А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

В потоке снисходительных слов не было ни малейшего намека на то, что его жизнь недавно была иной; ни разу в его словах не промелькнула хотя бы тень благодарности Ронни. Он был очень доволен решением своего мецената поставить пьесу, но его беспокоило, смогут ли американские артисты достойно сыграть свои роли.
Для себя, Филлис и Норы он был великим Базилем Лейгтоном, удел которого был так же неизбежен, как полет кометы.
Невольно я начал поддаваться общему настроению. Может быть, они правы, и он на самом деле гений? Но я был рад, что не довожусь ему зятем. Когда я уходил, Нора проводила меня.
– Как хорошо, что вы пришли.
– Я посетил вас с удовольствием, – ответил я. – Но в следующий раз я все-таки хотел бы иметь возможность поговорить с вами.
– Со мной? – искренне удивилась она. – Я надеюсь, что Филлис была вежлива с вами? Она очень робкая.
– Это основная черта ее характера?
Я хотел дать ей возможность высказаться, но она скромно ответила:
– Филлис – необыкновенный друг. Если бы не она, Бог знает что случилось бы с нами.
– Зато сейчас все прекрасно.
– Да, конечно.
– И этой переменой они обязаны вам.
– Мне? Почему?
Нора, очевидно, не собиралась говорить об этом, а я не хотел быть навязчивым. Она дотронулась рукой до двери. Я уже много лет не видел у женщин таких натруженных рук. В душе я почувствовал жалость к этому скромному измученному человеку. Я позавидовал Лейгтону, что у него такая хорошая жена.
– До свидания. Вы еще к нам придете, правда?
– Охотно! – ответил я.
Дома дверь мне с недовольным видом открыла Лера.
– Билл вернулся, – сказала она. – Насовсем.
Билл лежал на диване в столовой и курил. Увидев меня, он лениво поднялся. Я думал, что он растерян и его голова полна беспокойных мыслей о Жанне Шелдон и Риме. Но на самом деле все оказалось не так.
Билл был суетлив, несколько робок, но очень мил. Он решил, что поездка в Рим бессмысленна и что наши отношения пора уладить.
– Не знаю, что со мной произошло. Папа, я на самом деле не хочу быть «трудным ребенком». Давай покончим со всей этой историей? Ведь писать я могу с таким же успехом и здесь.
Я не успел ничего ответить, как позвонили в дверь. Лера пошла открывать, и в комнату вошли Ронни и Жанна в вечерних туалетах.
– Извини, что мы так неожиданно ворвались к тебе, старина, но мы идем на очень скучный прием. Я решил заглянуть к тебе и сообщить последние новости. Из Джорджии позвонила Гвендолен Снейгли. Она закончила книгу. Ты понимаешь, что это значит?
Я очень даже хорошо понимал. Она была такого же высокого мнения о себе, как и ее поклонники-критики. Всегда, когда она заканчивала книгу, Ронни, в которого она по-своему была влюблена, должен был ехать в Джорджию разбирать страницу за страницей ее новое величайшее произведение. Эта работа продолжалась обычно две недели. Ронни беспомощно улыбнулся.
– Ты знаешь эту мадам Снейгли, старина. К ней нельзя везти молодую красивую жену. Один взгляд на Жанну, и она бросит якорь у Гарпера. Поэтому я и пришел. Ничего не поделаешь! Завтра утром я еду в Джорджию.
– Слушай, Билл, – продолжал он, – Базиль по уши ушел в работу над своей новой книгой, поэтому Нора и Филлис тоже заняты сверх меры, и Жанне придется одной слоняться по дому. Какие у тебя планы на ближайшее время? Может быть, ты найдешь время, чтобы показать Жанне город?
Билл был крестником Ронни и ровесником Жанны. Поэтому предложение Ронни было вполне естественным, но у меня в душе снова возникли плохие предчувствия. Ни он, ни она даже не обменялись взглядом, но румянец на лице Жанны и равнодушие Билла, с которым он рассматривал свои ногти, возбудили во мне подозрения. Не слишком ли это показное равнодушие? Затем это неожиданное возвращение домой. Неужели перемена в Билле была только каким-то маневром? Может быть, между ними что-то есть? Жанна ведь могла сообщить ему по телефону, что Ронни уезжает. Стыдясь своих подозрений, я смотрел на эти молодые создания. Ронни ждал от Билла ответа.
– Ну как? Можешь ты это сделать? Я был бы тебе очень признателен.
