А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Он не сомневался, что выкрутится из этой передряги. Лохи-то как раз они, а не он. Это не профессионалы, которые сразу быка за рога берут. Ну, удалось им его взять, это как новичкам в рулетку везет. А что теперь делать, они, похоже, и не знают. Не убивать же его будут, в самом деле... Это же сопляки, мальчишки... Куда им... Стоп. Что такое эта деваха говорит? «Опять вырублю...» Значит, это она так его отделала?
— Слушай, так это ты меня?.. — спросил Димка у девушки.
— Ха! Проснулся. Ну, я. Что, понравилось? Добавить? Да я связанных не бью.
— Так развяжи.
— Не смеши, парень. Слушай, Джус, этот уже действительно достал. Будем отдыхать-то или нет?
— Будем, будем. Только парнишка, по-моему, не понял, насколько все серьезно.
Джус встал из-за стола, высоко задирая ноги в широких штанах, перешагнул через колени Ваксы и подошел к Димке.
— Ты и вправду не понял или дурака валяешь, а, бычара?
Димка сжал зубы, чтобы не вырвались ненужные до времени слова. Этот поганец специально провоцирует. Сам, просто так, ударить не может. Ему повод нужен. Димка знал эту породу. Слабаки. Пока им на мозоль не наступят, они ничего не могут...
Джус коротко взмахнул руками и ударил Димку с двух сторон ладонями по ушам.
Полыхнул в глазах белый огонь, в голову как будто вбили два занозистых кола, которые встретились друг с другом где-то в районе затылка. Череп словно наполнился расплавленным свинцом.
— Смотри, плачет... «Богатые тоже плачут», — прокомментировала Вакса.
По лицу Димки действительно текли слезы. Но он не плакал. Это был просто рефлекс, следствие удара. Хотя он и не думал об этом. Какое-то время ему было все равно — слезы, не слезы... Попробуй тут разобраться, когда такое в голове происходит...
— Ну, что, братан, — Джус нарочито исковеркал последнее слово, — поверил? Или мало?
— Достаточно, — с трудом проговорил Димка.
— Ладно. Мы устали сегодня. Все дела решим завтра, — сказал Джус. — Тут у нас спокойно. Никто не придет. Стрем тебя будет сторожить. Если хочешь в сортир, делай сейчас, потом тебя никто уже развязывать не будет.
Димка кивнул головой.
Процесс был долгим. Сначала вся компания перевязала ему руки из положения «сзади» в позицию «спереди». Потом сцепили наручниками освободившиеся от стула ноги. Затем он прыгал под присмотром Джуса и Стрема в туалет. Далее вся процедура повторилась в обратном порядке.
— Вакса, давай его усыплять, — скомандовал Джус.
Вакса вздохнула:
— Сколько с ним мороки, Господи...
— Ладно, ладно... Деньги трудом зарабатываются.
Девушка потянулась к кожаному рюкзачку, лежавшему на диване, достала оттуда длинную коробочку. Димка увидел шприц и большую ампулу.
— Что это? — спросил он, стараясь говорить спокойно.
— Не боись, бандит. На иглу тебя сажать никто не собирается. Кайф нынче дорог. Димедрола тебе вмажем, чтобы не шумел ночью.
Сопротивляться было бессмысленно. Вакса колола умело, быстро и точно вогнала иглу, вытащила, даже протерла место укола ваткой.
— Видишь, как о тебе заботится, — процедил Джус. — Я даже боюсь, что ревновать начну. Ладно, спи, жертва перестройки. Сегодня позвоню твоему начальству. Если они не дураки, мы тебя уже завтра отпустим. Все от них зависит. Нужен ты им или нет.
— А если нет?
— А если нет — тебе же хуже... Ладно, устал я. Пошли, Вакса.
Димка пытался думать о том, как выкрутиться. Но перед глазами все поплыло, мысли начали путаться, и он погрузился в состояние, близкое к перепою, когда не заснуть толком и не проснуться по-настоящему. Время текло медленно. Наконец, как показалось Димке, он нашел более-менее удобное положение и, перестав чувствовать боль в запястьях от наручников, начал погружаться в сон.
