А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

- Мне совсем не нравятся эти люди, но и как с ними расправились, мне тоже не нравится. Этот парень - настоящий зверь, капитан.
Хэннон медленно произнес:
- Я так не думаю, Боб. Разве так называли наших парней во Вьетнаме? Кровожадные звери?
- Это совсем не одно и то же, - возразил лейтенант.
Лифт мягко притормозил, и двери распахнулись. Они пошли по коридору. Капитан продолжал разговор:
- Разница только в месте и времени. Есть определенные правила ведения боевых действий, которые использовались во Вьетнаме. Боб, там идет война на выслеживание противника и его молниеносное уничтожение. В этом аду Болан провел несколько лет и, думаю, хорошо выучил эти уроки. Сейчас он ведет такую же войну в Майами. Нам не надо ненавидеть этого парня, Боб. Надо попытаться понять его. Иначе нам никогда его не схватить.
- Никакой он не парень, - бросил Уилсон. Ветеран полиции хохотнул:
- По сравнению со мной оба вы еще пацаны, лейтенант. Вот мы и пришли. Ничего здесь не тронуто. Придется пройти через балкон.
Полицейский стоял у открытой двери номера 340. Он доложил:
- Номер 340 не занят, сэр. Пройдите по террасе прямо, а потом направо.
Полицейские проследовали внутрь. Перелезая через балконные перила, Уилсон сказал:
- Тем не менее расстреливать людей прямо в лицо никому не позволено.
В 342-м они увидели окровавленный труп Эла Капистрано, члена филадельфийского семейства Ральфа-Цирюльника Калипатрии. Хэннон вздохнул.
- Никому бы не пожелал такой смерти. Нам надо этого малого взять и как можно быстрее, - опустившись на колени, он тщательно осмотрел тело.
- Согласен, - ответил Уилсон. Капитан встал на ноги и в изнеможении провел рукой по лицу.
- Остается только надеяться, что вы сможете, лейтенант, и что цена не будет слишком высокой. Ну и сколько жертв на сегодня?
- Пока обнаружено тринадцать человек.
- В "Тайдлэндз Плаза" Болана мы не найдем, я уверен в этом. Он не станет торчать здесь в ожидании, что мы перекроем ему все ходы и выходы. Он прекрасно знает, что ему делать, особенно в условиях боевых действий.
- А что мы предпримем? Хэннон снова вздохнул.
- Вы спуститесь вниз и отмените прочесывание и блокаду отеля, это уже бесполезно. Сам я пока побуду здесь. Я чувствую, что Болан совсем близко.
Уилсон направился к лифту. Если капитан желает посидеть в комнате вместе с мертвецом и поразмышлять, то, по мнению Боба Уилсона, это личное дело самого капитана. Он кое-что вспомнил из жизни сурового главы команды "Д" единственный сын Хэннона погиб во Вьетнаме, подорвавшись на мине. Но все-таки имя Экзекутора получил Мак Болан, а не Джон Хэннон-младший. И первому пора уже перестать быть легендарным героем войны. В Майами Болану не быть героем. Он ничуть не отличается от других убийц и должен получить то, что в конечном итоге ожидает их всех.
К тому же Уилсон не считал этот случай как подходящее дело для начальника команды "Д", привыкшего работать в белых перчатках. Это обычное расследование обычного убийства. Сам Уилсон, полицейский из отдела по расследованию убийств, будет действовать по стандартной схеме. Он начнет с обслуживающего персонала отеля, вытрясет из них все, что только можно. Проследит за всеми шагами Болана в отеле, все тщательно проанализирует. Поставит на уши всех городских осведомителей и, видит бог, встретится с Боланом на своей территории. И более того, он лично пристрелит этого сукиного сына и даже не вспомнит о всех медалях, полученных Боланом во Вьетнаме.
Уилсон не испытывает ненависти к нему лично, но ему претят методы Болана, сама идея собственной войны этого свихнувшегося типа.