– Конечно, могу, – спокойно ответил Билл.
– Хороший ты парень! Покажи ей самое интересное: ночные клубы, Радиосити, остров Конвей – все чудеса современного города. Увы, я для этого уже стар.
– Хорошо, – согласился Билл.
Он даже не поднял глаз. Жанна не отрывала взгляда от своего мужа. Шелдоны собрались уходить. Ронни помахал мне рукой.
– Дорогие детки, до свидания! Молитесь за меня, когда я попадусь в лапы грозной Снейгли!
ГЛАВА 5
Обвинение Билла в сговоре с Жанной ничего бы мне не дало. У меня не было никаких доказательств, а полагаться только на свои подозрения глупо. И без того мои отношения с сыном были достаточно напряжены. Его возвращение домой могло быть вполне искренним. Я принял другое решение, как мне показалось, единственно правильное. В течение недели после отъезда Ронни я фактически отказался от работы и вместе с Петером и Ирис взял на себя обязанности развлекать Жанну.
Мы делали все, чтобы развлечь гостью. Каждый вечер приглашали Жанну в театр, а после – в ночные клубы и другие места, где она могла увидеть нечто новое для себя. Жанна покорно принимала нашу заботу, была тиха, вежлива и ни разу не дала нам понять, что предпочитает общество Билла. Она даже уделяла мне больше внимания, чем всем остальным. Я начал верить, что все мои подозрения – это следствие неврастении.
Но показывать красоты города в конце концов надоело. После шестой по счету веселой ночи Ирис сказала:
– Жак, дорогой, конечно, очень приятно показывать жене Ронни город, но если мы будем продолжать в том же духе, то я подложу под него бомбу! Спасибо, мой дорогой. Теперь мы с Петером будем спать целую неделю.
Вечером, после отказа Петера и Ирис сопровождать нас, Билл предложил поехать с Жанной на остров Конвей. Я тоже был полуживой, но все же решил держаться до конца. Я хотел пригласить в нашу компанию и Анни, но передумал и позвонил Норе Лейгтон. Она ответила испуганным голосом:
– Большое спасибо. Остров Конвей? Это вроде нашего Луна парка, да? Боюсь, что я для этого уже слишком стара. Кроме того, Базиль не любит, когда я ухожу из дома, а работает.
Пришлось мне одному ехать с Биллом и Жанной.
Мы спустились в метро. Жанна была очень оживлена и едва мы приехали, как нас подхватила толпа; при блеске юпитеров и звуках музыки лицо Жанны сияло, как у ребенка. Она дразнила меня и заражала своим весельем. Я потерял их на этой чертовой узкоколейке. Здесь было особенно людно и шумно. Я искал их больше часа и встретил совершенно случайно.
Они стояли у тира. На руке Жанны висела какая-то ужасная индейская кукла. Они стояли обнявшись и целовались так, как с самого сотворения мира не целовалась ни одна пара. Меня затрясло. Я подошел к ним.
– Билл, – позвал я.
Они опомнились. Лицо Жанны преобразилось. Билл захлопал глазами, вызывающе посмотрел на меня и демонстративно обнял Жанну.
– Я люблю ее, – просто сказал он.
– Вернемся лучше домой.
В вагоне метро никто из нас не произнес ни слова. Мы с Биллом проводили Жанну домой, а сами поехал на такси. Дома я налил себе выпить и предложил Биллу Он отказался.
– Может, все-таки выпьешь?
– Я не хочу.
Его глаза горели. Он посмотрел на меня так, словно я совершил преступление, потом сказал:
– Это не то, что ты думаешь. В этом нет ничего дурного.
– Откуда ты знаешь, о чем я думаю?
– Я только один раз ее поцеловал. Она никогда бы не позволила… Жанна никогда бы…
– Ты так хорошо ее знаешь? Откуда тебе известно, что она разрешила бы, а что нет?
– Мы ни разу не встречались. Тебя это интересует? Ты думаешь, что я втихомолку? Нет, это не так. Жанна не могла бы тайком… Это…
– Что это? Он отвернулся.
– Мы не сделали ничего плохого, – повторил он.
– Нет ничего дурного в ухаживании за женой Ронни?
– Ронни! Да кому он нужен?
– Мне, например!
– Тебе? Ну да, конечно! От смеха можно лопнуть! Ты собираешься все ему рассказать? – спросил он, усаживаясь на диван.
– Не вижу в этом смысла.
– Но ведь ты делаешь множество вещей, в которых нет смысла.
