А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Что же получилось, когда Голландец Шульц решил убить Дьюи? Гангстеры застрелили своего же дружка Шульца, только чтобы не произошло убийство Дьюи!. Я знаю, что у меня опасная профессия. Но она не изменила моей жизненной философии, просто я причисляю себя к разряду трусов.
— Вам часто приходится испытывать страх?
— Часто. А вам?
— Очень часто, приятель. — Я с улыбкой посмотрел на Торренса, и он улыбнулся в ответ По его взгляду я угадал, что он понял меня — Так вернемся к Сью.
— Я поговорю с ней.
— Вы уговорите ее вернуться домой?
— Это пусть она решает сама. Я сначала выслушаю, что она скажет. А что, если она не захочет вернуться? Торренс немного подумал:
— Это ее дело. Она ребенок... и в то же время уже не ребенок. Вы понимаете, что я имею в виду.
— Угу. Он кивнул:
— В финансовом отношении она хорошо обеспечена, и, откровенно говоря, я не знаю, что я еще могу для нее сделать. Тут я нуждаюсь в совете.
— Чьем?
— Возможно, в вашем, мистер Хаммер, — ответил он, сверкнув глазами в мою сторону.
— Возможно.
— Могу я прежде всего узнать ваш статус?
— Я наделен особыми полномочиями. В настоящее время эти полномочия позволяют мне поступать по собственному усмотрению. Разумеется, при соответствующих основаниях.
— Срок ваших полномочий ограничен?
— Вы очень сообразительны, приятель. — Он кивнул, и я сказал:
— Они прекратятся, если меня прикончат либо если я допущу ошибку.
— Вот как?
— Но времена ошибок уже позади.
— Тогда дайте мне совет. Я нуждаюсь в совете человека, больше не совершающего ошибок. В голосе у него уже не было сарказма.
— Я продержу ее у себя, пока она не захочет уйти, — сказал я.
Подумав еще секунд десять, он кивнул, встал и подошел к письменному столу. Открыв чековую книжку, он выписал чек и отдал его мне — зеленый кусочек бумаги, теперь, с его подписью, стоивший пять тысяч дол ларов. Он испытующе смотрел на меня, пока я складывал чек.
— Это довольно большая сумма, — сказал я.
— Мне хочется, чтобы Сью была в безопасности и чтобы у нее все было хорошо. Кроме того, мне хотелось бы, чтобы она вернулась домой. Все это я предоставляю сделать вам, мистер Хаммер. С чего вы начнете?
— С того, что попрошу вас вспомнить имена тех, кто вам угрожал и собирался отомстить.
— Я не думаю, что это имеет какое-то значение.
— Прошу вас, доверьте это решать мне. Возвратившееся прошлое часто грозит нам многими бедами. И несет с собой много грязи. Если вы не предоставляете мне свободы действий, то мне лучше вернуть вам чек. Тогда, по крайней мере, я смогу делать то, что мне заблагорассудится.
— Это дело имеет для вас какое-то особое значение, не правда ли, мистер Хаммер? Вы занялись им не про-сто от нечего делать или ради заработка? Можете мне ничего не говорить, но я знаю, что здесь замешано что-то еще.
Мы посмотрели друг на друга. Очень недолго, потому что мы оба были профессионалами и знали, что между нами не может быть особых тайн.
— Вы видите меня насквозь, Торренс.
— Да, Майк. Вы тоже, по-моему, всех видите насквозь. Усмехнувшись, я сунул чек в карман.
— Вы не совсем правы...
Глава 3
Ты всегда можешь начинать с покойника. Это полный конец и совершеннейшее начало. Смерть слишком определенна, чтобы казаться двусмысленной.
Однако и в смерти может таиться опасность. Прошло много времени, и за семь лет кто-то мог забыть, кто-то — потерять интерес, а кто-то — играть в прятки и найти себе имя в неведомой стране ночных людей.
Кид Хэнд был мертв. Кто-то мог сойти с ума. Кто-то еще — забеспокоиться. Теперь уже каждый знал, что произошло в наемной комнате, и кто-то мог выжидать. Наверное, есть и такие, кто помнил все семь лет, помнил и ждал, "что будет дальше. Некоторые хотели бы знать. Некоторые — отыскать.
Возможно, отыскать меня.
Неподалеку от Бродвея, на Сорок девятой улице, находится старый отель, зажатый между двумя бетонными коробками. Нижний этаж этого отеля занимает маленький бар с забавным названием, который посещают еще более забавные люди. Я увидел там много новых лиц, но были и старые знакомые. Я сразу заприметил Джерси Тоби, который при виде меня чуть не захлебнулся пивом. Подойдя к стойке, я заказал коктейль и стал ждать.
