А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Теперь можно было получше рассмотреть внутренность бункера. Насколько он мог заметить, там было очень чисто. Подхватив ружье, которое он бросил на пол, освобождая Тринку, Дюрелл оглядел аккуратные полки, шедшие вдоль трех стен лаборатории, и заметил, что все они пусты. Столы с бакелитовым покрытием, шкафы из нержавеющей стали, реторты, горелки и небольшие печи выглядели относительно новыми. В таинственном мраке удалось различить ещё одну дверь, ведущую в следующее помещение, но темнота была слишком плотна, чтобы пытаться туда проникнуть.
Именно здесь выращивали и пестовали вирус "Кассандра", здесь его готовили для мрачной мести. Здесь вирус концентрировали и упаковывали в аккуратные емкости, чтобы быть готовыми к дню отчаянной атаки по приказу безумца, бесчеловечность которого была непредсказуемой. Он почувствовал, как по спине его пробежала холодная дрожь. Если в этой комнате и находились образцы вируса "Кассандра", то теперь они исчезли. Джулиан Уайльд забрал все.
У него было достаточно этой заразы, чтобы уничтожить половину Европы; пожалуй даже достаточно, чтобы погубить большую часть населения земного шара.
Дюрелл поспешил обратно к лестнице. Тринка выбралась из люка на солнечный свет и избавлялась от оставшихся веревок. Дюрелл опустился рядом на колени и поспешно освободил её лодыжки и запястья.
- Теперь все в порядке? - тихо спросил он.
Ее била крупная дрожь.
- Не знаю. Не думаю, что я очень испугалась, когда оказалась там внизу, в этой ловушке... Я старалась не поддаваться страху, иначе... иначе сошла бы с ума, думая об этом...
- Успокойся, - сказал он.
- Понимаю. Сейчас все будет в порядке. Но я думала, что я... я думала, что утону там или задохнусь. Чувствовала себя такой беспомощной. Я представляла себе, как все это произойдет, и... а который теперь час?
- Уже третий.
- Стало быть, я просидела там около четырех часов.
- Он собирался тебя там бросить?
Она кивнула, закашлялась и снова кивнула. Затем потерла горло кончиками пальцев.
- Он сказал, что вернется, но я не поверила.
- Ты не ранена?
- Нет.
- Зачем он забрал тебя сюда?
- Он хотел договориться с инспектором Флаасом - чтобы ему позволили уйти. Сказал, что я буду двойной гарантией его безопасности. Но он не думал, что инспектор Флаас сумеет вовремя добраться сюда, чтобы помочь мне. Он смеялся надо мной и говорил, что я из тех дураков, которые пытаются его остановить.
- Хорошо, Тринка. По крайней мере теперь ты в безопасности.
- Нет, ещё не все в порядке. И уже никогда не будет все в порядке. По крайней мере для меня.
- Мы поймаем его, можешь быть уверена.
- Не думаю. Мне кажется, он добьется своего, - как-то безразлично сказала она. - В нем есть что-то, что меня пугает... Вот увидишь, он получит свои деньги и исчезнет. У него все спланировано. Он был очень разговорчив в бункере, пока вычищал его содержимое.
- Я заметил, что он все забрал.
- Да. Он уже давно и весьма детально разработал свой план. Он получит деньги в Швейцарии и исчезнет. После этого никто не сможет его опознать. Он станет богат. Но у него очень странное отношение к миру. Нацисты добились того, что у него сложилось совершенно искаженное представление об окружающих людях. Он ненавидит каждого. Всех нас. Его совершенно не волнует, если все мы погибнем. И ещё он говорил о своем брате Мариусе, о том, что отомстит за него...
- Ты уже можешь идти? - перебил её Дюрелл. - Как ноги?
- Болят, но я думаю, это из-за нарушенного кровообращения.
- Разотри их, - велел он. - Посильнее.
Она принялась растирать ноги. На щеке у неё было грязное пятно, мягкие темные волосы растрепаны. В глазах застыло странное выражение. Несомненно, часы, проведенные ею в бункере под землей в ожидании смерти, были мукой. Она продолжала дрожать, хотя солнце ещё грело. Однако ветерок с моря усилился и он обнял её, а она, все ещё дрожа, как ребенок, прижалась к нему. Тело её было таким теплым, благоухающим и желанным... Он помог ей подняться на ноги и она оперлась на его плечо.
