А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Но почему
Роман и по сей день не решается назвать высокопоставленного сексота? А не
тот ли это покровитель, по настоянию которого генеральный директор
"Транзистра" Закалюк, выражаясь словами Мирославы, "поставил на кадры"
бывшего подполковника милиции Корзуна? Спрашивать об этом Романа
бесполезно. Леонид и подавно не скажет. Но есть человек, который не сможет
отрицать свое знакомство с этим таинственным субъектом.
Олег понимал, что может нарваться на крупную неприятность, но и
медлить он не имел права. Судя по всему, та история не осталась в былом, и
появление в городе бывшего следователя Савицкого обеспокоило кое-кого не
меньше, чем миссия вице-президента холдинговой компании Савицкого
обеспокоила руководителей объединения "Транзистр". А еще похоже, что оба
этих беспокойства испытывают одни и те же люди...

22
Когда-то заместитель начальника Сосновского городского управления
внутренних дел Владимир Антонович Сероштан покровительствовал следователю
того же управления Олегу Савицкому, чей дядя, в свою очередь,
покровительствовал Владимиру Антоновичу.
Молодого следователя вначале смущало, а со временем стало раздражать
нескрываемое расположение заместителя начальника управления, в котором он
не очень-то нуждался. При малейшей возможности Олег уклонялся от
приглашений Сероштана съездить с ним на рыбалку, охоту, принять участие в
проверках подведомственных подразделений, уже зная по опыту, что и
рыбалки, и охоты, и проверки неизменно завершались пьянками, которые
готовились и оплачивались подчиненными. Неприятен ему был и сам Сероштан,
уже в те годы немолодой тучный человек с глазами-буравчиками на обрюзгшем
лице, мастак разглагольствовать о чести и достоинстве работников советской
милиции и в то же время без зазрения совести взимающий дань с
проштрафившихся или рассчитывающих на его покровительство подчиненных.
После трагедии на Городокском шоссе, Сероштан повел себя по отношению к
Олегу неоднозначно: вначале, как доходили до Олега слухи, настаивал на
немедленном увольнении проштрафившегося следователя, склонял и спрягал его
имя на всех совещаниях, но после того как Петренко прекратил уголовное
дело, Владимир Антонович изменил свое мнение - стал сочувственно
поговаривать уже на других совещаниях о том, что такое, дескать, может
случиться с каждым - все под Богом ходим, и нельзя отворачиваться от
попавшего в беду товарища. Как-то даже навестил Олега в госпитале, принес
яблоки, груши из своего сада, приободрил, сказал, что наказание - без того
нельзя - будет смягчено: лейтенанта Савицкого понизят в участковые, но
через непродолжительное время, когда улягутся страсти, возвратят в
госуправление, где ему будет предоставлена нехлопотливая, но перспективная
должность. Однако все решилось иначе. С тех пор Олег не встречался с
Сероштаном...
Спортивный бассейн "Динамо" был таким же, каким его помнил Олег -
большущий куб из давно немытого стекла, выщербленного бетона с гулким
резонансом внутри, что разносил по всему зданию команды, наставления,
свистки тренеров, выкрики болельщиков, всплески воды, рассекаемые телами
пловцов, гомон детворы, барахтающейся в "лягушатнике".
А вот спортивно-тренировочный зал был уменьшен наполовину, за счет
чего появился новый директорский кабинет и приемная.
Черноволосая восточного типа женщина в тренировочном костюме стояла в
приемной у одного из письменных столов, разговаривала по телефону. Что-то
в ее осанке, голосе показалось Олегу знакомым, но, только когда она
окончила разговор, повернулась к нему и удивленно вскинула густые,
сходившиеся на переносице брови, узнал ее.
- Зульфия! Вы ли это?
Они не виделись много лет, а их старое знакомство было не таким уж
близким и продолжительным, чтобы сейчас обращаться друг к другу на "ты".
