А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


С этими словами Надя вытащила из портфеля от ноутбука маленький диктофон, включила его и предложила:
– Скажи что-нибудь.
– Что?
Надя пожала плечами и протянула руку к сумочке.
– Ты получила деньги?
– Нет. Ведь замена длилась всего несколько часов.
Надя отсчитала пятьсот евро и положила деньги на стол:
– За пережитые неприятности плачу втрое больше.
Диктофон продолжал записывать. Надя выключила его, прокрутила пленку обратно и дала послушать Сюзанне. Их голоса действительно звучали одинаково.
– Успокоилась? Теперь дай мне взглянуть на твои пальцы.
Сюзанна, помедлив, протянула руку. Надя размотала сделанную наспех повязку, внимательно осмотрела резаные раны, решила, что накладывать швы нет необходимости, и спросила:
– У тебя дома есть острый нож? Такой, которым можно порезаться?
Не дожидаясь ответа, Надя пошла на кухню, вынула из выдвижного ящика кухонного стола маленький нож и вернулась с ним в комнату. Еще раз внимательно взглянула на раны Сюзанны и, примерившись, полоснула себя по пальцам.
При виде крови, стекающей по Надиной руке, Сюзанне стало дурно. Капли крови падали на пол и впитывались в старый ковер.
– Ты в своем уме? – запинаясь, спросила Сюзанна.
– Надо все делать как следует, – сказала Надя.
Помолчав, она уверенным тоном продолжила:
– Мы так далеко зашли, Сюзанна, что тебе уже не увильнуть. Через две недели я собираюсь провести выходные со своим другом. Все уже решено. Я знаю, как тебе тяжело. Сложная сигнализация, в которой трудно разобраться. Но главное – справиться с Михаэлем. Мы убедились, что трюк удался. В следующий раз не будет никаких трудностей, я тебе обещаю. И конечно же, я упрощу и изменю код сигнализации.
Сюзанна не могла отвести взгляд от кровоточащих пальцев Нади. И каждая впитывающаяся в ковер капля заставляла ее непонимающе покачивать головой. Деньги ей действительно были нужны позарез. Но понять, почему Надя взяла нож и порезала себе руку… Неужели только затем, чтобы сходство было полным? Сюзанна быстро сняла кольца, затем вынула серьги из уже начавших воспаляться мочек ушей. Она положила украшения на стол, рядом с деньгами, и сняла наручные часы.
– Нет, – еще раз повторила Сюзанна.
Надя поняла, что Сюзанна не шутит. Она перевязала носовым платком кровоточащие пальцы, взяла украшения, уложила ноутбук и диктофон в портфель, сунула папку с документами под мышку и направилась к двери. На пороге еще раз остановилась.
– Я буду платить тебе тысячу за каждые выходные. Тебе не придется больше брать деньги у матери, и ты даже сможешь вернуть ей все, что у нее украла.
Это был чистой воды шантаж. Сюзанна ничего не ответила, и Надя предложила:
– Подумай, Сюзанна. Тысяча за каждую замену – получится две тысячи в месяц. Ты когда-нибудь зарабатывала столько? Увидимся в четверг. Как и в прошлый раз, на крытой парковке.
С этими словами Надя закрыла за собой дверь.
Сюзанна рассматривала пятна крови на старом ковре, представляя, как прогуливается по белой вилле, слышала доносящееся из кухни ворчание старого холодильника, разглядывала потертую обивку дивана и денежные купюры на столе. Тысяча евро после длительного безденежья! Надя могла бы соврать, что ее мать заболела, – это обошлось бы ей дешевле. Но возможно, матери Нади уже не было в живых или у Михаэля были доверительные отношения с тещей. В любом случае подмена была чрезвычайно важна для Нади.
Погруженная в мысли, Сюзанна пошла в спальню, сняла испачканную кровью одежду и надела кое-что из своих старых вещей. Потом она попыталась отчистить дорогие вещи от пятен. Кровь с одежды ей удалось смыть. Пытаться отчистить ковер она даже не собиралась. Среди пестрого орнамента и застаревшей грязи пятна еще несколько лет не будут бросаться в глаза.
