А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Пол наизусть помнил актуарный расчет своих возможностей - 28,5%. И с каждой новой попыткой этот шанс становился все меньше.
У Пола взяли сперму, у Джоанны яйцеклетку. Их формально представили друг другу. Надеялись, что из этого получится любовь. Но любви не получилось.
Они попробовали раз.
Они попробовали два.
Они попробовали три.
Потратили почти сорок тысяч и прикидывали, на сколько еще хватит, когда произошла удивительная вещь.
Это случилось после особенно отвратительного вечера.
Их скрытые упреки друг другу стали желчными и взрывоопасными. Видимо, это закономерно: всякое дыхание несет в себе окись углерода, поэтому только и ждет спички. В данном случае роль спички сыграл крик - настоящий ор, - а о чем они орали, лучше умолчать. Джоанна залилась слезами, а Пол мрачно удалился смотреть бейсбол, но команда «Нью-Йорк никс» в последнее время играла так скверно, что его настроение нисколько не улучшилось.
На следующее утро они отправились прогуляться в Центральный парк и шли, почти не разговаривая, пока не поравнялись с игровой площадкой у 66-й улицы. Детский смех особенно ранил в то утро, надрывая душу и напоминая о том, чего они сами лишены.
Пол готов был повернуться и пойти в обратную сторону, когда мимо них пробежала маленькая девчушка с розовым шариком. Это была невероятно миловидная смугленькая латиноамериканка.
- Где твоя мама? - спросила Джоанна.
Но ее больше интересовал другой вопрос: «Кто твоя мама?» Запыхавшаяся женщина, которая через несколько секунд догнала беглянку, мягко пожурила ее за то, что та от нее удрала. Женщина оказалась светлокожей блондинкой примерно их возраста. Она подхватила дочь на руки, прижалась губами к ее шее, улыбнулась Джоанне и Полу и удалилась обратно к качелям.
До этого момента они ни о чем подобном не задумывались.
Не задумывались о том, чтобы взять на воспитание ребенка.
Наверное, требовалось воочию увидеть эту картину.
Когда они вернулись домой, Джоанна попросила Пола вынести мусор. И тот с удивлением увидел в ведре шприцы, термометры, препараты, стимулирующие зачатие, аккуратно заполненные дневники и все прочее, что накопилось в их доме, пока они старались родить ребенка. Пол с удовольствием вывалил все это в бак. А когда возвратился в квартиру, они занялись любовью, как прежде, и это было просто потрясающе после недавнего кошмара.
На следующий день они обратились к адвокату.
И вот теперь он слышал подле себя в темноте Джоанну и тихое дыхание Джоэль.
Он повернулся и поцеловал жену в губы.
- В следующий раз обязательно тебя поддержу. Договорились? - И почувствовал, как она улыбнулась.
Все шло к тому, чтобы вернуться в царство сна.
Кроме одного - проснулась Джоэль.
И заплакала.
Глава 7
Все началось на следующий день.
Галина уложила Джоэль, чтобы та днем поспала. И мурлыкала над кроваткой мелодичную колыбельную. Пол высунулся из ванной и слушал ее красивый голос. А когда вышел, свежевыбритый и лишь отчасти проснувшийся, няня предложила им прогуляться на свежем воздухе. Ребенок пока поспит, и она несколько часов побудет с девочкой.
Хотя стояла календарная зима, даже расположенная на высоте Богота была настолько близко к экватору, что здесь стояла умопомрачительная теплынь. Поэтому прогулка казалась именно тем, что доктор прописал.
Они вышли из вестибюля гостиницы и вскоре оказались среди магазинов, покупки в которых были по карману только туристам и в лучшем случае одному проценту колумбийцев.
«Гермес».
«Вюиттон».
«Оскар де ла Рента».
Они гуляли рука об руку, и Пол поздравил себя с успешным тактическим маневром, который ему удался прошлой ночью в постели. Отношения между ними явно налаживались.
Утром, пока он занимался порученными ему пеленками, Джоанна покормила девочку. Потом они попеременно сюсюкали с Джоэль и все время обменивались друг с другом впечатлениями: какая она замечательная, потрясающая, какое у нее невероятно выразительное личико и как мило она сложена. В действие вступили некие естественные законы, превратившие двух относительно умных людей в слюнявых идиотов.
