А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


"Надо бы посоветоваться с адвокатессой, есть ли в ситуации состав, подумала она. - Сережа ведь не нарочно довел Риту до самоубийства. Немало мужей уходят от жен, а те потом пытаются покончить с собой... - И тут же отметила: - В том-то и дело, что лишь пытаются. А Риты уже нет в живых..."
- Сержик, не терзайся. Пойми, твоей вины в случившемся нет, по крайней мере, моральной. Насчет юридической оценки - не знаю, но с нравственной точки зрения ты ни в чем не виноват. Я понимаю, мои слова - всего лишь слова. Но ведь и твою собственную историю тоже можно расценить как драматическую. И в этом виновата я. Получается, что именно я - косвенная виновница Ритиной смерти.
...Имиджмейкеры ещё немного подкорректировали биографию будущей звезды, и Валентина Вениаминовна Бобкова стала Изабеллой Астраловой, далекой от прозы жизни, а потому незамужней, а для ещё большей оригинальности - убежденной девственницей.
Идея о вечной девственнице очень понравилась начинающей писательнице, и она даже подумывала, не взять ли псевдоним "Весталка34". Оказалось, будущая знаменитость обсуждала тему девственности с кем-то из знакомых, и в беседе прозвучало слово, которое ей очень понравилось - необычно и не очень понятно. По крайней мере, до того мадам Бобкова не имела понятия, кто такая весталка, и решила, что этого не знают и другие. Звучит интригующе значит, то, что надо.
- Как вы себе это представляете? - спросил Владимир Максимович, у которого уже голова шла кругом от закидонов заказчицы. Правда, платила та исправно, и только это позволяло ему сдерживаться в её присутствии. Но зато уж за глаза он костерил её от души! Если б мадам Бобковой икалось каждый раз, когда рекламщик поминал её недобрым словом, она икала бы почти не переставая.
- Очень просто, - не моргнув глазом, заявила та. - На обложке моих книг будет стоять "Весталка Изабелла Астралова".
Мысленно приказывая себе: "Спокойствие, только спокойствие", рекламщик переглянулся с литагентом, призывая того на помощь.
Прагматичный Яков Борисович спустил размечтавшуюся дамочку на землю, тактично намекнув, что это явный перебор. Как-никак ей уже тридцать восемь. Багаж прошлого в виде троих мужей от будущих фанатов ещё можно скрыть, но возраст вряд ли. Прямо он об этом не сказал, не упомянул и о том, что любой человек с первого взгляда увидит, что на мадам пробы негде ставить - куда уж именоваться весталкой! Зная скандальный характер работодательницы, он облек все в приемлемую для неё словесную форму, подбавил ложку лести на бочку неприятных той намеков, в итоге ему удалось не задеть её непомерное самолюбие и отговорить от затеи, в результате которой она стала бы всеобщим посмешищем.
За Валентиной Вениаминовной Бобковой закрепился псевдоним Астралова.
Насчет имени создатели "литературной Галатеи" не стали препираться Изабелла так Изабелла. Дама с таким именем может быть и француженкой, и итальянкой, а если родители с претензиями на оригинальность, - то и русской.
Издательские редакторы принялись переименовывать героиню романов графиню Валентину в Изабеллу, а художники, чертыхаясь, в который уж раз заменяли псевдоним авторессы на обложке будущих книг.
- Сереж, тебя явно что-то гнетет...
- Ты права, но мне не хочется об этом говорить.
- Решать тебе. Но скажи честно, какую цель ты передо мной ставишь? Ведь неспроста ты сегодня, - Алла перевела взгляд на часы - половина четвертого утра, - и поправилась: - то есть, вчера, приехал в мою контору.
- Мне очень хотелось тебя увидеть...
Сергей отвел взгляд, и она пожалела, что спросила. Меньше всего ей хотелось ставить его в такое положение, когда ему придется врать. А всей правды, судя по всему, он сказать не может. И все же Алла решила прояснить хотя бы один вопрос:
- Но ведь ты приехал ко мне вчера, узнав, что твоя жена погибла... Немного подождав и не дождавшись ответа, она спросила: - Когда тебя пригласили на опознание?
Видно было, что ему очень не хочется отвечать, но и соврать не в его характере.
