А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Вы что, уже поймали убийцу, и я должен его опознать?
— Там будут с тобой разбираться!
На лице капитана возникла ехидная усмешка.
— А в чем тут разбираться? — нахмурился Олег. То, что к нему обращаются на «ты», подтверждало самые страшные предположения. — По-моему, все предельно ясно! Я ни в чем не виноват!
— Если бы она выжила, то и хлопот никаких! — пожаловался мент. — А так померла! Теперь, знаешь, какую кашу заварят! Придется всей городской милиции убийцу искать! А чего его искать, когда вот он...
И мент выразительно посмотрел Олегу в глаза. Олег почувствовал, как у него похолодела спина, и к горлу подступил тяжелый комок. Его опасения оказались верны на все сто.
— Я не убивал эту женщину! — вскрикнул он. — Понятно вам! Не убивал! Надо быть ненормальным, чтобы пырнуть человека ножом, самому же вызвать «скорую», да еще и дожидаться приезда ментов! Вам не кажется, что это абсурд!
— Не кажется, — все так же мрачно произнес капитан. — Я не первый год в милиции. Всякое бывает! Между прочим, это самый простой способ уйти от наказания — убить человека, а потом вызвать опергруппу и рассказывать ей, как нашелся труп. И при этом больше всех переживать за убитого. Мол, ой как жалко человека! Ой, как жалко! Я с таким сталкивался, и не раз!
Капитан повернулся спиной и быстро двинул по коридору в сторону дежурки. Олег поплелся следом. Замыкающим шел сержант. Олег понял, что уже находится под конвоем. Как самый настоящий арестант. Не сбежать, не скрыться. Если попробуешь дернуться в сторону, тут же заломят руки и добавят статью за попытку побега. Или просто дадут эту статью, если другой еще нет. Но идти под суд за убийство, которого не совершал — верх несправедливости!
Олега вывели во двор, где уже стоял газик с обезьянником в задней части салона. Сержант открыл заднюю дверцу и пригласил Олега забраться в машину.
— Садитесь!
Олег понял, что если он этого не сделает, его затащат туда силой. Вывернут руки, согнут в пояс и закинут в машину, как мешок с картошкой.
— Вы не имеете права! — твердо сказал он. — Это беспредел! Я ни в чем не виноват! Попробуйте доказать мою вину!
Капитан Смирнов слегка усмехнулся, хотя это выглядело издевательски.
— Разве тебя в чем-то обвиняют! Пока ты у нас проходишь как свидетель! Мы лишь беспокоимся о том, чтобы единственный свидетель убийства, который у нас есть, куда-нибудь не пропал. В Управлении во всем разберутся и тебя отпустят! И поедешь себе домой!
— А что, здесь нельзя разобраться? — уточнил Олег. — Здесь, на месте преступления! Я все покажу, как и что там произошло!
— Нет, здесь нельзя! — отрезал капитан. — Это не в нашей компетенции. Мы только задерживаем подозреваемых. И все! Там опера соберут улики, сопоставят факты, отыщут доказательства и разберутся. Им за это зарплату платят!
Олег понял, что его судьба решена, и полез в машину. Сержант закрыл за ним заднюю дверцу, обошел газик и сел на переднее сиденье рядом с водилой. Водила, угрюмый парень простецкой деревенской наружности, уже сидел за рулем.
— Доставите в Управу и сразу обратно! — распорядился капитан. — Не прохлаждайтесь! Работы по горло!
— Есть! — недовольно ответствовал сержант. Видно, собирался после Управы загулять где-нибудь на стороне.
Газик выехал со двора на улицу, влился в поток машин и пошел во втором ряду на средней скорости потока. Торопиться ментам было явно некуда. Менты спят, служба идет.
Олег смотрел в зарешеченное окно на пролетающие мимо них иномарки. Красивые машины плавно, с легкостью, обходили этот старый дребезжащий драндулет, словно летели на крыльях. Еще вчера он тоже ехал в одной из таких машин. И пытался разрешить свои мелкие производственные проблемы. Сейчас они казались ему детскими шалостями на фоне вот этой проблемы, которая вдруг возникла ниоткуда и затянула его в себя по самое некуда. Неразрешимая проблема. Все улики против него, он — главный подозреваемый. И в любой момент может стать главным обвиняемым. Ментам это сделать раз плюнуть. Им бы только свалить на кого-нибудь нераскрытый висяк. Берут первого попавшегося и валят на него все, что не раскрыли за двадцать лет. Об этом все газеты пишут. И все знакомые рассказывают, которые вернулись оттуда, откуда возвращаются люди с надломленной психикой.
