А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Должно быть, эта ночь и стала решающей. Как закадычные друзья, они вместе пообедали и вместе отправились прогуляться. Может, Селлерс сам все спланировал, собираясь показать Вардону то, что у него есть на руках. Но все это время Вардон понимал, что критический час близится, и тщательно готовился к нему. Он должен быть во всеоружии. Никакой импровизации. Он заранее обзавелся оружием. Ему нужна машина, в которой он доставит труп Селлерса туда, где его должны найти. Он подготовил послание от похитителей. И к вечеру должен быть в полной готовности. Пусть Селлерс считает, что все козыри у него на руках — вплоть до того момента, когда почувствует у виска холодную сталь оружия. Слишком поздно торговаться. Слишком поздно договариваться.
Остановившись на середине квартала, Питер вытер платком взмокшее лицо. Его охватило страшное возбуждение. Он поверил! И вместе с уверенностью пришла безграничная ярость. Во время процесса Ллойда он испытывал неприязнь и презрение к сенатору Вардону. Он не сомневался, что Вардон выиграл это сражение за счет жульничества и политических махинаций. Питер испытывал глубокую симпатию к Ллойду, может даже, большую симпатию, чем к Лауре. Но сейчас он чувствовал нечто иное, не только желание пресечь эти мерзости. Произошло убийство, которое затмило для большинства людей то, что случилось с другими участниками драмы, не имеющими к этой истории никакого отношения. Лауре, Бобби и Тиму угрожала смертельная опасность, и они оказались в беде из-за этого инсценированного похищения. Двадцати восьми заключенным, часть из которых действительно была виновна в серьезных преступлениях, не избежать страшной кары, обращение с ними в тюрьме станет невыносимым. Им придется жить в ожидании бессудной расправы. И все для того, чтобы спасти гнусную, жалкую душонку Вардона.
В первый раз в жизни Питер почувствовал, что хочет «достать» кое-кого. Он хочет достать Вардона и распять его на дверях амбара — всем на обозрение.

Из аптеки на углу Питер позвонил инспектору Бачу. Тот или примет теорию Рокки Джексона, или не купится на нее. Но даже если он отвергнет ее, он может помочь Питеру раздобыть данные, до которых без него будет трудновато добраться. Он должен знать марку и калибр пистолета, из которого убили Селлерса. Бачу не сложно будет узнать, имелось ли у Вардона такое оружие. Скорее всего, Питеру удастся убедить его проверить эти факты — хотя бы для того, чтобы Стайлс отказался от своих фантазий. Он может выяснить, пользовался ли Вардон в Нью-Йорке своей машиной. А если нет, то где брал машину напрокат. Ведь, как бы то ни было, где-то должен быть автомобиль с пятнами крови Селлерса в багажнике или салоне.
Питер набрал контактный номер инспектора. Ему ответил незнакомый голос и спросил, кто звонит.
— С вами связывались, мистер Стайлс?
— Нет. Просто я хотел узнать, что у вас нового.
— Пока ничего, — ответил голос. — Инспектор Бач на совещании с помощниками президента. Он просил его не беспокоить — разве что похитители выйдут на связь.
— В порту мне довелось узнать кое-что… кое-какие слухи, — сказал Питер. — Я хотел бы поговорить с Бачем, когда он освободится.
— Где вы будете?
— Сейчас я направляюсь в «Ньюсвью», — сообщил Питер.
Среди тех немногих, чьему мнению он доверял безоговорочно, первое место принадлежало Фрэнку Девери, его боссу. Кроме того, Девери был его ближайшим другом, а значит, он не высмеет его, какими бы надуманными ни показались его предположения.
Девери было не до смеха. Он безвылазно сидел в своем кабинете вот уже четырнадцать часов, дожидаясь, пока эта ситуация разрешится тем или иным образом. От усталости у него покраснели глаза. Девери сидел за своим столом, не прерывая Питера, пока тот последовательно излагал ему эту версию. Когда Питер кончил, Фрэнк, прежде чем заговорить, раскурил трубку.
— Вполне возможно, — наконец сказал он.
