А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Надо как — то добраться до берега озера. Тут, на льду, ровном, как баскетбольная площадка, самолет может гоняться за ними до скончания века, но в мягких сугробах на берегу он попросту увязнет. Значит, туда он не сунется, а сразу же взлетит.
Сейчас ночь, и заметить их с воздуха не смогут. Значит, цель игры — найти ближайший берег. Самолет снова нагонял их. Гроуфилд завопил: «Держитесь!» и опять отвернул вправо, но не так, как раньше. На этот раз он развернулся на сто восемьдесят градусов, зная, что вполне уложится в пределы радиуса поворота крылатого чудовища. Он увидел алое зарево над горящей усадьбой и крикнул Вивьен:
— Дайте мне знать, когда пожарище окажется точно у нас за спиной!
Гроуфилд заметил справа хвостовое оперение самолета. Тот был слишком неуклюж и не мог развернуться достаточно быстро. Гроуфилд стиснул зубы и начал описывать полный круг, стараясь при этом сохранить равновесие.
— Пожар за спиной!
Он резко кивнул и поехал по прямой. Самолет только начал разворачиваться.
— Отлично! Отлично! Отлично! — завопила Вивьен. — Они отстали! Ой, вы чудо, чудо, чудо!
— Перестаньте дубасить меня по голове! — гаркнул Гроуфилд. — Держитесь, а то опять вывалитесь!
Девица вцепилась в Гроуфилда, а он — в поручень. Фара снова осветила их, но теперь это был даже не свет, а далекий серый отблеск. Гроуфилд улыбнулся, вглядываясь в мчащуюся на них стену мрака. Теперь он знал, как совладать с этим Голиафом. Чем больше махина, тем она неповоротливее. Самолет может догнать их снова, но тогда Гроуфилд опять проделает тот же трюк и оставит преследователей с носом. А рано или поздно отыщет этот чертов берег. В конце концов, в мире нет ни одного озера без берегов. Даже океаны — и те не безбрежны.
— Он опять приближается! — заорала Вивьен.
— Знаю! Я вижу свет!
На этот раз Гроуфилд подпустил самолет совсем близко, настолько, что почувствовал затылком, как сотрясается воздух. Теперь он развернул снегоход так резко, что тот проскочил под закрылком самолета. Их даже не занесло. Гроуфилд понял, что перехитрил преследователей. И тут Вивьен крикнула:
— Они больше не гонятся за нами!
Гроуфилд рискнул оглянуться. При этом он едва не потерял равновесие. Девушка была права: самолет с ревом несся прочь. Он набирал скорость и теперь, казалось, сам пустился наутек. — Они сдались! — воскликнула Вивьен, колотя Гроуфилда кулаками по плечам.
— Нет! Хватит меня тузить, держитесь!
Он понял, что задумали эти подонки. Не умеют проигрывать, гады, так и норовят испортить удовольствие. Сейчас поверженный Голиаф поднимется, возьмет меч и копье и опять вступит в бой.
И что тогда?
На этот раз Гроуфилд развернулся так резко, что снегоход едва не опрокинулся. Он устремился следом за самолетом и увидел, как тот поднимается в воздух. Фара самолета так и не осветила берег озера. Черт возьми, не океан же здесь! Или, может, они мчатся в Исландию? Господи, положи этому конец. Гроуфилд пригнулся, словно хотел подтолкнуть снегоход, и Вивьен вцепилась в него. Так они и ехали, голова к голове. Меховая опушка ее шапки щекотала Гроуфилду щеку.
— Что они замышляют? — крикнула она.
— Сейчас увидите!
Самолет взмыл ввысь. Тяжеловесности, неуклюжести и неповоротливости как не бывало. Теперь он попал в родную стихию, а значит, стал проворным и смертельно опасным. Гроуфилд быстро посмотрел вверх, увидел, как самолет набирает высоту, описывая круги, и понял, что через несколько секунд начнется пикирование.
— Скажите мне, как только они пойдут вниз! — крикнул он.
— Они что, приземлятся прямо на нас?
— Только в том случае, если им нечего на нас сбросить, милая.
Вивьен не нашлась, что ответить на такое заявление. Но несколько секунд спустя прокричала:
— Они снижаются!
— Держитесь! — взревел Гроуфилд и пустил снегоход зигзагами.
— Они стреляют!