Зульфия расплылась в улыбке, шагнула навстречу, протянула узкую
длиннопалую руку, крепко, по-мужски, пожала кисть Олега.
- Что, не узнаешь? Такая страшная стала?
- Что вы, Зульфия! Отлично выглядите. Разве что повзрослели немного.
Она рассмеялась, показывая безукоризненно белые, ровные зубы.
- Болтун! Я уже бабушка... Когда успела? Это моя доченька
постаралась. Впрочем, у нее был заразительный пример: я произвела ее на
свет в те же семнадцать лет. Не знали, что я мама со стажем? Признаюсь, в
свое время скрывала этот довесок от ухажеров, чтобы не отпугивать их. Но
напрасно: замуж так и не вышла. А вы как, где, что? Рассказывайте.
Они еще обменивались вопросами-ответами, когда из директорского
кабинета вышел Сероштан. Роман ненамного преувеличил размеры его живота,
что выступал арьергардом по отношению к другим, тоже достаточно массивным,
частям тела. Маленькими у него были только глубоко посаженные глаза. Но
глядели они по-прежнему неприятно-пристально, вонзаясь в лицо собеседника
сверлящими буравчиками.
- Это кто тут кадрит моего боевого зама? - раздвигая в гримасе-улыбке
прочерченные склеротическими жилками барханы щек, пробасил он. - Батюшки
мои, кого я вижу! Никак Савицкий. Тот самый Савицкий-младший, который
когда-то смущал всех девиц горуправления МВД, но так и не осчастливил ни
одну из них. Ну, здравствуй, Олег... если память мне не изменяет -
Николаевич. Слышал, что стал ты крупным бизнесменом, большими капиталами
ворочаешь. Молодец! И вид у тебя отличный... Ты ко мне? Я так и понял.
Зульфия Рашидовна не назначает здесь свиданий мужчинам со стороны, только
своим.
Зульфия бросила на него сердитый взгляд, но тут же презрительно
скривила губы, давая понять, что считает ниже своего достоинства отвечать
на хамство. А Олег отметил, что его визит не удивил отставного генерала,
хотя тот пытался разыграть удивление.
В директорском кабинете, где вдоль стен стояли шкафы с открытыми
полками, уставленными разнокалиберными призовыми кубками, вазами,
бронзовыми и чугунными фигурками спортсменов и спортсменок, Сероштан
усадил Олега в глубокое кресло, обтянутое лоснящейся кожей, сам утонул в
другом, предложил гостю фанту, попросил налить стакан и себе.
Попивая из толстостенного хрустального стакана приторную тепловатую
воду, Олег сказал, что в городе находится второй день, от общих знакомых
узнал, что Владимир Антонович оставил свою высокую, но хлопотливую
должность и перебрался сюда, где работа намного спокойнее, а сотрудники
симпатичные. Затравка была рассчитана верно, и Сероштан стал жаловаться на
главу областной администрации Мельника, еще недавно ничего из себя не
представляющего доцента Политехнического института, в прошлом году
выдвинутого на высокий пост демократической партией. Оказавшись в
губернаторском кресле, Мельник возомнил, что он уже Царь и Бог, стал
разгонять старых опытных руководителей, тащить под свое крыло дружков.
Минувшей осенью, придравшись к сущему пустяку, настоял на освобождении от
должности генерала Сероштана, которого отправил на пенсию.
По словам Владимира Антоновича, новоиспеченный губернатор сам не без
греха: несколько лет назад едва не угодил на скамью подсудимых за
спекуляцию автомобилями иностранных марок, что теперь ставит себе в
заслугу, представляясь бескорыстным пионером рыночных отношений, которого
травили коммунисты.
