А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


– Ты знаешь, кто говорит, – начал я. – Деньги готовы?
– Да.
– Слушай внимательно. Выйдешь из дома в два часа ночи. За тобой будут следить. Сядешь в «роллс» и поедешь по шоссе вдоль Восточного берега. По пути увидишь мигающий фонарь. Не останавливайся. Проезжая мимо фонаря, выбрось сумку с деньгами. Затем направляйся к бухте Одиночества. Там найдешь машину дочери. Если деньги не меченые и ты не выкинешь какой-нибудь фортель, твоя дочь придет. Жди ее до трех часов. Если она не появится, поезжай домой. Мы приведем ее туда. Ясно?
– Я все понял. – Голос Марло даже не дрогнул.
– Вот так-то. В «роллсе» поедешь один. С того момента, как ты выйдешь из дома, за тобой будут следить. О дочери не волнуйся. Пока игра честная, с ней ничего не случится.
– Я понимаю.
Если он и волновался, то ничем не выдавал себя.
Я положил трубку, вышел из здания автовокзала, сел за руль «паккарда», закурил.
Меня била нервная дрожь. Если бы не две магнитофонные кассеты, которые могли защитить меня перед законом, я бы не решился довести до конца эту аферу. Но пленки, надежно запертые в банковском сейфе, оберегали меня от беды, а пятьдесят тысяч долларов, почти приплывшие мне в руки, помогли собраться с духом.
Я даже уверил себя, что все неожиданности остались позади. Рея правильно предсказала реакцию мужа. И мне казалось маловероятным, что он обратится в полицию после возвращения дочери.
Полиция, разумеется, поинтересуется у Одетт, где и когда она помяла машину. Но Марло хватит влияния, чтобы быстренько замять дело.
Я оглядел автовокзал. Несколько человек ждали автобуса. Никто не обращал на меня никакого внимания.
В самом начале второго на шоссе показались фары приближающегося автобуса. Он остановился у здания автовокзала. В салоне сидело человек двадцать.
Пассажиры начали выходить из автобуса. Тут я заметил Одетт, все в том же дешевом бело-синем платье, рыжем парике и солнцезащитных очках. Отойдя от автобуса, она огляделась по сторонам. Похоже, она тоже нервничала.
Я вылез из «паккарда» и направился к ней.
Вокруг сновали люди, кто-то ловил такси, другие обнимались со встречающими.
Одетт увидела меня и пошла навстречу.
– Привет, – сказал я. – Машина…
Тяжелая рука легла мне на плечо. Такая рука могла принадлежать только фараону. На мгновение я оцепенел. Затем обернулся с гулко бьющимся сердцем.
Широкоплечий, высокий мужчина лет пятидесяти улыбался во весь рот.
– Гарри! Как поживаешь? Каково тебе на свободе?
Я сразу узнал его. Тим Коули, корреспондент «Пасифик геральд», первоклассный журналист, частенько бывавший в Палм-Сити. До тюрьмы я регулярно играл с ним в гольф.
Костлявые пальцы панического страха сдавили мне горло. Я потряс его руку, шлепнул по плечу, отчаянно пытаясь сохранить самообладание.
Одетт молча стояла рядом.
– О… Тим! – выдавил я из себя.
– Я только что приехал. Ну, как ты?
– Неплохо. Рад тебя видеть.
Его острый взгляд скользнул по Одетт.
– Эй… у тебя очаровательная спутница. Представь меня, этакий ты невежа.
– Это Энн Харкаут, – ответил я. – Энн, познакомься с Тимом Коули. Он – знаменитый репортер.
Одетт слишком поздно почувствовала опасность. Она отступила на шаг, посмотрела на меня, затем на Коули и уже бросилась бежать, когда я поймал ее за руку.
– Энн – подруга Нины, – пояснил я Коули. – Она летела через Лос-Анджелес и останется на ночь у нас. – Мои пальцы вцепились в запястье Одетт. – А что ты тут делаешь, Тим?
– Как обычно, заглянул к вам на пару деньков. – Коули не отрывал глаз от Одетт. – Ты на машине, Гарри? Не подбросишь меня до центра?
– Извини, но нам в другую сторону. Нас ждет Нина. – Я повернулся к Одетт: – Машина на стоянке. Подожди меня там. – И я подтолкнул ее в нужном направлении.
Коули, подняв одну бровь, проводил Одетт долгим взглядом.
– Она так застенчива, что застывает от одного вида мужчины.
– Это точно. Она испугана до смерти. Что с ней?