Сейчас его отвезут в Управу, посадят в изолятор и все, оттуда уже не выйдешь до самого суда! Который еще неизвестно когда будет! И Олега вдруг пронзила странная мысль, которая показалась дикой. А не таинственного ли магната это рук дело! Неужели это магнат так хитроумно убрал своего конкурента, подставив его под убийство! А что, это намного лучше, дешевле и проще, чем его убивать. Но тут же ее сменила другая мысль, более реальная. Нет, слишком это сложно осуществить! Ведь надо заранее знать, когда именно он подъедет на стоянку, тем более что именно вчера он приехал гораздо позже обычного, потому как ездил к Назару. Мало этого, надо зарезать женщину за несколько минут до его приезда, так, чтобы она была еще жива, когда он к ней подойдет. При этом ведь надо найти эту женщину, затащить ее заранее в кусты и держать в связанном состоянии, дожидаясь его приезда. Да, слишком сложно все подгадать, чтобы это было похоже на правду. Значит, то, что с ним произошло — всего лишь цепь невероятных случайностей. Которая может закончиться для него катастрофой.
В результате всех этих раздумий он пришел к одному утешительному решению. Ему нужно бежать! И бежать именно отсюда, из этого ржавого драндулета. Черт возьми, почему он не побежал там, во дворе, когда был относительно свободен! А может, правильно сделал, что не побежал — скорее всего, его бы поймали, или не стали ловить, а просто подстрелили бы, как зайца, при попытке побега.
Олег бросил взгляд на решетку, отгораживающую заднюю часть салона, потом на дверцу, которой закрывалась эта задняя часть, в простонародье именуемая обезьянником, потом на замок в дверце. Решетки были сделаны крепко, надежней не придумаешь. Замок закрывался и открывался наружной ручкой, внутренней ручки не было совсем, то есть открыть дверь изнутри представлялось затруднительным. По-видимому, это было сделано на случай, если кому-нибудь из задержанных придет в голову пойти погулять во время движения. Олег опустил голову и посмотрел себе под ноги. Железный сварной пол был накрыт грязным резиновым ковриком. Он приподнял коврик. Да, пол сварен прочно, хотя и проржавел уже в нескольких местах. Все, выхода нет! Автозак придет во двор Управы, и когда Олега выпустят из машины, бежать будет просто некуда. Даже если удастся каким-то чудом доказать свою невиновность, месяца три-четыре он будет париться в камере изолятора. За это время его бизнес развалится на корню. Работы прекратятся, заказчики уйдут в другие фирмы, персонал разбежится, и его «Корвет» прекратит свое существование. Кто останется работать у хозяина, который сидит в тюрьме? Только самый преданный. А таких можно пересчитать по пальцам одной руки. Олег неожиданно для себя понял, что уже ничто не может его спасти. И махнул рукой. Будь, что будет! Вдруг пройдет эта черная полоса жизни, и все еще как-то повернется к лучшему.
Он смотрел себе под ноги и не обращал внимания на дорогу. И в тот момент, когда он подумал о чем-то лучшем, что может изменить его жизнь, он услышал глухой удар. Машину резко дернуло, Олег ударился головой о притолоку, и газик прочно встал. Олег потер ладонью лоб и посмотрел вперед, насколько позволяла это сделать решетка. Впереди газика торчала, почему-то развернувшись поперек движения, какая-то иномарка. Передок у иномарки был безнадежно разбит. Впрочем, у газика тоже. Олегу сразу стало ясно, что произошло. По городским улицам он ездил давно и не раз видел такие аварии.
На перекрестке какой-то лихач не пожелал уступить дорогу раздолбанному милицейскому драндулету и вылетел со встречной полосы на левый поворот перед самым носом у газика, думая, что проскочит. Конечно, он не рассчитал своего маневра и влетел ему в передок. Две машины застряли на самом перекрестке, перегородив две проезжие части и создав невообразимую пробку. Как всегда, рядом не оказалось ни одного гаишника.
