А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Они вернутся на Землю не раньше, чем через двести
пятьдесят лет. Большую часть полета экипаж вынужден будет провести в
анабиозе. Двести пятьдесят лет... Но зато астронавты принесут людям
планету, которая станет новым форпостом человечества в космосе. Не
будет напрасным далекий поиск.
- Что для этого нужно? - спросил Ларсен.
- Согласие,- Кар оглядел всех.
- Да, - сказал Ларсен.
- Конечно! - воскликнул Таэл.
Георгий молча кивнул.
- Нет!- произнес вдруг Снег и встал.
Прошло несколько секунд удивленного молчания, и Снег заговорил.
Он говорил, как глупо делать из планеты инкубатор. Люди не
должны бояться суровых льдов, борьбы с природой незнакомой планеты.
Без борьбы жизнь теряет смысл... А вдруг погаснут искусственные
солнца прежде, чем сойдет весь лед? Что станет с первыми жителями
Снежной планеты, если вдруг нагрянет опять вечная зима? Но пусть
даже не погаснут солнца. Пусть сойдут льды. Что тогда увидят люди?
Голые горы, равнины без лесов, серую пустыню...
Они слушали, и были мгновения, когда каждый хотел уже
согласиться с товарищем. Даже не потому, что слова его казались
убедительными. Убеждали горячность и настойчивость. Так спорил Снег
всегда, когда чувствовал твердо свою правоту. Ведь с той же
горячностью отстаивал он на Земле право полета к "своей звезде".

3
Помнили друзья, как он стоял в большой комнате Дворца Звезд
перед бледным сухим человеком и говорил с яростной прямотой:
- Я удивляюсь, как Союз астронавтов мог доверить решение такого
вопроса вам одному, человеку, не умеющему верить в легенды!
Человек бледнел все сильней, но его раздражение сказывалось
лишь в легкой сбивчивости тихих ответов:
- Каждый юноша, побывав за орбитой Юпитера, считает себд
подготовленным к свободному поиску и готов лететь хоть в центр
Галактики. Это смешно. Вам кружат голову сказки о планетах Желтой
Розы. Желтая Роза - коварная звезда. Заманчиво, конечно. Вечная
истина: сказка привлекательна.
- Вы претендуете на звание вечных истин, но забыли одну: в
каждой легенде есть зерно правды. Мы верим, что есть планеты...
Ротайс наклонил голову.
- Я позволю себе закончить бесполезный разговор. Не вижу у вас
оснований претендовать на экспедицию свободного поиска... К тому же
я очень огорчен, и мне трудно говорить. Час назад разбился на
гидролете Валентин Янтарь. Он дома сейчас, и я спешу к нему.
Видимо, он не очень спешил, потому что Александр, придя в дом
старого астронавта, увидел там только врачей. Он узнал, что Янтарь
отказался от операции.
- Летать я больше не смогу, а жизнь... Она была и так долгая,-
заявил он.
Снег молча прошел в комнату, где лежал астронавт. Янтарь сказал
растерявшемуся врачу:
- Прошу вас уйти.
В комнате был полумрак. Не от штор, а от густых зацветающих
яблонь, которые закрыли окна. Александр подошел к постели. Янтарь
был укрыт до самой шеи белым покрывалом. Поверх покрывала лежала
спутанная светлая борода. Кровавая полоса тянулась через морщинистый
лоб.
- Никто не поймет меня, кроме вас,- начал Александр,- остальные
могут обвинить меня в бесчувственности, одержимости, эгоизме... Но
мы можем говорить друг другу правду. Вы летать больше не будете.
- Так...
- Наш экипаж не пускают в поиск, - тихо сказал Александр.-
Дайте нам ваше право второго полета... И мы полетим.
- На Леду? На мою планету?- Янтарь не пошевелил ни руками, ни
головой, только радостно вспыхнули его глаза.- Вы решили?
В этот миг он увидел, наверное, синий мир так и не разгаданной
до конца Леды, развалины бирюзовых городов и белые горы, вставшие
над фиолетовыми грудами непроходимых лесов, окутанных ядовитым сизым
туманом. Но необыкновенное видение исчезло. Снова возникло перед ним
строгое и напряженное лицо Александра.