– Боится мужчин. С Ниной она ладит, а меня просто бесит.
Вероятно, я нашел правильные слова, потому что Коули широко улыбнулся.
– Да, в ее возрасте такое бывает со многими. Чем ты теперь занимаешься, Гарри?
– Работаю у окружного прокурора. Нам надо где-нибудь посидеть, Тим, поговорить, а сейчас мне пора. Боюсь, как бы эта девочка со страха не снесла яичко.
– Хорошо. Я остановлюсь в «Плазе». Позвони мне.
* * *
– Что с тобой случилось? – спросил я, садясь за руль. – Почему ты стояла, как статуя?
Одетт повернулась ко мне.
– Он видел, что я говорила с тобой. Я подумала, что мне лучше остаться.
– Ну, по крайней мере, он не узнал тебя. В этом я уверен. Да не повезло…
– А что ты говорил о полиции? Я чуть с ума не сошла после твоего звонка. Откуда полиции известно о похищении? Или мой отец?..
– Нет, и я думаю, что он не обратится в полицию даже после твоего возвращения. Просто я кое-чего не знал.
Я рассказал Одетт о событиях последних дней.
– Теперь тебе придется объяснить помятое крыло, – закончил я. – Скажи, что помяла его, выезжая из гаража. Не знаю, как поведет себя Реник. Он, возможно, спросит, где ты была эти дни. Тогда ответишь, что это не его дело. Женщину никто не сбивал. Он это выдумал. Я не думаю, что он будет стараться припереть тебя к стенке, но ты должна быть готова к его вопросам.
– Все время у тебя какие-то неувязки. Почему ты не сказал мне о столкновении на автостоянке?
– Хватит об этом! – рявкнул я. Критиков мне хватало и без Одетт. – Твоя поездка прошла нормально? Ты все время находилась в номере и не гуляла по городу?
– Нет.
– Не забудь нашу версию похищения, на случай, если твой отец все-таки заявит в полицию.
– Не забуду.
К кабинке мы приехали без двадцати два. Я дал Одетт ключ.
– Иди в дом, переоденься и жди меня. Я вернусь в половине третьего.
Она взяла ключ и вылезла из машины. Я перегнулся через спинку сиденья и достал чемодан.
– Я буду тебя ждать, – внезапно она улыбнулась. – Осторожней с деньгами, Гарри.
– Не волнуйся, никуда они не денутся.
Одетт наклонилась.
– Поцелуй меня.
Я обнял ее за плечи и привлек к себе. Наши губы едва соприкоснулись, как она подалась назад.
– Как жаль, что ты женат, Гарри.
– Что делать. – Я пристально смотрел на нее. – Можешь не питать иллюзий. Жен я не меняю.
– Это я и имела в виду.
Я завел мотор.
– До скорого.
Она постояла, пока я разворачивался. В зеркало заднего обзора я видел, как она медленно идет к кабинке.
Место встречи с Марло я выбрал заранее. За густыми зарослями кустарника я мог спрятать машину, а из-за куста шоссе отлично просматривалось в обе стороны.
Я съехал с асфальта, выключил фары, вышел на дорогу, чтобы убедиться, что машина не видна. Затем зашел за куст, держа фонарь наготове, и стал ждать.
До приезда Марло оставалось еще десять минут, если он вышел из дому ровно в два часа. Я мог выкурить сигарету.
Я курил, сидя на корточках, а по спине бегали мурашки. Что, если Марло решил заманить меня в западню? Допустим, он возьмет с собой О'Рейли, бывшего полицейского, и при виде мигающего фонарика тот выпрыгнет из машины и бросится на меня?
Я пытался уверить себя, что Марло не станет рисковать жизнью дочери, но если он догадался, что похищение не настоящее? Допустим…
Тут я увидел далекий отсвет фар и втоптал окурок в землю.
Вот и все, подумал я. Еще несколько секунд, и станет ясно, угодил ли я в ловушку.
В лунном свете я легко различил марку приближающейся машины. Это был «роллс». Я подождал, пока он подъедет поближе, затем просунул сквозь куст руку с фонариком и начал нажимать и отпускать кнопку. По асфальту запрыгало мигающее пятно.
Машина поравнялась со мной, замедлила ход, Марло с усилием вытолкнул из окна туго набитый «дипломат». Он грохнулся на землю в десяти футах от меня. Набирая скорость, «роллс» помчался к бухте Одиночества.
Несколько секунд я сидел за кустом, уставившись на «дипломат», еще не веря, что деньги лежат у моих ног.
