А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Так продолжалось минуты две. Улыбка постепенно сходила с его лица, глаза потемнели, маленькие руки впились в подлокотники кресла, колдун весь сжался, его начало мелко трясти, он стиснул зубы, закрыл глаза и, наконец, с шумом выдохнул и, расслабившись, озадаченно проговорил:
— Кто вы?
— Я? — растерялся Егор. — Да так, никто, как все…
— Не лгите, — оборвал тот строго. — Зачем вы мне противодействуете?
— Да я ничего не делаю! — искренне возмутился Егор. — Я даже не смотрю на вас.
— Это вовсе не обязательно. Вы и вправду не знаете, что с вами происходит? — Он пронзительно впился в него глазками-буравчиками.
— Точно — не знаю.
Колдун облегчённо выдохнул:
— Тогда слушайте. В вашем биополе я вижу свежую заплатку. Такое ощущение, что кто-то проник в вас и закрылся изнутри и не хочет, чтобы другие об этом узнали. Он не даёт мне проникнуть в вас. Но кто-то, видимо, уже пытался это сделать совсем недавно, кстати. Но это все мелочи. Вы знаете, кто сейчас висит над вами?
У Егора все похолодело внутри. Он испуганно поднял глаза кверху, но никого не увидел.
— Н-нет, — пролепетал он.
— Рядом с вами в данный момент находится чей-то двойник, фантом Он кружит, как коршун, вокруг вас, и сдаётся мне, что ему нужен тот, кто спрятался в вас. Он чего-то ждёт, вынюхивает, но пока не может пробить защиту. Боюсь, что надолго её не хватит. Итак, что все это значит? Зачем вы пришли?
— А этот, как его, фантом, он не опасен для меня? — поёжившись, спросил Егор.
— Как вам сказать? Скорее он опасен для меня, потому что я могу ему помешать. А для вас он может быть опасен только как наблюдатель. Тот, кому он принадлежит, в данный момент знает, где вы находитесь, о чем говорите и так далее. Он пока лишь сторонний наблюдатель, но стоит ему проникнуть в вашу ауру — вы сойдёте с ума. Я уверен, что он не замышляет ничего хорошего. Между прочим, такая техника магии доступна очень немногим на Земле. Вы не чувствуете никакого дискомфорта в себе?
— Да нет вроде бы.
— А галлюцинаций пока не было?
— Что вы имеете в виду?
— Ну голоса разные в голове или видения наяву.
Егор не знал, можно ли рассказывать этому странному колдуну о своей беде или нет. А вдруг он тоже из них? Но тогда бы он знал и так. Нет, без помощи ему не обойтись.
— Нет, голосов не было, но была одна странная вещь. Меня закрыли в комнате, в которой не было дверей, как мне казалось. Но потом, когда я стал убеждать себя, что проход есть, то спокойно вышел. Это была галлюцинация?
— Конечно! — развеселился маг. — Галлюцинация — это не то, что мы сами хотим видеть, а то, что нас заставляют видеть, с помощью магии управляя нашим подсознанием. Это очень древняя магия, рождённая ещё в Египте, ей не одна тысяча лет, тут сотни поколений стоят за спиной вашего преследователя. Он не из Москвы, здесь таких нет, как, впрочем, и во всей России. В мире всего пять магов подобной квалификации, и их число никогда не меняется на протяжении всего существования человечества. Если к вам прилип один из них, то вам, честно скажу, хана. Можете прямо сейчас идти в психушку и просить, чтобы вас привязали к кровати и закрыли в обитой матрацами звуконепроницаемой комнате, где вам остаётся только ждать, когда он проникнет в вас, а это обязательно случится, вопрос лишь времени. Ведь в вашем положении главное, чтобы вы никого не убили и не искалечили, когда у вас начнутся эти галлюцинации наяву. Вам будут создавать вполне реальные ситуации, подключая образы давно умерших людей, которых можно пощупать или избить, и вы станете с ним бороться, будучи уверенным, что все происходит на самом деле…
— Постойте, но это мне уже говорили. У меня, как выяснилось, совсем не то. Понимаете, в эту игру вовлечены вполне реальные, живые люди, причём их довольно много и все разные. Одного, кстати, уже убили и теперь меня ищет милиция. Не может быть, чтобы все мои партнёры, милиционеры и вообще незнакомые люди оказались галлюцинацией! Тем более, как вы утверждаете, что в меня этот товарищ ещё не проник.