Бармен и бровью не повел. Он приготовил мне напиток, взял доллар и сказал:
— Привет, Майк.
— Привет, Чарли, — ответил я.
— Тебя что-то не видно было.
— Так уж вышло.
— Рад, что ты одолел скользкие дорожки.
— Ты слишком много слышишь.
— Барменам приходится и говорить.
— С кем?
— Да так, кое с кем.
— С кем же?
— С другими барменами, к примеру.
— А с кем-то еще?
— Больше ни с кем — Бизнес — это бизнес, — усмехнулся я.
— Так оно и есть, Майк.
— Точно, Чарли.
Он отошел к другому концу стойки и стал смешивать коктейли для двух проституток; потом, не закончив это дело, вдруг замер на какое-то время с озабоченным выражением лица.
Джерси Тоби закружился по бару. Купив в автомате сигареты, он уселся на табурет рядом со мной, словно случайный сосед.
После небольшого молчания он сказал:
— Послушай, Майк...
— Перестань потеть, приятель.
— Ты пришел сюда из-за меня или... из-за кого-то еще?
— Из-за кого-то еще.
— Черт возьми, Майк! Ведь мы давно знакомы. Неужели ты думаешь, что я не знаю, что произошло?
— А что произошло?
— Что? — закричал он. — А Левит и Кид Хэнд! Неужели ты думаешь, что в этом городе можно по-прежнему палить направо и налево? Нет, времена изменились. Ты долгое время был вне игры и лучше бы так и оставался. И прежде чем я скроюсь, выслушай еще одну вещь. Не думай, что тебе удастся загнать меня в угол. Я тебе ничего не скажу! Ни словечка! Оставь меня в покое! Я теперь деловой человек и никому не становлюсь поперек дороги. Я никого не трогаю, и меня никто не трогает. И так будет впредь.
— Чудесно.
— И такие мягкие приемчики со мной тоже не пройдут.
— Чем же ты теперь промышляешь, Тоби?
— Я сутенер.
— Так низко ты еще не опускался.
— Да? Что ж, может быть, но теперь у меня хватает денег и есть две девушки, с которыми можно поразвлечься. И я никого не трогаю — не то что другие мошенники. И у меня еще остается пара сотен, чтобы подмазать кого нужно. Понятно?
— Я не собираюсь отбивать у тебя хлеб.
— Чертовски разумно.
Он сидел и смотрел в свой стакан, довольный, что наконец высказал мне то, что скопилось у него на душе. Но тут я взял его руку и положил себе на бедро — туда, где прощупывался пистолет, — и спросил его:
— Припоминаешь?
Он вздрогнул и отнял руку.
— Да, ты только это и знаешь, — сказал он. — Ничего другого. Стоит тебе вынуть пушку, и тебя арестуют, а я буду по-прежнему жить да радоваться.
Тогда мне пришлось использовать последний аргумент. Я вынул бумажник, открыл его и положил так, чтобы было видно синее удостоверение. Тоби долго смотрел на него, потом широко открыл глаза и схватился за свой стакан.
— Туз, Тоби, козырной туз, — сказал я. — Теперь пойдем к тебе или ко мне?
— Я... У меня наверху комната.
— Какой номер?
— Триста тринадцать.
— Ладно. Увидимся через десять минут. Ты иди первым...
Комната Тоби выходила во двор. У нее был обычный безликий вид номера в отеле, и пахло в ней прокисшим пивом и заношенным бельем. Тоби открыл пиво, но я отказался. Пожав плечами, он уселся и сказал:
— Выкладывай, Майк.
— Кид Хэнд.
— Он мертв.
— Мне это известно. Я сам застрелил его. Черепушку снес так, что мозги размазались по стене. Не он первый и, наверное, не он последний.
— Майк, ты действительно ненормальный, — сказал Тоби, осторожно отставляя пиво.
— Тоби...
— Нет, ты действительно ненормальный. Наверно, у тебя жажда смерти, как мне уже не раз приходилось слышать.
— Тоби...
— Правда, Майк. Такие новости расходятся довольно быстро. Тебе не пришить кого-то в этом городе, чтобы об этом сразу не узнали. Ты был психом и раньше, еще издавна, но теперь окончательно спятил. Думаешь, я не знаю? К черту, все уже знают! Я даже не хочу находиться с тобой в одной комнате.