Взгляд Гроуфилда был устремлен вперед. Он снова увидел свою тень перед носом снегохода. Свет фары становился все ярче. Гроуфилд то и дело уворачивался от луча, но тот опять настигал его. Наконец Гроуфилд почувствовал, что медлить нельзя больше ни секунды, и круто свернул влево. Самолет промелькнул в каких — то двадцати футах над головой, и позади снегохода раздался взрыв. — Прекрасно! — закричал Гроуфилд. — У них ручные гранаты!
Он снова повернул направо и наддал ходу.
— Что мы можем сделать? — жалобно воскликнула Вивьен.
— Помолиться, чтобы берег оказался недалеко!
— Они заходят на второй круг! Дайте мне автомат, я их собью!
— И не вывалитесь при этом сами? Бросьте!
— Но они прикончат нас!
— Даже не верится!
— Вот они! Ой, вот же они!
Черная мгла впереди сделалась серой. Становилось все светлее, а четкие тени впереди быстро укорачивались. Гроуфилд резко затормозил, и Вивьен едва не перелетела через его голову. Он всем телом подался назад, чтобы не дать ей выпасть из снегохода. Самолет с ревом пронесся у них над головами, и раздались два взрыва. Впереди, слева и справа, взметнулись снежные смерчи. А если бы Гроуфилд повторил тот же маневр, что и в прошлый раз, одна из гранат наверняка угодила бы в снегоход.
— Предупредили бы, что тормозите! — проблеяла Вивьен.
— Не успел. Держитесь. — И он опять помчался вперед.
На этот раз, прежде чем самолет набрал высоту, Гроуфилд разглядел при свете его фары какую — то неровность на пути. Заснеженный склон. Берег. Долгожданный берег. Ну, наконец — то!
Самолет пошел вверх, отвалил в сторону, и свет исчез.
Гроуфилд заорал:
— Ради Бога, держитесь крепче! Через минуту мы врежемся в берег!
— Я держусь!
— Видите, там позади привязан автомат?
— Вижу ли я? Да он уже минут десять насилует меня своим дул ищем!
— Когда остановимся, хватайте его и отбегайте влево. Если самолет попрет на нас, изрешетите его пулями.
— С удовольствием!
— Попытайтесь добраться до…
Снегоход врезался в берег и высоко подпрыгнул. Гроуфилд выпустил поручень, руки Вивьен сорвало с его плеч. Голова, руки и туловище Гроуфилда полетели вперед, а ноги зацепились за снегоход. Он тяжело рухнул в сугроб, откатился вправо, а снегоход проехал по его ступням и отправился своей дорогой. Гроуфилд пытался сорвать с плеча автомат, и в конце концов ему это удалось. Опять стало светлее. Гроуфилд не знал, куда отлетела Вивьен. Он хотел крикнуть ей, чтобы стреляла по фаре, но не знал, удалось ли ей схватить второй автомат. Он даже не знал, лишилась она чувств или нет.
Ну, да делать нечего. Гроуфилд приподнялся и увидел ослепительно — белое пятно света в черном небе. Оно неслось прямо на него. Гроуфилд хоть и был актером, но сейчас не испытывал ни малейшего желания кланяться публике. Он прицелился и начал палить. Пятно света стремительно приближалось, но вдруг погасло.
Гроуфилд сжался в комочек, понимая, что возмездие не заставит себя ждать. Он постарался поглубже зарыться в снег, но граната бабахнула совсем рядом и сделала за Гроуфилда то, чего не смог сделать он сам. Взрыв вбил его в сугроб, и у Гроуфилда во второй раз за сегодняшний вечер перехватило дыхание. Прошло несколько ужасных секунд. Он лежал, разинув рот, но тот, как и нос, был забит снегом, и Гроуфилду никак не удавалось вздохнуть.
Наконец дыхание вернулось к нему, хотя при этом страшно заболела грудь. А вот самолет, похоже, возвращаться не собирался. Гроуфилд перевернулся на спину, смахнул с ресниц снег и посмотрел вверх. Сначала он ничего не видел, но потом разглядел высоко в небе удаляющийся красный хвостовой огонь. Самолет уносился прочь. Казалось, его больше не интересовало такое ничтожество, как Алан Гроуфилд.
Он сел, чувствуя боль и онемение в разбитом теле, и позвал:
— Вивьен!
Стон. Гроуфилд поднялся на четвереньки.
— Постенайте еще, — попросил он.
Вивьен снова застонала. Он сориентировался и пополз в ее сторону. Вскоре его руки наткнулись на ткань. Он провел по ней ладонью и сказал:
— Вивьен?
— Эй, руки… — послышался слабый голос.
— В чем дело? За что я держусь?
— Пока за ляжку.
