А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Рассказ назывался «Военная игра».
Не отходя от стеллажа, Гарс просмотрел текст, что называется, «по диагонали». Рассказ был написан одним французом еще в те времена, когда у живущих на Земле слово «оазис» ассоциировалось лишь с комфортным местечком в виде кучки пальм вокруг колодца среди безбрежной пустыни. Даже у фантастов, которым порой удавались поразительные предвидения. Но в большинстве своем то, о чем они писали, не соответствовало нынешним реалиям — впрочем, мало кто из писателей ставил перед собой задачу угадать, каким будет мир завтра. Вполне естественно, что людей всегда больше волновали проблемы их времени… Едва ли и автор этого рассказа был исключением, но, по мысли безвестного отправителя файла, в экспозицию Зала произведение включить стоило.
В рассказе описывались переживания одного из солдат, воюющих за чуждые идеалы только потому, что идти в бой им предписывала чья-то чужая воля. Если героя убивали (а это неотвратимо случалось в каждом сражении), то после короткого «небытия» он вновь оказывался на исходной позиции, только на этот раз атаковать нужно было совсем другого противника… Главное было в конце. Однажды солдату чудом удалось избежать смерти и спастись бегством. Бегством за туманный горизонт… Там он обнаружил странный барак, наполненный мертвыми телами своих погибших товарищей. Это был не морг — скорее, склад запчастей для конструирования боевых киборгов. Внезапно потолок здания открылся, как крышка какой-то гигантской коробки, и внутрь просунулись человеческие пальцы исполинских размеров. И тогда герой рассказа понял, кто он и почему обречен на бесконечную войну, — ведь он был всего лишь игрушечным солдатиком из того набора, который обычно дарят детям в качестве настольной военной игры…
Речь идет о Жан-Пьере Андревоне.
Гарс захлопнул «книгу» и положил ее на полку.
Как всегда, после прочтения подобных вещей он испытывал разочарование.
Аналогия солдатика из рассказа с нынешним состоянием человечества, конечно, имела место, но слишком слабая и невероятная, чтобы воспринимать ее всерьез. Гораздо более вероятными казались идеи других произведений, хотя они повторялись из романа в роман и из повести в повесть. Чаще всего, пытаясь объяснить наличие Горизонта вокруг Оазисов, авторы ссылались на Великую Войну, якобы сделавшую большую часть территории планеты не пригодной для проживания, в результате чего человечество-де само отгородилось от обширных Мертвых зон куполами силовых полей. В некоторых книгах людей засовывали под огромный прозрачный колпак кровожадные пришельцы с других планет, дабы лучше изучить их, прежде чем окончательно стереть с лица Земли… Эта версия тоже успела набить оскомину своей повторяемостью не только Гарсу, но и поколениям фантастов — последние книги на эту тему были написаны еще в восьмидесятые годы двадцатого века…
Уходить из Зала, однако, не хотелось, и Гарс рассеянно полистал «Книгу отзывов», лежавшую под яркой табличкой на специальном столике у выхода. Интересного здесь тоже бывало мало. «Горизонтщики» предпочитали излагать результаты своих изысканий в виде сухих документальных отчетов, занимавших огромный шкаф в дальнем углу. Книгу отзывов использовали, как правило, для удовлетворения хулиганских позывов или в целях беззастенчивой саморекламы.
Вот и сейчас на последней из заполненных «страниц» красовалась сделанная дрожащим старческим почерком свежая строка:
«КОЗЛЫ ПОГАНЫЕ, ПРЕКРАТИТЕ МУТИТЬ ВОДУ СВОИМ ГОВЕННЫМ ГОРИЗОНТОМ, НЕ МЕШАЙТЕ ЛЮДЯМ ЖИТЬ! Я СЧИТАЮ, ЧТО ВАС ВСЕХ ДАВНО ПОРА ПОВЕСИТЬ ЗА…» — и ниже, с помощью довольно топорного рисунка, наглядно пояснялось, какие именно органы человеческого тела следует использовать для предполагаемой экзекуции, наверняка пользовавшейся большой популярностью во времена Инквизиции.
Внезапно что-то противно запищало, и Гарс сначала решил, что это предупреждение «транспа» о том, что в его систему суют нос цензоры. Но, выскочив из Виртуальности, он увидел, что речь идет о чьем-то экстренном вызове на сеанс связи в реальном времени.