— Как ни странно, Джанет Блейдс пришла почти к таким же выводам — что похищение подстроено — еще несколько часов назад. Я ее высмеял, — признался Питер. — Но Джексон убедил меня. Кстати, почему ФБР разыскивает его?
— Ты не знаешь историю Джексона?
— Нет.
— Видишь ли, он из тех, кого мистер Эдгар Гувер называет «свихнувшийся мирник», — сказал Девери. — Он помог некоторым диссидентам из чернокожих перебраться из Гарлема в Канаду. Разгромил призывной участок в Гарлеме и на глазах у всех сжег их документы. Он подбивал людей к бунту, цитируя братьев Берриган. ФБР разыскивает его за уничтожение правительственной собственности, за избиение агентов, которые работали в Гарлеме под прикрытием. Гуверовский список «десяти самых опасных преступников» в наши дни включает в себя, наверно, сотню имен. Джексону вот уже больше года удается избегать ареста, и поэтому он для герра директора — сущее шило в заднице. Джексон заявил, что президент должен сидеть в тюрьме за ведение противозаконной войны и там же подобает находиться и мистеру Гуверу, ибо того интересуют лишь закон и порядок, а не справедливость. Рокки Джексон не пользуется особой популярностью, его идеи — тоже. Но он всегда старается помочь людям, попавшим в беду, чернокожим людям.
— Он только что оставил с носом двух ребят, скорее всего, из ФБР. Исчез через заднюю дверь заведения.
— Он давно уже привык скрываться через задние двери, расположение которых знает досконально, — хмыкнул Девери. — Его соплеменники считают его кем-то вроде черного Робин Гуда.
— Так что в открытую помогать он не может, — понял Питер. — Но намекнул, что может выйти на кого-то, кто поспособствует освобождению Лауры и Тима. Есть еще и Крамер с его особым подходом к Виктору Орселли.
Девери раскурил трубку, и клуб голубоватого дыма окутал его седую голову.
— Ты успокаиваешь сам себя, Питер, — сказал он. — На самом деле кроме того, что ты уже сделал для Лауры, ее мальчика и Тима Салливана, ты ничего больше сделать не можешь. Ты заставил трудиться на себя Уоллеса Крамера, ты включил в работу Рокки Джексона и мисс Блейдс. Что еще ты можешь сделать? Обыскать каждую комнату во всех домах в районе порта? Тогда мы увидимся лишь к следующему Рождеству! Есть только один надежный способ освободить твоих друзей. Найти сенатора Вардона, кем бы он ни был, преступником или жертвой. Если имеются подлинные похитители, то, когда их действительно крепко подопрет, они рано или поздно выйдут на тебя. Они ведь все еще надеются получить свои деньги и освободить своих приятелей. Но если, как мы с тобой предполагаем, никаких похитителей не существует…
— В поисках Вардона мне придется обыскать миллион домов в городе и опросить десять миллионов человек, — с горечью сказал Питер. — А этот сукин сын где-то спокойно сидит себе, пьет свой коньяк, слушает радио и думает, до чего легко поставить всю страну на уши.
— Ты начал действовать как репортер, когда явился к своему рекламному художнику и узнал о масках Хэллоуина. Продолжай и дальше действовать в том же духе. Джексон вывел тебя на след.
— Ты имеешь в виду Франсин Келлер, менеджера Селлерса?
— Может, она тебя и наведет на что-то. — Девери недовольно заворчал, обнаружив, что его трубка потухла. Эта чертова штука вечно подводила хозяина. — Я тут сижу на телефоне на тот случай, если позвонят «похитители». Отвечаю на звонки Бача. Я попрошу его заняться оружием и предполагаемым арендованным автомобилем. А ты будь на связи.
— То есть я еду в Вашингтон?
— Если нужно. Но хочу предложить тебе пари. Мисс Франсин Келлер в Нью-Йорке или на пути сюда. Предстоит организовать похороны. Там все и развернется.

Как выяснилось, Франсин Келлер остановилась в небольшом номере отеля «Алгонкин», менее чем в шести кварталах от здания «Ньюсвью». Девери, как всегда, оказался прав: мисс Келлер не могла не прибыть в Нью-Йорк ранним утром, как только стала известна история с похищением. Может, ее доставил Бач. Она должна была быть кладезем информации о Сэмюэле Селлерсе.