- Позавчера, - выдавил Сергей.
Алла не стала добивать его возгласами вроде: "Вот видишь! Прибежал, когда почувствовал, что земля под ногами закачалась, а до этого шестнадцать лет молчал и жил без меня, в общем-то, благополучно".
- Почему же не сразу? Ведь Риту нашли три дня назад.
- Я был в командировке, заграницей. Вернулся 28 мая, и меня в тот же день пригласили на опознание.
- Следователь очень давил?
- Давил, - кивнул он.
- Насколько сильны его подозрения?
- Мне трудно судить.
- Следак выдвигал какие-то версии? Ментовские большие спецы строить версии на пустом месте.
- Он, в основном, расспрашивал, какие у нас были отношения.
- А ты?
- Сказал, что хорошие.
- А если дознаватель копнет поглубже?
- Ему не у кого выяснить правду. Мы почти ни с кем не общались. Я жил сам по себе, Рита - сама по себе. Я много ездил по стране, потом по миру, а она оставалась в Москве. Отдыхали тоже врозь.
- Это говорит о многом.
- Немало супружеских пар отдыхают раздельно и живут формальным браком.
- Вот именно - формальным. - Она подчеркнула последнее слово.
- Но из-за этого не убивают.
- Да, с точки зрения нормального человека. А когда у следственных органов нет других подозреваемых, любой негатив в семье они готовы признать за мотив.
- Проще ж развестись. Об этом я и сказал следователю.
- А он придумает ещё что-нибудь, например, ты не хотел делить квартиру.
- На мой взгляд, это абсурд.
- На мой - тоже. Но не для органов. Какая у вас квартира?
- Обычная. Двухкомнатная, сорок метров.
- Чья?
- Раньше мы там жили с мамой. Когда я женился, мы с Ритой поселились в моей комнате. Потом мама умерла.
- Следовательно, можно приплести такой мотив: ты не хотел делить с женой квартиру, заработанную твоей матерью.
- Дикость!
- Это с точки зрения человека нашего круга и образа мышления. Ментовские же знают, что убивают и ради меньшей выгоды, чем двухкомнатная квартира. Представь, что вы бы развелись. После размена Рита получила бы однокомнатную квартиру, а ты - комнату в коммуналке. Любой порядочный мужик поступил бы именно так - отдал бывшей жене лучшее, себе оставил поменьше. К тому же, ты зарабатываешь несоизмеримо больше нее, можешь потом с доплатой приобрести отдельную квартиру. А вот теперь представь кривую логику следователя. С его позиций, ты, преуспевающий журналист, к тому же, родившийся в этой квартире и считающий её своей собственностью, вдруг оказываешься в коммуналке.
- Алла, неужели ты думаешь...
- Нет, Сержик, я так не думаю, - мягко сказала она. - Я всего лишь обозначила ход мыслей дознавателя. Не сомневаюсь, что он будет муссировать эту версию за неимением других.
Сергей отвернулся. Разговор ему был неприятен.
- Не сердись. - Она развернула его к себе и посмотрела в глаза. - Я же говорю не для того, чтобы сделать тебе больно. Ты должен быть готов к тому, что нервы тебе потреплют изрядно, будут провоцировать идиотскими предположениями и оскорбительными намеками. Тебя будет трясти от возмущения и бессильного гнева, а следаку только этого и надо - ты потеряешь контроль над собой, а он ухватится за любое слово, сказанное тобой в аффекте, и начнет ещё больше давить. Провокация - типичная тактика дознавателей, когда у них нет доказательств.
- Я понимаю...
- А что - у Риты не было своего жилья?
- Нет, она сирота, родители погибли, когда ей было девять лет. Рита часто рассказывала о своем тяжелом детстве. Ее отец был летчиком-испытателем, разбился во время испытаний новой модели самолета, после его смерти Рите выплачивали большую пенсию. Видимо, тетка польстилась на эти деньги. Все её детство прошло с ощущением, что она - обуза. Тетка не уставала повторять, мол, за что ей такой крест, муж бросил, двое своих детей, да ещё и племянница.
- Да уж, досталось Ритуле...
- Тетку она ненавидела, даже не пошла на похороны, когда двоюродные сестры сообщили, что та умерла.
- А её мать?
