А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

В фирме, где служила Кирико, телефонистка знала все тайны сотрудников.
Было половина одиннадцатого. Вероятно, Оцука уже в конторе. Улица кишела людьми. В ближайшей телефонной будке какой-то мужчина средних лет, прижав трубку к уху, безудержно хохотал. Он сам уже устал от долгого разговора и переминался с ноги на ногу. Казалось, беседа вот-вот закончится, но она все продолжалась и продолжалась.
Наконец мужчина открыл дверь и вышел, стараясь не встречаться с Кирико глазами. Девушка взяла трубку, которая еще хранила чужое тепло. Достала записную книжку и набрала номер конторы Киндзо Оцуки.
Ей ответил хриплый мужской голос.
— Сэнсэй в конторе? — спросила она.
— А кто говорит? — немедленно последовал вопрос.
— Меня зовут Кирико Янагида. Вчера я была у него на приеме...
Мужчина на том конце провода задумался.
— А-а, это вы приехали с Кюсю?
— Верно. Я бы хотела еще раз увидеть сэнсэя.
— По поводу вчерашнего дела? — спросил Окумура после небольшой паузы.
- Да.
— Но ведь вы вчера получили ответ.
— Понимаю, но...
Кирико просто физически ощутила, что Окумура встает ей поперек пути.
— Я не могу с этим примириться. Ведь я специально приехала с Кюсю. Я непременно хочу еще раз его увидеть. Скажите, когда мне лучше прийти?
— Сэнсэя нет, — ответил голос в телефоне. — И неизвестно, вернется ли он сегодня.
Кирико почувствовала, что у нее подкашиваются ноги.
— Мне обязательно надо увидеть его сегодня. Если я не уеду вечерним поездом, у меня будут неприятности на работе. Где сейчас сэнсэй? Скажите мне, пожалуйста.
Только бы узнать, где он находится, — она поедет туда.
— В Каване, — ответил Окумура. Кирико не знала, где это, и молчала. Окумура добавил:
— Это далеко. Не в Токио. На полуострове Идзу. В префектуре Сидзуока.
У Кирико оставалось шесть часов до поезда. Это время она пробродила, скитаясь по токийским улицам. Бессмысленное, тоскливое, раздражающее хождение. На знаменитой Гиндзе была обычная толчея. Дома Кирико пыталась представить, как выглядит Гиндза, но вот теперь, попав сюда, не испытывала никакого интереса. Просто ходят какие-то незнакомые люди. Все они, похоже, живут в достатке и благополучии. Женщины беззаботно улыбаются. А если и случаются происшествия... что ж, по одному виду этих нарядных прохожих можно предположить, что раздобыть восемьсот тысяч иен адвокатского гонорара не составляет для них труда.
Зашла Кирико и в парк. Сосны здесь были с великолепными ветвистыми кронами. С одной стороны виднелись современные, будто с заграничной фотографии, дома. С другой — старинный японский замок. Сплошным потоком двигались машины. Группа туристов, выстроившись цепочкой, направлялась к императорскому дворцу. «В фирме я больше не останусь», — меланхолично подумала Кирико.
Случившееся взбудоражило маленький городок. Пришла полиция, и брата ее забрали. Арест прошел спокойно — будто друзья заглянули в гости. Но жизнь Кирико сразу же изменилась. Люди вокруг стали относиться к ней прохладнее.
Вот уже и половина пятого. Совершенно измученная — и физически, и душевно — Кирико опять забрела в торговый квартал и приметила перед табачной лавочкой красный телефон-автомат. Его кричащий цвет будто придал ей энергии.
Кирико подошла к телефону, но в этот момент сбоку появился мужчина и схватил трубку.
— Прошу вас. — Он, улыбаясь, посторонился и передал трубку Кирико. Мужчина был высокого роста. Кирико тихо пробормотала слова извинения и опустила десятииеновую монетку.
— Это контора адвоката Оцуки?
— Да, — ответил Окумура хриплым голосом.
— Говорит Янагида. — Кирико повернулась спиной к ожидавшему мужчине. — От сэнсэя нет никаких новостей?
Во время утреннего телефонного разговора Окумура посоветовал позвонить еще раз в половине пятого.
— Есть новости, — бесцветным голосом ответил Окумура.
— Какие же? — У Кирико забилось сердце.