- Как получилось, что ты оказался здесь и нашел меня?
- Я приплыл сюда на "Сюзанне", - сказал он. - Она стоит на якоре за развалинами маяка. Сразу же за этим холмом.
Они двинулись в ту сторону.
Начался прилив и вместе с ним как и вчера стала меняться погода. На западе небо начало затягиваться дымкой, но солнце все ещё ярко освещало бесчисленное множество заполненных грязью каналов, сохнущих отмелей и дюн и оставленных отливом заводей с соленой водой. С вершины дюны - самой верхней точки походившего на тушу кита острова - Дюрелл с девушкой могли видеть слева и немного к северу лагуну, в которой он оставил на якоре "Сюзанну".
Все выглядело как прежде, за исключением одного. "Сюзанны" там больше не было.
19
Дюрелл пытался убедить себя, что это невозможно. Яхта не могла исчезнуть. Ведь он провел на берегу не больше получаса. И тем не менее это произошло. Яхты нигде не было. На всем доступном его взгляду пространстве, на севере и на западе, на востоке и на юге, не было никаких способных его обрадовать признаков жизни.
Тринка присела на верхушку дюны. Лицо её побелело.
- Якорь подвести не мог? - прошептала она.
- Нет, - отрезал он. - И даже если бы так случилось, "Сюзанна" застряла бы на отмели. - Он показал ей на поворот канала. - Кто-то увел её отсюда.
- Джулиан Уайльд, - прошептала она.
- Ты же мне сказала, что он уплыл.
- Возможно, он заметил твое прибытие. Должно быть, спрятался, когда ты выбрался на берег, а когда ты пошел к маяку, просто привязал свою моторку к "Сюзанне" и уплыл на ней.
- Бросив нас здесь?
- Конечно, - кивнула девушка.
- Как высоко здесь поднимается прилив?
- Достаточно, чтобы нас утопить.
- Я не слишком внимательно обследовал развалины маяка, - сказал он. Это, пожалуй, самая высокая точка на острове. Прилив закроет и ее?
- Я уверена, - кивнула Тринка. - Иначе я заметила бы их во время поисков на прошлой неделе. Думаю, что при верхней точке прилива все здесь окажется на много футов под водой.
- Значит, он решил нас утопить.
- Да, видимо, он это и имел в виду, - она растерянно улыбнулась. - Но лучше умереть при свете дня, чем там, внизу, где он меня бросил...
Она снова задрожала и Дюрелл обнял её за плечи.
- Когда прилив достигнет максимума?
- Думаю, мы окажемся под водой с наступлением сумерек.
- Какое-то время мы сможем продержаться на плаву. И будем звать на помощь.
Она покачала головой.
- Ты не представляешь, какие здесь опасные течения. Какое-то время мы ещё сможем продержаться, но прилив быстро нас затянет. - Она окинула взглядом мрачный, белесовато-молочный горизонт. - А кроме того, мне не очень нравится погода. Если начнется шторм, тогда и природа окажется против нас. Неужели мы ничего не можем сделать?
- Остается только ждать, - ответил он.
Они вернулись к развалинам маяка, инстинктивно рассматривая его как спасительное убежище, ведь он был самой высокой точкой на острове. С вершины развалин Дюрелл вновь осмотрел море, но не смог разглядеть мачты "Сюзанны" в лабиринте узких проходов и островов между ними. Однако он заметил, как начинающийся прилив изменил направление течений, и услышал мягкий рокот моря, омывающего подножье маяка.
До момента, когда море их накроет, оставалось около четырех часов.
Дюрелл размышлял над тем, что в течение этих четырех часов собирается делать Джулиан Уайльд. Что он намерен делать со всеми пробирками с вирусом, которые забрал из бункера?
Он старался избавиться от горького чувства своей полной беспомощности. Больше ничего нельзя было сделать. Здесь он оказался в ловушке, полностью лишен возможности действовать и заперт в центре мелководной соленой пустыни, а его противник, собиравшийся осуществить свои безумные планы, был далеко.
- Сэм? - тихо позвала Тринка.
- Да?