На этом месте колдун, как и ведьма из деревни, крепко задумался, а затем сказал:
— Я понимаю, что вы, наверное, дали слово, но, может, все-таки, посвятите меня в тайну? Даю гарантию, что помогу в любом случае — Да в этом ничего такого и нет, — вздохнул Егор. — Меня попросили подержать при себе чужую душу, а кое-кто хочет её отобрать.
— Значит, я не ошибся, в вас кто-то сидит. Но вы хотя бы отдалённо представляете себе, кто он?
— Только отдалённо. Это девушка, с которой я случайно познакомился. Она и попросила…
— Что вы о ней знаете?
— Ничего почти. Странно, что о ней никто толком не говорит, даже те, кто меня преследует…
— Что?! — подскочил колдун. — Так вы с ними уже общались?
— В том-то и дело, что они, сволочи, ударили меня по голове… — Он потрогал шишку на затылке и поморщился, показывая её колдуну:
— Видите шишак? Это, надеюсь, не галлюцинация?
— Да, верно, — пробормотал тот.
— Так вот, они затащили меня к себе в контору и заперли в той самой комнате, где, когда я очнулся, со мной в полной темноте разговаривал какой-то отвратительный тип…
— Вы не очень его ругайте, ибо он вас сейчас слышит. Пока он не проник в вас, то может слышать только то, что вы говорите, а когда проникнет, тогда будет слушать даже мысли, завладев вашим сознанием.
— Ну и хрен с ним, пусть слышит! — разозлился Егор. — Мне плевать на него!
— И что он вам говорил?
— Просил отдать ему душу за дикие деньги, что ж ещё? — усмехнулся он.
— И вы, конечно же, не согласились? — колдун тоже улыбнулся.
— Конечно! Я человек слова.
— Это похвально, но тем не менее очень печально, потому что они все равно вас достанут. А как фамилия той девушки, вы не знаете?
— Сейчас вспомню, — он задумался. — Она говорила, что из какого-то старинного графского рода… Ржевская или Раневская… что-то в этом роде.
— Может, Раевская?
— Точно! Она самая! И тот тип ещё что-то про её прапра-какую-то бабку говорил.
— Одну минуточку, молодой человек, — нахмурившись, сказал колдун, поднимаясь, и вышел из комнаты.
Егору хоть немного полегчало. Теперь он знал, что за ним следят, а скоро, может, узнает и ещё что-нибудь, что поможет ему пережить этот месяц и остаться нормальным человеком. Колдун с каждой минутой вызывал у него все большее доверие и уважение. Он много знал, а это уже немало. Информация — страшная сила в умелых руках.
— Так-с, сейчас посмотрим, — проговорил колдун, быстро входя с каким-то большим старинным фолиантом в руках. — Значит, графиня Раевская.
Он уселся в своё кресло и начал сосредоточенно листать пожелтевшие от времени страницы, испещрённые непонятными значками и портретами.
— Вот, нашёл! — радостно воскликнул он. — Пожалуйста, графиня Раевская Евдокия Павловна, родилась в 1755 году нашей эры. Двоюродная племянница графа Шереметева. Умерла в 1799-м от сердечной недостаточности. Так, Скорпион, Обезьяна, гороскоп умеренный, без резких отклонений, линия судьбы немного искривлена, линия жизни обычная, так, смотрим дальше, ага! Вот, наверное, в чем может быть дело: в двадцать пять лет она ни с того ни с сего занялась магией и стала тайной жрицей. Её преследовал русский орден иезуитов, но ничего не смогли доказать. Она по-прежнему ходила в церковь, жертвовала нищим, но, однако, здесь написано, что она состояла в закрытой секте чёрных магов, принимала участие в чёрных мессах с человеческими жертвоприношениями. Ого! — Колдун от волнения стал часто моргать. — Весёленькая история! Идём дальше завещания вроде бы не оставила, но ходили слухи, что его кто-то выкрал, в общем, история довольно запутанная. Похоронили её по христианскому обычаю, на кладбище. А вот и её портрет, посмотрите.
