общий смысл был такой), он желал бы, чтобы я взял снаряжение с собой в отпуск, так как на отдыхе мне, безусловно, понадобится лодка для рыбной ловли. После моего возвращения ее продадут — к сожалению, в бюджете нашего отдела не предусмотрены расходы на содержание яхт, даже пятнадиатифутовых.
Итак, в то утро я ловил рыбу у безымянного острова в открытом море. Это примерно час хода от маленькой курортной деревушки Байя Сан Карлос, совсем рядом с Гуайямасом — довольно большим портом на континентальном острове Калифорнийского залива. В прошлом мне пришлось кое-что узнать об океанах и лодках, но в душе я все же сухопутный житель, и из небольшой лодки 24 мили открытой воды внушают мне законное беспокойство, даже когда она спокойна. Когда же начинает штормить, вообще нет дела ни до чего на свете, тем более до рыбалки. Поэтому, когда около десяти часов ветер стал заметно крепчать, я скорректировал свои планы и поторопился поскорее устремиться к берегу, предоставив большим лодкам и настоящим морякам сражаться с волнами и непогодой. “Чертовски неудачное завершение чертовски неудачного отпуска”, — подумал я. Конечно, в некотором роде он завершился днем раньше, когда та девица в конце концов вышла из себя и ушла, хлопнув дверью. Неважно, как ее звали. Честно говоря, она не имеет отношения к дальнейшему. Просто это была девушка, которую я встретил во время работы за несколько месяцев до отпуска. Дело было тяжелое и кончилось тем, что мы оказались в одной больнице. Так как она попала в больницу отчасти по моей вине, я был удовлетворен и польщен тем, что она меня простила, ибо мы договорились поправить свое здоровье вместе.
По крайней мере, тогда мне это льстило. До меня не дошло, что, лежа на больничной койке, она пришла к замечательному заключению. Приблизительно его можно было сформулировать так: несмотря на мою достойную порицания профессию, я на самом деле милый и благородный человек, которому для возвращения на путь истинный нужна только хорошая женщина.
Какая жалость! Эта крошка могла быть очень забавной, если бы не решила, что она и есть та совесть, которая мне якобы остро необходима. Высокая, стройная блондинка, она в дополнение к своим недюжинным “домашним” способностям умела плавать, путешествовать пешком и обращаться с удочкой. Мы ловили рыбу, и она ничуть не брезговала проткнуть трепыхающуюся сардинку большим зазубренным крючком. Но, как оказалось, у нее был пунктик относительно других видов живности.
Я никогда не смогу постигнуть, как подобного сорта дамы делают эти различия. Эта не испытала никаких нежных чувств к рыбам, но ее сердце обливалось кровью из-за маленьких птичек и зверушек, убитых жестокими охотниками. Когда однажды я, устав от рыбной ловли, без всякой задней мысли предложил занять пару ружей и пострелять голубей, которыми кишели окрестности, она посмотрела на меня с ужасом. Мой бог, и это была та девушка, что нежно накалывала живую наживку на крючок, та девушка, которая, проголодавшись, уничтожала изрядную порцию “арроэ кон полло” — блюда из риса и цыпленка, для приготовления которого приходилось лишать жизни птицу приличных размеров! Конечно, ее убил кто-то другой. Кровь птички не запятнала ее чистеньких ручек. Ей оставалось только разрешить мне оплатить преступление.
Когда я спросил, как ей удается примирить мясоедство со своими строгими убеждениями, не допускающими убийства, она очень разозлилась. Видимо, здесь было другое тонкое различие, слишком незначительное, чтобы я мог его постичь: не только между рыбами и птицами, но и между мертвым цыпленком и мертвым голубем. В довершение ко всему я имел неосторожность заметить, что для тех, кто любит голубей, голубь, конечно, вкуснее. Тут она взорвалась и заявила, что вряд ли от меня, бессердечного монстра, носящего оружие и совершенно не уважающего даже человеческую жизнь, можно ожидать понимания таких вещей...
Да, как вы можете представить, этот отпуск отнюдь не отличался спокойствием. Быть объектом перевоспитания всегда достаточно утомительно. Посадив ее на самолет на неделю раньше срока, я решил провести последний день на рыбалке и обследовать окрестности в одиночестве, но погода не дала мне осуществить это намерение. В конце концов, я подумал, что могу потратить остаток дня для погрузки лодки на прицеп. Притом ее надо еще как следует помыть из шланга, чтобы смыть налипшие за три недели соль и рыбью чешую. Но, прежде всего, конечно, надо было вернуться к причалам Сан Карлоса.
