А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


- Даже не думал, - Вовец был удивлен не меньше.
Он быстро натянул брюки и прошел к телефону, ломая голову, кто бы мог ему сюда звонить? Внутренний голос сразу подсказал, что ничего хорошего этот звонок не принесет. Вовец поднял со стола трубку и, вкладывая в голос некую решительность, хрипло спросил:
- Кому я нужен? - У него ещё успела мелькнуть мысль, что кто-то ошибся номером, а имя совпало.
- Какой-то голос у тебя странный. Не выспался, что ли? Хотя с такой девушкой, наверное, трудно уснуть.
Это был тот самый таинственный вымогатель. У Вовца голова кругом пошла. Откуда тот знает номер телефона? Как он его выследил? Они с Валентиной вчера вместе сходили в больницу к ребятам, потом завернули в магазины и больше из дому не высовывались.
- Никак нам с тобой толком поговорить не удается. Ты только трубку не бросай, - обеспокоился неизвестный, - разговор есть серьезный. Слышишь?
- Слышу, - отозвался Вовец. - Чего надо?
- Я же сказал уже - серьезный разговор. Конкретно - деловое предложение.
- Понял, предложение настолько заманчивое, что отказаться нельзя, Вовец не скрывал иронии, - а если откажусь, то будет плохо и мне, и моим родственникам, и друзьям, и знакомым, и даже соседям.
- Ничего подобного. Я не собираюсь тебя шантажировать, мне нужен добровольный партнер. И отказаться ты сможешь, но только после разговора. И будет лучше, если мы встретимся прямо сегодня. А станешь упираться и дальше, тогда придется тебя подвести к ситуации, когда сам начнешь проситься. Кстати, если ты действительно выбросил камни в помойку, они пропали. Мне они не нужны, и я в мусоре не роюсь, по крайней мере в таком. Ну так как, встречаемся сегодня?
- Хорошо. Где и когда? - в конце концов следовало разобраться в этой истории с ранними звонками и поставить точку.
- Совсем другой разговор, - обрадовался неизвестный собеседник, сразу бы так. Поскольку на работу тебе только первого сентября и ты человек свободный, то к трем часам я подойду к тебе домой, чтобы вы с девушкой успели в больницу сходить. Только ты уж будь один, пожалуйста, разговор конфиденциальный. До встречи.
Появилась Валентина в домашнем халатике, снова прижалась к Вовцу.
- Ладно, раз уж поднялись, пойду завтрак приготовлю, - она ласково потрепала Вовца по подбородку. - А тебе идет борода, пусть ещё немного отрастет, не сбривай пока. Ты можешь ещё поваляться, я позову. Или тебе завтрак в постель подать?
- Еще чего, - возмутился Вовец, - я же не лежачий больной и не аристократический выродок, чтоб в койке кормиться.
Он отметил и оценил, что Валентина совершенно не обмолвилась о странном звонке и ничего не спросила. Редкая женщина способна на такое наступить на горло собственному любопытству и ревности. А поскольку Валентина поступила столь сдержанно и мудро, Вовец прошел следом на кухню и все ей рассказал. Девушка его откровенность тоже отметила и оценила. Чтобы там ни говорил неизвестный абонент, Вовец не собирался что-то таить от близкой подруги, за исключением некоторых кровавых подробностей своей жизни, которые ей знать все равно ни к чему.
Вовцу, кроме других соображений, требовался собеседник для того, чтобы логически, как говорится, прокачать ситуацию, осмыслить её. Умная Валентина может правильно поставить вопросы и дать толковый совет. За завтраком они спокойно обсудили телефонный разговор и сделали некоторые выводы.
Для того, чтобы выяснить номера телефонов, ситуацию на работе у Вовца и другие подробности его жизни, тот человек должен иметь доступ к закрытой информации. Значит, он связан либо с мафией, либо с органами. Мафия не стала бы церемониться, а сразу взяла бы в оборот, так что этот вариант, слава богу, отпадает. Человек из органов преследует, скорее всего, какой-то свой личный интерес, иначе вызвал бы повесткой или сам явился на дом безо всяких звонков. Возможны ещё варианты: неизвестный нанял частное сыскное агентство для сбора сведений, вхож в высокие кабинеты или имеет друзей в органах. В любом случае, прямой угрозы пока не просматривается. Надо его выслушать, а потом решать, как жить дальше.
