А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

– Смею заверить, у меня достаточно крепкие нервы, и это позволит выслушать твои известия.
– Хочу в это верить, Рул! – сказал мистер Дрелинкорт. – Пожалуйста, можешь глумиться сколько угодно над моим чувством долга, но наше имя и честь семьи значат для меня не меньше, чем для тебя!
– Если ты проделал весь этот путь сюда, чтобы сообщить, что тебя преследует судебный пристав, Кросби, то будет справедливо сказать, что ты зря теряешь время.
– Очень остроумно, милорд! – вспылил мистер Дрелинкорт. – Моя поездка имеет к тебе прямое отношение! Вчера ночью, а точнее, сегодня утром, поскольку – моих часах был уже третий час, – у меня появился повод посетить милорда Летбриджа.
– Это, безусловно, интересно, – сказал эрл. – Несколько странный час для посещений, но иногда у меня возникала мысль, Кросби, что и ты тоже странное создание.
Грудь мистера Дрелинкорта заходила ходуном.
– Ничего странного, я полагаю, нет в том, чтобы искать убежища от дождя! – сказал он. – Я ехал к своему дому и случайно оказался на Хаф-Мун-стрит. Меня застал ливень, но, обнаружив, что дверь дома милорда Летбриджа – по небрежности, как меня уверили, – открыта настежь, я вошел. Я застал его светлость во взъерошенном состоянии в гостиной, где был накрытый на двоих стол.
– Ты окончательно меня потряс, – сказал эрл и, наклонившись вперед, взял графин и вновь наполнил свой бокал. Мистер Дрелинкорт нервно хихикнул.
– Можешь говорить что угодно, но сначала дослушай! Его светлость в упор меня не замечал!
– Ну это, – оказал эрл, – я легко могу себе представить. Но, прошу, продолжай, Кросби.
– Кузен, – серьезно сказал мистер Дрелинкорт, – я прошу тебя поверить в то, что я делаю это очень неохотно. Когда я разговаривал с лордом Летбриджем, мое внимание привлекло что-то, лежащее на полу, что-то, Рул, что сверкало в свете свеч.
– Кросби, – устало сказал его светлость, – твое красноречие великолепно, но я большую часть дня провел в седле, поэтому избавь меня от него. Так что же все-таки привлекло твое внимание?
Мистер Дрелинкорт с трудом сдержал раздражение.
– Брошь, милорд! Дамская брошь для корсажа!
– Неудивительно, что лорд Летбридж был недоволен твоим приходом, – заметил Рул.
– Конечно, неудивительно, – сказал мистер Дрелинкорт. – Где-то в доме в тот момент пряталась дама. Я незаметно подобрал брошь и спрятал ее в карман.
Эрл приподнял брови.
– Я, кажется, уже говорил, что ты странное создание, Кросби.
– Может быть, но у меня была веская причина для подобных действий. Если бы не тот факт, что лорд Летбридж силой забрал у меня брошь, я бы сейчас предъявил ее тебе. Она тебе хорошо знакома. Это брошь в форме кольца, составленная из жемчужин и бриллиантов.
Эрл не отрывал глаз от мистера Дрелинкорта. Может быть, все дело было в освещении, но Дрелинкорту показалось, что эрл вдруг помрачнел. Он убрал ногу с ручки кресла, однако продолжал сидеть, спокойно откинувшись на спинку.
– Брошь в форме кольца из жемчужин и бриллиантов?
– Именно так, кузен! Я узнал ее сразу. Брошь из старинного гарнитура пятнадцатого века, который ты подарил своей жене.
Он не успел договорить. Эрл рывком вскочил с кресла и схватил мистера Дрелинкорта за горло. Глаза Дрелинкорта выкатились из орбит, он тщетно пытался разжать руки его светлости, которые трясли его с такой силой, что зубы Кросби клацали, и у него даже мелькнула мысль, что они могут вылететь один за другим. В ушах у него звенело, но голос милорда он слышал отчетливо.
– Ты лжешь, трус несчастный! – прорычал он. – Ты посмел явиться сюда с гнусной ложью о моей жене и думаешь, что я этому поверю! Бог свидетель, я собираюсь прикончить тебя прямо сейчас!
Милорд отбросил кузена от себя и вытер руки, выражая этим жестом свое презрение.
Мистер Дрелинкорт отскочил назад, хватаясь за воздух, и с грохотом упал на пол.
Секунду эрл смотрел на него с улыбкой, подобной которой мистер Дрелинкорт еще не видел на его лице. Затем он прислонился к столу и сказал:
– Встань, друг мой. Ты еще жив?