Со смешанным чувством страха и восторга я скользил по вздымающимся волнам, ощущая усиливающиеся с каждой минутой порывы ветра. Калифорнийский залив — не пруд для разведения рыбы. В районе Гуайямаса он напоминает океан и порой ведет себя так же, как океан. Мексиканцы называют залив морем Кортеса и относятся к нему с уважением. Я хотел вернуться, пока буря не разыгралась, и поэтому выжимал, из восьмидесятипятисильного джонсоновского движка все что можно. Однако при таком волнении двигатель использовал едва ли половину своей мощности.
Мотор был что надо. За все время я только однажды как следует разогнал его и чуть не наложил в штаны со страху. Мне показалось, что мы выйдем на орбиту, прежде чем я успею сбросить газ. Я имел дело с некоторыми довольно мощными агрегатами на суше, но лодочные гонки — не моя стихия, тем более что мой предыдущий опыт общения с лодочными моторами относился к временам, когда десятисильный движок считался вполне серьезной машиной.
Управлять этой лодкой было сущим наказанием. Поэтому, обогнув выступающий каменистый мыс, защищающий вход в бухту Сан Карлос, я почувствовал облегчение. Моя малютка наконец-то перестала изображать верткую доску для серфинга и перешла на ровный устойчивый ход в спокойной воде. Я расстегнул парку и скинул капюшон. Неуклюжее бело-голубое фибергласовое суденышко изначально предназначалось для рыбной ловли и со всех сторон было открыто всем ветрам. Чтобы остаться сухим, надо было надевать что-нибудь непромокаемое и плотно застегиваться даже тогда, когда идешь по ветру.
Я стер водяную пыль с темных очков и потянулся к рычагу газа, чтобы прибавить скорость. В это время справа, простите, по правому борту, я увидел тюленя. На самом деле это морские львы, и здесь они — довольно обычное явление, но я вырос в деревне засушливого, далекого от моря штата Нью-Мексико и еще не воспринимал их как должное.
Я чувствовал себя приятно, расслабленно и слегка торжественно из-за победы над ветром и волнами. Так должны были себя чувствовать Колумб или Лейф Эрикссон после того, как пересекли бурный Атлантический океан. Добравшись до спокойной воды, я не особенно торопился выйти на берег, поэтому резко переложил руль вправо, стремясь получше рассмотреть плывущее животное. Гладкая маленькая тварь спасла мне жизнь, потому что стрелок на мысу выбрал именно этот момент, чтобы дожать спусковой крючок.
Он, должно быть, целился с приличным упреждением. Стрелял с довольно близкого расстояния, немногим более ста ярдов. Но даже на прогулочной скорости лодка делала не менее двадцати миль в час — около тридцати футов в секунду, — а пули не летят со скоростью света. Когда выпущенный заряд достиг точки, где я должен был находиться, меня там уже не было. Я услышал характерный свист пролетевшей мимо пули и краем глаза заметил всплеск слева, простите, по левому борту.
Наверное, благодаря своему образу жизни в следующее мгновение я уже не сомневался, что мимо пролетела именно пуля, а не решивший покончить с собой сумасшедший шмель. Кто-то явно пытался убить меня. Я удержался от желания вильнуть влево. Стрелок, видимо, ждал этого. Обычная морская тактика — следовать за всплесками от снарядов противника в надежде сорвать его попытки скорректировать наводку. Вместо этого я резко повернул штурвал вправо, продолжая крутой вираж, пока не развернулся на полные сто восемьдесят градусов. На какое-то мгновение я оказался лицом к берегу. Человек, скрывавшийся среди камней, вряд ли ожидал лобовой атаки.
Еще одна пуля прошла мимо, опять слева. Видимо, он поставил на то, что я выровняю ход лодки в сторону открытого моря. И проиграл. Но все, что он потерял, это патрон стоимостью несколько десятков центов или песо, в зависимости от его национальности. Если бы проиграл я, то получил бы приличную дырку в голове.
