А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Поскольку этого не произошло… — Она запнулась и, мгновение поколебавшись, добавила: — Мистер Холмс, вы не могли бы заняться расследованием убийства моего брата?
— В таком случае это должно стать расследованием причин смерти вашего брата, — поправил её Шерлок Холмс. — Вы утверждаете, что он был убит. Но полиция не вынесла бы вердикт о самоубийстве при наличии противоположных улик. Да и версия о несчастном случае может быть основана на чём-то более серьёзном, чем нежелание семьи огорчить родственников. Итак, во-первых, поскольку факт его смерти налицо, мы должны установить, почему он умер. Возможно, мы выясним, что это не убийство, и нам нечего будет расследовать. К сожалению, в настоящее время я ни как не могу выехать из Лондона. Дело огромной важности приближается к завершению и требует моего присутствия. Однако я могу прямо сейчас послать с вами моего помощника. Он проведёт предварительное следствие так же тщательно, как это сделал бы я сам.
Мисс Квалсфорд повернулась и впервые обратила на меня внимание. Она критически осмотрела меня своими спокойными синими глазами и объявила:
— Он слишком молод.
— Мистер Джонс помогает мне ещё с тех пор, как был ребёнком, — возразил Шерлок Холмс. — Вам не найти в Лондоне более искусного и компетентного частного сыскного агента, чем он. Он может поехать с вами прямо завтра. Я же присоединюсь к нему, как только позволят обстоятельства.
Очевидно, мисс Квалсфорд обладала сильной волей и привыкла всегда получать то, что хотела. Предложение Шерлока Холмса вовсе не устраивало её, но она очень быстро поняла, что ни её доводы, ни её желания не изменят его решения. В результате мы договорились с ней встретиться на вокзале Черинг-Кросс и вместе отправиться в Хэвенчерч на вечернем поезде.
На этом мисс Квалсфорд распрощалась с нами.
— Вечерний поезд, — задумчиво проговорил Шерлок Холмс. — Мне было непонятно, почему она приехала в Лондон вчера, чтобы повидаться с нами сегодня. Теперь мне непонятно, какое срочное дело требует её присутствия в Лондоне целый день, когда её брат, по её же словам, лежит в Хэвенчерче, став жертвой ужасного убийства.
Он раскрыл справочник Бредшоу.
— Она могла сесть на утренний поезд и быть дома после обеда. Пожалуйста, выясните, что она будет делать дальше.
На улице мисс Квалсфорд поджидал экипаж. Едва он скрылся из виду, я свистком подозвал кэб и отправился вслед за ней. Сначала она поехала в магазин тканей на Риджент-стрит и пробыла там так долго, что я даже решился заглянуть туда, рискуя быть узнанным.
Мисс Квалсфорд покупала чёрную материю для траурной одежды, возможно, для всей прислуги, потому что велела отмерить огромное количество. Она выбирала очень тщательно и, закончив, попросила продавца доставить покупку в гостиницу, где она остановилась.
С Риджент-стрит она отправилась по Пэлл-Мэлл и Стренду к Темплю, где у одного из домов отпустила экипаж. В дверях конторы её с нежностью приветствовал полноватый пожилой адвокат по имени Гинтер. Я слышал, как он здоровался с ней внизу на лестнице, и успел его разглядеть, когда он повёл её в свой кабинет, приговаривая:
— Моя дорогая Эмелин! Я просто потрясён и опечален вашим сообщением. Ради Бога, расскажите, что же произошло?
Закрывшаяся дверь приглушила их голоса. Я прождал час. Потом вышел сильно торопившийся слуга. Вскоре он вернулся, с трудом удерживая тяжёлый поднос, на котором я увидел обильный завтрак на двоих.
Я вернулся на Бейкер-стрит и детально проинформировал Шерлока Холмса о передвижениях юной леди, у которой совсем недавно был убит брат.
— Очевидно, мистер Гинтер является другом семьи, который знал мисс Квалсфорд ещё ребёнком, — сообщил я. — Возможно, она проведёт с ним весь остаток дня. Вы хотите, чтобы я продолжал наблюдение?
Если Холмс и ожидал драматических разоблачений, он ничем не выказал своего разочарования. Он только покачал головой.
