А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Он подобрал лютню, повесил ее на плечо и снова оглядел лежащего дракона. Могучая грудь Гримноша медленно, но ритмично поднималась и опускалась. Инстинкт подсказывал юноше бежать как можно скорее. Однако только что заключенная с Балиндаром сделка изменила его планы. Данила подошел к дракону, подобрал золотой бочонок и высыпал его содержимое в свою волшебную сумку. Сокровище исчезло без следа, и Арфист припустил по тропе, придерживая рукой подпрыгивающую на бегу лютню.
Путешественники собрались вместе только через милю. К тому времени, когда Данила присоединился к основной части отряда, трое перепуганных коней были пойманы и успокоены. Вартайн ожил благодаря неоднократным дозам весьма подозрительного снадобья из фляжки Зуда. Лицо Моргаллы после падения украшали синяки и ссадины, но в остальном мужественная девушка не пострадала.
Дан изумленно тряхнул головой и уселся на большой камень рядом с Моргаллой. Он обнял ее за сильные плечи и на мгновение привлек к себе.
– Хвала Вечной Кузнице, что ты дворф, – произнес он, используя термин из мифологии ее народа.
– Можешь признать, что я справилась, – отозвалась Моргалла и подмигнула Арфисту. – Громко и для всех.

* * *
Последние серебряные блики исчезли с поверхности Моря Мечей, и Причальный район Глубоководья стал таким же темным и опасным, как и прилегающее к нему море. Тем, кто хорошо знал город и хотел увидеть завтрашний рассвет, были прекрасно известны переулки, по которым лучше не ходить, и таверны, в которых в нагрузку к разбавленному элю предлагались опасные приключения. Городской патруль был весьма удивлен, обнаружив большое и шумное сборище на южной окраине доков, на пересечении улиц Доковой и Швартовой,
– Какие-то проблемы? – как можно вежливее спросила капитан патруля, что было довольно затруднительно, поскольку ей приходилось перекрикивать по крайней мере три дюжины рассерженных голосов.
– Я скажу!
Оратором решил выступить Зелдеран Гатель, глава совета бакалейщиков, и толпа стихла.
Наряду с другими занятиями гильдия бакалейщиков сдавала в аренду складские помещения всем желающим купцам. Вот и сейчас толпа собралась перед дверьми большого каменного строения под крепкой крышей на дубовых брусьях. Зимой здесь хранились запасы зерна. Все остальное время помещение использовалось купцами, привозящими экзотические товары для продажи на Летней Ярмарке.
– Это общественная собственность, и ответственность за охрану лежит на городских властях. Что вы собираетесь теперь предпринять?
Хор сердитых голосов эхом вторил речи мастера гильдии.
Капитан патруля задумчиво почесала подбородок:
– А что мы можем сделать? Этот район хорошо патрулируется. Мы обходим склады каждые двадцать минут.
– Тогда тот, кто опустошил это помещение, должен был бежать со скоростью вскипевшего молока, – проворчал дворф в, залитом элем переднике. – У меня там хранилось около сотни бочонков меда. Городу придется возместить убытки – вот и все, что я скажу!
– Город так всегда и делает. – Капитан достала из сумки маленький блокнот и карандаш. – Я составлю полный рапорт, – сказала она, записывая имя дворфа и его убытки.
Остальные придвинулись ближе, выкрикивая перечень утраченных товаров и требования принять меры. Через минуту все четверо патрульных скрылись из виду, поглощенные толпой нетерпеливых торговцев, отталкивающих друг друга локтями, чтобы заявить свои претензии. По всей видимости, они и не собирались успокаиваться.
Со стороны ближайшего перекрестка раздался стук копыт – на помощь патрульным подоспело подкрепление. Первый всадник заметил в центре толпы зеленую с золотом перевязь коллеги и не стал вдаваться в подробности. Размахивая крепким жезлом, он направил коня прямо в толпу на выручку окруженным патрульным и не скупился на удары тем, кто не слишком проворно отскакивал в сторону.