После выстрела я резко переложил штурвал влево, следуя за всплеском пули в надежде, что сейчас он не будет к этому готов. Он не был готов. Третья пуля шлепнула по воде далеко по правому борту. Я заметил, как наверху блеснуло стекло: оптический прицел. Все правильно. Сейчас пора было попробовать что-нибудь новенькое, пока я не перемудрил и не нарвался на один из его выстрелов. Неплохой мыслью было вернуться в море. В новых обстоятельствах погода заботила меня меньше всего. Когда нос лодки достаточно отвернул от берега, я резко двинул рукоятку газа вверх до упора. Восемьдесят пять лошадиных сил взревели. Ускорение отбросило меня назад, на место рулевого, представляющее собой встроенный ящик для аккумуляторов с сиденьем наверху.
Взятая мной взаймы маленькая бомба с ревом понеслась над водой, практически не касаясь поверхности. Мне показалось, что я слышал звук пули прямо за своей спиной, как будто тот, кто собирался меня шлепнуть, был застигнут врасплох моим внезапным прыжком. Прошло несколько секунд. Пора было делать новый финт, но я не отважился. Мы неслись слишком быстро. Раньше я никогда не давал полный газ в течение сколько-нибудь продолжительного времени и совершенно не был уверен, что лодка при попытке поворота не сделает сальто.
Я успокоил себя тем, что не многие стрелки способны попасть в скоростную цель, движущуюся под углом. Расстояние с каждой секундой увеличивалось. Я не смотрел в направлении берега — просто не отваживался хоть ненадолго отвлечься от управления. На такой скорости я хотел быть готовым к тому, что лодка вдруг начнет выходить из-под контроля. Наконец я осмелился бросить взгляд на приборы. Стрелка тахометра стояла на красной линии — 5500 оборотов в минуту. Спидометр не показывал ничего. Очевидно, лодка шла так высоко над водой, что в трубку Пито (датчик, крепящийся на нижней части транца) практически ничего не попадало, кроме брызг...
Сосредоточившись на контроле над летящим суденышком, я не заметил, как мы стали выходить из-под защиты мыса. Внезапно гладкая поверхность, по которой мы неслись, превратилась в холмы и впадины беснующейся воды. Пенящаяся волна обрушилась на нас. Лодка врезалась в нее и взвилась в небеса. Мне удалось убрать газ еще на гребне волны. Моя посудина с грохотом ударилась о воду. В следующее мгновение конец волны налетел на нас, превратившись в бездонный колодец прямо перед двигателем. К счастью, вся эта масса воды не обладала достаточной инерцией, чтобы пронестись над надстройкой в кубрик. Планирующая лодка не уйдет очень далеко, если ее не толкает движок, — она просто приседает и останавливается.
Какое-то мгновение я думал, что нас залило. Вода плескалась вокруг моих лодыжек, а мотор мягко урчал на холостых оборотах. Следующая волна — достаточно высокая, чтобы произвести впечатление на сухопутную крысу вроде меня, — налетела на нас. Однако лодка благополучно поднялась, и волна прошла снизу, обдав меня шквалом брызг. Я услышал жужжащий звук и, посмотрев в сторону левого борта, увидел равномерную струю воды, которую откачивала автоматическая трюмная помпа. Кубрик был уже почти чист, а остатки воды, которую мы зачерпнули, устремились к отстойнику на корме.
Это было совсем небольшое, но технически совершенное суденышко. Про себя я выразил почтение его неизвестному творцу. Возможно, он спас мне жизнь. Я осторожно двинул рычаг вперед, стараясь среди бурлящих вод у мыса держаться наветренной стороны. Я все еще был в зоне досягаемости дальнобойной винтовки, но теперь это уже не имело значения. Мы, так сказать, завернули за угол, и эта сторона, обращенная к морю, была слишком крута, чтобы стрелять оттуда. Думаю, даже чемпиону мира по стрельбе трудно попасть с трехсот ярдов в цель, судорожно дергающуюся на шестифутовых волнах.
Один из больших катеров, которые я утром видел на острове, с непроницаемым мексиканским шкипером на руле и кучкой страдающих морской болезнью янки в кубрике прошел на расстоянии четверти мили в сторону моря. Поворачивая в бухту, они уставились на придурка в пятнадцатифутовом корыте с мотором, у которого не хватило мозгов спрятаться от ветра. Но в такой близи от гавани ветер меня не очень беспокоил. Перед бегством в тихие воды я должен был еще кое-что отыскать.
Маленькую белую лодку, вытянутую на песок, я увидел на пляже в начале следующей за мысом бухты. Мой невидимый противник, конечно, прибыл сюда по воде. Вряд ли он хотел, чтобы его увидели и запомнили, когда он нес эту винтовку с оптическим прицелом по холмам от ближайшей дороги. Обычный пластиковый мешок, предназначенный для переноски пары массивных морских удочек, после небольшой переделки легко мог вместить винтовку. Его можно было погрузить в лодку прямо в доке, не вызывая никаких кривотолков.
