А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Когда он позвонил я, задумавшись, сидел у окна, приблизив лицо к стеклу, и смотрел вниз, на полупустые тротуары нашего двора.
Уже темнело. Дождь, зарядивший с со вчерашнего вечера, продолжал уныло сечь серый масляный асфальт. Желтые, по случаю преждевременный сумерек раньше времени включенные фонари, слабо отражались в лужах, заполнивших выбоины и складки глянцевого асфальта. Изредка проезжающая машина разбрызгивает лужи, но вода вновь стекает на проезжую часть и, поволновавшись немного, застывает, перемигиваясь с желтыми окнами, где так же уже включили свет.
А днем заходили оба Арбузова: дядя и племянник. Лев Сергеевич как раз вернулся из командировки, но послел лишь к окончанию мытарств племянника. Андрей все ещё не отошел от гибели жены, хотя, поразила его больше неожиданность происшедшего, чем трагичность потери, которую на самом деле ему пришлось пережить пару недель назад. Я так предполагаю со стороны, но со стороны всегда все проще кажется.
Тарасов Андрея уволить не успел, и формально тот мог бы продолжать работать и получать свою зарплату. Однако Андрей этого сам не хотел. Сказал, что проблем с трудоустройством специалист его класса не имеет. Такие вот дела.
Мы посидели, я рассказал подробности, которые знал. Дядя Андрея, Лев Сергеевич, с появления которого все и началось, благодарил меня весьма эмоционально. Намекал на дополнительное материальное вознаграждение, но я намеки не понял принципиально. С тем и расстались, договорившись встретиться ещё раз. Как можно скорее.
А тут, уже вечером, неожиданно пришел майор Степанов. Мы пожали друг другу руки и расселись в креслах друг против друга. Закурили. Я принес коньячку, и майор не стал отказываться.
А потом он огорошил меня предложением идти к нему в команду. И то, что сам для себя я тут же решил согласиться, решил бросить свою самостоятельную жизнь, поразило меня чрезвычайно. Хотя майору я сказал, что сразу не могу решить, отвечу на днях. Он не возражал.
Потом мы перешли к Тарасову. И майор охотно поделился всем тем, что им в РУБОПе удалось прояснить за последние сутки. Узнали они фактически все.
- Мы сразу допросили самого Тарасова, а потом и его племянника. В общих чертах уже все ясно. Впрочем, ты, наверное, сам знаете больше, чем мне докладывал, но тем не менее...
Майор сделал глоток из своей рюмки и продолжил.
- Да, - сказал он, - не знаю даже с чего начать. Тут замешаны почти все, кто имел отношение к семье Тарасовых. Вернее, те, кто был заинтересован в деньгах Тарасова. Заинтересованы были все, кто больше, кто меньше. Когда господин Тарасов женился на Елене Протопоповой, это не могло понравиться его племяннику Александру. А кроме того, серетарю - Леоновой Людмиле Дмитриевне. Последняя вообще была влюблена в босса, поэтому убедила себя, что имеет исключительны права заботиться о нем. Она, по словам племянника, вообще возненавидела Елену и убедила Александра прослушивать все телефонные звонки хозяйки, раз он большую часть дня находился в доме. Елена Олеговна мало заботилась о конспирации, поэтому очень скоро Леонова и Александр знали об истинной жизни новой жены Тарасова достаточно много. Леонова только ждала удобного случая, чтобы все сообщить шефу. Ей хотелось, чтобы Тарасов наверняка выгнал жену. Удобный случай представился в Питере, куда Тарасов вылетел с секретаршей по делам фирмы. Леонова подгадала, когда шеф был в подходящем настроении, и все ему выложила. Тарасов немедленно вылетел в Москву и нагрянул домой, когда его меньше всего ждали. Застигнутая врасплох Елена даже не очень отпиралась, призналась, что уже и так думала уйти, может быть, к прежнему, настоящему мужу, тот, мол, намного моложе и, вообще, с ним не надо притворяться. Денег у неё самой достаточно, она, мол, глупость сделала, когда послушалась Клина и вышла замуж за старичка.
Майор Степанов ухмыльнулся и закурил новую сигарету.
- Сам понимаешь, Тарасов не тот мужик, с которым можно разговаривать подобным образом. Да и не сумел бы он так разбогатеть и управлять таким большим производством, если бы не имел соответствующих качеств. Такие как воля и решительность. Он пристрелил свою молоденькую жену. В этот момент к ней приехали Клин и Жанна. Все трое друзья детства и совместно участвовали в организации сети продаж наркотиков. Никто ведь не предполагал, что Тарасов так быстро явится из Питера. Клин и Жанна вошли и застали Тарасова на месте преступления. Они быстро смекнули, что из смерти подруги можно извлечь пользу, воспользовались тем, что Тарасов был сам достаточно ошеломлен убийством и предложили ему за небольшую для него сумму замести следы. Дело осложнялось тем, что свидетелем преступления оказалась секретарь Тарасова. Но Клинов заверил Тарасова, что с ней договорятся, если он оставит секретаря здесь, в доме. Тарасов, попросил Леонову дождаться его дома. После чего все, кроме Леоновой, разъехались. Тарасов спешно выехал на аэродром, а там вылетел обратно в Питер, где даже не заметили его отсутствия. Он ведь даже в спешке не выписался из гостиницы. Клин с Жанной погрузили труп подружки в свою машину и увезли. Труп они сбросили в тот кислотный колодец в коллекторе. Кстати, что за мерзость. Зато трупы растворяет - любо дорого. Мы там обнаружили пару ещё свежих трупа - Клина и его шестерки, а потом ещё фрагменты трех тел.
