А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Кровать начала вращаться вокруг своей оси, то в одну, то в другую сторону. Я вцепился в нее и аккуратно направил во внезапно сморивший меня сон.
Когда я проснулся, было темно. Я посмотрел в окно. Прожекторы на улице были включены. Слышался смех. Кто-то включил воду в нашей ванной. Дверь открылась, и через гардеробную мне стал виден силуэт Мэвис на фоне освещенной ванной. Она повернулась в дверном проеме и щелкнула выключателем.
Когда Мэвис тихонько пробиралась по комнате, я произнес ее имя.
— Так ты, значит, не умер после всего этого, дорогой?
— Сколько времени?
— Около девяти. Совсем тепло. Мы все купаемся. Надеюсь, ты чувствуешь себя ужасно?
— Ну, спасибо тебе.
— К твоему сведению, ты выставил себя посмешищем. Спотыкался на ровном месте. Надеюсь, что тебе паршиво. — Она с достоинством покинула комнату, хлопнув дверью.
Я снова отключился. Когда же опять проснулся, видимо, было уже совсем поздно. Я чувствовал себя немного лучше. Выпил три стакана воды, надел халат и вышел в гостиную. Две маленькие лампочки были зажжены. Стереосистема автоматически настроилась на станцию в FM-диапазоне, какой-то придурок диск-жокей говорил:
«Короче, ребята, у Золушки на все про все тридцать секунд, так что, наверное, пора нам закругляться с нашим балом. Прости, Элеонор, что так и не оставили для тебя этот диск Джуди, но...»
Я отыскал нужную ручку и выключил его. Затем вышел на террасу, в теплую ночь с биллионами звезд. Кто-то со всех ног бежал вверх по бетонным ступенькам. Какая-то фигура метнулась к электрическому щиту, и прожекторы стали вспыхивать по секторам, затмевая звезды. Я сощурился от света и увидел, что это Стив. Остальные были на причале. Стив крепко схватил меня за руку:
— Пол, Уилма пропала.
Мое сознание было затуманено долгим сном. Я глупо уставился на него:
— Куда пропала?
— Мы думаем, что она утонула.
Глава 3
Джуди Джона — после
Я все думала о том, что во всей этой ситуации сильно подкачал сценарий. Видит бог, я стала специалистом по плохим сценариям за сорок недель «Джуди-Тайм». Такое дурацкое название агентство присвоило моему получасовому безумству.
Хаос царил неимоверный, все бегали туда-сюда и верещали. Пол Докерти был единственным, кто предпринимал какие-то осмысленные действия. Он отзвонил куда надо, как только осознал, что, по всей видимости, произошло. Вообще-то все было достаточно ясно. Ее вещи лежали в конце пирса, а мы все уставились на самую пустую, самую черную воду, какая только бывает. Да, мы плескались в ней, такие счастливые, лежали на воде, глядя на звезды и испытывая то легкое ощущение опасности, которое дает ночное купание. Но после того как мы поняли, что случилось, наверное, и шестеро крепких мужчин не затащили бы меня в эту воду, Пол взял с собой Гила Хайеса и Стива, чтобы нырять примерно в том месте, где, по нашим прикидкам, она находилась. Уоллас и Рэнди недостаточно хорошо плавали. Так что Рэнди управлял лодкой и светил большим фонарем в темную толщу воды. Было очень тихо. Мы слышали, как они кашляли и жадно глотали воздух, когда выныривали. Эта дура Мэвис Докерти сидела у моих ног, когда я стояла, наблюдая за ними. Она без конца издавала неприятный ноющий звук, как будто ее малахольное сердечко готово было разорваться пополам.
Потом мы услышали приближавшиеся сирены. Судя по звуку, они ехали по черным холмам. Пол окликнул меня, спросив, сколько времени. Я достала часы из кармана халата и расположила так, чтобы яркий свет попадал на циферблат.
— Почти четверть первого! — прокричала я.
И услышала, как он сказал:
— Ладно. Хватит. Сюда едут специалисты. Все равно уже слишком поздно, даже если бы нам посчастливилось ее найти. Если это не очередной ее фокус и она не сидит где-то на берегу и не давится от смеха, то теперь уже мертва, как та макрель в лунном свете. — Его голос хорошо разносился по воде.