Я достал бинокль, которым пользовался для наблюдения за морскими львами, китами и птицами, и тщательно обследовал агрегат на берегу. Это был легкий алюминиевый ялик с небольшим мотором в каких-нибудь десять лошадиных сил. Хотя он примерно на один фут был короче моей фибергласовой штуковины, но при этом значительно уже, мельче и легче. Он смог бы победить меня в стрельбе, но я бы первенствовал в лодочной гонке.
Глава 2
Мне понадобилось некоторое время, чтобы все устроить. Прежде всего, надо было вернуться в бухту Сан Карлос. Исходя из предположения, что мы оба отплыли от одного причала — в этой части Мексики особенно выбирать не из чего — ив конце концов он вернется именно туда. Я отошел далеко в открытое море и сделал очень широкую дугу вокруг мыса, чтобы подчеркнуть, как я опасаюсь его. Потом надо было найти место для засады.
Я прикинул, что этот человек видел, как я прошел мимо и скрылся за мысом, направляясь в сторону закрытой внутренней бухты для яхт. Вряд ли он будет беспокоиться о том, что я доложу о случившемся мексиканским властям. Если этот стрелок имел желание убить меня, он знал, что я не тот тип, который будет просить защиты у полиции. А вот в чем он не был уверен, так это в том, прокрадусь ли я, поджав хвост, на берег, довольный, что остался жив, или захочу немедленно и жестоко отомстить.
Это и впрямь было для него проблемой. На ее разрешение он убил большую часть дня. Тем временем я подыскал для своих планов почти идеальное место. Я подошел к северному берегу суживающейся бухты — его берегу — и осторожно прокрался через отмели под отвесными скалами в маленькую каменистую пещеру сразу за выступом, который закрывал ему видимость. Здесь я бросил за борт якорь на глубине восемь футов.
Да, это было местечко что надо. Окружающие скалы закрывали лодку со стороны моря, но я, стоя поверх гряды камней, мог видеть оконечность мыса, откуда он упражнялся в стрельбе. Еще один плюс — на таком расстоянии рассмотреть мое лицо даже в сильный бинокль было невозможно. Я насадил на крючок сардину и забросил ее за борт, закрепив удочку двумя креплениями на правом борту около кормы. Это, как я надеялся, делало меня в глазах проплывающих мимо заурядным рыболовом, которого ветер прогнал из открытого залива, и бедняга пытается теперь найти какое-нибудь занятие у берега.
Потом я открыл ящик с аккумуляторами, который также служил хранилищем для инструментов и всякой всячины. Там было всего по чуть-чуть — от лейкопластыря до сигнальных ракет. Я отыскал непромокаемый пакет с инструкциями и другой информативной литературой, касающейся лодки. Что-то меня беспокоило, видимо, противоречие, которым я бы занялся раньше, если бы не девица со своими миссионерскими замечаниями. Через несколько минут я понял причину своей нервозности: лодка, рассчитанная, если верить табличке, на мотор в девяносто лошадиных сил, на большой скорости вела себя крайне неустойчиво, так как имела двигатель только в восемьдесят пять лошадок. Возможно, что изготовитель, фирма “Крайслер”, еще не научился строить скоростные лодки, но это было маловероятно.
Чтобы как следует рассмотреть мотор — огромную штуковину весом более 250 фунтов, — я опрокинул его при помощи автоматического переключателя на пульте управления. Кроме того, что он был больше любого подвесного мотора, с которым я когда-либо имел дело, движок выглядел совершенно нормально. Мощность была указана на крышке и на пластинке с номером модели.
В поисках ключа к загадке я хмуро смотрел на большой трехлопастный винт, висящий над водой. Согласно заводской литературе этот четырехцилиндровый двигательный блок выпускался в четырех стандартных модификациях мощностью от 85 до 125 лошадиных сил. Самый слабосильный мотор из серии, который предположительно был перед моими глазами, обычно вращал винт с шагом около пятнадцати-семнадцати дюймов. Самый мощный оснащался винтом со значительно большим шагом.
Едва не свалившись за борт, я изловчился и разглядел цифры на винте: шаг был двадцать один дюйм, этого было достаточно, чтобы противостоять океану. Таким образом, я получил ответ на вопрос.