Приблизительно через четверть часа в дверь постучали. Сюзанна подумала, что вернулась Надя, чтобы снова попытаться уговорить ее. Но на лестнице у дверей стояли Ясмин Топплер и Хеллер. Ясмин, в потертом кожаном костюме, с мотоциклетным шлемом в руке, стояла ближе к двери, Хеллер чуть дальше. Он как раз объяснял Ясмин:
– …полчаса тому назад она уехала на новом «ягуаре»… – когда Сюзанна открыла дверь.
Ясмин постучала себя пальцем по лбу:
– Вздор.
От удивления Хеллер вытаращил глаза.
– Я же видел, – продолжал он возмущаться. – На ней были другие тряпки. Такие же дорогущие шмотки, как и в тот раз. Не знаю и знать не хочу, чем она занимается в последнее время. Мне кажется, что на днях я ее видел в белом «порше». Совсем недавно. Она не оставила машину перед домом. Я видел…
Ясмин перебила его:
– Ты, наверное, опять напился до чертиков. Нельзя, чтобы людям это бросалось в глаза.
Затем она повернулась к Сюзанне и поинтересовалась, есть ли у нее сейчас время. Сюзанна предложила соседке войти, желая избежать дальнейших препирательств с Хеллером.
Он был пьян, но не настолько, чтобы позволить убедить себя в том, что у него начались галлюцинации. Окна его квартиры выходили на улицу. И если он видел подходящую к дому Надю, а позже заметил, как она уезжала, то остатки здравого смысла должны были подсказать ему, что он видел двух разных женщин. Так оно и было. Закрывая за Ясмин дверь, Сюзанна успела услышать, как он ворчливо заметил:
– Это же надо было до такого додуматься. Их двое. Практично, можно проворачивать темные делишки и всегда иметь алиби.
Он захихикал и, что-то бормоча себе под нос, спустился этажом ниже.
Ясмин стояла посреди гостиной. На столе, рядом с испачканным кровью ножом и блюдцем, набитым окурками, все еще лежали деньги. Ясмин задумчиво разглядывала все это. Сюзанна быстро подошла к столу, взяла купюры и убрала их в шкаф.
Пока Сюзанна закрывала дверцу шкафа, Ясмин, помедлив, сказала:
– Завтра я улетаю в отпуск почти на месяц.
И рассказала о знакомой, которая обещала поливать ее цветы. Но сейчас эта женщина сломала ногу и лежит в больнице.
– И я вот что подумала: может быть, вы будете так любезны и согласитесь вместо нее поливать мои цветы? Я оставила бы вам ключи от квартиры.
Сюзанна машинально кивнула в ответ. Она толком и не расслышала, о чем ее просила соседка, – ей до сих пор было не прийти в себя после того, как Надя предложила ей тысячу евро. Ясмин благодарно улыбнулась, сходила в свою квартиру за бинтом и занялась порезами на руках Сюзанны. Ее взгляд снова остановился на окровавленном ноже и блюдце с окурками. Но Ясмин не стала задавать никаких вопросов. Судя по мотоциклетному костюму, в течение последних часов ее не было дома.
Оставшись одна, Сюзанна отнесла на кухню посуду, вымыла нож, выбросила окурки и пепел с блюдца в мусорное ведро. И тут она увидела лежащие в ведре крохотные обрывки бумаги. Сюзанна извлекла все клочки из ведра, сдула с них пепел от сигарет и отнесла свою находку в гостиную.
Она сделала это совершенно без причины, без особого любопытства. Для каких-либо подозрений материала было пока недостаточно. Сначала это напоминало игру. С огромным терпением, как головоломку, Сюзанна один за другим собирала разрозненные кусочки. В верхней части разорванного листа появился красивый логотип фирмы: «Альфо-инвестмент». Сюзанна уже где-то видела раньше подобную надпись, только не могла вспомнить где. В нижнем краю листа она смогла разобрать мелкие цифры: телефонный номер, номер факса, банковские реквизиты. Из-за разрывов все цифры трудно было расшифровать, но тем не менее они запечатлелись у нее в памяти. Посреди листа тоже были какие-то цифры, написанные крупным почерком.