Между тем, менты вылезли из машины и орали на лихача. Тот тоже выбрался из своей разбитой красавицы и, глядя на повреждения, тихо переругивался с ними, старясь оправдаться.
— Куда ж ты прешь, барыга! — кричал ментовской водила. — Думаешь, если на иномарке, то можно правила не соблюдать!
— А что ты едешь, как малахольный! — кричал на него лихач. — Все уже проехали, а ты только прешься!
— Ну, все, парень! — грозно ворчал сержант. — Будешь нам все машины ремонтировать за свой счет. А их у нас восемь штук, и только две на ходу!
Похоже, дело затянулось надолго. Пока водилы разберутся между собой, пока подъедет машина ППС, пока составят акт, времени уйдет немерено. Олег сел на свое место и тупо уставился на замок в дверце. Подергал ее, пытаясь отжать. Нет, закрыта основательно. Просто так не откроешь. Если только с той стороны кто за ручку дернет! А почему бы не дернуть! Он поднялся с сиденья и выглянул в заднее зарешеченное окошко. Прямо за газиком застряла «волга», выкрашенная в желтый цвет. Таксист, мужик, судя по роже, откормленный, а значит, рвач, каких мало. Он нервно посматривал на часы. Видно, ему было ужасно жалко терять рабочее время в пробке. Да, подумал Олег, такой за лишние бабки все что хочешь сделает. Даже поможет удрать! А чем черт не шутит — попытка, не пытка! И Олег постучал по стеклу.
Таксист не обращал на него внимания. Олег постучал сильнее и помахал рукой.
Таксист посмотрел на него, скорчил ухмылку, покачал головой. Мол, попал любезный, ну посиди теперь на казенных харчах. Олег показал ему на ручку дверцы, затем потер пальцами, изображая деньги, и показал пальцем на таксиста, сказав этим, что заплатит ему любую сумму. Водила сходу понял, что он хочет. Догадливый попался мужик. И сразу почувствовал свою выгоду. По-видимому, мозги у таксиста работали молниеносно и в правильном направлении. Тот, кто сидит в обезьяннике, наверное, подумал он, по виду приличный человек — не ханыга какой-то, бабки наверняка водятся. Ну, попал мужик за мелкое хулиганство, раз его так перевозят. Не за убийство же его забрали! Если б был убийцей, разве ж его бы так перевозили, без конвоя! Выпустить его раз плюнуть, отвезти на хату, так он расплатиться по высшей таксе. Да, жалко терять такого клиента! И таксист согласно кивнул на призыв Олега.
Он приоткрыл дверцу, вылез из машины и пошел вперед посмотреть, что там делают менты. Они продолжали ругаться с лихачом, по-видимому, даже позабыв про своего задержанного. Или думали, что он все равно никуда из машины не денется, будет сидеть, как миленький. Таксист вернулся обратно, пригнул голову и зашел за кузов газика. Не долго думая, дернул ручку вниз. Дверца приоткрылась, и Олег легко выскользнул из обезьянника. Таксист, как ни в чем не бывало, негромко закрыл дверцу обратно.
— Спасибо, братан, — бросил Олег на ходу. — Поехали, расплачусь по полной таксе!
Он прошмыгнул назад, открыл заднюю дверцу «волги» и упал на заднее сиденье, чтобы его не было видно снаружи. Водила невозмутимо забрался на свое место и, посигналив, дал задний ход. Машины немного расступились. Переругиваясь с другими водилами и сигналя, чтобы ему уступили дорогу, таксист вывернул машину влево и выехал на встречную полосу. Там он развернулся и, сходу набрав скорость, полетел по свободному шоссе, благо, пробка на перекрестке, похоже, надолго перекрыла трассу.
Таксист подъехал прямо к дому Олега на Прибрежной улице. Завел машину во двор, где вчера вечером разыгралась трагедия. Причем трагедия с двойным финалом. Один финал — убийство, другой — обвинение в убийстве. И еще неизвестно, какой финал трагичней.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65