Обвинение было таким несправедливым, что меня охватил гнев. Но я сдержался. В настоящее время ссора не помогла бы.
– Нет смысла говорить об этом Ронни, потому что Жанну ты больше не увидишь.
– Почему?
– Потому что я запрещаю тебе это!
– Ты мне запрещаешь? Ты думаешь, что я еще ребенок?
– Конечно, нет.
– Но папа, ты не понимаешь… Я люблю ее.
Он любит ее! Ромео и Джульетта! Всепокоряющий огонь!
– Пару недель назад ты был влюблен в Сильвию Ример!
– В Сильвию? Ты с ума сошел! Если бы я мог… Я прервал его:
– Впрочем, что ты знаешь о любви? Он рассмеялся мне в лицо.
– Скажите, какой специалист нашелся. Ты и мать были образцовой парой, правда?
Я пришел в бешенство и уже не думал о том, что обязан ему помочь.
– Ты обещаешь, что перестанешь с ней встречаться? – спросил я.
– Да. Если она пожелает этого. Но если она мне позволит… Меня охватила ненависть к этой с виду робкой, тихой девушке, которую мой сын сделал богиней чистоты. Она не посчиталась с тем, что не прошло и месяца с тех пор, как она вышла замуж за человека, который вырвал ее из нужды и окружил роскошью.
– Не беспокойся, – сказал я ему. – Такая девица разрешит тебе любое свинство, какое только придет тебе в голову.
Он непонимающе смотрел на меня.
– Я ухожу отсюда, – решительно заявил он.
– Отлично!
– Сейчас же. И больше никогда не вернусь.
– Думаю, ты отлично справишься и без моей помощи.
– Без твоих паршивых пятидесяти долларов? Ты считаешь, что я так зависим от тебя? Не беспокойся, у меня есть друзья.
– Надеюсь, что они будут счастливы содержать тебя.
Он стоял в двух шагах от меня с крепко сжатыми кулаками.
– Ты… – прорычал он и вышел из комнаты. Парадная дверь глухо захлопнулась за ним. Я постоял минуту, потом сел на диван с рюмкой в руке.
«Вот так девушка», – думал я. Наконец я понял, что все это потому, что она дочь Лейгтона, не Норы, а именно Базиля Лейгтона, с божеским правом на все. Я позвонил Ронни домой. Я должен был это сделать, пока не остыл от гнева. Жанна тут же подошла к телефону.
– Жанна? – спросил я.
– Билл…
– Нет, это не Билл, а его отец. Я сейчас приеду к тебе.
– Нет! Прошу вас, не надо! – Она либо всхлипнула, либо делала вид, что всхлипывает. – Анни проснется. Я прошу вас, не приходите!
– Почему?
– Не сердитесь, мы больше не увидимся. Мне так стыдно…
– Ну, если стыдно…
– Я очень прошу, поверьте мне! – Голос ее дрожал, и мне стало жаль ее.
– Билл ушел из дому. Он поклялся, что придет к тебе.
– А мне все равно, что он сказал. Мы больше не увидимся. Я сама не знаю, как это случилось. Я вышла замуж за Ронни. Папа и Филлис говорили, что это прекрасно. И я так думала…
– Тебе сейчас лучше лечь спать, – посоветовал я.
– Я его больше не увижу. Вы мне верите?
– Да.
– Не говорите папе и маме. Их это убьет.
– Хорошо, не скажу. Спокойной ночи.
– Ко всем чертям все это, – в сердцах сказал я, ложась в постель.
ГЛАВА 6
На следующее утро Лера ни слова не сказала об уходе Билла. Я ожидал пространной тирады, но оказалось, что Лера может быть тактичной.
Я отправился в контору. Три дня я ходил на работу, возвращался к шести часам вечера и ложился в постель. Магги заметила, что что-то не в порядке. На четвертый день она пригласила меня на ужин.
Они с мужем жили где-то на краю света и поэтому никогда никого не приглашали. Это меня растрогало. Мне очень захотелось поехать к ним. Магги ушла с работы раньше, чтобы все приготовить. Около пяти я вернулся домой, переоделся и пошел в гараж за машиной. Ее не было.
Механик сказал:
– Машину взял ваш сын два часа назад, около трех часов. Вы что, об этом не знали?
– Да нет, я просто забыл, что разрешил ему.
Я вернулся и позвонил Ронни. Трубку взяла Филлис Брент.
– Да?
– Жанна дома?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18