Мистер Дрелинкорт поднялся и стал поправлять свой парик. Ему не хватало воздуха, ноги его тряслись так, что он едва мог стоять. Он с трудом добрался до кресла и рухнул в него.
– Ты, кажется, говорил, что лорд Летбридж забрал у тебя эту брошь? Где это случилось?
Мистер Дрелинкорт хрипя произнес:
– Мэйденхэд.
– Я уверен, что она вернется к своему законному владельцу. Но, мой дорогой Кросби, на этот раз проницательность тебя подвела – эта брошь мне не принадлежит. Ты согласен?
– Возможно, я мог и ошибиться.
– Ты ошибся, – с ударением сказал его светлость.
– Да, да, я ошибся. Прошу прощения. Я очень сожалею, кузен.
– Ты будешь сожалеть еще больше, Кросби, если хоть одно слово вылетит из твоих уст. Я понятно говорю?
– Да, да, конечно, я просто посчитал своим долгом сказать тебе об этом.
– С того дня, как я женился на Горации Уинвуд, – сказал спокойно его светлость, – ты все время стараешься поссорить нас. Ты настолько глуп, что решил раздуть эту нелепую историю. Ты не принес никаких доказательств. Ах, прости, я забыл! Лорд Летбридж силой отобрал твои доказательства, так ведь?
– Но он ведь так и сделал! – в отчаянии воскликнул мистер Дрелинкорт.
– Мне очень жаль, – сказал эрл, – но я не верю тебе. Если бы ты даже положил эту брошь передо мной, я все равно не стал бы плохо думать о своей жене. Я не Отелло, Кросби, и, полагаю, ты должен был бы это знать. – Он протянул руку и позвонил. Когда появился лакей, он бросил отрывисто: – Экипаж мистера Дрелинкорта.
Дрелинкорт жалобно произнес:
– Но, милорд, я не обедал, а лошади выдохлись. Я не предполагал, что меня так встретят!
– Вот как? – сказал эрл. – В гостинице «Красный лев» ты найдешь ужин и лошадей. Скажи спасибо, что покидаешь мой дом целым и невредимым.
Мистер Дрелинкорт съежился и промолчал. Вскоре лакей вернулся с докладом, что фаэтон подан. Мистер Дрелинкорт украдкой взглянул на непроницаемое лицо эрла и встал.
– Желаю тебе доброй ночи, Рул, – сказал он, стараясь сохранить остатки своего достоинства.
Эрл кивнул и молча смотрел, как Кросби уходит в сопровождении лакея. Он услышал, как мимо дома проехал фаэтон, и снова позвонил.
Когда лакей явился в очередной раз, Рул, невозмутимо разглядывая свои ногти, сказал:
– Пожалуйста, мой спортивный экипаж.
– Да, милорд! – удивленно ответил лакей. – Прикажете немедленно, милорд?
– Тотчас же, – ответил эрл спокойно. Он встал из-за стола и не спеша вышел из комнаты. Десятью минутами позже экипаж был уже у двери, и мистер Гисборн, спускаясь по лестнице, очень удивился, увидев хозяина в шляпе и со шпагой на боку.
– Вы уезжаете, сэр? – спросил он.
– Как видишь, Арнольд, – ответил эрл.
– Я надеюсь, сэр, ничего не произошло?
– Нет, совсем ничего, мой дорогой мальчик, – сказал его светлость.
Внизу конюх с трудом сдерживал двух великолепных серых лошадей.
Эрл окинул их взглядом:
– Резвые, а?
– Прошу прощения у вашей светлости, но я бы сказал, что это пара дьяволов.
Эрл засмеялся, забрался в экипаж и подобрал поводья.
– Отпускай!
Конюх отскочил в сторону, и лошади понеслись. Конюх посмотрел, как экипаж мелькнул за поворотом, и вздохнул.
– Если бы я умел так управляться с лошадьми!.. – печально сказал он и побрел обратно в конюшни, покачивая головой.
Глава 17
«Сан» в Мэйденхэде был довольно популярным постоялым двором, кухня и обстановка в нем были одинаково хорошие.
Лорд Летбридж обедал в отдельной комнате, обитой черным дубом. Ему подали утку, баранину с маринованными грибами, лангуста и айвовое желе. Хозяин, давно знавший его, заметил, что у его светлости хорошее настроение, и стал гадать, в чем тут причина. А что причина была, хозяин не сомневался, поскольку впервые в жизни благородный гость не жаловался на качество поданных ему блюд и даже похвалил бургундское вино.