- Он победил нас, ведь так?
- Похоже на то.
- И нам придется здесь умереть?
- Не знаю.
- Когда я, связанная, в полном одиночестве осталась там внизу, в бункере, то подумала, что никто на свете не сможет меня найти... - Она неожиданно вздохнула и в страхе зажала рот рукой. - О, я просто ужасна! А что Ян... с ним все в порядке? Как он себя чувствует?..
- Его отправили к врачу.
- Я и не подумала спросить тебя о нем. Ты же понимаешь, все случилось так внезапно... Джулиан Уайльд совершенно спокойно появился на борту яхты. Он знал, кто я такая. Сказал, что видел, как я обследовала острова, и сам кое о чем распросил. Затем заявил, что собирается в чрезвычайной ситуации использовать меня в своей борьбе с властями, если вынужден будет это сделать. Когда он появился на борту, Ян спал в своем отсеке. А я изучала карты - не знаю, почему я это делала, ведь Флаас сказал, что все закончилось, и власти намерены дать Джулиану Уайльду все, что он требует. Именно в тот момент он и появился на борту и направился прямо в каюту Яна. Думаю, Ян его услышал, проснулся, сел и пытался обороняться; но у него не было ни малейших шансов, я ... я видела, как все это произошло. Я видела лицо Уайльда. Это было так жестоко и ужасно, что я...
Она замолчала, покачала головой и снова уставилась в море. Казалось, они остались единственными живыми существами в этом всеми покинутом мире.
- Оставляя меня в бункере, Уайльд сказал, что вернется или скажет властям, где я нахожусь, если они будут настроены достаточно доброжелательно и быстро пойдут с ним на сделку. Но я понимала, что он никогда не вернется и никогда никому не скажет обо мне до тех пор, пока не станет слишком поздно. Там внизу было так темно и холодно, и я старалась представить себе, сколько времени у меня остается до того... как море ворвется внутрь и все зальет... я была совсем одна... и там было темно и холодно, как в могиле...
- Не думай об этом, - перебил Дюрелл.
- Ничего. Теперь со мной все порядке. Я уже свыклась с мыслью о смерти. Просто не могу отделаться от мысли, каково было умирать там в темноте. Здесь наверху я чувствую себя совершенно нормально, даже если до прихода прилива нас настигнет ночь. Ведь мы сможем смотреть на звезды.
- Мы не должны умереть, - сказал Дюрелл.
Она безрадостно улыбнулась.
- Разве ты король Кануте, который мог командовать приливом?
- Может быть, ещё что-нибудь изменится. У нас впереди несколько часов.
- Это время пройдет очень быстро, - вздохнула она.
Время шло слишком быстро. Сидя у развалин маяка они наблюдали, как садится солнце, как западная часть неба темнеет от тяжелых грозовых туч. Цвет воды сменился с голубого на серый. Один за другим низкие, заросшие тростником острова к югу от них становились все меньше, одевались белыми барашками и постепенно уступали настойчивому приливу. Вдалеке парус клонился под ветром, но не было никакой возможности подать сигнал судну в открытом море за много миль от них.
Каждые несколько минут Дюрелл поднимался на развалины и осматривал горизонт. Тринка испытующе поглядывала на него.
- Никто сюда не придет, - сказала она. - Весь этот район на много миль вокруг обозначен на навигационных картах, как весьма опасный для плавания во время отливов из-за отмелей. Никто в здравом уме никогда не заведет свою яхту так далеко.
- А я думаю, кое-кто может появиться, - возразил Дюрелл.
- Не знаю, почему ты в этом так уверен.
- Я думаю о вдове, - пояснил он. - О женщине, которую генерал фон Витталь назвал Кассандрой, чтобы жестоко подшутить над ней и над всем миром. Ей досталась яхта генерала, "Валькирия", та самая, которая нас чуть было не потопила, помнишь?
- Да, но...
- Сегодня утром она была на дамбе Ваддензее, говорила там с главным инженером. И прихватила у него на время некоторые карты.
- Это не значит, что она найдет это место.
- Она знает о маяке Гроот Керк. Остается предположить, что она слышала его название от Мариуса Уайльда до его гибели. Кассандра хочет заполучить деньги. Как я полагаю, вирус её не интересует.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30