А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Он посмотрел на часы и подумал, что время на судне остановилось.
— Я хочу выпить пива, — крикнул он. — Вам принести?
— Мне не надо, — откликнулся Хупер.
— Давайте, что за вопрос, — сказал Куинт. — Постреляем в жестянки.
Броди достал из ящика две банки, оторвал металлические кольца и начал подниматься по лестнице. Он поставил ногу на последнюю ступеньку и вдруг услышал спокойный голос Куинта:
— А вот и мы.
Вначале Броди подумал, что Куинт говорит о нем, но затем увидел, как Хупер вскочил с транца, присвистнул и сказал:
— Ого! Это и в самом деле наша гостья!
Броди почувствовал, что у него бешено забилось сердце. Он быстро поднялся на палубу и спросил:
— Где?
— Вон там, — показал Куинт. — Прямо за кормой.
Глаза Броди скоро привыкли к свету, и тогда он увидел плавник — неровный, коричневато-серый треугольник, разрезавший волны, а дальше за ним виднелся серпообразный хвост, который упруго бил по воде. Она плывет ярдах в тридцати от катера, решил Броди. Может быть, в сорока.
— Вы уверены, что это наша акула? — спросил он.
— Она, — ответил Куинт.
— Что вы собираетесь делать?
— Ничего. Во всяком случае, до тех пор, пока мы не определим, что ей тут надо. Хупер, продолжайте бросать эту пакость. Попробуем приманить ее ближе.
Хупер поднял бадью на транец и вывалил часть приманки в воду. Куинт прошел вперед и насадил гарпун на древко. Он поднял бочонок и зажал его под мышкой. Перекинул через свободную руку бухту веревки и взял гарпун. Он принес снасть на корму и сложил на палубе.
Акула кружила взад и вперед но пленке, стремясь определить, откуда шел запах крови.
— Сматывайте лесы, — сказал Куинт Броди. — Они теперь нам без надобности.
Броди смотал лесы одну за другой, и наживки шлепнулись на палубу.
Акула чуть приблизилась к катеру, продолжая медленно кружить рядом.
Куинт поставил бочонок на транец слева от бадьи Хупера и бросил возле нее веревку. Потом сам вскарабкался на транец и выпрямился, держа в согнутой правой руке гарпун.
— Ну, давай, — позвал он. — Давай, иди сюда.
Но акула продолжала держаться футах в пятидесяти от лодки.
— Я не достану ее, — сказал Куинт. — Надо, чтобы она подошла ближе. Броди, возьмите кусачки — они у меня в заднем кармане, откусите наживку и бросьте ее за борт. Может, запах еды заставит ее подойти к нам. И постарайтесь наделать побольше шуму, когда будете бросать наживку. Пусть почует, что здесь есть чем позавтракать.
Броди сделал, как ему было сказано, шлепая по воде багром; он не спускал глаз с плавника акулы, ему казалось, что она вот-вот появится из глубины и схватит его за руку.
— Бросьте еще наживку, раз уж вы за это взялись, — сказал Куинт. — Она там, в ящике. И швырните жестянки с пивом тоже.
— Жестянки с пивом? Зачем?
— Нужно кидать все, что попадается под руку. Чем больше, тем лучше, лишь бы привлечь эту тварь.
— А если бросить дельфина? — спросил Хупер.
— Что с вами, мистер Хупер? — удивился Куинт. — Мне казалось, что вы против этого.
— Неважно, — возбужденно ответил Хупер. — Я хочу увидеть акулу.
— Успеется, — сказал Куинт. — Подождем немного.
Приманка медленно плыла в сторону акулы, одна жестянка колыхалась на поверхности воды, удаляясь от кормы. — Однако рыба все равно не подходила к катеру.
— Черт, — выругался Куинт. — Похоже, выбора нет. — Он отложил гарпун и спрыгнул с транца. Потом откинул крышку с бачка для мусора, стоявшего рядом с Броди, и полицейский увидел безжизненные глаза крошечного дельфинчика, который покачивался в морской воде. Броди стало противно, и он отвернулся.
— Ну, малыш, — сказал Куинт. — Пришло твое время. — Он вынул из кормового отсека длинную цепь-поводок и просунул один ее конец в ушко крюка, торчавшего под нижней челюстью дельфина. К другому концу цепи Куинт привязал пеньковую веревку толщиной в три четверти дюйма. Он потравил несколько ярдов веревки, отрезал ее и хорошенько обмотал вокруг утки на планшире правого борта.