«ВСЕМ, ВСЕМ, ВСЕМ! — спотыкаясь, как раненный в ногу беглец, бежала по экрану торопливая строчка. — ВСЕМ, КТО МЕНЯ СЕЙЧАС СЛЫШИТ!»
Гарс не мог не откликнуться на этот отчаянный зов.
Почему-то тот, кто посылал вызов, не задействовал ни голо-, ни даже видеосвязь. Может быть, в его распоряжении была только слабенькая машина, еще более древняя, чем у Гарса, а может, неизвестный просто опасался показать свое лицо.
Как в далекую старину, сообщение пришло по радиомодему, и строчки возникали на экране, буква за буквой, слово за словом — словно далекий абонент набирал их на клавиатуре музейного образца, а не диктовал голосом. А может, так оно и было…
«ВСЕМ, КТО МЕНЯ ПРИНИМАЕТ!.. В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ ОБРАЩАЮСЬ К „ГОРИЗОНТЩИКАМ“… Я СОБИРАЮСЬ ОПРЕДЕЛИТЬ МАКСИМАЛЬНУЮ ВЫСОТУ СВОЕГО ГОРИЗОНТА С ПОМОЩЬЮ АЭРА. БУДУ ВЕСТИ ПРЯМОЙ РЕПОРТАЖ ПО МЕРЕ НАБОРА ВЫСОТЫ. КОГО ЭТО ИНТЕРЕСУЕТ — ОТВЕТЬТЕ МНЕ!..»
Гарс нацепил на правую руку перчатку-джойстик и защелкал пальцами, выхватывая из клавиатурного ряда, внизу экрана, буквы, чтобы сложить их в слова ответного сообщения:
«Принимаю тебя хорошо, — отстучал он довольно бойко, хотя уже давно не пользовался таким примитивным способом связи. — Кто ты?»
«МЕНЯ ЗОВУТ СНИФ. СНИФ ЛИПСКИ. — Видно, в Оазисе, где жил Сниф, население было достаточно большим, и фамилии еще были в ходу. —Я-ИЗ ГОРОДКА БИЧ-ГРО, ЭТО НЕДАЛЕКО ОТ МЕЛЬБУРНА, АВСТРАЛИЯ. А ТЫ?»
«А я — Гарс из поселка Очаг, Евразия. К сожалению, не знаю, какие города находятся поблизости… Ты что, намерен взлететь на аэре ?»
«ДА, ПРИЧЕМ ПОСТАРАЮСЬ ПОДНЯТЬСЯ ТАК ВЫСОКО, НАСКОЛЬКО СМОГУ. ЕСТЬ ИДЕЯ, ЧТО ГОРИЗОНТ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ ПОЛУСФЕРУ. ВО ВСЯКОМ СЛУЧАЕ, У НАС…»
«Ты уже сидишь в кабине, Сниф?»
«ТЫ УГАДАЛ, ГАРС. МНЕ ТУТ УДАЛОСЬ СОБРАТЬ АППАРАТ ИЗ ВСЯКОГО СТАРЬЯ, А ВЧЕРА Я ОТКОПАЛ В ОДНОМ ПОДВАЛЕ БОЧКУ ГОРЮЧЕГО. ЭТОГО ЗАПАСА ДОЛЖНО ХВАТИТЬ, ЧТОБЫ ПОДНЯТЬСЯ В СТРАТОСФЕРУ».
«А обратно?»
«ТЫ СЧИТАЕШЬ, ЧТО МНЕ ПРИДЕТ В ГОЛОВУ ВОЗВРАЩАТЬСЯ? ПОСЛЕ СТОЛЬКИХ БЕЗУСПЕШНЫХ ПОПЫТОК?!. ДА Я ЛУЧШЕ ПЕРЕСЕКУ ГОРИЗОНТ, ТРС!»
«Не делай этого, Сниф. Это же безумие!..»
«СТРАННО СЛЫШАТЬ ОТ ТЕБЯ ТАКИЕ ВЕЩИ, ЕСЛИ ТЫ И ВПРАВДУ— „ГОРИЗОНТЩИК“!»