— Не говорите про нее так! — завопила Мэвис, а потом разразилась очередной серией истошных блеющих звуков.
В одной машине сидели двое больших молодых полицейских, в другой — толстый человек со скучным, добрым лицом. Они спустились, пересчитали нас по головам и стали смотреть на воду. Один из полицейских, казалось, все не мог оторвать от меня глаз, отчего у меня возникло безумное желание отмочить для них какой-нибудь номер.
Пол сказал:
— Я слышу, как сюда плывут лодки.
Человека в штатском звали Фиш. Он отозвался:
— Я передал на телефонную станцию, чтобы они вытащили ребят из постелей и отправили сюда. Они будут искать ее кошками.
— Сейчас она уже мертва, — проговорил Пол. — Почему бы не подождать до утра?
— Вообще-то мы всегда приступаем к этому сразу, как только это случается. Мы всегда так делаем. Это ведь не может быть очередной ее шуткой, правда?
— Сомневаюсь в этом, — ответил Пол. — Она бы услышала сирены и пришла.
Я отошла от них, потуже подпоясала халат, закурила сигарету уселась на каменных ступеньках и стала смотреть на озеро. Жуки расшибали свои мохнатые головы о ближайшие прожекторы. Я сидела и обдумывала способы, которыми могла бы удержать Уилму под водой, и у меня мурашки забегали по телу, потому что я поняла, что не смогла бы этого сделать.
О, она все приберегала это напоследок, планировала, как лучше это сделать. И хотя я говорила себе, что мне наплевать, когда она, наконец, преподнесла мне это, и конечно же в своей неподражаемой манере. У нее вошло в привычку оставлять вас ни с чем. Я решила, что перестану думать об этом. Нет никакого проку думать об этом. Не так уж много остается вещей, заслуживающих того, чтобы о них думать.
Я наблюдала за подплывающими лодками, видела кошки и крючки, которые выглядели как средневековые пыточные орудия. Их налаживали на свету, когда полицейские распределяли между собой участки поиска. Представители власти скучились в конце пирса, где Уилма оставила свои вещи.
Через некоторое время Пол медленно пошел вверх по ступенькам ко мне. Он остановился, поежился и попросил:
— Побудете здесь, Джуди, пока я вытрусь и возьму еще сигарет, хорошо? Я хочу с вами поговорить.
— Конечно.
Он быстро вернулся и сел на одну ступеньку ниже меня. Вытирая мокрые волосы полотенцем, вполголоса проговорил:
— Этот помощник шерифа, по имени Фиш, нашел ее купальник из двух частей в кармане ее халата. Что тут происходило? На ней был другой купальник?
— Нет. Мы расшалились. По сути дела, устроили вакханалию, если вам не придет на ум какой-то более медицинский термин. При свете звезд.
Он повернулся и посмотрел на меня с неодобрением:
— И вы тоже, Джуди?
Мне сразу бросилась в глаза та странность, что его первый вопрос не касался чуть тепленькой Мэвис.
Я распахнула верх халата:
— Обращаю ваше внимание на то, любезный сэр, что я по-прежнему облачена в мое старое купальное одеяние из синего сержа, то, которое блестит на седалище. У меня холодная озерная вода, как ни странно, совсем не возбуждает полового влечения. И если уж меня станут вылавливать кошками при свете звезд, то хочу, чтобы меня было за что подцепить. Можете отнести меня к разряду некомпанейских людей.
— А как насчет Мэвис?
— Леди сказала бы, что она не знает. Но ваша супруга совершенно голая под этим своим роскошным халатом. А фигурка у нее что надо, могла бы я добавить. Помимо этого, некомпанейскими людьми оказались Рэнди, который недостаточно хорошо плавает, и Уоллас Дорн, который, наверное, не мог бы вынести такой потери достоинства.
Пол помолчал какое-то время, потом потрясенно спросил:
— И Ноэль тоже?
— Считайте, что мы оба в замешательстве, дружище Пол. Я отношу это на счет бренди. Или атавизма. Или неосознанной мести своему благоверному. Или подначивания со стороны Стива Уинсана. В любом случае, я скажу — черт с ним. Мне кажется, такой разговор больше пристало вести на заднем дворе, развешивая белье. Были разглагольствования насчет возвращения к матушке-природе. Хотя я и привыкла появляться перед публикой в не слишком презентабельном виде, в душе так и осталась застенчивой девушкой. Провожу кое-какие границы. У меня просто мурашки по всему телу бегают. Я задумалась об упадке современного общества. Как видите, я — мыслитель, самый что ни на есть серьезный.