Глава 14
Майор решил начать действовать. «Начинать и заканчивать», — проговорил он про себя, сидя в кабинете и набирая телефонный номер Турка. Слишком этот бандит его стал напрягать. Да и если бы даже не он, все равно пора сворачиваться с работой в этой стране. Слишком уж сильно запахло жареным вокруг его «Кольчуги». Старые связи — это хорошо, но охрана — отчасти и за счет этих связей — наркодельцов очень рискованный бизнес. Такие вещи можно делать только разово. И быстро. Заработать и свалить. Иначе всплывает рано или поздно нежелательная информация, и тогда не то чтобы конец, но опять неприятности, суды, адвокаты. Опять вся репутация псу под хвост. Разве ему это нужно? Тем более что личный счет майора уже пополнился изрядно и в Штатах его ждала обеспеченная старость. Да и не старость, он еще очень даже может «дать попрыгунчика». Так, кажется, шутили некогда они, посвященные в тайны ментовских операций, в узком кругу своих товарищей, парясь в баньке какого-нибудь секретаря обкома.
— Артур? — начал майор очень спокойно. — Это я. Есть дело. Приезжай.
Турок согласился приехать сразу. Еще бы! Теперь он в майоре был заинтересован больше, чем когда бы то ни было. А он, майор, сейчас начнет играть эндшпиль.
История с магазином «Рокси» была занятной. Оказалось, что «Рокси» перекуплен какими-то подростками, на которых неожиданно свалились деньги, да не какие-нибудь, а весьма крупные.
Выяснив примерную историю этих денег, майор еще больше заинтересовался хозяйкой музыкального магазина. Причастна ли она к смерти некоего Инвалида и еще пары-тройки видных персон преступного мира, до конца не было ясно, но связи прослеживались отчетливые.
Да, экая девушка. И при каких средствах! Сначала Сухой, а потом уже и сам майор пристально следили за перипетиями ремонта и развития предприятия, радуясь успехам молодых коммерсантов, как своим собственным. Вслух ни разу не было сказано, что будет произведен так называемый «отъем» денег, но это носилось в воздухе. Иначе с чего бы Сухому ставить в «Рокси» «жучки», а майору отслеживать затраты и прибыли? Они давно понимали друг друга без слов. Сухой стоял у самых истоков коммерчески успешного охранного предприятия «Кольчуга» и был в курсе большинства майоровых дел.
Итак, все складывалось как нельзя удачно. Турок был большим специалистом по взлому сейфов. Причем не по собственно механическим операциям, сверлению, взрывам и возне с пилами и долотами. Это все каменный век. А вот шифры, электрические схемы — этому он когда-то лихо обучился и совершенствовался время от времени с большим успехом.
Навести Турка на Настину квартиру, куда он пойдет, конечно, вместе с Монахом, ну еще с кем-нибудь третьим. Дать им выпотрошить девчонку, а затем на обратном пути всех их и порешить. Бабки взять — и вперед!
Миллион, ну, пусть полмиллиона — хороший приварок к увесистому американскому счету майора. Четверть лимона все-таки можно отдать Сухому. Наверное...
Турку не пришлось долго объяснять, что к чему.
— Если и на этот раз проколемся, держись, майор, — сказал он. — А впрочем, что там... Вместе пойдем.
— Мы не занимаемся такими вещами, Артур, — урезонил партнера Пресник. — Это-то ты должен понимать. И ты меня не переубедишь.
Турок внимательно посмотрел в глаза Пресника:
— Ладно. Когда?
— Завтра утром. Там никого не будет. Гарантия. Я слушаю все их разговоры. Вернее, почти все. Так что не волнуйся.
— Ну да... А тебе-то что за интерес? Бабки мне отдать?
— Отдать, да. И еще. Я отдаю тебе эту, скажем так, разовую выплату, а себе оставляю магазин. Ты уже в него потом не лезь. Такие условия.
— Мне на твои условия...
Впрочем, проговорил он это так как-то, полувяло. Турок был внутренне согласен с предложением майора. Магазин он бы взял полгода назад, ну, даже еще месяц назад. Но сейчас, при полной неразберихе, царившей в его некогда стройных делах и рядах, лучше просто денег заработать.
— Хорошо. Завтра идем. Будешь на связи. Если что, подтянешься, прикроешь.