С помощью телефонистки «Алгонкина» Питер связался с ней из холла отеля.
— Да, мистер Стайлс?
Питер услышал низкий грудной голос, в котором чувствовалась бесконечная усталость. Он осведомился, можно ли подняться к ней. Он представился, и она сказала, что отлично знает, кто он такой. У нее нет возражений против встречи.
Если бы Питер внимательнее слушал Рокки Джексона, то встреча с Франсин Келлер не настолько удивила бы его. «Обаятельная женщина, — сказал Джексон, — которая отвечает и моему вкусу и вашему». Она предстала перед ним в неожиданном свете. Джексон сказал, что ей где-то около сорока. Питер увидел женщину в расцвете, которая не имела возраста. Женщины могут только радоваться, если сохраняют такую внешность к середине жизненного пути. Франсин Келлер была смуглой; ее фигура обладала выразительными девичьими формами. Единственными следами времени на ее лице с высокими скулами были тонкие, как птичьи лапки, морщинки в углах широко расставленных карих глаз. Они давали понять, что эта женщина обладает характером. Питер с трудом мог представить, что такая женщина была близка со столь грязным типом, как Сэм Селлерс, который орудовал своим пером, как ножом. «Что доказывает, — подумал он, — как ошибочно первое впечатление о человеке».
— Вы сказали мне по телефону, мистер Стайлс, что явились не для сбора материала, — начала она своим хрипловатым голосом. — ФБР предупредило меня, чтобы я не давала прессе никаких интервью. Так что, если с этим все ясно…
— Сегодня рано утром похитители предложили мне стать посредником в переговорах. Я оказался в самом центре этой игры, мисс Келлер. Если вы хотите получить подтверждение у инспектора Бача…
В уголках ее глаз мелькнуло болезненное выражение, и морщинки стали резче.
— Теперь меня больше ничего не интересует, мистер Стайлс. Осталось только желание увидеть, как эти мясники отправляются в газовую камеру.
— Понимаю. Я тоже этого хочу, мисс Келлер. Кроме того, я обеспокоен судьбой своих друзей, которые помимо своей воли оказались втянутыми в это.
— Миссис Ллойд и ее сын?
— Да… и еще мой друг журналист, который взялся разыскивать их.
— Ллойды — не те люди, к которым я питаю особую симпатию, мистер Стайлс. Они поставили Сэма в невыносимое положение, представив ложные свидетельства.
— Это утверждение для прессы, мисс Келлер, — сказал Питер. — И вы, и я — оба мы знаем, что доказательства были подлинными.
Она застыла на месте, в упор глядя на него. Затем взмахом руки пригласила Питера в одно из кресел у окна и показала на термос, стоящий на угловом столике.
— В нем кофе, — сказала она и села в дальнем углу дивана. Ноги у нее были более чем просто красивыми. Питер закурил.
— Я хочу открыть перед вами все карты, мисс Келлер. — Он затянулся. — Видите ли… Я не верю, что это на самом деле было похищением.
Она продолжала сидеть прямо и недвижимо, лишь прищурила глаза.
— Не было в том смысле, в котором нам его рисуют с прошлой полуночи. Я думаю, что вашего Сэма Селлерса где-то захватили против его воли, пристрелили и выкинули на обочину. Я думаю, что записка с требованием выкупа, телефонный контакт с так называемыми похитителями — все это лишь дымовая завеса.
— А сенатор Вардон?
— Думаю, именно сенатор Вардон убил близкого вам человека, мисс Келлер.
— Господи! — услышал он шепот. Она встала и направилась к термосу, но, сменив направление, подошла к телефону. — Думаю, мне нужно что-то покрепче, чем кофе. Что вы пьете, мистер Стайлс?
— Бурбон.
Она позвонила горничной и попросила доставить бутылку «Джека Дэниелса». Наблюдая за ней, Питер убедился, что она испытала потрясение, но далеко не такое сильное, какого он ожидал. Вернувшись к дивану, она снова села.
— Просто фантастическое предположение, — сказала она.
— Давайте не будем играть друг с другом, мисс Келлер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28