Гроуфилд похлопал девицу по бедру.
— Похоже, с вами все в порядке, — сказал он. — Сможете подняться?
— Завтра или послезавтра.
— У нас нет двух дней в запасе.
— Вы правы, — буркнула Вивьен и вдруг ударила Гроуфилда плечом в челюсть. — Простите, я пыталась сесть.
— Ничего страшного. — Он положил ладонь на плечо Вивьен и провел по ее руке. Наконец Гроуфилд нащупал перчатку, неловко встал на ноги и помог девушке подняться. Она на миг прильнула к нему.
— Как я измучилась.
— Надо найти снегоход, — сказал Гроуфилд.
— Да, — согласилась Вивьен, отстраняясь от Гроуфилда, но по — прежнему держа его за руку. — У меня есть фонарик. Можно его зажечь?
— Разумеется, ведь они улетели.
— Мне так и не удалось пустить в ход автомат, — сказала Вивьен. — Очень жаль. Все произошло так быстро.
— Не огорчайтесь, все устроилось наилучшим образом. Тонкий луч фонарика зашарил по неровному снегу. Озеро начиналось в каких — то шести футах сзади, а впереди, футах в десяти, валялся на боку снегоход, окруженный грудами одеял и консервных банок.
Вивьен так и не отпустила руку Гроуфилда, и он видел, что она смотрит на него; ее глаза поблескивали, отражая свет фонарика.
— Идите же, — согласилась Вивьен, но, когда Гроуфилд шагнул вперед, она так и осталась на месте, держа его за руку. Он удивленно оглянулся.
— Спасибо вам, — сказала Вивьен.
— Я спасал не только вас, — ответил Гроуфилд.
— Но ведь вы могли и не взять пассажира. Благодарю вас.
— Всегда к вашим услугам, — радушно ответил Гроуфилд.
Глава 22
Гроуфилд вздохнул, как довольный зверь, и выбросил пустую консервную банку. Дочиста отмыв руки снегом, он вытер их об одеяло и натянул перчатки.
— Вкусная штука, — заметил он.
— М — м — м, — ответила Вивьен.
Было так темно, что Гроуфилд совсем не видел ее.
— Что вы сказали? — спросил он.
— У меня выв фовный вот, — сказала Вивьен с полным ртом.
— О, — Гроуфилд хмыкнул. — Когда кончите есть, дайте знать. Поговорим. — М — м — м.
Они сидели рядышком в темноте, завернувшись в одеяла и прижавшись спинами к снегоходу. Попросив Вивьен посветить, Гроуфилд проверил машину и обнаружил, что она в исправности, потом опять собрал припасы и пожитки, вскрыл несколько банок и уселся перекусить и отдохнуть. Вивьен последовала его примеру.
Звезд вроде поубавилось. В одной стороне небосвод был совсем черный, ни огонька, а с трех других звезды хоть и остались, но мало, и света они не давали.
Усадьба стояла на дальнем берегу озера, и несколько освещенных окон были похожи на тусклые крошечные звездочки. Пожар кончился, алые сполохи больше не скрашивали черноту ночи.
— Да, — вдруг сказала Вивьен. — Вкусно. Уф — ф — ф…
— Доели?
— У меня руки липкие.
— Ототрите в снегу.
После короткого молчания Вивьен произнесла:
— А теперь мокрые.
— Промокните одеялом.
Опять короткое молчание. Потом:
— Прекрасно, — Вивьен тронула Гроуфилда за плечо. — Можно положить голову вам на плечо?
— А вы сможете вести беседу?
— Конечно. Вы хотели поговорить?
— Несомненно.
Вивьен прильнула к его плечу.
— Ладно, о чем говорить будем? — спросила она.
— О том, что тут происходит, — ответил Гроуфилд.
— А что происходит? Я сижу себе, прижавшись к вам, и все. Гроуфилд ничего не сказал. Вивьен подняла голову, и он готов был поклясться, что она пытливо смотрит на него впотьмах.
— Что, не смешно? — спросила девушка.
— Не смешно, — согласился Гроуфилд. — В основном потому, что я не знаю, скоро ли вернется этот самолет. Если он отправился не дальше того озера, с которого мы взлетели по пути сюда, то обернется за каких — нибудь два часа.
— Ну что ж, — проговорила Вивьен, — я не знаю, где канистры, и не в силах вам помочь.
— Сейчас мне не до канистр, — ответил Гроуфилд. — Давайте начнем издалека. Что это за сборище? Расскажите мне о Нем.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24