А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Мне сказали, что он вышел минут тридцать назад. Видимо, я его проворонила.
Нобуко была явно обескуражена.
— А куда он пошел, ты не догадалась спросить?
— Я спросила, но мне не ответили. Прости, что я оплошала. Я была очень внимательна, но ко мне подошел знакомый и, пока мы разговаривали, я, наверно, и просмотрела Кэндзи-сана. Этот мой знакомый был очень навязчив, я никак не могла отделаться от него.
— Кто это был? — безразличным тоном спросила Нобуко.
— Ямагами-сан, — ответила Кирико, — приятель Кэндзи, он здесь тоже появлялся. Пришлось увиливать от всяких его вопросов: что, мол, я делаю, почему там и так далее.
— Ты встретила Ямагами? — Нобуко сделала недовольную мину. Она его недолюбливала.
— Когда мне по телефону ответили, что Кэндзи ушел, я от нечего делать отправилась в кино. Затем подумала: а может, Кэндзи-сан вернулся, и еще раз позвонила по телефону. Несколько раз набирала номер, но никто так и не подошел.
— В такое время уже бесполезно звонить, — безнадежным тоном сказала Нобуко.
— Прости меня, пожалуйста. В следующий раз, конечно, я постараюсь не отвлекаться, — стала извиняться Кирико.
— Да уж, надеюсь, — ответила Нобуко не то чтобы сердито, но ворчливо.
— Эй, Риэ-тян, — позвал один из посетителей, увидев Кирико, — подойди сюда!
— Иду, — Кирико приблизилась к столику, лицо ее казалось беспечным и веселым.
— Что случилось? Я слышал, ты сегодня отдыхаешь. Ты что, дни перепутала? — подразнил ее посетитель.
— Может быть, это вы меня с кем-то перепутали, — отшутилась Кирико.
Посетитель поинтересовался, что она будет пить, и Кирико заказала джинфиз. Голос у нее был спокойный.
Труп Сугиуры обнаружила служанка. Смерть наступила от ранения в область сердца, нанесенного, видимо, кинжалом. Орудия убийства на месте преступления найдено не было.
Событие это широко освещалось в газетах. Опираясь на свидетельские показания служанки, арестовали Митико. Происшедшее излагалось следующим образом.
Кэндзи Сугиура работал метрдотелем в ресторане, принадлежащем Митико Коно. Он служил здесь около двух лет. Перебравшись в столицу с Кюсю, он не стал работать в баре «Кайсо», который содержала его старшая сестра, потому что хотел открыть свой собственный ресторан. В ожидании лучших времен он набирался опыта в ресторане Митико.
Через год после поступления сюда на работу он сошелся с Митико. Согласно показаниям Митико, Кэндзи соблазнил ее. Но он был моложе своей любовницы, и как обстояло на самом деле — неизвестно. Возможно, все было наоборот. С тех пор как Митико рассталась с мужем, прошло уже три года.
Вот что заявила Митико по этому поводу на допросе:
«Я уступила Кэндзи в результате случайной слабости. Впоследствии, раскаявшись, я хотела покончить с этим романом. Но Кэндзи очень тосковал по мне и не желал ничего слушать. Он был еще молод и совершенно потерял голову. Мы скрывали свой роман от работников ресторана. Тем не менее они, видимо, догадывались о нем. Кэндзи начал проявлять какую-то странную стеснительность, именно это и выдало его.
К работе он относился ревностно. Казалось, будто он работает не по найму, а в своем собственном заведении. Ради меня он выбивался из сил. Мне это казалось трогательным, и я жалела его.
Для того чтобы встречаться, мы тайно сняли этот дом, а для ухода за ним я наняла служанку, женщину средних лет. Кстати, последнее время я старалась по возможности реже видеться с Кэндзи. И в этот дом мы почти перестали ходить. Я хотела, как только представится случай, отказаться от этого дома. Но вряд ли это было возможно, пока Кэндзи не образумится.
Человек он бы хоть и простодушный, но непредсказуемый.
Между тем я подружилась с адвокатом Оцукой и отношения наши становились все теснее. Мне хотелось порвать с Кэндзи еще и поэтому. Я старалась, насколько это возможно, скрыть от Кэндзи свои отношения с Оцукой, но молодой человек каким-то образом узнал о них.