Разделив таким образом свое беспокойство на двоих, Вовец почувствовал себя гораздо уверенней и сел рядом с Валентиной учиться резке камня. Узкий алмазный диск вращался на валу небольшого электродвигателя, нижняя кромка диска касалась воды, налитой в ванночку. Таким образом охлаждалась режущая кромка. Валентина внимательно рассматривала камень в ярком свете лампы, медленно поворачивая его. Яркие зеленые блики падали ей на лицо и руки.
- Вот, смотри, - говорила она, - трещина отражается, отсвечивает изнутри. - Узким черным маркером Валентина провела линию-отметку. - Трещина идет до середины кристалла, поэтому пилить надо с противоположной стороны, навстречу трещине.
Она макнула камень в ванночку и поднесла к вращающемуся диску, сразу глухо зарокотавшему, словно довольный кот, получивший пищу. Сделав пропил до трещины, Валентина разломила кристалл руками. Вовец прилежно следил за всеми её манипуляциями, вертел изумруды в лучах лампы, радуясь каждой неожиданно открывшейся трещине. Он даже отпилил кусок, пронизанный массой слюдяных чешуек, и пришел к выводу, что ему камнерезное дело по душе. Иногда Валентина увлекалась работой, забывая об ученике, начинала действовать быстро: с одного взгляда определяла все изъяны камня и быстро принималась пластать его на алмазном диске, отсекая все лишнее, на глазах уменьшая его объем в три-четыре раза.
Потом они сходили в больницу, и прямо оттуда Вовец отправился к себе на квартиру, ждать визита неизвестного. Поставил чайник, намолол кофе, посмотрел в холодильнике, из чего можно соорудить бутерброды. Кто бы ни пришел, а встретить его надо, как подобает.
Ровно в три часа звякнул дверной звонок. Вовец, сдерживая волнение, отпер дверь и впустил мужчину средних лет, крепкого телосложения, с загорелым лицом. Одет он был в непритязательные джинсы и синюю футболку с какими-то рекламными надписями на груди и спине. Крутым не выглядел, держался спокойно, можно сказать, по-деловому. Лицо прикрывали затемненные очки, похоже, с диоптриями. Темно-русые волосы были коротко пострижены. Весь облик его оказался настолько невыразителен, стандартен, что Вовец испытал даже некоторое разочарование. В руках мужчины имелась только маленькая мужская сумка-бумажник, тоже весьма заурядного вида.
Он сразу прошел на кухню, очевидно, привык, что в России все мужское общение, как правило, происходит именно здесь. Вовец молча поставил на стол пепельницу, большие фарфоровые бокалы, налил в них кофе. Так же молча выставил сахарницу с чайными ложками и блюдо с бутербродами. Мужчина, не говоря ни слова, вытащил из нагрудного кармана футболки сигарету, щелкнул зажигалкой. Несколько минут они сидели, попивая кофе, гость ещё и курил, но разговор не начинался. Похоже, каждый выжидал, когда у противника кончится терпение. Но ни тот, ни другой не проявляли нервозности.
Наконец кофе был выпит, сигарета докурена до фильтра. Гость распахнул сумочку, вынул красные "корочки", раскрыл и положил на стол перед Вовцом. Тот взял удостоверение в руки и внимательно вгляделся. Подполковник Косарев Александр Владимирович, Федеральная служба безопасности. Что ж, нечто подобное предполагалось. Удостоверение, похоже, подлинное. Вовец его закрыл и, возвратив гостю, посмотрел выжидающе.
Подполковник Косарев улыбнулся и прервал молчание:
- Вас ничем не удивить, Владимир Павлович. Завидую вашему самообладанию.
- У вас оно не хуже, - пожал плечами Вовец, - чему ж тут удивляться? Понятно, что человек из конторы легко может установить личность, адрес, телефон. Опять же слежка.
- Вы таким брезгливым тоном это сказали, - усмехнулся подполковник. Не прятались бы, не пришлось бы вас и разыскивать.