Возбужденные торговцы отхлынули в стороны. «Спасенная» женщина подняла голову и с ужасом взглянула на стражника. В ее руках не было другого оружия, кроме блокнота со списком понесенного ущерба.
Толпа замерла в напряженном молчании. Дворф, хозяин таверны, первым нарушил тишину. Поглаживая шишку от удара жезлом, он упрямо пробормотал:
– Городу придется возместить убытки – вот и все, что я скажу!

* * *
Волны стучали в деревянный настил и бросали в воздух тучи соленых брызг. Люция Тион шагнула назад и подобрала шелковую юбку, стараясь уберечь оборки.
– Где может быть этот Ходатар? – раздраженно спросила она.
– Он очень надежен, – заверил ее Ззундар Тул, украдкой бросая взгляд на стройные лодыжки, обнажившиеся в результате спасения юбки.
Загорелый до черноты и закаленный тяжелым трудом, Ззундар был моряком и сыном моряка, но он не хуже других мог определить и оценить даму из общества. По мнению Ззундара, из всех его привилегий как мастера гильдии моряков право встречаться с Люцией Тион была самой ценной. Леди славилась своими талантами купца и организатора караванов, была членом гильдии, а теперь стала еще и посредником между моряками и тритонами, помогавшими содержать в порядке гавань. Ради этого она и пришла сегодня к зданию конторы гильдии. Ззундар с удовольствием согласился сопровождать ее в подводный док, хотя и предпочел бы более романтическую обстановку для встречи.
Подводный док оказался не больше обычной цистерны. Он открывал проход, ведущий из подвала конторы гильдии прямо в море. Необщительный морской народ предпочитал как можно меньше встречаться с представителями человеческой расы, и этот узкий проход вполне их устраивал.
Поверхность воды заколыхалась и разошлась, обнажив блестящую, наголо обритую голову. Тритон частично высунулся из воды и оперся локтями на край настила. Дерзкий взгляд уперся в лицо Люции.
– Вот мои новости, – равнодушно процедил он. – Несколько судов, направляющихся в Глубоководье, сегодня днем подверглись нападению. Одно из них было захвачено пиратами, два других попали в лапы морских чудовищ. Ни один человек со всех кораблей не остался в живых.
Тритон быстро перечислил названия, имена владельцев и порты приписки каждого из судов, прочитанные на обломках затопленных кораблей.
– А грузы? – спросила леди Тион.
– Потеряны.
Ззундар побледнел, несмотря на свой загар.
– Названные тобой суда везли в Глубоководье товары для Летней Ярмарки! И ты говоришь, что ничего нельзя было спасти?
– Мы сделали все, что могли, – холодно заметил Ходатар.
На шее тритона вздулись жилы, выдававшие его гнев.
– Уверена, что вы старались, – поспешила успокоить его леди Тион.
Ее больше всего беспокоило неуважительное поведение тритона. Гарнет отзывалась о нем как о сговорчивом, хотя и не очень любезном типе, но Люции был противен наглый оценивающий взгляд его прищуренных сине-зеленых глаз. Женщина помолчала, словно прислушиваясь.
– Ззундар, что это за шум доносится с улицы? Ах, как я была глупа, что пришла в этот район в такой поздний час и без сопровождения! – пролепетала она, поднимая на него взгляд своих темных глаз.
Мастер гильдии нахмурился, стараясь уловить звуки, так расстроившие леди. Наконец он расслышал чьи-то голоса и стук копыт.
– Вам не о чем беспокоиться. Я все выясню и тотчас вернусь, – сказал он и пожал нежную ручку, стараясь успокоить аристократку.
Защитник слабой леди бросился вверх по деревянным ступеням, ведущим к выходу на улицу. Спустя минуту в подвале послышался стук тяжелой деревянной двери.
– Наконец-то, – едко заметила Люция. Когда она повернулась к тритону, на лице женщины не осталось и следов былой слабости. – Что ты скажешь мне о грузах?
– Они спрятаны в безопасном месте у Китовой Скалы, – ответил Ходатар. – За вычетом доли пиратов, конечно.