В последнее время Кэндзи вроде бы стал благоразумнее и пообещал вскорости оставить меня. Однако, узнав о моих отношениях с Оцукой-сэнсэем, он словно взбесился. Короче, он вбил себе в голову, что я хочу оставить его потому, что сблизилась с Оцукой-сэнсэем.
Кэндзи начал запугивать меня. Улучив момент, он отзывал меня в сторонку и говорил, что я должна порвать с Оцукой-сэнсэем, иначе
мне будет плохо. При этом он украдкой то показывал бутылку с азотной кислотой, то вытаскивал из кармана кинжал.
Я стала бояться Кэндзи-сана. Меня начинало трясти, лишь только я принималась думать о том, что он может сделать.
Я не рассказывала об этом Оцуке-сэнсэю. Он считал меня целомудренной женщиной, поэтому я не могла поведать ему о своих отношениях с Кэндзи. Оставалось страдать в одиночестве. Встречаться с сэнсэем мне приходилось тайно от Кэндзи. Мои отношения с Оцукой были, что называется, хождением по тонкому льду. К тому же я чувствовала себя по-настоящему виноватой перед сэнсэем, который даже не сомневался в моей порядочности.
Это случилось, когда мы с Оцукой-сэнсэем поехали на Хаконэ поиграть в гольф. У себя в ресторане я сказала, что еду совсем в другое место. Но Кэндзи, видимо, узнал правду и неожиданно явился в гостиницу на Хаконэ.
Мы ужинали в ресторане, когда Кэндзи вызвал меня ко входу. Он накинулся на меня с упреками. В этот момент Оцука посмотрел в нашу сторону. Я чуть не лишилась чувств. И тут Кэндзи, видимо, сжалился надо мной. Мне удалось уломать его, и он удалился, поклонившись на прощание Оцуке. Сэнсэю я сказала, будто Кэндзи приехал из Токио по делу.
С той поры ревность Кэндзи становилась все сильнее. По возвращении с Хаконэ он хотел позвонить Оцуке и поговорить начистоту. Но он пообещал не делать этого, если я немедленно, порву с сэнсэем.
Кэндзи продолжал запугивать меня. Вряд ли он на самом деле хотел убить меня. Я говорила ему, что, если даже мы не порвем, мы все равно так и не сможем стать мужем и женой. Да и в глазах людей мы не пара Ты еще молод, говорила я, возьмешь себе молодую жену и будешь счастлив.
Он не смотрел ни на одну женщину, кроме меня. Все они ничего не стоят, любил повторять он и твердил, что, если мы расстанемся, всю жизнь проживет один. При этом он плакал горькими слезами.
Мне было жаль его, но что я могла поделать. Я продолжала настойчиво убеждать его. Наконец он согласился расстаться.
И тогда я сказала: «Когда мы с тобой расстанемся, я дам тебе денег, чтобы ты мог открыть свой ресторан». Но Кэндзи ответил, что деньги ему не нужны, он и сейчас не испытывает недостатка в деньгах. Я не поняла — что он хотел этим сказать.
И вот наконец в тот вечер была назначена последняя встреча. Я не хотела идти, но поневоле согласилась, ведь мой отказ его сильно рассердил бы, и тогда он мог натворить каких-нибудь безумств.
Договорились на девять вечера. Я подъехала на такси поближе к дому, дальше пошла пешком. Всегда, когда мы встречались, тот, кто приходил первым, отсылал служанку. В тот вечер, войдя в прихожую,
я не увидела служанки. Я поняла, что Кэндзи уже пришел. И действительно, в прихожей стояли его ботинки.
Я пошла в гостиную, думая, что Кэндзи, как всегда, там. Возле жаровни я и увидела его на полу. Не помня себя от ужаса, я метнулась назад в прихожую.
По правде говоря, я прежде всего подумала о том, в какое положение попала сама. Наибольшие подозрения падут на меня. Кровь стыла у меня в жилах.
Я выскочила на улицу и столкнулась с молодой женщиной. Кто это, я не знала, но она явно кого-то высматривала. Я обратилась к ней, прося быть свидетельницей. Она была растеряна и удивлена.
Но, оправившись, кивнула и прошла вместе со мной в гостиную, где лежал Кэндзи.