- Эка хитрость! Небось, у больницы подловили.
- Действительно, Владимир Павлович, вам не откажешь в определенных способностях. Когда пришло сообщение о прорыве лесной плотины, я послал запрос в больницы и сразу нашел твоих приятелей, а там и ты объявился. Ты надежный товарищ, на тебя можно положиться.
- Мы уже на "ты"? - поморщился Вовец.
- Конечно, я ведь всего на четыре года старше тебя. Да и тебе, Вовец, гораздо привычнее на "ты".
- Что ты хочешь? - Вовцу не понравилось, что его назвали именем, принятым только между своими, и он решил переходить к делу.
- А ты ещё не догадался? - Полковник достал и прикурил новую сигарету. - Предлагаю сотрудничать.
- То есть стучать? - Вовец задумался. - Интересное предложение.
- Стучать, доносить, закладывать, - Косарев оставался спокоен, русский язык богат. Служить Родине, правосудию, защищать честь и достоинство граждан. Я занимаюсь экономической безопасностью. Конкретно оборотом драгметаллов и иных валютных ценностей. - Выпустил колечко дыма и проследил, как оно растянулось и смялось в воздухе. - Изумрудами в том числе. Мы не имеем права выпускать их добычу из-под контроля.
Вовца мучила только одна мысль: знает или нет подполковник Косарев об их добыче? Если знает, то почему не берет с поличным? А если не знает, то какой он к черту кагебешник? Так знает или нет?
- Да, - продолжал Косарев, - нас интересует, кто добывает изумруды, в каком количестве, по каким каналам и куда они уходят. В последнее время несколько снизился их сбыт внутри страны, потому что появились левые камни, дешевые. А это означает недополученные акцизы, налоги и так далее. Но и это ещё не все. Может повториться ситуация, которая сложилась на мировом рынке алмазов - переизбыток и падение цен. Сейчас мировой рынок изумрудов находится в состоянии баланса, предложение соответствует спросу и удовлетворяется полностью. Но этот хрупкий баланс легко нарушить, и тогда цены упадут. Россия недавно заключила контракт на поставку крупных партий изумрудов израильской ювелирной фирме по мировым ценам, и если сейчас на рынок кто-то выбросит партию сырья по демпинговым ценам, мы вынуждены будем продавать изумруды по той же низкой стоимости. И у нас есть сведения, что эти изумруды для подрыва рынка подпольно скупаются здесь, в Екатеринбурге. То есть нашими же камнями нам же и по башке.
Вовец был патриотом России. В грудь себя не бил, на митингах не орал, но сердцем понимал, что значит - за державу обидно. Сейчас ему за державу стало чрезвычайно обидно. Но и превращаться в заурядного стукача не хотелось даже по столь веской причине. Не чувствовал в душе призвания к такого рода деятельности.
- И что от меня потребуется? - задал осторожный вопрос.
- Информация, - Косарев оживился. - Сам понимаешь, мы люди городские, кабинетные, да и образование не совсем то, что здесь требуется. Я в эти леса пару раз выбрался, а куда идти, на что смотреть, понятия не имею. Хорошо, ты на глаза попался. У меня все же память профессиональная, вспомнил твою фотографию из личного дела.
- Из какого дела? - Вовец похолодел. Дело какое-то. Темнит подполковник.
- Прошлым летом производилось следствие в отношении неофашистской группы "Вервольф", занимавшейся подготовкой боевиков. Была там куча трупов, а ты проходил как свидетель и потерпевший. Вспомнил? Тогда же тебя проинструктировал полковник Васильев и, как положено, завел агентурное дело. Правда, полноценной вербовки не провел, а сам вскоре трагически погиб, - Косарев вздохнул, - на боевом посту.
Вовец напряженно ждал. Он давно выбросил из головы события прошлого лета и не хотел вспоминать. Тогда он попал в скверную ситуацию, а Васильев, как ему показалось, протянул руку помощи. И если бы предложил тогда подписать какую-нибудь бумагу о сотрудничестве с госбезопасностью, Вовец не колеблясь подмахнул бы её, лишь бы не остаться один на один с бандой убийц. Но сейчас ситуация была совсем другой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70