Милорд Летбридж действительно пребывал в прекрасном расположении духа. Так хитро обвести вокруг пальца мистера Дрелинкорта! Его это радовало даже больше, чем сама брошь. Он улыбался, думая о возвращавшемся в Лондон Кросби. Мысль о том, что тот мог быть настолько глуп, чтобы рассказать эту историю своему кузену, даже не приходила ему в голову. Хотя он и был невысокого мнения об умственных способностях мистера Дрелинкорта, но такая беспросветная глупость была вне его понимания.
В тот вечер в «Сан» было многолюдно, и, кто бы ни ждал своей очереди, чтобы получить обед, хозяин проследил, чтобы Летбриджа обслужили незамедлительно. Когда на столе осталось только вино, он сам пришел узнать, не желает ли милорд заказать что-нибудь еще, и даже собственноручно закрыл ставни. Он поставил на стол еще несколько свечей, уверил его светлость, что тот останется доволен свежими простынями, специально для него приготовленными, и откланялся. Только он приказал одному из слуг принести наверх грелку, чтобы согреть постель, как его окликнула жена:
– Каттермоул, подъехал милорд!
Слово «милорд» в Мэйденхэде относилось только к одному человеку, и мистер Каттермоул поспешил на крыльцо поприветствовать желанного гостя. Увидев спортивный экипаж, он широко раскрыл глаза, велел конюху отвести лошадей, а сам пошел навстречу гостю, улыбаясь и кланяясь.
Эрл поклонился в ответ.
– Добрый вечер, Каттермоул. Скажи, пожалуйста, не проезжал ли здесь лорд Летбридж?
– Лорд Летбридж, милорд? Так его светлость остановился – здесь на ночь! – сказал Каттермоул.
– Весьма кстати! – заметил эрл и выбрался из экипажа, , разминая пальцы левой руки. – А где я могу найти его светлость?
– В дубовой гостиной, милорд, он только что закончил обед.
Я провожу вашу светлость.
– В этом нет нужды, – ответил эрл, входя в гостиницу. – Я знаю, куда идти. – Подойдя к лестнице, он остановился и мягко произнес: – Между прочим, Каттермоул, у меня частное дело к его светлости. Уверен, что могу положиться на тебя. Позаботься, чтобы нас никто не беспокоил.
Мистер Каттермоул посмотрел на него проницательным взглядом. «Предвидятся неприятности, – подумал он. – Для дома это плохо, но будет хуже, если отказ оскорбит милорда Рула».
Он поклонился,
– Разумеется, милорд! – сказал он и отступил в сторону.
Лорд Летбридж все еще пил вино, когда услышал, как открылась дверь. Он оглянулся и замер.
Мгновение они смотрели друг на друга: Летбридж – неподвижно сидя на стуле, и эрл – стоя в дверном проеме. Летбридж моментально понял его взгляд. Он сунул руку в карман и вытащил брошь.
– Вы пришли за этим, милорд?
Эрл захлопнул дверь и повернул ключ в замке.
– Да, это то, за чем я пришел, – сказал он. – За этим и еще кое за чем, Летбридж.
– За моей жизнью, например? – Летбридж усмехнулся. Придется биться за то и за другое. Эрл выступил вперед.
– Ты выбрал прекрасный способ, чтобы отомстить, но проиграл, Летбридж.
– Проиграл? – сказал Летбридж, многозначительно посмотрев на брошь в своей руке.
– Если твоей целью было вымазать мое имя в грязи, то да! – сказал Рул. – Моя жена остается моей женой. Сейчас ты расскажешь мне, как ты заставил ее войти в твой дом. Летбридж поднял брови.
– А ты уверен, что у меня была необходимость применять силу?
– Горацию я знаю, – ответил эрл, – а вот тебе предстоит многое мне объяснить.
– Я не привык хвастаться своими победами, Рул, – насмешливо ответил Летбридж и увидел, как рука эрла сжалась в кулак. – Я не стану тебе ничего объяснять.
– Посмотрим, – сказал Рул. Он отодвинул стол к стене и задул свечи, оставив только висячий светильник.
Летбридж отбросил стулья, взял свою шпагу и вынул ее из ножен.
– О мой Бог, как я ждал этого! – неожиданно воскликнул он. – Я рад, что Кросби отправился к тебе.
Он положил шпагу и принялся снимать фрак.
Эрл не ответил.
При мягком свете свечей они стали лицом к лицу, двое сильных мужчин, в которых кипела долго скрываемая ненависть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33