Я спросила ее имя и адрес. Она назвалась — Кирико Янагида из бара «Кайсо». Бар «Кайсо» содержит старшая сестра Кэндзи. Я подумала, что эта женщина не случайно явилась в наше тайное прибежище. Как бы то ни было, Кирико Янагида обещала засвидетельствовать, что не я убила Кэндзи.
Я немного пришла в себя. Мне было страшно, и я поспешила убежать оттуда. Что там будет делать Кирико Янагида, — я не знала. Я пробежала по темной улице, поймала такси и вскоре вернулась к себе в ресторан. Я приехала туда в десять минут двенадцатого.
Помню, что по дороге обратно потеряла перчатку с правой руки. Я удивилась, когда узнала, что ее обнаружили возле трупа. Возле трупа лежала зажигалка. На ней был выгравирован рисунок: лиса и виноград. Кирико Янагида тоже должна была ее видеть. Я думаю, она засвидетельствует мою невиновность».
Кирико Янагида, когда ее вызвали в полицию, полностью отрицала то, что заявила Коно Митико.
«Я никогда не видела и не слышала про человека по имени Митико Коно. И не была там в тот вечер. В тот вечер я ходила в кино.
Зачем бы я вошла в дом, где было совершено убийство. Да и как я могла знать о нем. Возможно, Митико Коно слышала мое имя от Кэндзи Сугиуры. Бар «Кайсо» содержит его старшая сестра, и Кэндзи часто приходил туда и бы знаком со мной».
Глава 9
Показания Митико Коно и показания Кирико Янагиды полностью исключали друг друга.
Следователь, которому поручено было это дело, внимательно изучил показания обеих женщин.
То, что заявила Митико, не вызывало особых сомнений. Но и свидетельница Кирико Янагида яростно отстаивала свою правоту. Лицо у нее было совсем еще детское, но характер, видимо, твердый, и она ни на йоту не отступала от своих показаний.
В результате проведенного расследования было установлено: нет доказательств, что Кирико в тот вечер в девять часов действительно зашла в кинотеатр, который назвала. Однако сюжет картины она знала хорошо. Вместе с тем, нет ничего удивительного в том, что никто из присутствовавших зрителей не знал Кирико в лицо, поскольку она совсем недавно перебралась в Токио.
Но и доказательств того, что она побывала на месте преступления, тоже не имелось. Очевидцев не было. Кроме того, речь шла о доме, где часто виделись Митико и Кэндзи Сугиура. Никто не знал о существовании этого тайного прибежища. Как же тогда могло получиться, что Митико столкнулась там с Кирико?
С другой стороны, известно, что Нобуко, приятельница Кирико, попросила ее следить за своим любовником, Кэндзи Сугиурой. Кирико в тот вечер отпросилась с работы для наблюдения за Кэндзи. Вот что сказала по этому поводу сама Кирико.
«Нобуко попросила меня посмотреть, чем занимается Сугиура-сан, и я некоторое время стояла возле ресторана, где он работает. Однако Сугиура-сан все не появлялся. Торчать там было неловко да и надоело, поэтому я пошла в кино. Это было примерно в восемь сорок. Рядом с рестораном, где я стояла, находится табачная лавка. Меня видела торговавшая там старушка, она, наверно, помнит меня».
Когда по этому поводу стали расспрашивать старуху из табачной лавки, она ответила, что не знает, была ли это Кирико Янагида, но какая-то женщина с семи часов на протяжении часа с лишним прохаживалась там, — явно кого-то поджидала.
Кирико не была особенно близка с убитым. Она лишь видела его, когда он приходил в принадлежащий его сестре бар «Кайсо». Кроме того, Кирико заявила, что совершенно не знает Митико Коно. По крайней мере, она с нею близко не знакома.
Но Митико настаивает на том, что Кирико заходила в дом, где было совершено убийство. Это заявление кажется неправдоподобным, поскольку нет доказательств того, что Кирико знала, где находится этот дом. Это обстоятельство говорит не в пользу Митико.
Еще одна деталь усугубляет подозрения, падающие на Митико, — ее перчатка. Митико говорит, что действительно потеряла правую перчатку. Почему она потеряла только одну перчатку? Если верить ее словам, то у нее была привычка, входя в дом, снимать перчатки. На
этот раз она тоже сняла одну, но когда зашла в гостиную и увидела там труп, она, по ее показаниям, забыла про снятую перчатку. Возможно, так оно и было, непонятно только, как перчатка могла оказаться рядом с трупом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24