- Нет. Конечно, не на мою,- глухо произнес Янтарь.
- Каждому светит своя звезда, -сказал Снег.
Он сел у постели и коротко рассказал все: про последнее
сообщение с "Глобуса" о загадке Желтой Розы, про план свободного
поиска, который возник у пяти молодых астролетчиков, про последний
разговор с Ротайсом.
- Леда ждет археологов. Мы же разведчики. Мы хотим найти
планету, где воздух как на Земле. Людям нужны такие планеты.
Янтарь закрыл глаза.
- Хорошо... Ваше право.
- Он не поверит,- возразил Александр, вспомнив бесстрастное
бледное лицо Ротайса.
- Возьми мой значок. В синей раковине, на столе.
В раковине, найденной на Леде, лежал золотой значок с синими
звездами и надписью "Поиск".
Александр взглянул на значок, потом на раненого астронавта.
Впервые за эти дни ему изменила твердость. Он сжал зубы и опустил
протянутую было руку.
- Возьми,- повторил Янтарь.- Ты прав.
- Выбей окно,- попросил он, когда Александр зажал в ладони
значок.- Нет, не открывай, а разбей стекло... Оно старое, очень
хрупкое... Хорошо,- сказал он, когда зазвенели осколки. Александр
выломал за окном большую ветку, и в комнату вошел солнечный луч.
- Счастливого старта! - проговорил Валентин Янтарь, усилием
воли стараясь подавить нарастающую в груди боль.- Пусть вернется на
Землю каждый из вас!
- Это удается редко.
- Потому и желаю...
У выхода Снег встретил Ротайса и показал на раскрытой ладони
значок. Ротайс слегка пожал плечами и наклонил голову. Это означало
скрытое возмущение поступком молодого астролетчика и в то же время
вынужденное согласие. Никто в Солнечной системе не мог отвергнуть
права на второй полет: космонавт, открывший новую планету и
вернувшийся на Землю, мог вторично отправиться в любую экспедицию и
в любое время, на любом из готовых к старту кораблей. Он мог также
уступить это право другому капитану.
В одну секунду Александр вспомнил вдруг лицо Янтаря -
знаменитого капитана "Поиска", его морщинистый лоб с кровавой
полосой и глаза, синие, словно отразившие фантастический мир Леды.
"На Леду? На мою планету? Вы решили?" Но старый астронавт понял
Александра. А Ротайс?
- Сообщите Восточному космопорту. Мы выбрали "Магеллан".
...Он больше всех сделал для этого полета. А улетать ему было
труднее всех. У каждого на Земле оставались родные. Но, кроме
родных, у Снега оставалась девушка, у него одного.
Со стороны казалась странной эта молчаливая дружба. Их не часто
видели вместе. Они редко говорили друг о друге. О любви их знали
только друзья...
За неделю до старта Александр встретил ее в молодом солнечном
саду, там, где сейчас Золотой парк Консаты. Ветер рвал листья, и
солнце плясало на белом песке аллеи. Девушка молчала.
- Ты же знала: я астронавт, - сказал Снег.
Он умел быть спокойным.
Перед стартом он отдал ей золотой значок.
...Однажды, случайно заглянув в каюткомпанию, Георгий увидел,
как Снег достал и поставил перед собой маленький стереоснимок. Он
смотрел на него не отрываясь. Молчал.
- Я убрал бы этот снимок навсегда, - сказал Георгий.
Александр взглянул на него не то с насмешкой, не то с
удивлением.
- И думаешь, все забудется?
Он закрыл ладонью глаза и несколькими резкими штрихами
карандаша с удивительной точностью набросал на листе картона черты
девушки.
- Вот так.
Шел восьмой год полета по собственному времени "Магеллана".

4
И вот теперь Александр Снег, больше всех рвавшийся в поиск,
отстаивал ледяную планету, словно' ее ждала гибель, а не
возрождение.
- Серая пустыня, чахлые кустики! Льда не будет, а что
останется? Мертвая земля, мертвые камни.
- Люди сделают все! - возразил Таэл. - Все, что надо, сделают
люди.