Он повернул к нему книгу, и Егор увидел на пожелтевшем листе большой портрет Светланы в красивом старинном платье с глубоким декольте и с теми самыми бриллиантовыми серёжками в ушах, которые он уже видел. Вытаращив глаза, он смотрел на свою знакомую и не мог ровным счётом ничего понять. Что это — совпадение или — он сглотнул пересохшим ртом — или это одна и та же женщина? Не может быть, чтобы два разных человека были столь похожи, как две капли воды! Но если нет, то тогда сколько же ей лет? Нет, такого просто не может быть, это уж точно бред.
— Я вижу, вы взволнованы? — сказал колдун, убирая книгу к себе на колени — Они похожи?
— Не то слово, — с трудом вымолвил Егор, приходя в себя, — мне показалось, что это один и тот же человек. Но ведь этого не может быть, правда? — Он с надеждой посмотрел на мага.
— Все может быть, — многозначительно протянул тот — Видите ли, то, что касается восемнадцатого века, особенно времён правления Екатерины Второй, до сих пор покрыто мраком тайны, я имею в виду то, чем занимались высокопоставленные особы Ведь когда царица открыла доступ в Россию всем цивилизованным странам, сюда хлынуло не только просвещение, но и многое другое, что к культуре не имеет никакого отношения. К религии стали относиться формально, и те, кто вчера слепо чтил иконы и заповеди, боясь гнева божия, кинулись к мистическим забавам, не гнушаясь ничем. Ведь в религиозном отношении Россия всегда считалась самой отсталой страной — православие не позволяло людям мыслить иначе, чем написано в Библии. А свободомыслие, которое пустила в страну Екатерина Великая, распространилось не только на науку и искусство, но и главным образом на взаимоотношения человека с богом. Богатые дворянки с головой окунулись в мистику, потянулись к тайным обрядам и обществам, это было очень модно и престижно, если хотите. Но что они там творили, чем занимались, на каком уровне и кто их всему этому учил — до сих пор никому не известно Граф Калиостро именно в то время посещал Россию, но мы практически ничего не знаем об истинных целях его визита Говорят, он был ангажирован несколькими очень богатыми дамочками из высшего света, к которым, кстати, относилась и ваша пассия, для проведения некоего очень сложного и сверхтаинственного обряда посвящения. Но кого и во что посвящали — знают сейчас очень немногие. Как говорил мой дед, от которого ко мне перешла колдовская сила, по своей притягательности для людей запреты идут в следующем порядке, по возрастающей: сначала секс со всеми его извращёнными формами, потом убийства, а затем колдовство и магия — самая высшая и запретная сфера. Те, кто хоть раз по-настоящему проникал в эту область, уже не могут оторваться, их сознание по большей части остаётся там, в астрале, где, по незнанию или из баловства, можно творить что угодно, но это, к сожалению, пагубно отражается на окружающих. Так что вот, молодой человек, теперь вы кое-что знаете о своей девушке. Остаётся только догадываться, что натворила её предшественница.
— Тот тип из темноты говорил, что она была что-то должна его прапрапрадеду и теперь он пришёл забрать долг.
— Все может быть. Гадать можно сколько угодно, но истину узнаете только тогда, когда вам её расскажут те, кто её действительно знает. Но вы сказали, что разговаривали в темноте. Там не было электричества?
— Не в этом дело. Тот мужик утверждал, что свет для него тьма, а тьма — свет, что-то в этом роде. И что он очень хорошо ориентируется в темноте по запаху. Даже определяет характер человека.
Колдун не мигая посмотрел на него, и Егору показалось, что того хватил столбняк. Кровь отлила от его остренького лица, глаза будто остекленели, он почти не дышал.
— Что с вами? — испуганно спросил Егор, наклоняясь к нему. — Вы в порядке?
Но тот не реагировал. Тогда он потряс его за плечо.
— Эй, помогите кто-нибудь! — крикнул он, и в комнату тут же вбежала секретарша.
— Что случилось? — спросила она, недоуменно глядя на своего шефа. — Виктор Григорьевич, что с вами?!
Теперь они вдвоём стали приводить в чувство колдуна, махая перед лицом платками и тряся за плечи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28