- Что он за пионер и каково его бескорыстие проиллюстрирую только
одним примером, - жестом велев Олегу снова наполнить его стакан, продолжал
Сероштан. - Не прошло и года, как он из грязи выбился в князи,
организовал, понимаешь, себе и своему спонсору командировку в Австрию. А
чтобы в дороге не скучать, они с собой двух дамочек прихватили. Но это еще
не криминал - секретуток казна и раньше оплачивала. А вот назад прикатили,
как говорят циркачи ву-а-ля, на двух "мерседесах". В славный город Вену
поехали на зачуханной "Волге", выпуска одна тысяча девятьсот затертого
года, а назад, понимаешь, прикатили с шиком на "мерседесах".
Сероштан бросил на собеседника хитроватый взгляд, приложился к
стакану, стал неторопливо прихлебывать фанту.
Олег понял, кого он имеет в виду под спонсором Мельника, чему не
удивился - этого надо было ожидать. Не совсем понятно другое: почему
Сероштан уверен, что информация, которой он располагает, заинтересует
вице-президента компании "Скиф-Холдинг". Хотя и это можно объяснить: Пашка
Кривошапко поделился своими заботами с тестем, а тот решил использовать
ситуацию в своих интересах. И хотя Олег не ожидал, что отставной
милицейский генерал затронет эту тему, выслушать его не мешало.
- А мне этот сукин сын поставил в вину дачу, которую я вот этими
руками на свои трудовые пять лет строил в поте лица своего, - опорожнив
стакан, продолжал жаловаться хозяин кабинета. - Злодея, понимаешь, нашел!
И вот теперь генерал Сероштан лягушатами в бассейне командует. А им
помыкает небезызвестная тебе среднеазиатская русалка, которая считает, что
не она мне, а я ей - великой пловчихе, должен подчиняться, и что вообще,
если бы не она, я остался бы без куска хлеба. Мания величия, свойственная
бывшим чемпионкам и невостребованным в постоянное пользование красоткам.
Ну да хрен с ней! К слову, она это по-прежнему любит, так что имей в
виду... Вот такие у нас пироги, Олег Николаевич. А тебя какая нужда
привела ко мне? Если скажешь, что заглянул просто так, поглядеть на
старика, не поверю.
Легенда у Олега была готова. Бывшего лейтенанта милиции Савицкого
многие годы угнетало сознание, что в родном городе его считают пусть
невольным, но все-таки убийцей капитана Тысячного. Поэтому он вынужден был
уехать из Сосновска и долгое время не возвращался сюда. Но недавно ему на
глаза попалась местная газета, где упоминалась печальная история на
Городокском шоссе и содержалось утверждение о его невиновности. Однако
фамилия в газетной статье не приводилась, да и сама статья еще не
оправдание. Вот он и пришел к умудренному жизненным опытом человеку,
которому известны все обстоятельства той истории, чтобы посоветоваться:
стоит ли требовать пересмотра прекращенного одиннадцать лет назад
уголовного дела? Его смущает одно обстоятельство: добиваясь моральной
реабилитации, он тем самым подставит бывшего старшего оперуполномоченного
городского уголовного розыска Романа Корзуна, который доводится ему
свояком и отношения с которым он не хотел бы портить.
- Не хотел бы портить! - подхватил последнюю фразу Сероштан. - Смотрю
я на тебя, Олег Николаевич, и диву даюсь, вон седина на висках уже
пробивается, а рассуждаешь все еще, как мальчик в коротких штанишках. Да
твой свояк, а я его получше твоего знаю, всегда был и остался сукиным
сыном. Много говорить не буду, могу показаться необъективным, возьму
только твой пример. Хочешь знать, почему тогда все сикось-накось
получилось?
Если верить Сероштану, после того, как было решено организовать
засады на Киевском и Городокском шоссе и туда отправились оперативные
группы, к одной из которых примкнул следователь Савицкий, его - Сероштана,
предупредили, что по Городокскому шоссе в сторону госграницы вскоре
проследует транспорт с грузом особой важности. Конечно, подобные
предупреждения делаются не в последние минуты, полагается заранее все
обсудить, разработать и принять меры к недопущению инцидентов, обеспечить
беспрепятственное продвижение спецтранспорта.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41