— К сожалению, все без изменений. Я получил ответ сэнсэя и передам его вам, — монотонно продолжил клерк. — Как вам уже было сказано вчера, сэнсэй не может взяться за это дело.
Силы оставили Кирико — она даже не могла больше держать трубку в руках. Ее бросило в жар.
— Он не берется за дело, потому что не хватает денег?
— Причину вам сказали вчера.
— Но ведь человек пострадает невинно по ложному обвинению. Его могут приговорить к смерти! И сэнсэй не окажет помощь только потому, что нет денег?
Окумура ненадолго умолк. Может быть, потому, что голос Кирико звучал слишком пронзительно.
— Таково, — снова начал Окумура, — решение сэнсэя. Я здесь ни при чем. Незачем говорить со мной об этом.
— Я бедна, и заплатить такой адвокатский гонорар не могу. Понимаю, что разговор этот ни к чему, но все-таки я приехала с Кюсю только в надежде на сэнсэя. Я верила, что он поможет мне, поэтому взяла на работе четырехдневный отпуск, заняла денег и приехала.
— Ваша настойчивость не поможет. Откажитесь от этой мысли. На Кюсю тоже должны быть хорошие адвокаты. Во всяком случае, мэтр загружен массой дел.
— И ничего не выйдет?
— Что поделаешь. — Окумура явно хотел закончить разговор.
— Алло, алло, — Кирико невольно повысила голос. — Я слышала, что есть адвокаты, работающие не из-за денег, а ради справедливости. И мне говорили, что адвокат Оцука именно такой. Вот почему я приехала. Неужели же сэнсэй ничем не поможет мне?
— Разве можно принудить человека поступить по справедливости? — монотонно заговорил Окумура. — Каждый человек вправе поступить по своей воле. Как бы то ни было, не советовал бы вам рассчитывать на мэтра. Вы ведь пришли, не зная, что гонорар у него выше, чем у других. К тому же он очень занят.
— Понятно, — сказала Кирико. — Сегодня вечерним поездом я должна вернуться на Кюсю. Если я опоздаю хоть на один день, не знаю, чем все это для меня обернется. С тех пор как это случилось, фирма и так не хочет меня держать. Живи я в Токио, то могла бы еще раз попросить сэнсэя о помощи. Но сейчас я лишена и этой возможности. Вы велели мне позвонить в половине пятого. Это была моя последняя надежда.
Окумура молчал.
За спиной Кирико кто-то топтался на месте. Ожидавший своей очереди позвонить мужчина чувствовал себя неловко и, видимо, нервничал. Кирико чувствовала дым его сигареты.
— Передайте Оцуке-сэнсэю, — продолжила она телефонный разговор. — Возможно, брату уже нельзя помочь. Но если бы у нас было восемьсот тысяч иен, кто знает, может, он был бы спасен. Это несчастье, что денег нет. Я прекрасно понимаю, бедному человеку и в суде не на что надеяться. Простите за несуразные речи. Думаю, что больше не потревожу вас просьбами.
Окумура молчал. Не дождавшись ответа, Кирико положила трубку. При этом аппарат звякнул, и в сердце Кирико будто что-то оборвалось.
Она побрела дальше, безразлично поглядывая по сторонам. Все вокруг было каким-то бесцветным и плоским. Земля плыла под ногами.
В горле пересохло. Но зайти куда-нибудь, чтобы напиться, не хотелось. Все мысли были сосредоточены только на сегодняшнем отъезде. Кирико шла вдоль линии железной дороги. Встречные люди раздражали ее. Было желание уйти куда-нибудь, где никого нет.
Сзади послышался голос.
Кирико не пришло в голову, что обращаются к ней. И лишь когда голос раздался совсем рядом, она обратила на него внимание.
— Извините, — послышалось прямо над ухом.
Молодой человек лет двадцати шести — двадцати семи легко поклонился ей. Кирико узнала его — тот самый, что после нее звонил по телефону. Нечесаная шевелюра, неряшливая одежда, перекрученный галстук, брюки с пузырями на коленях, весь вид какой-то небрежный.
— Разрешите поговорить с вами. — Он улыбнулся и застенчиво взглянул на Кирико.
— А в чем дело, — насторожилась она.
— Честно сказать, я виноват перед вами. Стоял рядом и слышал, как вы звонили адвокату. Правда, я специально не слушал, просто все долетало до моих ушей.