Но Полу нравился такой идиотизм.
Он взял Джоанну за руку и, когда они задержались у витрины художественной галереи, поцеловал в шею. В галерее выставлялся Ботеро, латиноамериканский художник, который изображал всех раздутыми, толстыми и разъевшимися, словно воздушные шары на День благодарения.
Через несколько кварталов Пол почувствовал, что скучает по дочери. Это было совершенно новое ощущение: идти куда-то и сознавать, что оставил дома частицу себя. Он был словно нецельным. Семейный круг требовал замкнутости.
- Хочешь вернуться? - спросил он Джоанну.
- Я только что собиралась предложить тебе то же самое, - ответила жена.
- Я буду звать ее Джо, - заметил Пол, когда они перешли улицу и повернули обратно к «Эспланаде». Две парочки на мопедах поддали газу и пронеслись мимо, окатив их синим облаком дыма.
- Ух! - сморщилась Джоанна, но явно не на клубы ядовитого газа.
- Тебе не нравится Джо?
- Когда ты пытался называть меня Джо, я грозила тебе членовредительством. И помнится, выполнила свою угрозу.
- Да. А теперь что не так?
- Если ты помнишь, я встречалась с человеком по имени Джо. Он был безработным и психом - хотя и не в таком порядке. И то и другое проявлялось в нем в равной степени. Поэтому я не хочу, чтобы ты называл ее Джо.
- А что скажешь насчет Джои?
- Как у Буттафуко?
- Как у Брейдбартов.
- Может, для начала остановимся на Джоэль, чтобы несчастная кроха выучила свое имя?
Они проходили мимо магазина игрушек, витрины которого были завалены куклами, грузовичками, видеоиграми, мягкими зверюшками и еще какими-то штуковинами, назначение которых Пол так и не сумел определить.
- Зайдем? - кивнул он.
- Конечно, - отозвалась Джоанна. - Давай купим какие-нибудь игрушки.
* * *
В вестибюле гостиницы им пришлось призвать на помощь швейцара, чтобы погрузить все покупки в лифт. В магазине они, пожалуй, немного увлеклись - вели себя так, словно сами были детьми.
В ту пору, когда они сами были маленькими, столько всего оставалось некупленного: солдатики, Барби, Слинки. Теперь открылись совершенно иные возможности - появилось множество новых видов и подвидов удивительных игрушек. Они разговаривали, ходили, бибикали, моргали, толкались, танцевали и пели.
И на всех словно стояло имя Джоэль.
Швейцар умудрился засунуть их в лифт без особых потерь.
Но когда они открыли дверь в номер, Галины там не оказалось.
- Наверное, она в ванной, - предположила Джоанна.
Пол, не выпуская из рук мягкого жирафа, толкнул створку, однако Галины не было и там.
Он так и обернулся с поднятыми руками. Жена смертельно побледнела и превратилась в страшную тень.
В номере не хватало не только Галины.
Дочери тоже не было.
* * *
- Нет, мистер Брейдбарт, я не разговаривал с работающей у вас няней, - ответил консьерж. Он сохранял на лице выражение сочувственной озабоченности, но по сравнению с охватившей Пола откровенной паникой его сопереживание казалось катастрофически недостаточным.
- Их нет в номере! - повторил Пол. - Вы меня понимаете?
- Прекрасно понимаю, сэр.
Пол спустился в вестибюль только после того, как проверил бассейн на крыше, ресторан, парикмахерскую и игровую комнату. А Джоанна осталась в номере на случай, если вернется Галина.
- Может быть, пошла за покупками? - предположил консьерж.
- Вы заметили, как они выходили из гостиницы?
- Нет, я занимался постояльцами.
- А другие?
- Не знаю, мистер Брейдбарт. Давайте спросим.
Консьерж подвел его к выходу, где другой гостиничный служащий регистрировал приезжих. Прервал его работу, что-то сказал по-испански и показал на Пола. Пол разобрал имя Галины и еще слово nina. Служащий за конторкой поднял голову, посмотрел на Пола, затем перевел взгляд на консьержа и помотал головой.
- Он их не видел, - перевел консьерж и добавил: - Пойдемте со мной.