— Спросите у миссис Хадсон, готова ли она нас покормить, — сказал он. — А после этого обсудим, что вам следует сделать в Хэвенчерче.
Когда мы поели, Шерлок Холмс набил трубку своим любимым табаком и погрузился в размышления. Постепенно вся комната наполнилась едким дымом. Наконец Холмс произнёс:
— Вам следует быть готовым к тому, что это может оказаться очевидным самоубийством, хотя мисс Квалсфорд и убеждена, что её брат никогда не покончил бы с собой. Люди довольно часто не верят в самоубийство тех, кого они любили, даже явное. Из её рассказа видно, что в этой семье наблюдается склонность к психическим расстройствам. Полиция не назвала бы произошедшее самоубийством, если бы факты не указывали на это. Дело осложняет ещё один факт: если вдова склонна считать это несчастным случаем, она может запретить вести любого рода расследование. Это существенно сузит круг вашей деятельности. Но все это из области домыслов, ведь мы располагаем таким небольшим количеством фактов. Однако вы знаете, с чего должны начать.
— Кроме факта смерти Эдмунда, у нас есть ещё только один: постоянное употребление в разговорах слова «питахайя».
— Именно поэтому, Портер, я согласился взяться за это дело. Даже если и существует взаимосвязь между питахайями Эдмунда и питахайями со Спиталфилдского рынка, она может оказаться весьма призрачной. Но мы пообещали юной леди помочь и, кроме того, можем удовлетворить наше собственное любопытство. Портер, вы ведь находите мисс Квалсфорд привлекательной?
— Да, очень, — согласился я. — Но в ней есть и что-то пугающее. Я вполне понимаю, почему она не носит обручального кольца.
Шерлок Холмс с интересом посмотрел на меня:
— Какое любопытное наблюдение. Вы не делаете из этого простого вывода, что она не замужем?
— Я согласен, что она скорее всего не замужем. Но женщина, обладающая столь сильным характером, даже имея мужа, может пренебречь столь явным символом покорности.
— Вполне возможно. Портер, иногда вы рассудительны не по годам. Я-то полагал, вы скажете, что именно её преданность брату является лучшим доказательством отсутствия у неё супруга. Впрочем, это не имеет значения, кто-нибудь из жителей Хэвенчерча с радостью расскажет вам о ней. После вчерашнего разговора мне показалось, будто я уже слышал о семействе Квалсфордов. Когда вы отправились спать, я освежил свои сведения. По-моему, именно отец девушки, Освальд Квалсфорд, несколько лет назад был замешан в скандале. Если мне не изменяет память, он завязал интрижку с какой-то французской актрисой. По слухам, эта связь разорила его. Однако, как известно, существуют разные степени разорения, и по мисс Квалсфорд вовсе не скажешь, что она бедствует. Итак, вам предстоит встретиться с семейством Квалсфордов, имеющим весьма древнюю историю и, если не считать случая с иностранной актрисой, пользующимся всеобщим уважением.
— Как мне передавать сообщения?
— Обычным образом. В Хэвенчерче вряд ли есть такое современное изобретение, как телефон. Поэтому вам придётся телеграфировать из Рея, как это делала и мисс Квалсфорд. Это не очень далеко. Телеграфируйте только в случае необходимости и если обнаружите нечто, представляющее особый интерес.
— Какая может возникнуть необходимость, сэр? Брат мёртв. Полиция или семья уже давно уничтожили большую часть улик. Мне не останется ничего другого, как собирать сплетни.
Шерлок Холмс улыбнулся:
— Но именно это вам как раз превосходно удаётся. Итак, или мы имеем дело с заурядной семейной трагедией, которой можно лишь посочувствовать и которая не представляет интереса для окружающих. Или же, напротив, мы столкнулись с каким-то очень запутанным преступлением. Пользуйтесь телеграфом в последнем случае. Вы слышали ли когда-нибудь о стране Болот?
— Стране Болот? — машинально повторил я вслед за ним.