— Да от кого там прикрывать-то? Не беспокойся, Турок...
* * *
Настя ходила между стеллажами, проверяя, все ли диски стоят правильно, в алфавитном порядке. В магазин были взяты еще два продавца — Куку невозможно было уже справляться с закрутившейся махиной «Рокси». Об отпуске он не заикался, но Настя понимала, что он хоть и двужильный, но может надорваться.
Новые ребята-продавцы, кажется, были довольны. Еще бы. Столько, сколько платит Настя, они вряд ли где-нибудь получили бы. Конечно, если лезть в криминал, можно заработать значительно больше, но ведь не всякому же это по нутру.
Она смотрела на Юльку и Сергея — они были старше ее на пару лет, школу уже закончили, но никуда не поступали, решив делать карьеру без высшего образования. Как Серега решил проблему армии, Настя не знала и не интересовалась — это его дела. А ребята симпатичные, шустрые...
Она почти уже не думала ни о школе, ни вообще о прошлой своей детской жизни. Приближался ее день рождения — ей скоро будет семнадцать. Она не жалела ни секунды, что бросила школу, бросила старых дружков и подружек. Да и не такие уж они, как выяснилось, были незаменимые все в жизни. Заходила к ней только Глаша — круглыми, полными восторга глазами осматривала стеллажи с компактами, часами перебирала блестящие коробочки. Иногда покупала что-то из того, что подешевле.
Они пили чай в кабинете Насти, Глаша рассказывала о прошедших концертах, на которых побывала, о тусовках и других событиях...
Такие, на самом деле, мелкие все эти события, думала Настя. Неинтересные и незначительные. А что до концертов — она могла сейчас пойти на любой из них легко и без каких бы то ни было проблем.
Не было в городе более-менее известного музыканта, который не посещал бы ее магазин. И чем известнее был артист, тем чаще сюда захаживал. «Звезды» и «звездочки» знали теперь Настю лично, болтали с ней о том, о сем, приглашали на свои выступления, дарили новые диски с автографами. Были и такие, что денег просили на запись новых альбомов. Тем самым подавали Насте идею открытия своей студии звукозаписи...
Это выглядело вполне реальной перспективой. Куз обеспечивал рекламную поддержку на всех питерских радиостанциях и во всех хоть как-то и кем-то читаемых изданиях. Магазин приносил прибыль, и основной капитал оставался неизменным. Хотя, помимо зарплат соучредителям и работникам, а также исправной выплаты налогов, приходилось налево и направо раздавать взятки бесчисленным кровопийцам бюрократам из более чем десятка ведомств...
Конечно, Настя не забывала, что такая вольготка обеспечивалась отчасти тем, что Барракуда постоянно проворачивал многие операции с черным налом — отправлял своим московским оптовикам товар без всяких налогов и документов. Правда, делалось это так, что комар носа не подточит...
А вот Димка пропал. Настя не знала, как реагировать на это. С одной стороны, она была уверена, что с ним ничего не может случиться — Димка давно стал для нее воплощением надежности и силы. С другой — сверлила мысль, а не загулял ли от нее дружок, встретившись со своим одноклассником? Если так, то, может, и ничего. Охрана работала как часы, парни в униформе приезжали каждый день за полчаса до открытия магазина, а уезжали нередко последними.
Конечно, ночь, проведенная Настей в одиночестве, первая за много недель, была одновременно и нервной, и скучной. Ну что же, философски думала она, вот они, прелести «взрослой жизни». «Муж» загулял с дружками, «жена» дома дергается... Нет, не стоит опускаться до такой банальщины. Они вполне современные люди. Да и какая совместная жизнь не обходится без мелких неурядиц... А отношения у них с Димкой все равно такие, какие и не снились большинству «запротоколированных» семейных пар.
— Настя, тебе тут звонили, — сказал Барракуда, когда она пришла утром в магазин. Впервые, кстати, за несколько недель выспавшаяся. С Димкой обычно как-то не очень до сна было.
— Кто?
— Не знаю. Не представились. Я спросил, сказали, по личному делу. Будут перезванивать.
* * *
Турок, как и предполагал майор, пошел на дело вдвоем с Монахом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54