— У тебя просто нет другого выбора, Тоби.
— Я уверен, что поплачусь за это. И ты тоже. Черт побери, Майк...
— Кид Хэнд, — повторил я.
— Он работал на Тилсона. Все это знали.
— Дальше.
— Ты чокнутый! Что я могу знать о Киде Хэнде? Мы занимались совсем разным бизнесом. Я всего лишь мелкий сутенер. А он знаешь кто? Он большая шишка. Он правая рука мистера Дикерсона. Думаешь, я собираюсь...
— Кто такой этот Дикерсон?
— Дружище, кто может знать, кто такой мистер Дикерсон? Он новый босс. Он появился совсем недавно, и все остальные гангстеры встали перед ним навытяжку. Черт возьми, больше я ничего не могу тебе сообщить.
— Политикой он занимается?
— Нет, никогда! У него и без того есть все, что ему нужно. Ты знаешь, что происходит в этом городе, друг? Сюда со всех сторон съезжаются гангстеры. Причем все — большие шишки и готовятся к чему-то. Я прямо вижу, как этот поток течет мимо меня, но я не ловлю в нем рыбу. Слишком долго бандиты сидели тихо, но теперь раздухарились, как индейцы. Появился большой начальник, и все гангстеры как осатанели. Больше я ничего не могу сказать.
— Кид Хэнд?
— Настоящий псих. Отменный стрелок и знал, где его хлеб. Лез вверх, а потом решил вернуться на прежнюю ступеньку.
— Почему?
— Что почему?
— Почему он напал на меня? Не разберусь в этой каше.
— Может, знал, что это ты? Он знал?
— Мне говорили, будто он хотел просто оказать кому-то услугу.
Тоби встал и уставился в мутное окно.
— Почему бы и нет? Услуги — важная вещь. Оказывая их, ты кажешься сильным. Это доказывает, что ты не какой-нибудь простофиля. Это доказывает...
— Это доказывает, что тебя скоро могут пришить. Он медленно повернулся ко мне:
— Я влип, Майк?
— Не вижу, каким образом.
— Спрашивай напрямую.
— Кто такой Дикерсон?
— Никто не знает. Большой человек.
— Деньги?
— Я думаю.
— А кто будет преемником Кида Хэнда?
— Понятия не имею. Может быть, Дел Пеннер. Довольно крепкий орешек. Сидел десять лет, потом в Чикаго участвовал в бизнесе с игральными автоматами. Он уже наступал Киду на пятки.
— Тогда, может быть, Кид замахнулся на чью-то власть? Или и вправду хотел оказать кому-то услугу?
— Услуги никого не убивают.
— Но Киду это стоило жизни.
— Он же не знал, что напорется на тебя! Я долго смотрел на Тоби, потом лицо его застыло, и он отвел взгляд. Сделав большой глоток пива, он посмотрел на меня, потом сказал:
— Я слышал, что он хотел кому-то оказать личную услугу. Твое присутствие там оказалось полной неожиданностью. Ты не представляешь себе, какой неожиданностью. С тобой это не было связано. Тут что-то другое. Вот и все, что я знаю. И больше не хочу ничего знать. Я просто хочу зарабатывать деньги на своей спокойной профессии — и оставь меня в покое.
— Почему?
— Потому что ты теперь жжешься, как раскаленное железо. Это знают все. И все ждут, что произойдет.
— К этому я привык.
— На этот раз дело обстоит серьезней. — Он долго смотрел в стакан с пивом и наконец решился. — Ты слышал что-нибудь о Марве Каниа?
— Нет.
— Он приехал из Сент-Луиса. Наемный убийца. Лет примерно двадцати восьми. Первое убийство он совершил еще подростком. Потом некоторое время крутился в Канзас-Сити, затем переехал на Западное побережье, после чего опять вернулся в Сент-Луис. Известно, что он убрал Анджело и Винса Паго и был замешан в дело Карлайла в Лос-Анджелесе. Он такой же бешеный, как и ты.
— Ну и что же?
— Ты сейчас представляешь собой мишень. Каниа шляется по городу с куском свинца в животе, и всем известно, где он его заработал. Моли Бога, чтобы он умер. А если этого не произойдет, то умрешь ты.
Я встал и взял шляпу.
— Последнее время мне везет, — сказал я.
— Надеюсь, это надолго.
Когда я подошел к двери, Джерси добавил:
— Не хотелось бы мне быть здесь, когда это твое везение кончится. Ты наделаешь много шуму.
— Мне тоже так кажется.
— Так оно и будет, — заверил он.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21