— Где вы были, когда это случилось, Джуди?
— Толком и не знаю, потому что никто, похоже, не знает точно, когда это случилось. Кто-то начал звать ее. По-моему, это была Мэвис. Потом все мы прислушивались. Потом Гил Хайес стал выкрикивать ее имя так громко, что оно отдавалось эхом с другого берега. И мы все вслушивались. А Уилмы все нет и нет. Тогда Стив помчался наверх, чтобы включить свет, дав своим товарищам по играм совсем мало времени на то, чтобы привести себя в подобающий вид. Я услышала лихорадочную возню. Стив, должно быть, влезал в шорты на полном скаку. В этот момент вы вышли на сцену из-за кулис с таким видом, будто вас вытащили из-под камня. А потом проявился ваш административный талант. Порядок из хаоса.
— Бог мой, как хочется, чтобы Мэвис заткнулась!
На это моего ответа не последовало. Мне тоже хотелось, чтобы она заткнулась. Я посмотрела на его затылок. Мне понравилось, как забавно, по-мальчишески, закручивались непричесанные волосы на его макушке. Бедный медведь. Здоровенный мужик, в котором чувствуется цельность. Возможно, его когти и зубы достаточно остры в мире бизнеса, но в такой ситуации он был ребенком, только начавшим ходить. Такие типы, как Стив, Уоллас Дорн, Рэнди и Уилма и — чего уж там греха таить — Джуди Джона, могли бы выпотрошить его легким движением руки. Наверное, отличие заключается в следующем: мы постигаем, возможно, слишком рано, что поля самых жестоких битв — это коктейли, званые обеды, банкеты по окончании спектакля, пропускание по рюмашке перед ленчем. Люди вроде Пола Докерти воспринимают подобные вещи как отдых. Так что здесь он находился среди волков, обремененный этой глупой женой, которая обожает — мне следовало сказать: обожала — Уилму, этой глупой женой, не имеющей достаточного житейского опыта даже для того, чтобы чувствовать подсознательную причину этого обожания, хотя Уилма-то наверняка знала, что к чему. И я совсем не исключаю, что, будь она жива, она бы завела Мэвис достаточно далеко, чтобы девушка в один прекрасный день с неподдельным ужасом взглянула на себя и на свои мотивации.
Бедный милый медведь! Милый человек с грубоватым лицом, сбитый с толку свой дамой и вызывающий у нее едва ли не отвращение. Джуди, девочка моя, это непозволительная роскошь для тебя, и все же до чего это было бы чудесно — еще раз снять маску и подержать большого медведя в своих объятиях, крепко и нежно, потому что любви так давно уже не было.
— Похоже, они там, внизу, знают, что делают, — произнес Пол.
В этом действительно просматривалась какая-то упорядоченность — в том, как лодки прочесывали озеро, взад-вперед, туда-сюда. Поднялся ветер, и неожиданно стало прохладно. Мой халат показался мне тонким.
— Схожу оденусь, — решила я.
— Хорошая мысль. Так сразу они ее не найдут. Они все время останавливаются. Дно, наверное, каменистое.
— Они достают... до самого дна?
— Как я понимаю, да. Потом, если они ее не найдут, через несколько дней при разложении выработается достаточно газа, чтобы вынести тело на поверхность. Раньше стреляли из пушки, чтобы тело всплыло. А почему — хоть убей не знаю.
Тут я задрожала так сильно, что у меня застучали зубы, и я поспешно встала.
Ноэль и Рэнди занимали соседнюю комнату. Я услышала его голос, резкий и пронзительный от напряжения, произносящий снова и снова: «О боже, о боже, о боже». Потом услышала ее голос, более мягкий и низкий, успокаивающий его. С парнем явно творилось что-то неладное. Совсем неладное. Ноэль я тоже не завидовала.
Мой купальник был все еще мокрый. Стащив его с себя и переступив через него, я достала большое, толстое, роскошное полотенце и растиралась до тех пор, пока тело не запылало.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32