Шерлок Холмс протянул руку к открытой книге, лежавшей на полу позади его стула:
— Она находилась на юго-востоке Англии — Ромни, Уолленд, Галдфорд и так далее. Одиннадцать веков тому назад в книге «Перечень чудес Британии» эта местность описана так: «В ней триста сорок островов, и на всех них живут люди. На каждом острове высится скала, и на каждой есть орлиное гнездо. Между ними течёт триста сорок рек, но лишь одна из них — Лаймен — впадает в море».
За одиннадцать веков многое изменилось. Триста сорок рек, вероятно, наблюдались при приливах; вода отступала, и реки пересохли; орлы давно улетели, а болота превратились в пустоши. Но всё-таки в этой местности есть нечто странное, с трудом поддающееся описанию. Нам предстоит выяснить, не связана ли эта странность с непонятными обстоятельствами смерти Эдмунда Квалсфорда.
Шерлок Холмс разостлал карту и показал вытянутое в виде треугольника между морем и Кентом графство Восточный Сассекс. Граница между ними шла по извивающейся линии реки Ротер, а затем, все так же петляя, доходила до берега к востоку от Рея. Грейсни и Хэвенчерч находились в Кенте, в нескольких милях к северу от Рея, чуть севернее границы с Кентом.
— Это проклятое дело в Оксфорде может тянуться целую вечность, если шантажист попытается играть, даже когда все его карты побиты козырями, — продолжал Шерлок Холмс. — Я приеду в Хэвенчерч, как только оно закончится.
Когда я вновь встретился с мисс Квалсфорд на вокзале Черинг-Кросс, она отнеслась ко мне совершенно как хозяйка к вновь нанятому слуге. Она не была уверена ни в моей компетентности, ни в моей благонадёжности, но была готова предоставить все возможности проявить себя.
Поскольку она определённо считала меня совершенно юным и неопытным существом, ни о каких доверительных беседах между нами не могло быть и речи. Разумеется, дело обстояло бы иначе, будь на моём месте Шерлок Холмс.
Путешествие продолжалось почти два с половиной часа, и за это время мы едва обменялись несколькими словами. Как только поезд двинулся, мисс Квалсфорд вынула из сумки книжку и погрузилась в чтение. Я же начал размышлять, пытаясь прийти к первым заключениям. Прежде всего я пришёл к выводу, что у Квалсфордов должна быть весьма приличная библиотека. Мисс Квалсфорд читала книгу в изысканно украшенном кожаном переплёте. На корешке была вытиснена золотом большая витиеватая буква «К». К сожалению, с моего места я не смог прочитать название книги, поэтому мне пришлось отложить вынесение суждения относительно литературного вкуса мисс Квалсфорд и содержания их библиотеки.
Несколько раз мисс Квалсфорд поднимала на меня свои глубокие синие глаза. Но эти мимолётные взгляды означали лишь, что она желала проверить, удобно ли мне и не нуждаюсь ли я в чём-либо.
В Ашфорде мы пересели на ветку, которая шла на юго-восток к Рею и Гастингсу. Я пытался разглядеть ту необычную местность, о которой говорил Шерлок Холмс. Но за окном была лишь тёмная, безлунная ночь. Поэтому мои первые впечатления ничем не отличались от обычных.
Мы постояли несколько минут на станции Эплдор, которая состояла из ряда плохо освещённых зданий. Как только поезд отправился, мисс Квалсфорд поднялась и начала собирать свой багаж. Я помог ей, взяв свёрток с купленной ею материей.
Едва поезд остановился в Хэвенчерче, я открыл дверь и вышел на платформу. Я повернулся, чтобы помочь мисс Квалсфорд, но пожилой слуга в ливрее, опередив меня, выступил вперёд, принял её дорожную сумку и предложил ей руку.
— Добрый вечер, мисс Эмелин, — сказал он.
— Добрый вечер, Ральф, — ответила она. — Как здоровье миссис Квалсфорд?
— Немного получше, мисс Эмелин.
— За доктором посылали?
— Он заезжал сегодня утром.
Поезд тронулся, и вскоре его огни исчезли в отдалении, оставив нас в темноте. С поразительной расторопностью слуга забрал всю кипу сумок и свёртков и повёл нас к ожидавшей рядом рессорной двуколке. Он помог мисс Квалсфорд усесться. Я стоял сзади, надеясь, что он зажжёт фонари, но, похоже, они вовсе отсутствовали.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40