— По-моему, вы говорили, что эта акула вытащит любой кнехт, — заметил Броди.
— Вполне возможно, — ответил Куинт. — Но держу пари, я всажу в нее гарпун и перережу веревку, прежде чем она успеет вырвать утку. — Куинт взял цепь и бросил ее на транец к правому борту. Потом забрался на транец сам и потянул дельфина к себе. Вынул нож из ножен, висевших на поясе. Левой рукой поднял дельфина перед собой. Затем правой сделал несколько неглубоких надрезов на брюшке животного. Капли зловонной темной жидкости упали в воду. Куинт швырнул дельфина за борт, потравил шесть футов веревки и наступил на нее. Дельфинчик, плавно покачиваясь, погрузился в воду приблизительно в шести футах от лодки.
— Чересчур близко, — заметил Броди.
— Так надо, — сказал Куинт. — Я не смогу попасть в акулу, если она окажется в тридцати футах от катера.
— Почему вы наступили на веревку?
— Чтобы малыш плавал там, где он сейчас находится. Я не хочу привязывать его к утке так близко от катера. Если акула схватит дельфина и не сможет развернуться, то начнет биться здесь, рядом с судном, и разнесет нас в щепки. — Куинт поднял гарпун и посмотрел на плавник акулы.
Акула приближалась, все еще двигаясь кругами; с каждым рывком она сокращала расстояние между собой и катером на несколько футов. Затем хищница остановилась в двадцати пяти футах от судна и на секунду, казалось, застыла, повернув голову к людям. Вдруг ее хвост исчез, спинной плавник подался назад и скрылся, а из воды поднялась огромная морда с черными бездонными глазами и пастью, приоткрытой в зловещей ухмылке.
Броди уставился на акулу, оцепенев от ужаса, ему казалось, что он видит дьявола.
— Эй, рыба, — позвал Куинт. Он стоял на транце, расставив ноги, крепко сжимая в руке древко гарпуна. — Иди посмотри, что мы для тебя приготовили.
Какое-то время акула наблюдала за ними из воды. Затем голова ее бесшумно скрылась.
— Куда она ушла? — спросил Броди.
— Сейчас вернется, — ответил Куинт. — Иди, рыбка, — заворковал он. — Иди, милая. Иди получи свой завтрак. — Он нацелил острие гарпуна на плавающего дельфина.
Неожиданно катер с силой бросило в сторону. Куинт поскользнулся и упал спиной на транец. Гарпун соскочил с древка и загремел по палубе. Броди завалился на бок. Инстинктивно схватил спинку стула и закрутился вместе с ним. Хупера отбросило назад и ударило о планшир левого борта.
Веревка, привязанная к дельфину, сильно натянулась и дрожала. Волокна на узле, затянутом вокруг утки, стали лопаться. Планшир под уткой затрещал. Но вот веревка дернулась, провисла и упала завитками на воду рядом с судном.
— Черт побери! — воскликнул Куинт.
— Похоже, акула догадалась, что вы собирались делать, — сказал Броди. — Точно знала о приготовленной ловушке.
— Проклятие! В жизни не видел, чтобы рыба выкидывала такое.
— Она сообразила, что если собьет вас с ног, то сможет спокойно съесть дельфина.
— Чушь, она просто нацелилась на дельфина и промахнулась.
— С другой стороны катера? — заметил Хупер.
— Все это ерунда, — заключил Куинт. — Как бы там ни было, она нас надула.
— Но как она сошла с крюка? — спросил Броди. — Она же не выдернула утку. Куинт подошел к планширу правого борта и потянул веревку.
— Она либо просто перекусила цепь, либо... эх, так я и думал. — Куинт перегнулся через планшир и схватил цепь. Он вытащил ее на палубу. Она была цела — зажим все еще держал ушко крюка.
Но сам крюк никуда не годился. У стального цевья не было больше загиба. Оно стало почти прямым с двумя маленькими бугорками в том месте, где он когда-то был выкован.
— Бог мой! — произнес Броди. — Она сделала это зубами?
— Разогнула чисто, что надо, — сказал Куинт. — Вероятно, у нее ушло на это секунды две.
Броди ощутил пустоту в голове. В кончиках пальцев покалывало. Он опустился на стул и несколько раз глубоко вдохнул, стараясь подавить нараставший страх.