- Покончила с собой в тот же день, когда разбился Ритин отец.
- Человек, переживший драматические события и трудное детство, имеет право, чтобы к нему относились не так, как к другим.
- Потому я не мог бросить Риту... Это же предательство. Как я мог ударить её по самому больному? Она поверила мне, привязалась всей душой, и вдруг бы я сказал: "Все, ты мне больше не нужна"... Даже бродячую собаку, которую ты обогрел, нельзя выгнать на улицу только потому, что она тебе надоела. А уж человека, тем более, слабую женщину, - и подавно. Поэтому меня возмутили бестактные вопросы следователя и его грязные намеки.
"Если бы ты только знал, мой дорогой, что тебе предстоит", - печально подумала Алла и решила, что костьми ляжет, но как можно скорее вытащит его из этой передряги. Риту жалко, ужасно жалко, но ведь ей уже не поможешь... А Сергей не заслужил, чтобы его мордовали на допросах ни за что ни про что.
- Сереж, а может быть, Рита все же покончила с собой?
- Не знаю...
- Мне кажется, что человек, переживший в детстве такую тяжелую драму, более склонен к самоубийству, чем другие.
- Ты хочешь сказать, что я невольный виновник её смерти?
В его глазах она увидела такую боль, что не выдержала и отвернулась.
- Наверное, так и есть... - Сергей опустил голову и говорил еле слышно. - Все эти годы Рита надеялась, что я буду относиться к ней с большей теплотой. Но я не мог себя пересилить и притворяться... - Некоторое время он молчал, а потом решился на признание: - Мне было трудно с ней. Я убеждал себя, что она хорошая жена, верная и преданная, но когда смотрел на нее, сразу вспоминал студенческие годы, тебя... Один случай врезался мне в память. Закончился наш концерт, Рита стояла в углу, я уже хотел было спуститься со сцены и подойти к ней, и вдруг в зал входишь ты, и головы всех зрителей в партере поворачиваются в твою сторону, как подсолнухи к солнцу. Ты была без букета, даже на концерт не пришла... Этот случай символичен: Рита, образно говоря, всю жизнь подносила мне розы, а ты привыкла, чтобы розы дарили тебе. А я не мог себе простить, что проявил слабость... Когда ты сказала, что нам лучше расстаться, я убедил себя, что артисту нужна такая жена, как Рита, а не королева, у которой сотни обожателей. А потом понял, что обманывался, предпочел дешевую подделку и потому потерял шанс завоевать королеву... Одно время я Риту даже видеть не хотел, без конца мотался по командировкам, лишь бы не бывать дома. Жена смотрела на меня несчастными глазами, а мне было стыдно - зачем же я её обманул, использовал как средство, а ведь она живой и страдающий человек...
- Сереж, напрасно ты мучаешься виной. Ведь Рита знала, как ты ко мне относишься, когда выходила за тебя замуж.
- Знала, конечно. Ей все уши прожужжали, что ты, если захочешь, расстроишь нашу свадьбу, но даже если мы с ней поженимся, тебе стоит только пальцем поманить, я брошу её и побегу за тобой. Да и я, честно говоря, был не самым веселым человеком на собственной свадьбе. Мама даже сказала: "Сыночек, зачем же ты женишься, раз не любишь Риту? Женщина может выйти замуж без любви, ради того, чтобы иметь семью, детей или по расчету, но тебе-то зачем это нужно? Тебе всего двадцать, вся жизнь впереди, встретишь женщину, которую полюбишь, и женись". Но ведь этот разговор состоялся на свадьбе. Не мог же я сказать: "Знаете, гости дорогие, я передумал, потому что не люблю свою будущую жену". Раз уж решил, нужно идти до конца.
"Господи, кому нужны такие жертвы! Как часто мы делаем глупости по никому непонятной причине... И другим невдомек, зачем мы творим глупости, да и сами себя не понимаем..."
- Ладно, мой дорогой, уже пять утра. Давай хоть часок-другой поспим. На завтра у меня планов громадье.
Она почти силой заставила его лечь, легла рядом и положила голову ему на плечо.
- Я даже не мечтал, что когда-нибудь ты будешь лежать на моем плече... - прошептал он, поворачиваясь к ней и чуть касаясь губами виска.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67