А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


– Мисс Баннистер, дело идет об убийстве. Обычай требует того, чтобы убийцу нашли. Это называется вести следствие, и люди, которые занимаются расследованием, задают вопросы всем свидетелям.
– Да, разумеется, – вздрогнула она. – Я просто подумала о той "рекламе", которую мы получим в ходе расследования.
Дверь резко распахнулась, и в комнату влетела мисс Томплинсон.
– Бедняжка Жоан! Это ужасно! Понимаете, если кто-то у меня под носом убивает человека, это потрясает.
Это все равно что играть в бадминтон зубами.
В холле ко мне подошел мужчина с лицом, похожим на лезвие ножа, и в тесном костюме. Это был сержант Полник.
– Лейтенант! – выпалил он. – Инспектор След находится в машине вместе с фотографом. Врачи и санитары уже работают.
– Хорошо, Полник, скажи Следу, чтобы прислал фотографа. Тело находится в большом зале, вон там. Кроме того, в момент преступления на сцене находился иллюзионист. Он называет себя Великим Мефисто. Такая большая зебра с бородой. Он не остался бы незамеченным даже летом в воскресенье в Кони-Айленд! Он исчез с того момента, когда зажегся свет в зале и обнаружился труп девушки. Попробуй отыскать Великого Мефисто и привести в зал, если найдешь.
– Ясно, лейтенант.
Я вернулся в зрительный зал. Врач как раз закуривал сигарету. Он поднял на меня глаза и проворчал:
– Пронесся слух, что впавший в детство шериф восстановил в прежней должности известного мне лейтенанта. Выходит, это чистая правда?
– Салют докторам! – холодно поздоровался я. – Скольких больных за это время вы отправили на тот свет?
– Над этим не мне приходится трудиться, – скорчил он недовольную рожу. – Этим занимаются другие. Причина смерти на этот раз очевидна. Полагаю, вы прекрасно знаете, что случилось, и не нуждаетесь в моих предположениях. И пока фотограф не закончит свое дело, я все равно не смогу ничего предпринять.
– Это уж точно.
– Естественно, потом произведу вскрытие. Но уже сейчас ясно: нож был очень острый и удар нанесен прямо в сердце.
– Значит, мы имеем дело с очень опытным убийцей или с никталопом.
– Как вы сказали? С кем?..
– Никталопом – человеком, видящим в темноте. Вы обязаны знать это, док.
Он не стал со мной спорить, лишь проворчал:
– Если нож достаточно острый, то для удара не требуется много силы. Доказательства я получу несколько позже.
– Может, это и не правдоподобно, но девушка могла быть убита другой женщиной… – размышлял я.
– Возможно, и так, – согласился врач.
Фотограф и След, маленький тип в очках без оправы, появились в зале и сразу же приступили к делу. Четверть часа спустя санитарная машина уже отъезжала со своими пассажирами: фотографом, врачом и свежим трупом девушки, оставив нас вдвоем со Следом в пустом зале.
Я вытащил сигареты и предложил инспектору.
– Благодарю, лейтенант, не курю.
– Сожалею, что не могу предложить вам стаканчик.
– Благодарю, лейтенант, не пью. – Затем он осмотрелся, как будто ничего подобного никогда не видел. – Не подскажете, в какого рода заведении мы находимся?
– В институте усовершенствования для девиц из высшего общества. Только не говорите мне, что это вас заинтриговало. Я вам не поверю.
В холле послышался шум шагов, и секундой позже появился мужчина, направившийся к нам. Он был молод. Волосы нуждались в стрижке, а усы в ножницах.
На мужчине были надеты бархатные штаны и толстая куртка, по-видимому из шелка. Во всяком случае, шелковой оказалась его ярко-красная рубашка, украшенная черной бархатной бабочкой, завязанной замысловатым бантом.
– Боже мой! – изумился След. – Это что такое? Воспитанница института?
– Не разрушайте моих иллюзий в отношении женского пола, – обиделся я. – Держу пари, это профессор рисования.
– Если он обучает искусству рисования женских грудей, у меня есть намерение записаться к нему.
– Послушайте, След… Нужно раз и навсегда пояснить некоторые детали: я лейтенант, и если кто-нибудь захочет быть забавным, то им буду я.
– Ладно, лейтенант… Не надо сердиться, это я так…
– Хорошо, курите.