В конце концов, Уилсон тоже был на военной службе. Если Хэннону хочется понять Болана, он должен спросить... Уилсон вдруг замер у двери лифта. Конечно же! Успех любой военной операции в огромной степени зависит от достоверных разведывательных данных! Где Болан мог их достать? Наверняка у прелестной девицы в цветастом бикини. А вдруг Джин Киркпатрик не просто невинный свидетель преступления, а сообщница убийцы?
Итак, убийства были спланированы до мельчайших деталей и осуществлены с военной точностью и четкостью!
Уилсон вынул из кармана пиджака блокнот. Быстро пролистал несколько страниц, пока не нашел, что искал: 2015, Пальметто Лейн.
***
Катер подобрал их в северной части Майами-Бич и сразу же направился на юг, в ту сторону, откуда они прибыли. Катер плыл по Бискайскому заливу. Болану дали надеть грубые джинсы и шлепанцы, в то время как Торо надел Маку повязку на глаза. - Понимаешь, амиго, надо соблюдать секретность. Через какое-то время катер пристал к берегу. После двадцатиминутного пути с Мака сняли повязку. Близость океана совсем не ощущалась. Болан попытался определить местонахождение по солнцу, но к определенным выводам прийти не мог, потому что направление движения постоянно менялось, группа продвигалась какими-то непонятными зигзагами. Они вышли из густых зарослей кустарника на узкую просеку, где их поджидал джип. Симпатичная сеньорита сидела за рулем. На ней был плотно прилегающий к телу комбинезон защитного цвета, а из кобуры торчал армейский "кольт" 45-го калибра.
Торо представил их друг другу. Девушку звали Маргарита. Огромными темными глазами она внимательно посмотрела на Болана. Ему стало немного неловко из-за нелепо сидящих на нем джинсов, грязи и царапин на лице. Мак устроился на заднем сиденье, Торо сел рядом с Маргаритой, и они быстро заговорили на испанском языке. Машина рванулась вперед и помчалась, совершая головокружительные виражи. Во время разговора девушка несколько раз бросала быстрые взгляды на пассажира, что-то горячо объясняя Торо. Болан почувствовал себя незваным гостем.
Когда они достигли территории лагеря, была уже глубокая ночь. Джип резко затормозил, Торо обменялся несколькими короткими фразами с часовым на сторожевой башне. Вспыхнувший прожектор осветил их. Болан закрыл глаза. Кто-то отворил ворота, прожектор отключили, и джип въехал внутрь.
Болану стало не по себе, когда ворота за ним захлопнулись. Неужели интуиция подвела его? Вообще кубинец ли Торо? И даже если это правда, он не может было уверен, что мафия не руководит такими военизированными группами. Он заставил себя расслабиться и постарался не думать об этом. Сейчас они ехали по розной дороге с потушенными фарами, и никто не произносил ни слова.
Крутой поворот, резкий подъем - и они остановились. Слабые желтые огоньки светились в окнах длинных деревянных бараков. Кто-то тихонько перебирал струны гитары, напевая вполголоса по-испански. Джип снова тронулся, они проехали мимо, затормозили перед полуразрушенным каменным домом. Из дома вышли мужчины и остановились на веранде, внимательно глядя на вновь прибывших.
Девушка выскочила из джипа и, не оглядываясь, быстрым шагом направилась к дому. Торо улыбнулся Маку, соскочил на землю и что-то сказал людям на веранде.
Болан понял только: "Сеньор Мак Болан. Эль Матадор!"
Эти слова вызвали бурную реакцию. Они чуть не наперегонки бросились к джипу. Толстяк с зажатой между зубов сигарой помог выйти из машины. Остальные окружили Мака. Каждый хотел лично пожать ему руку.
Торо взял Мака за руку и повел к дому.
- Вы удивлены, что настоящая смелость вызывает восхищение именно здесь?
- Нет, - ответил Болан. Сомнения покинули его. Эль Матадор попал к своим друзьям.
Глава 11
ЗАЩИТА
Джиро Лавангетта переживал нелегкий день. Джорджи Мясник безжалостно издевался над ним с молчаливого одобрения боссов, и именно тогда пришло известие о резне в "Тайдлэндз Плаза". С того момента все завертелось, Джиро несколько раз заставляли пересказывать снова и снова все, что ему известно о Маке Болане.