– Я же приказывала переправить груз в Орламбор! – воскликнула Люция. – В том районе у меня есть агенты, которые смогли бы позаботиться о товаре. А Китовая Скала – всего лишь приют тюленей да сплошные камни.
Взрыв ее эмоций ничуть не потревожил тритона, он только равнодушно пожал плечами:
– То, что будет невозможно продать в окрестностях Китовой Скалы, мелкими партиями будет отправлено в Аларон. У меня имеются связи с муншаезскими купцами. На твою долю придется приблизительно треть рыночной стоимости по меркам Глубоководья.
– Она должна быть намного больше, – запротестовала Люция. – Без полученной от меня информации твои пираты никогда бы не узнали ни маршрутов кораблей, ни их численности.
– Информация действительно очень ценная, – сухо подтвердил Ходатар. – Интересно, к примеру, сколько заплатит Ззундар, чтобы узнать, что суда пропали по твоему приказу?
Люция сердито прищурилась.
– Ты слишком самонадеян, тритон, – вкрадчиво произнесла она, сняла с пояса небольшой шелковый кошель и бросила его на доски перед Ходатаром. – Разве недостаточно того, что ты получаешь плату и от меня, и от Глубоководья?
Ходатар схватил кошель и нетерпеливо потянул за шнурок. При виде редких компонентов для заклинаний, которые он запрашивал в качестве оплаты услуг, на лице появилась улыбка удовлетворения.
– Колдовство – дорогое занятие, но в пучине моря оно стоит еще дороже. Как только я научусь им пользоваться, я стану правителем царства, перед которым отступят самые прославленные завоеватели!
Люция зевнула, деликатно прикрыв рот кончиками пальцев.
– Ходатар, ты меня утомляешь. Будущий рыбий царь не должен опускаться до вымогательства, – упрекнула она тритона, смягчив выговор мягкостью голоса. – По словам Гарнет, ты надежный союзник, и она позаботится, чтобы ты хорошенько изучил магию. Став волшебником, ты будешь ей еще полезнее. У меня есть талисман, который усиливает действие заклинаний.
Люция сунула руку в карман платья, но остановилась и прикусила нижнюю губу, словно сожалея о необдуманно сказанных словах.
– Вот только он может быть опасен для тех, кому недостает знаний, – задумчиво добавила она.
– Я с радостью рискну, – воскликнул тритон.
Он погрузился в воду, а потом мощным движением хвоста выбросил тело на доски, прямо под ноги леди Тион. Люция была готова к нападению. Из кармана вместо амулета появился изогнутый кинжал. Женщина вонзила лезвие в живот тритона и резким движением рассекла чешую и плоть, словно потрошила треску. Ходатар растянулся на деревянном настиле, его рот беззвучно открылся от удивления и боли, руки схватились за выпавшие внутренности.
Аристократка бесстрастно наблюдала за предсмертной агонией Ходатара. Как только вероломный тритон затих, она подошла к воде и смыла капли соленой жидкости, попавшие на ее одежду. Затем выпрямилась и запустила пальцы в элегантную прическу, после чего ее волосы превратились в растрепанную гриву. После всего этого Люция забрала свой кошель и бросила несколько монет на пол. Создалась видимость нападения тритона с целью ограбления, а его смерть стала следствием защиты слабой женщины.
Вернувшегося Ззундара встретили лихорадочные объятия и бессвязный лепет о том, что Люция не собиралась никого убивать. Она рыдала на груди моряка, позволила погладить себя по спине и произнести бессмысленные реплики насчет богов, судьбы и права женщины защищаться от грабителей и прочих подлецов. После достаточно долгого времени Люция подняла голову и одарила своего спасителя слабой улыбкой благодарности. Кроме того, не переставая плакать, она поведала, что не в силах остаться в одиночестве этой ночью.
Как и предвидела леди Тион, такой поворот событий настолько поразил мастера гильдии, что тот не стал задавать больше никаких вопросов.
Не стал он спрашивать и о том, откуда она могла узнать, что сильное подводное течение еще до утреннего прилива унесет тело далеко в море.
Ходатар сам рассказал об этом Гарнет, а Люция проверила информацию при помощи тела служанки Лариссы Неатал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46