– А для чего?
– Ради перемены. Любая перемена вам будет только на пользу.
Волосатик остановился возле нас.
– Кто из вас лейтенант Уилер? – осведомился он голосом кастрированного петуха.
– Говори, – кивнул я Следу.
– Который? – переспросил волосатик.
– Он, – указал След.
– Что касается вас, – подмигнул я Следу, – мне не нужно спрашивать, кто вы такой. Вы мистер Пирс, профессор рисования.
– Я? Нет! – возмутился он. – Я Дикс, профессор иностранных языков. Август Дикс. Что дало вам повод думать, что я преподаю рисование?
След прыснул было себе в кулак, но сразу же вспомнил, что я лейтенант, и заткнулся.
– В этом виноваты газетные вырезки, – пояснил я. – Чем могу быть вам полезен?
– Мисс Баннистер попросила Эдварда, я, конечно, говорю об Эдварде Пирсе, остаться здесь до прихода полиции. Довольно неприятная обязанность, лейтенант.
Вид крови действует мне на нервы, поэтому мы ушли, как только появился врач. Потом мне пришло в голову, что мы должны попросить на это разрешение, и я вернулся, чтобы принести извинения. – Он внимательно глянул на меня и испуганно спросил:
– Надеюсь, у вас ко мне нет претензий?
– Нет, вы правильно поступили. А куда пошел Пирс?
– Наверняка в свою комнату, – презрительно нахмурился мистер Дикс. – Думаю, что он курит свои отвратительные сигареты и, может быть, даже пьет виски.
– А вы не курите и не пьете?
– У меня нет столько скверных привычек!
– Так… Позвольте вам представить выдающегося инспектора Следа. Внимательно посмотрев друг на друга, вы поймете, какие преимущества имеют некурящие и не пьющие алкоголя.
Они какое-то время смотрели друг на друга, явно не довольные представшей перед каждым картиной.
– Лейтенант, – угасшим голосом заныл След, – я хотел бы выкурить ту сигарету, которую вы мне предлагали.
– Это ни к чему не приведет, мой юный друг. Чтобы избавиться от порока, надо было начинать с колыбели.
Дикс сложил руки так, как будто собрался прыгнуть в воду.
– Теперь я могу уйти, лейтенант?
– Хотел бы задать вам несколько вопросов, пока вы здесь. Вы знали эту девушку?
– Маленькую Крег? Да, как ученицу, конечно.
– Вам известен какой-либо мотив для этого убийства?
– Может, из зависти? – осторожно заметил Дикс. – Видите ли, она была очень красива, а ее семья чрезвычайно богата. У этой девушки всегда было полно денег.
– И никаких других причин?
– Ну… – Некоторое время Дикс колебался, затем бросил взгляд через плечо. – То, что я вам скажу, страшно конфиденциально. Понимаете, лейтенант? Я знаю, что она была дружна, очень дружна с Пирсом. Боюсь, что у Эдварда, к несчастью, имелась склонность к нарушению нормальных взаимоотношений между преподавателем и ученицей.
– И это могло стать достаточным поводом для убийства? Вы так считаете?
– У меня нет никаких определенных идей, лейтенант, – оскорбился Дикс. – Лично я никогда не смешивал свою служебную деятельность с интимной жизнью. К тому же, – промямлил он, – я уже жених.
– А кто же она? – встрепенулся След.
– Вы, безусловно, уже встречались с Агатой, – с гордостью поднял нос Дикс. – Ее нельзя не заметить. Естественная красота, и она вся пышет здоровьем.
Я на миг закрыл глаза, чтобы представить себе его невесту.
– Не идет ли, случайно, речь о мисс Томплинсон?
Дикс обрадовался:
– Я так и знал, что вы ее заметите! Она восхитительна, не правда ли?
– Очаровательное существо! Вы просто счастливчик и сделали замечательный выбор. Девица явно в теле. Примите мои поздравления и все прочее.
– Вы хорошо чувствуете себя, лейтенант? – озабоченно поинтересовался инспектор След.
– Отлично, дружок. Благодарю за заботу!
Снаружи послышались чьи-то тяжелые шаги, предвещающие появление Полника. Почти добежав до нас, он все же замедлил свой ход и остановился, задыхаясь.
– Ты нашел Великого Мефисто?