Они вышли на улицу, где стоял швейцар - тот самый, что помогал им с вещами в лифте. Он заигрывал с эффектной женщиной в крохотном топике, выставлявшей напоказ голый живот. При виде начальства швейцар подтянулся и отвернулся от подружки. После того как консьерж объяснил ему, в чем дело, швейцар повернулся к Полу и солидно кивнул:
- Si. - Значит, швейцар видел, как Галина выходила с Джоэль из гостиницы. - Насе una hora...
Полтора часа назад. Следовательно, сразу после того, как они с Джоанной ушли.
- Ну вот, - глупо улыбнулся консьерж, - загадка решена. Няня взяла вашего ребенка на прогулку.
Их ребенок спал.
С какой стати Галине выносить спящую девочку на прогулку?
У Пола закружилась голова. Земля, казалось, уходила из-под ног. Консьерж что-то еще говорил, но он не разбирал слов. В воздухе стоял непрерывный гул.
- Она забрала моего ребенка, - проговорил он.
Консьерж и швейцар как-то странно покосились на него.
- Вы слышали, что я сказал? Она забрала моего ребенка.
- Да, мистер Брейдбарт, - после долгой паузы отозвался консьерж. - На прогулку.
- Я требую, чтобы вы позвонили в полицию!
- В полицию?
- Да. Вызовите сюда полицию!
- Мне кажется, вы слишком взволнованы.
Почва под ногами ходила ходуном. Солнце внезапно стало холодным как лед.
- Да, я волнуюсь, потому что украли моего ребенка. Вызовите полицию.
- Мне кажется, нет необходимости...
- Вызовите полицию!
- Вы обвиняете вашу няню в том, что она украла у вас ребенка? - Вопрос прозвучал скорее как утверждение, и Полу почудилось, что тон консьержа переменился: превратился из теплого и сочувствующего в холодный и безразличный.
- Моя девочка спала. Няня посоветовала нам подышать свежим воздухом. Но через две минуты после нашего ухода сама убежала из гостиницы и до сих пор не вернулась.
- Вероятно, ваша дочь проснулась.
- Возможно. И тем не менее я настаиваю, чтобы вы вызвали полицию.
- А не лучше ли немного подождать?
- Нет!
- Ее много раз нанимали сюда в няни, мистер Брейдбарт. - Да, тон консьержа, несомненно, изменился.
Пол осмелился обвинить колумбийку в преступлении.
Добродушную колумбийку со смешливыми морщинками и терпеливыми серыми глазами, которая согласилась ухаживать за девочкой-колумбийкой. Девочкой, которую эти американцы хотели умыкнуть из страны, потому что у них на родине явно не хватает детей.
- Мне нет дела, сколько раз ее нанимали. Она без разрешения забрала моего ребенка. И ничего нам не сказала. Мне необходимо переговорить с полицией.
Консьерж мог с ним не соглашаться, он даже мог испытывать к нему неприязнь, но он все-таки оставался консьержем.
- Как вам угодно, сэр, - сдался он.
Вернулся в вестибюль к своей конторке и с явной неохотой набрал номер. Пол молча ждал, пока он сказал в микрофон несколько слов по-испански. И с силой швырнул трубку на рычаг. Звук эхом отозвался в стерильно чистом вестибюле, и несколько человек удивленно и встревоженно подняли головы, стараясь понять, что происходит.
* * *
На полицейских были толстые черные кожаные сапоги, к бедрам пристегнуто оружие, напоминающее автоматы «узи».
Но Пол не заметил никаких черных дубинок.
Консьерж разговаривал с ними по-испански, а он терпеливо ждал. Между звонком консьержа в полицию и появлением полицейских Пол еще раз заглянул к Джоанне.
Никаких новостей.
Один из полицейских довольно прилично говорил по-английски. Но даже если бы это было не так, Пол вполне бы понял, что он хотел сказать.
- Почему вы считаете, что няня украла вашего ребенка? - поинтересовался он, хотя по нему никто бы не сказал, что он ждет ответа.
Пол объяснил убедительно, как мог. Джоэль спала, няня предложила им прогуляться и вдруг пропала сама. Она не спросила разрешения и не оставила записки. И теперь никто не знает, где она находится.
- Он сказал, что эта женщина хорошая. - Говоря «он», полицейский имел в виду консьержа, который стоял рядом и хмурился.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44