У меня на корме стоял явно необычный 85-сильный мотор, так как при такой мощности невозможно раскрутить винт до максимальной скорости. Либо это был специально форсированный движок, либо, что более вероятно, кто-то взял 125-сильную модель и просто поменял крышки и таблички. Неудивительно, что лодчонка при полном газе была такой неустойчивой — ведь ее толкали почти на пятьдесят процентов больше лошадиных сил, чем она была рассчитана...
Волна от проходящего судна заставила меня взглянуть вверх и вспомнить, зачем я здесь нахожусь. Несколько катеров — беженцы с мест рыбалки в открытом море — направлялись в бухту. Среди них я заметил быстроходный катер с ребятами на борту, сделанный в виде шаланды с комбинированной силовой установкой.
Я смотал леску и обнаружил, что моя сардина исчезла. Я заменил ее. Потом, подняв подушку сиденья, достал из встроенного холодильника пиво и сандвичи. Полный комфорт, как дома, отметил я с кислой миной. Полный комфорт и все удобства, включая резерв скорости в девять узлов — сорок скрытых лошадиных сил, о которых Мак не позаботился упомянуть, описывая судно по телефону.
— Гуайямас, Эрик? — Он назвал меня, как обычно, моим кодовым именем. Мое настоящее имя Мэттью Хелм, но им редко кто пользуется внутри организации. — Что привлекательного в Гуайямасе, позволь тебя спросить?
— Рыба, сэр, и приятный солнечный пляж.
— Ты мог бы найти хорошие места для рыбалки и загара, не выезжая за границу. Я думал, тебя несколько утомила Мексика. Последнее время ты бывал там довольно часто.
Я насупился, глядя на стену больничной палаты, откуда меня изгоняли, полагая слишком здоровым. Мак пообещал мне месячный отпуск по состоянию здоровья, но у него была подлая привычка извлекать небольшую пользу для правительства из наших отпусков: когда мы были под рукой, нас тут же отзывали для своих нужд.
— Сэр, не лучше ли вам послать меня в Калифорнию или в Си Айлендс Джорджии? — Я знал, что единственный способ остановить его, когда он становится вкрадчивым, — это лобовая атака. — Сэр, только назовите место, и я отправлюсь туда. Конечно, я буду рассчитывать, что получу мой месячный отпуск позднее, когда вам больше не будут требоваться мои услуги.
— О нет, ты неправильно меня понял, Эрик, — быстро ответил Мак. За две тысячи миль от Вашингтона я мысленно видел, как он сидит за столом перед широким окном, на которое мы обычно щурились. Стройный, одетый в серый костюм седовласый человек с кустистыми бровями. Он продолжал: — Нет, я действительно не имею в виду определенное место. Просто было любопытно, чем тебя может привлекать Мексика? Ты сказал, что собираешься заняться морской рыбалкой?
— Да, сэр.
— Тогда тебе понадобится лодка, не так ли?
— Я собирался взять напрокат.
— Взятые напрокат лодки редко бывают хорошими. Так получилось, что у нас есть достаточно дорогое рыболовное суденышко, которое простаивает в Туссоне, штат Аризона, не очень далеко от тебя. Скоро нам нужно будет от него избавиться — оно сделало свое дело. Ты мог бы им воспользоваться.
Я представил себе, что в любой из старых неповоротливых галош, которые дают напрокат на причале, с ржавой тарахтелкой на корме я сейчас был бы беспомощной мишенью. Мне повезло — ведь именно скорость и маневренность этого судна спасли меня. Это было интересное совпадение. Я ни на минуту не поверил в него.
Я даже не пытался продать себе глупую идею, что в момент покушения я случайно оказался за рычагами управления лодкой, которая так же случайно обладала избыточной мощностью.

Мэтт Хелм - 14. Интриганы - Гамильтон Дональд => читать онлайн книгу детективов дальше


Хотелось бы, чтобы книга-детектив Мэтт Хелм - 14. Интриганы автора Гамильтон Дональд понравилась бы вам!
Если так окажется, то вы можете порекомендовать книгу Мэтт Хелм - 14. Интриганы своим друзьям, проставив ссылку на эту страницу с детективом: Гамильтон Дональд - Мэтт Хелм - 14. Интриганы.
Ключевые слова страницы: Мэтт Хелм - 14. Интриганы; Гамильтон Дональд, скачать, бесплатно, читать, книга, детектив, криминал, электронная, онлайн