- Но я не сказал еще одного, - продолжал Снег. - Нельзя
отнимать у людей тот мир, который мы здесь нашли, потому что он
прекрасен. Разве вы этого не поняли?
Он швырнул на стол свои этюды. Все затихли, снова увидев то,
что видели раньше, но забывали, угнетенные царством льда. Были
удивительно точно схвачены краски. Черно-оранжевые закаты, голубые
ущелья со светящимся туманом, утро, зажигающее золотые искры на
изломах льда, желтое небо с нагромождением серых облаков...
Медленно шелестели листы. Наконец Кар сказал:
- Хорошо. Но нельзя же так - холод и смерть ради красоты. Зачем
нужны мертвые льды?
- Не мертвые,- покачал головой Александр.- есть в них и своя
жизнь. Ветер, ручьи, кусты... Все здесь просыпается понемногу. Но
нельзя спешить. Иначе будет пустыня.
- Не будет пустыни. Будет океан, синий и безграничный, как на
Земле. На это хватит растопленного льда. Будут греметь водопады.
Представь, Александр: тысячи серебристых водопадов среди скал и
радужного тумана. Будет и суровая природа, будет и своя красота, но
еще будет жизнь. Ведь такую планету мы и искали.
- Будет океан и заросшие лесами острова,- сказал тихо Таэл.
- Откуда леса? Разрастутся черные кустики?
- Люди посадят леса!
- На камне?
- Ты не прав, Саша, - негромко сказал молчавший до сих под
Георгий. - Вспомни Антарктиду.
Снег хотел возразить, но вдруг устало сел и проговорил:
- Ладно. Разве я спорю?.
- Ты примешь участие в расчетах?
- В работе - да. Но не в расчетах. Какой из меня математик?

5
Они работали долгое время. Потом вывели на орбиты четыре
десантные ракеты, окруженные сетью магнитных регуляторов.
Автопилотов на ракетах не было. Кар и Ларсен сами садились в кабины,
а потом выбрасывались в спасательных скафандрах. Так они делали
дважды. Четыре ракеты со звездным горючим РЭ-202-эзаном стали как бы
вершинами трехгранной пирамиды, внутри которой висела Снежная
планета.
Никто не вспоминал о споре. Александр работал увлеченно. Он
даже сделал расчеты, которые касались одного из искусственных солнц.
Свое солнце было у каждого, кроме Кара, который взял на себя общий
расчет и управление.
Когда кончился последний день работ, экипаж "Магеллана"
собрался в ущелье, где была поставлена станция управления.
- Ну... боги, создающие весну... - излишне серьезно сказал Кар.
- Давай, - шумно выдохнул Таэл.
- Давать?
- Давай.
Дали сигнал.
Три экрана ослепительно вспыхнули. Потом проступили на них горы
и нагромождения льда, освещенные двумя или тремя солнцами. Четвертый
экран бесстрастно белел непрозрачной поверхностью.
- Мое,- сказал Снег.
Четвертое солнце не зажглось.
Неизвестно, что случилось. Вероятно, была нарушена система
магнитных регуляторов. Может быть, достаточно было малейшего толчка,
удара метеоритапесчинки, чтобы солнце вспыхнуло через несколько
секунд. Но много ли шансов, что в ракету попадет метеорит?
- Что за беда? Останется ледяная шапка, как когда-то в
Антарктиде... Черт возьми, а ведь получится даже здорово: снежное
плоскогорье имени Снега! - воскликнул простодушный Ларсен.
- Получится великолепно, - сухо сказал Александр.
Все неловко замолчали. Никому, конечно, не могло прийти в
голову, что Снег нарочно сделал неправильный расчет. Но нужно же
было так случиться, что именно его подстерегла неудача.
- Я поднимусь на ракете и реактивной струей разобью систему
регуляторов, - негромко и твердо сказал Снег, когда они вернулись на
"Магеллан".
- Ложимся спать,- предложил Кар.
- Ларсен, считай!- крикнул Снег.- Я докажу, что это возможно.
- Лечь спать?
- Разбить сдерживающую систему регуляторов и успеть уйти от
вспышки.
Ларсен послушно сел за клавиатуру электронного мозга.
1 2 3 4 5