Сержант утвердительно кивнул, а я стал ждать, когда он переведет дыхание и сможет заговорить.
– Да, я нашел его, лейтенант.
– Отлично. Почему же ты тогда не привел его сюда?
– Да все из-за правил, лейтенант. Я еще младенцем знал, что труп нельзя перемещать с места преступления…
Глава 4
– Так вот, шеф, если вы будете любезны, то попросите санитарную машину с врачом и фотографом развернуться и проследовать в обратном направлении. Мне было бы неудобно самому просить их об этом.
– Уилер… – Голос бедного шерифа прозвучал почти умоляюще. – Признайтесь, что вы выпили!
– Ну если самую малость, – признался я. – Тем не менее здесь произошло еще одно убийство.
– Это то, чего я опасался. И теперь этот фокусник, приносящий несчастье, сам получил нож в спину?
– Волшебник!
– Что?
– Я говорю – волшебник, иллюзионист, а не фокусник.
– Для вас волшебник, – проворчал Лейверс. – Заколот, говорите вы, как та девица?
– Совершенно верно. Его обнаружил Полник.
– А где в точности?
Вот! Вопрос, которого я опасался. Глубоко вздохнув, я сообщил шерифу:
– В гимнастическом зале, верхом на деревянном коне.
Нагнувшись вперед, застрял между ручками, которые помешали ему упасть.
– Уилер, – простонал шериф еще не сердито. – У нас ведь пока не Первое апреля.
– Вы правы, шеф.
– Тогда, лейтенант, выкручивайтесь сами из неприятного положения. Вызовите уголовную бригаду и заставьте других возвратиться назад. Я больше этого делать не могу, потому что мне необходимо лечь в постель.
В телефонной трубке раздался щелчок. Отбой. Я подождал секунду и, не кладя трубку, позвонил в уголовную бригаду. Проделав эту неприятную работу, я закурил.
Мисс Баннистер вопросительно уставилась на меня:
– Лейтенант, я понимаю, что вы находитесь при исполнении служебных обязанностей, но то, что происходит, настолько ужасно… Могу вам предложить стаканчик?
Я с восторгом принял приглашение, и она наполнила слегка дрожащей рукой два стакана.
– Кажется, лед растаял, – промолвила патронесса. – Позвоню на кухню, чтобы принесли…
– Не стоит. – Я почти вырвал у нее из рук стакан, и в этот момент постучали в дверь.
– Войдите, – разрешила мисс Баннистер.
Дверь отворилась, и появился инспектор След:
– Да, лейтенант?
Я уставился на него.
– Я не знаю, лейтенант.., но вы должны мне сказать…
– Что сказать?
– Ну.., что хотите.
– Сказать то, что я хочу? Это будет довольно долго: миллион долларов, фургон хороших вещей и… Но в конце концов, если вы в своем уме, на кой вам это, черт возьми! Зачем вы сюда приперлись? Я же вам приказал находиться в гимнастическом зале, пока туда не прибудут остальные.
Инспектор смотрел на меня несколько секунд, затем снял очки, энергично протер стекла, водрузил их обратно на нос и холодно взглянул на меня.
– Вы, может быть, забыли, лейтенант, что две минуты назад связались со мной по телефону и, предупредив, что находитесь в кабинете мисс Баннистер, попросили меня зайти сюда.
– Я не помню ничего подобного. К тому же у меня есть свидетель, который все время находился здесь. Вы помните такой разговор по телефону, мисс Баннистер?
– Нет, – твердо заявила она. – Вы звонили шерифу, потом в уголовную бригаду, и все!
– Вот видите. След, если у кого и имеются видения, то это только у вас, потому…
Свою глубокую мысль я не стал развивать далее, а устремился в зал по коридору, ведущему на лестницу, по которой проскакал, перепрыгивая через ступеньки, как кенгуру.
Гимнастический зал был совершенно в таком же состоянии, за исключением трупа Великого Мефисто. Труп исчез.
Инспектор След появился на несколько секунд позже и уставился на деревянного коня так, как будто не верил собственным глазам.
– Он ушел! – воскликнул След. – Но это невозможно! Покойники не могут ходить! – резонно заметил он.
– Если он ушел, – заявил я, – значит, это возможно. Что касается других ваших утверждений, то это весьма сложный вопрос, чтобы я смог сразу на него ответить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17