«Извини, это я так… Мне просто страшно за тебя, Сниф. И в то же время завидую тебе! Вот у нас в поселке давно не осталось ни аэров, ни автомобилей, ни горючего…»
«ПОКА ТЫ НАБИРАЛ ЭТО, Я УЖЕ ВЗЛЕТЕЛ!.. ИДУ ВЕРТИКАЛЬНО ВВЕРХ НА ПРЕДЕЛЬНОЙ СКОРОСТИ! ПОКА ВСЕ НОРМАЛЬНО, ТОЛЬКО ВОТ ЭТИ БОЛВАНЫ ПЫТАЛИСЬ МЕНЯ ЗАДЕРЖАТЬ… ОНИ ДАЖЕ СТРЕЛЯЛИ ПО МНЕ, ГАРС!»
«Что ты хочешь добиться этим полетом?»
«ХОЧУ ПРОВЕРИТЬ ДВЕ ВЕЩИ. ВО-ПЕРВЫХ, ЧТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ ГОРИЗОНТ — СФЕРУ ИЛИ ОТКРЫТЫЙ КОНУС, А ВО-ВТОРЫХ, КАК ОН БУДЕТ ВЫГЛЯДЕТЬ С ВЫСОТЫ… ТЫ, НАВЕРНОЕ, ЗНАЕШЬ,-ГАРС, ЧТО ПО ЗАКОНАМ ФИЗИКИ ГОРИЗОНТ ДОЛЖЕН ОТОДВИ-ГА ТЬ СЯ ПО МЕРЕ ПОДЪЕМА НАБЛЮДА ТЕЛЯ…»
«Не стоит читать мне лекции, Сниф. Зря ты это затеял».
«СЛУШАЙ, ЕЩЕ СЛОВО — И Я ОТКЛЮЧУ МОДЕМ. В КОНЦЕ КОНЦОВ, КОГДА ОКАЖУСЬ ТАМ, СНАРУЖИ, И ПЕРЕДАМ ТЕБЕ ОПИСАНИЕ ТОГО, ЧТО УВИЖУ, РАЗВЕ ТЕБЕ ЭТО БУДЕТ НЕ ИНТЕРЕСНО?!»
«Интересно, успокойся. Но ты уверен, что радиоволны способны тоже пересекать Горизонт? А то я собираюсь провести кое-какие эксперименты на этот счет…»
«А КАК ЖЕ МЫ СЕЙЧАС ОБЩАЕМСЯ С ТОБОЙ, ГАРС? В ТОМ-ТО И ДЕЛО, ЧТО, В ОТЛИЧИЕ ОТ ЖИВЫХ СУЩЕСТВ, ВОЛНЫ МОГУТ СВОБОДНО ПЕРЕМЕЩАТЬСЯ ПО ПЛАНЕТЕ БЕЗ ВСЯКИХ ОГРАНИЧЕНИЙ! Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ЗА ЭКСПЕРИМЕНТЫ ТЫ ПЛАНИРУЕШЬ, НО… ГАРС, Я УЖЕ НА ВЫСОТЕ ТРЕХ ТЫСЯЧ МЕТРОВ. КАК НИ ПЕЧАЛЬНО, НО ТЫ ОКАЗАЛСЯ ПРАВ. ГОРИЗОНТ НЕ ИЗМЕНИЛСЯ С НАБОРОМ ВЫСОТЫ. ЗНАЧИТ…»
«Сколько тебе лет, Сниф?»
«ВОСЕМНАДЦАТЬ. ПОЗАВЧЕРА ИСПОЛНИЛОСЬ. А ЧТО?»
«У тебе остался внизу кто-нибудь из родных?»
«МАТЬ И ТРИ СЕСТРЫ. А ЧТО?»
«А то!.. Спускайся, пока не поздно, Сниф! Ты совершаешь глупость, ведь ты можешь просто не достичь самой высокой точки Купола… У вас сейчас день или ночь?»
«ДЕНЬ».
«А у нас ночь, три часа ночи. Днем ты тем более не сумеешь ничего увидеть из-за солнца. Если оно висит у вас в зените, то ты просто сгоришь, как бабочка!..»
«ТЫ НАПРАСНО ТАК ВОЛНУЕШЬСЯ ЗА МЕНЯ, ДРУГ. Я ТУТ ПРЕДУСМОТРЕЛ КОЕ-ЧТО… А ВЕРНУТЬСЯ Я ВСЕ РАВНО НЕ ЗАХОЧУ. МНЕ НАДОЕЛО ПРОЗЯБАТЬ ПОД ЭТИМ ПРОКЛЯТЫМ КОЛПАКОМ, ПОНЯЛ?»
«На какой ты сейчас высоте?»
«ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ… СКОРОСТЬ НЕМНОГО УПАЛА —СКАЗЫВАЕТСЯ СИЛА ПРИТЯЖЕНИЯ, НАВЕРНОЕ… А ВООБЩЕ, ЭТО ЗДОРОВО, ГАРС, — ХОТЬ РАЗОК УВИДЕТЬ ЗЕМЛЮ С ВЫСОТЫ!.. СЛУШАЙ, А ГОРИЗОНТ ЗДЕСЬ ЧУТЬ-ЧУТЬ ПРОЗРАЧНЕЕ, ЧЕМ ВНИЗУ, У ПОВЕРХНОСТИ. ПО-МОЕМУ, Я ВИЖУ СКВОЗЬ НЕГО КАКИЕ-ТО ТЕНИ ВДАЛИ… ДА-ДА, ОНИ ПЕРЕМЕЩАЮТСЯ ТАМ, ПО ТУ СТОРОНУ КУПОЛА!..»
«Сниф!!!»
Бесполезно. Связь прекратилась. Мальчишка был так возбужден, что забыл не только о цензуре в Сети, но и вообще обо всем на свете.
А может быть?..
От этой мысли Гарсу сразу стало зябко.
"Что, если с парнем что-то случилось? Например, отказал двигатель, и он сейчас камнем падает к земле… нет, уже упал… Или отказало сердце, я ведь не знаю, насколько он физически здоров, а полетные перегрузки в сочетании с разреженным воздухом вполне могли привести к обмороку… Или он все-таки сгорел, как Икар, от лучей искусственного солнца?
А может, он все-таки пересек Горизонт… то бишь Купол… но ошибся насчет радиоволн, и теперь взахлеб стучит по клавиатуре, передавая мне о том, что открылось его глазам ТАМ, снаружи, но не знает, бедняга, что я его уже не слышу?..
В любом случае, он наверняка не вернется к своим сестрам и матери, сколько бы они его ни ждали.
Даже ребенок знает: тот, кто ушел за Горизонт, никогда не вернется к тем, кто остался внутри Купола. Это все равно что уйти из жизни… Одним словом — самоубийство, так все считают неизвестно почему.
Нельзя идти за Горизонт, братцы, нельзя!.. «Серый Волк под горой — не пускает нас домой. Га-га-га…»
Он выключил нагревшийся транспьютер и отправился спать.
До начала светового дня, когда луна на небе должна трансформироваться в солнце, оставалось всего два с половиной часа. Но Гарс еще долго ворочался с боку на бок, не в силах заснуть.
Глава 2
Проснулся он, когда солнце было уже не красным, а желтым, как обычно рисуют его дети. Роса наверняка давно высохла.
Жены в постели не оказалось. Повернув голову, Гарс обнаружил ее сидящей за туалетным столиком с тройным зеркалом, пожелтевшим по краям от времени.
У каждого были свои ценности в этом мире, от которых зависела важность вещей домашнего обихода. Если для Гарса дороже всего был транспьютер, то для Люмины роль идола явно выполняло трюмо. Вместе с запасом ветхого постельного белья, набором застарелой косметики и хрустальной посудой, которой они с Гарсом пользовались лишь в самых торжественных случаях…
Обложившись со всех сторон пузырьками, баночками, какими-то тюбиками с полустершимися надписями, а также блестящими инструментами, очень похожими на хирургические, Люмина старательно измывалась над своим лицом. Иначе ее занятие назвать было трудно. Лицо ее было намазано какой-то отвратительной на вид буро-зеленой пастой, на носу красовался уродливый пластырь, пропитанный жидкостью ядовитого цвета, а сама она, подавшись почти вплотную к зеркалу, выщипывала загогулистыми щипчиками брови, то и дело морщась, но стоически не издавая ни звука.
Гарс попробовал тоже выдернуть у себя волосок из брови и, не сдержавшись, зашипел от боли.
— Проснулся? — не поворачивая головы, спросила Люмина. — Ну и здоров же ты поспать, Гарс… Все соседи давным-давно уже встали, да и как иначе? Работают люди — не то что некоторые… Ким вон уже успел две грядки прополоть и весь огород свой полить, а ты все спишь, бездельник…
Она упрекала мужа с привычной ровной интонацией, и Гарс, с учетом своего ночного фиаско, опасав" шийся услышать от жены что-нибудь колючее и резкое, успокоился.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49