Общение с братьями Талиферо оказалось настоящей пыткой: они холодно и методично вели допрос. Раз пять настояли на том, чтобы Джиро рассказал об обстоятельствах нападения на Палм-Спрингз, братья даже подвергли Джиро перекрестному допросу, запершись с ним в изолированной комнате и задавая через одинаковые промежутки времени одни и те же вопросы, а сам допрашиваемый даже не знал, с кем из братьев он говорит в настоящий момент.
Все это раздражало Джиро, и, конечно, во всех своих несчастьях он обвинял только одного Мака Бодана. Что за черт, он ничего плохого не сделал ни ему самому, ни его матери с отцом, ни сестренке. Разве вина Джиро в том, что Болан вернулся с войны и объявил вендетту всей организации? Нет. Виноват Джиро в том, что этот тип прикончил Серджио и Дейджи и разгромил их территории? Нет же. А сейчас эти братья Талиферо ведут себя так, будто Джиро один во всем виноват! Если уж они такие умники, пусть сами ловят ублюдка Болана и пытают его, сколько им вздумается, при чем здесь Джиро Лавангетта?
Раздражение главаря аризонского семейства можно легко понять. Услугами братьев Талиферо "Коза ностра" пользовалась далеко не каждый день. Они занимали особое место в этой организации. Они не подчинялись какому-нибудь определенному "крестному отцу" или семейству, а только невидимому и безличному органу - самой комиссии. Братья Талиферо представляли собой своего рода отдельное семейство, такое же безличное и невидимое, преданное исключительно делу мафии.
Сейчас точно нельзя сказать, откуда появились братья в преступной организации. Неизвестно даже, является ли фамилия Талиферо подлинной, а не придуманной, так как по-итальянски это звучит, как "такие железные", но то, что они на самом деле братья, ни у кого не вызывало сомнений. Они были близнецами. Ростом около шести футов, весом в 175 фунтов, темноволосые, со светлой кожей и голубыми глазами. Очевидно, получили отличное образование. Согласно легенде, оба они учились в Гарварде на юридическом факультете, но если и так, то учились они под другими фамилиями.
Ко времени описываемых событий братьям было около сорока лет. Они безукоризненно одевались, говорили на отличном английском языке в гарвардской манере и находились в прекрасной физической форме. Если они когда-нибудь и улыбались, то этого никто никогда не видел. Может, им просто нечему было радоваться в этом мире. Или, может, на них слишком сильно давил груз ответственности перед "нашим делом". Братья Талиферо были последней инстанцией в восстановлении "семейной" дисциплины. Они работали не на себя, не на капо, а на всю организацию.
Обычное мафиозное семейство представляет собой обыкновенное промышленное предприятие, предназначенное для получения прибыли всеми доступными способами. Вопреки широко распространенным взглядам, само мафиозное семейство редко участвует в сфере открытой преступной деятельности, вооруженных грабежах со взломом и т.д. Время от времени какой-нибудь отдельный мафиози, порастратившись и желая побыстрее возместить убытки, совершает грабеж или предпринимает еще что-нибудь, но такие дела поощрялись самим семейством. Относительно безопасно можно было получать гораздо большие прибыли другими путями: организация азартных игр, ростовщичество, торговля наркотиками, контрабанда и производство спиртных напитков, перепродажа краденых автомобилей и т, д. Прибыльным считался и бизнес в сфере организованных профсоюзов, и миллионы отмытых долларов вкладывались уже в совершенно легальные виды бизнеса: банковское дело, строительство, организация междугородных транспортных перевозок, установка и получение прибыли от игровых автоматов, ночные клубы и казино, рестораны и бары, в общем, любое дело, где можно быстро и много заработать.
Поэтому насилие не являлось привычным делом и целью мафии, оно не приносило прибыли. Конечно, без него на первоначальных этапах не обойтись, но в целом это выходит за рамки нормальной деятельности организованной преступности. Насильственные меры применялись для охраны "торговых путей" от конкурентов, для разрешения территориальных конфликтов и, естественно, для защиты самих членов семейств от правоохранительных органов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17