— Куда она, по-вашему, ушла? — спросил Хупер, стоя на корме и глядя в воду.
— Где-нибудь здесь, недалеко, — ответил Куинт. — Думаю, она вернется. Этот дельфин был для нее все равно что анчоус для тунца. Она будет продолжать поиски пищи. — Куинт собрал гарпун, свернул веревку и положил снасть на транец. — Нам остается только ждать. И бросать приманку. Я приготовлю еще несколько наживок и спущу их за борт.
Броди наблюдал за Куинтом — тот обвязывал веревкой каждую наживку и опускал ее за борт, прикрепляя другой конец веревки к уткам, кронштейнам для спиннингов, куда только мог. Когда с дюжину наживок уже плавало вокруг судна в разных местах и на разной глубине, Куинт поднялся на ходовой мостик и уселся там.
Броди захотелось поддразнить Куинта.
— Похоже, это и в самом деле очень умная рыба, — начал полицейский.
— Умная или нет, откуда мне знать, — сказал Куинт. — Однако она выкидывает такие штучки, на какие не была способна ни одна из рыбин, с которыми мне до сих пор приходилось иметь дело. — Он помолчал, затем добавил, обращаясь скорее к себе, чем к Броди: — Но я поймаю эту суку. Обязательно поймаю.
— Почему вы так уверены?
— Уверен, вот и все. А теперь оставьте меня в покое.
Это был приказ, а не просьба. И хотя Броди хотелось говорить о чем угодно, лишь бы не думать о страшном чудовище, притаившемся в воде, там, под ними, он больше не сказал ни слова. Броди взглянул на часы: одиннадцать ноль пять. Они караулили, ожидая в любую минуту, что за кормой поднимется плавник, разрезающий воду. Хупер бросал приманку, она напоминала Броди понос всякий раз, когда шлепалась в воду.
В половине двенадцатого Броди вздрогнул от резкого звонкого щелчка. Куинт одним махом слетел с трапа, пробежал по палубе и вскочил на транец. Он схватил гарпун и поднял его, изготовясь, всматриваясь в воду за кормой.
— Что это было, черт возьми? — спросил Броди.
— Она вернулась.
— Откуда вы знаете? Что это за звук?
— Лопнула проволока. Акула взяла наживку.
— Почему она лопнула? Почему акула просто не сняла наживку?
— Она, по-видимому, не перекусывала проволоку. Рыба втянула ее, а когда захлопнула пасть, леса оказалась у нее за зубами. Акула, наверное, сделала так, — Куинт резко дернул головой в сторону, — и леса лопнула.
— Но почему мы услышали щелчок, если проволока лопнула под водой?
— Она не лопнула под водой, черт возьми! Она разорвалась прямо здесь. — Куинт указал на несколько дюймов обвисшей проволоки, привязанной к утке в центре катера.
— Ну и ну! — произнес Броди. Полицейский еще смотрел на оборванный конец, как вдруг увидел, что другая леса у планшира в нескольких футах от первой тоже ослабела. — Акула взяла еще одну приманку, — заметил он. Броди встал, подошел к планширу и вытянул лесу. — Она, должно быть, была прямо под нами.
— Никто не хочет искупаться? — спросил Куинт.
— Давайте спустим клетку за борт, — предложил Хупер.
— Вы шутите? — проговорил Броди.
— Нет, не шучу. Возможно, клетка привлечет акулу.
— А вы залезете в клетку?
— Нет, вначале посмотрим, как поведет себя рыба. Ваше мнение, Куинт?
— Можно попробовать, — сказал хозяин катера. — Вреда не будет, если мы опустим ее в воду, к тому же вы заплатили за это. — Он отложил гарпун и вместе с Хупером подошел к клетке.
Они опрокинули ее на бок. Хупер открыл дверцу и залез внутрь. Потом достал акваланг, регулятор, маску, неопреновый гидрокостюм и сложил все на палубу. Они поставили клетку и отнесли к планширу правого борта.
— У вас есть две веревки? — спросил Хупер. — Я хочу привязать клетку к катеру.
Куинт спустился вниз и вернулся с двумя мотками веревки. Они прикрепили одну к кормовой утке, другую — к кнехту в центре палубы, затем привязали свободные концы к потолку клетки.
— Порядок, — сказал Хупер. — Давайте опускать.
Они подняли клетку, наклонили ее и столкнули за борт. Она погрузилась в воду на глубину в несколько футов, насколько позволяли веревки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38