Всего девять семизначных чисел. Перед каждым числом стояло имя. Цифры шли в порядке убывания. Самая маленькая сумма стояла в самом низу листа – один миллион триста тысяч. Вверху листа, напротив фамилии Цуркойлен, располагалась сумма пять миллионов семьсот тридцать тысяч. Вряд ли эти цифры были телефонными номерами – слишком уж круглые числа. А если это были суммы в евро, то в итоге получалось чуть больше двадцати миллионов. Невообразимое количество денег. «Миллион в случае смерти». Ей опять вспомнился тот договор. Теперь Сюзанна не знала, что и думать.
Некоторое время она сидела, рассматривая разложенные кусочки бумаги. Порезы на пальцах саднили. Она принялась мысленно прокручивать события с конца, как кинопленку. До того места, где появлялся Михаэль Тренклер. Вот он прислонился к входной двери и с выражением страха и недоверия в глазах посмотрел на нее. «Больше я в этом не участвую», – искренне, со всей убедительностью произнес он.
С другой стороны, Сюзанна не может позволить себе просто так упустить две тысячи евро в месяц, даже если у нее возникли подозрения (возможно, совершенно необоснованные). Но для собственной безопасности неплохо было бы принять меры предосторожности.
Сюзанна принесла пачку бумаги, которую обычно использовала для заявлений о приеме на работу, и начала писать: «Двадцать пятого июля в вестибюле административного здания „Герлер“ я встретилась с Надей Тренклер». Сюзанна скрупулезно зафиксировала на бумаге все, что произошло после того момента, даже бредовую идею Хеллера, что социолог – шпион. Указав свою группу крови и особые приметы – родинку и след после травмы черепа, – она сложила исписанные листы в большой конверт, сунув туда же клочки бумаги с числами и именами.
Затем Сюзанна принялась обдумывать, где можно надежно спрятать конверт. Дать его матери с просьбой: «Если я больше не приду навестить тебя, ознакомься с содержимым и передай бумаги полиции», – исключалось. Агнес Рунге получила бы инфаркт, волнуясь за единственную дочь. Сюзанна не знала адвоката, которому можно было бы доверить хранение такого «страхования жизни». Адвокат, который вел ее дело по разводу, был худым как щепка, вечно суетящимся типом, заинтересованным только в деньгах. Таким образом, выходило, что был только один человек, который в экстренном случае смог бы правильно распорядиться бумагами. При всей испытываемой к нему злости, приходилось признать, что таким человеком был Дитер Ласко. Но было бы ошибкой просто отослать ему конверт. Сюзанна представила себе, как, получив его, Дитер крутит пальцем у виска и говорит Рами: «Теперь ради разнообразия Сюзанна стала тоннами читать детективы».
Нет, она должна придумать что-нибудь другое. И она придумала.
В понедельник Ясмин Топплер отдала Сюзанне ключи от квартиры и через некоторое время с огромным чемоданом уселась в такси. Уже через пять минут после ее отъезда Сюзанна засунула конверт под стопку постельного белья Ясмин. На заклеенном конверте она надписала фамилию и адрес бывшего мужа, а также указание вручить его Дитеру, если она неожиданно съедет с квартиры и забудет потребовать конверт обратно. Возможно, указание выглядело смешным, и Ясмин подумает о ней так же, как и Дитер. Но, спрятав конверт, Сюзанна успокоилась.
Избавившись от конверта, она подумала, что, дабы длительное время играть роль Нади, она должна значительно лучше подготовиться. В течение следующих дней Сюзанна отмечала все, что приходило ей в голову и казалось важным. Все, что ей обязательно нужно узнать, что не помешало бы еще узнать, и каких промахов она могла бы избежать, если бы знала это.
Как и было намечено, в четверг на крытой парковке она встретилась с Надей. Когда в целях собственной безопасности Сюзанна рассказала Наде о своих записях, хранящихся в конверте, та только улыбнулась в ответ. Что касается подготовленной анкеты с вопросами, то эту идею Надя сочла разумной. И с облегчением добавила:
– Значит, ты не выходишь из игры.
И призналась, что сперва не хотела требовать от Сюзанны заучивания наизусть непомерно большого количества данных и событий. Она сочла это излишним, потому что Сюзанна должна была держаться с Михаэлем холодно и почти не общаться с ним.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69