Мужчина вынул из внутреннего кармана записную книжку и достал вложенную в нее визитную карточку.
— Я не какой-нибудь подозрительный тип.
Кирико взяла протянутую ей визитную карточку и посмотрела.
«Абэ Кэйити, сотрудник редакции журнала «Ронсо» значилось там.
Кирико подняла глаза и посмотрела на молодого человека.
Абэ, ожидая своей очереди позвонить, слышал разговор девушки. Вообще-то, женщины говорят подолгу. Бесконечно трепятся о пустяках, покатываясь со смеху. Он уже пожалел, что уступил очередь этой девушке, но ее беседа оказалась совсем другой.
Абэ, слушая ее, постепенно заинтересовывался. Когда девушка положила трубку и стала уходить, он махнул рукой на собственный телефонный разговор — ему надо было позвонить по делу — и отправился следом за нею.
Девушка с подавленным видом шла по улице. Но походка ее все-таки не была вялой. Абэ двигался сзади и не мог видеть ее лица — девушка глядела прямо перед собой. Узенькие плечи ее были опущены. Впрочем, может, Абэ просто казалось так, оттого что он слышал телефонный разговор.
Когда он ее окликнул, девушка, естественно, удивленно посмотрела на него. И хотя он вручил визитную карточку, в лице девушки ничто не отразилось — название журнала «Ронсо» было, видимо, ей незнакомо. Так что Абэ, как говорится, туго пришлось.
Он пригласил ее в кафе, но девушка не согласилась. Наконец, после долгих уговоров, они все-таки зашли в прелестное кафе. Девушка заказала сок и залпом выпила его. Абэ, опасаясь смутить ее, не решался даже вытащить сигареты. Девушка чуть потупилась и крепко сжала губы. У нее был тонко очерченный профиль.
— Вы приехали в столицу с Кюсю? — Абэ старался говорить как можно непринужденнее.
- Да.
— Простите, но, судя по телефонному разговору, с вашим братом стряслось что-то ужасное?
Девушка промолчала и только слегка кивнула.
— Если вас не затруднит, не могли бы вы рассказать, что случилось?
Девушка подняла глаза. В них проскользнула настороженность, Абэ, волнуясь, поспешил добавить:
— Нет, это не для статьи в журнале. Просто я очень вам сочувствую.
Девушка снова опустила глаза. На бледном лице ярко выделялись темные ресницы. От всего ее облика веяло обаянием детства.
— Как я понял, вам сейчас нужен адвокат для суда, но это требует огромных денег. Особенно, если это лучший адвокат. Как вы сказали, бедняку в суде надеяться не на что. Но ведь есть защитники, которые могут взяться за дело безвозмездно. В конце концов, все зависит от доброй воли адвоката. Если же он не захочет, его, конечно, не заставить.
Помолчав, Абэ задал вопрос:
— Простите, мне послышалось, что вы называли имя адвоката Оцу-ки. Речь идет о Киндзо Оцуке?
Девушка промолчала. Абэ понял, что догадался правильно.
— Если Киндзо Оцука, то это знаменитый адвокат. Но именно поэтому — дорогой. Вы спрашивали, сколько он берет?
Ответа опять не было. Девушка кусала губы. На лбу появилась легкая морщинка.
Абэ немного смешался. И тогда ему пришло в голову спросить о другом.
— Долго вы намерены оставаться в Токио?
— Нет, — сразу же ответила девушка, — возвращаюсь сегодня вечерним поездом.
Абэ несколько удивился.
— Так быстро? А где вы живете на Кюсю?
— В городе К., — последовал быстрый ответ.
— Значит, на адвоката Оцуку нет никакой надежды?
— Я ведь работаю, так что не могу остаться в Токио.
«Верно, — подумал Абэ. — Возвращается потому, что надежды нет».
— А не могли бы вы, — начал Абэ, — рассказать мне, в чем суть дела. Может, я чем-то смогу вам помочь.
— Не могу, — решительно отрезала девушка. Она собралась встать.
— Как вас зовут? — поторопился спросить Абэ, но девушка произнесла «извините», встала и вежливо поклонилась. От неожиданности Абэ не смог произнести ни слова. Поспешно заплатив по счету, он выскочил на улицу. Впереди в толпе прохожих он заметил девушку. В ее осанке чувствовалось достоинство. Она как бы показывала своим видом, что не допустит никакой назойливости.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24