Красные задние огни «роллса» растворились в темноте. Я встал, подхватил с земли «дипломат», побежал к «паккарду». Я ликовал. Никогда еще деньги не доставались мне так легко. В мгновение ока я разбогател на пятьдесят тысяч.
* * *
Двадцать пять минут третьего я подъехал к кабинке. Поставив «паккард» на стоянку, я взял «дипломат» и вылез из машины. Стоянка была пуста. Меня это удивило.
«Где же Рея? – подумал я. – Она не могла прийти пешком. Тогда куда же подевалась машина?»
Вероятно, ей не удалось уйти из дому, сказал я себе. О'Рейли что-то заподозрил, и она задерживается. Впрочем, меня это не волновало. Ждать ее я не собирался. Я решил, что возьму свою долю, остальное отдам Одетт и поеду домой.
Я поспешил к кабинке. Света в окнах не было. Собственно, другого я и не ожидал. В столь поздний час зажженные окна могли вызвать ненужное любопытство. А Одетт, должно быть, сидела на веранде.
Но там я ее не нашел. Тут в мое сердце закралась тревога.
– Одетт, – позвал я.
Ответа не последовало. Тихонько жужжал кондиционер. Воздух, вырываясь из полуоткрытой двери, холодил мое разгоряченное лицо.
Я вошел в кабинку, закрыл дверь, положил «дипломат» на стол, зажег свет.
Со времени моего ухода в гостиной ничего не изменилось. Я вслушался в тишину.
– Одетт! – крикнул я. – Где ты?
Ответное молчание испугало меня. Может, она струсила и убежала? Или заснула, утомленная дорогой?
Я пересек гостиную и вошел в спальню. Мои пальцы нащупали выключатель. Вспыхнул свет.
Я успел облегченно вздохнуть, увидев, что она лежит на кровати лицом к стене. Ее черные волосы разметались по подушке. Рыжий парик валялся на полу.
– Эй! Просыпайся! Я привез деньги! – воскликнул я, и тут волосы у меня встали дыбом.
Что-то перекрученное, похожее на нейлоновый чулок, впилось ей в шею.
Нетвердой походкой я приблизился к кровати… Посиневшая кожа, вывалившийся язык… Я отшатнулся.
Одетт задушили!
Убийство!
Не отдавая себе отчета, я метнулся в гостиную, налил виски, выпил. Обжигающая жидкость привела меня в чувство.
Где же Рея? Я взглянул на часы. Без трех минут три. Почему она не приехала? Как мне узнать, приедет ли она?
После короткого колебания я потянулся к телефону и набрал ее номер.
– Резиденция мистера Марло, – ответил знакомый голос дворецкого. – С кем я говорю?
Мой звонок не вытащил его из постели. Вероятно, он дожидался возвращения Марло.
– Позовите, пожалуйста, миссис Марло, – попросил я. – Это мистер Хэммонд. Она ждет моего звонка.
– Извините, сэр, но миссис Марло спит. Я не имею права беспокоить ее.
– Но я должен поговорить с ней. Она ждет моего звонка.
– Очень сожалею, сэр. – В его голосе действительно слышалось сожаление. – Миссис Марло нездоровится. Доктор дал ей снотворное. Ее нельзя будить.
– Я этого не знал. Извините. – И я положил трубку.
Что происходит, спрашивал я себя. То ли она использовала болезнь как предлог, чтобы незаметно уйти из дому, то ли действительно заболела?
Я вытер платком потные ладони.
Марло уже давно ждет Одетт на стоянке в бухте Одиночества. Вот-вот он поедет домой. Как скоро он обратится в полицию?
И тут внезапная мысль пронзила меня насквозь. Две пленки в банковском сейфе уже не могли защитить меня. Ложное похищение – это одно, убийство – совсем другое. Полиция заявила бы, что мы поссорились и я убил ее из-за денег.
Я не мог оставить ее тело в кабинке. От него следовало срочно избавиться. Если Билл Холден найдет тело, он позвонит в полицию. Там поинтересуются, кто арендовал кабинку, и он назовет меня. Полиция, естественно, захочет узнать, ради чего бывший заключенный, не имеющий ни денег, ни работы, чуть не две недели арендует роскошную пляжную кабинку. Они прямо спросят, где я был прошедшей ночью. Тим Коули видел меня с девушкой. Я представил ее как Энн Харкаут. Полиция начнет расследование, и, как только выяснится, что никакой Энн Харкаут не существует, они тут же сообразят, что на автовокзале я встречал Одетт Марло.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25