Но на этом все не кончилось. Тарасов мог убеждать себя сколько угодно, что с Леоновой удастся договориться, и она ничего никому не скажет, но Клин привык решать подобного рода вопросы просто. Он вернулся с Жанной в дом Тарасова и застрелил Леонову в ванне.
- Некий Исса застрелил.
- Исса? Что за Исса?
- Боевик Клина. Он и сержанта твоего в моей машине достал.
- А, вон оно что. Ну да ладно, суть от этого не меняется. В общем, Жанна в это время звонила тебе, выдавая себя за убитую подругу. Она инсценировала испуг, попросила тебя приехать. Предположили, что с частником всегда договорятся. Частники ведь и работают, чтобы деньги получать, а не истину выяснять. Ну, ну, не дергайся, это я с их точки зрения рассуждаю, сказал майор, заметив, что я хочу возразить. Ухмыльнулся и продолжил. - Ты, значит, явился, и дело закрутилось. Никто не знал, что Терещенко собирался вечером приехать к жене. К бывшей жене. А остальное ты знаешь даже лучше меня. Кстати, твоя беспримерная активность всерьез обеспокоила и Клина и Жанну. Не зря, да? Особенно Жанну. Да и у Клина ты сидел в печенках. Когда же все стало подходить к концу, эта Жанна перепугалась ещё сильнее. Почувствовала, что Клину не выкрутиться и сбежала. Прихватила все их совместные денежки и вчера явилась к Тарасову. Явилась и потребовала, чтобы он её выдал за свою жену и укрыл от Клина. На несколько дней, пока все не уляжется. И ведь все могло действительно уладиться. Мы могли бы поверить мужу. Потом бы разобрались, конечно, но она была бы уже далеко. Может за границе. Возни бы было больше. Ну а тут снова возник ты, шустрый старлей. Ты её узнал, и она попыталась тебя убить.
Я покачал головой.
- А зачем Тарасов прятался за шторой? Зачем оглушил меня?
- Я же говорю, он тоже был уже на взводе за эти дни. Выдать Жанну за свою жену он согласился, но всюду искал предательства. Он спрятался за штору, чтобы слышать ваш разговор. А когда понял, что ты уже во всем разобрался, решил убить Жанну и свалить вину на тебя. В аффекте мужик был. Тем более, только в тот момент понял, какую матерую дамочку он покрывает. Если бы она тебя сумела убить, это преступление тем более легло бы на него. Так он сообразил в тот момент. Разумеется, если бы у него было время обдумать все тщательнее, он конечно же, отказался бы от своего замысла и, возможно, в самом деле не стал бы убивать Жанну. Разумнее было бы Тарасову признаться во всем. Но к этому времени ты тоже сидел у него в печенках. Он действовал спонтанно.
- Странно все-таки, - сказал я, - запутался мужик. Не надо было ему меня подставлять. Убил бы её сразу и никто ничего бы не узнал.
- Если бы все преступления делались разумно, то их никогда бы не могли раскрыть. И наша профессия не была бы нужна, - усмехнулся майор Степанов. Тем более, что оба убийства - я уже говорил - совершены им с состоянии аффекта.
- Что теперь будет Тарасову?
Майор Степанов снова усмехнулся.
- Получит свой срок, куда он денется. Перед законом все равны.
Он вскоре ушел. Сказал, чтобы завтра я ему позвонил. Чего отттягивать. Первое время, мол, похожу капитаном, а вскоре и майора получу. Героев России не так уж у них и много работают. Грешно все-таки разбазаривать ценные кадры.
Он ушел.
А я вновь сел у окна. Потянувшись, открыл створку и пустил свежего мокрого воздуха. На улице все ещё шел дождь, вокруг фонарей дрожали ореолы и продолжал масляно горбатиться асфальт под светом фар проезжавших авто.
Неожиданно поднявшийся ветер с шумом пролетел по тополям. Он не утихал и все усиливался, усиливался. Что дальше теперь будет? Я высунулся в окно и подставил лицо падающим с неба мелким каплям... Нет, нет, все ещё только начинается. Жизнь только ещё начинается, жизнь сильнее и мудрее всех нас. Еще впереди многое, многое...
А тополя гудели и бушевали во мраке...
КОНЕЦ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37