А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Выхода нет, придется рискнуть. Я толкнул дверь дальше, она снова заскрипела, но уже тише. Все, хватит, этого достаточно, чтобы протиснуться.
Кэти вопросительно посмотрела на меня. Я кивнул. Она осторожно выползла наружу, я последовал за ней. Теперь нас было видно со всех сторон. Я закрыл дверь.
Охранник все так же сидел на пне.
Отлично. Теперь следующий этап — надо спуститься вниз. Мы не могли воспользоваться лестницей: слишком заметно. Я махнул рукой Кэти, и мы поползли к краю платформы. Она была гладкая, из алюминия, ползти было легко. Мы доползли до стены надстройки, и я уже завернул за угол, как вдруг раздался протяжный звук, похожий на стон, и что-то с шумом рухнуло. Я похолодел. Это упала одна из балок, поддерживавших платформу. Все сооружение покосилось.
— Какого черта... — послышался голос охранника.
Я схватил Кэти за руку и подтащил к себе. Теперь нас прикрывал угол здания. Охранник мог видеть лишь закрытую дверь и пустой участок платформы.
— Чем вы там занимаетесь, черт побери?
Мы затаили дыхание. Я услышал хруст сухих листьев под его ногами. К этому я был готов. Он заорал снова:
— Чем вы там...
— Ничем! — крикнул я в ответ, прижавшись ртом к стене в надежде, что мой голос будет звучать приглушенно. Как будто я нахожусь внутри. Если бы я не ответил, шофер обязательно пошел бы проверять. — Эта хибара держится на соплях, она вот-вот рассыплется!
Наступило молчание. Кэти прижалась ко мне, я чувствовал, как девушка дрожит. Я гладил ее по спине, успокаивая. А сам прислушивался, стараясь различить звук шагов. Но вокруг стояла мертвая тишина. Я посмотрел на Кэти и кивнул в сторону дальнего края платформы.
Мой план состоял в том, чтобы спуститься по опорному столбу. Кэти должна была идти первая. На случай же, если охранник услышит, я приготовил особый план.
Кэти кивнула и, немного поколебавшись, двинулась в сторону столба. Скользнув вниз, она обхватила его обеими руками, как это делают пожарные, когда спускаются. Платформа снова накренилась, закачалась... Я мог лишь беспомощно наблюдать. Из крепления со скрежетом вырвался болт.
— Какого... — На этот раз охранник решил пойти посмотреть, в чем дело. Я слышал звук его шагов. Кэти повисла на столбе, глядя на меня.
— Прыгай и беги! — крикнул я.
Она отпустила руки и упала на землю. Падать было не так уж и высоко. Кэти поднялась на ноги и посмотрела вверх.
— Беги! — повторил я.
— Стой, или я буду стрелять! — раздался голос охранника.
— Беги, Кэти!
Я перебросил ноги через край платформы и полетел вниз. Мое падение длилось дольше, и приземлился я менее удачно. Я где-то читал, что, падая, надо согнуть колени и затем откатиться в сторону, и постарался так и сделать. Однако, откатившись, я угодил головой в ствол дерева. Шатаясь, я поднялся на ноги и увидел, что разъяренный охранник мчится прямо на нас. До него было метров десять.
— Стой, стреляю! — Но пистолета у него в руке не было.
— Беги! — снова крикнул я Кэти.
— Но...
— Я за тобой, давай!
Она знала, что это ложь. Я собирался остановить нашего противника или хотя бы задержать, чтобы дать Кэти время спастись. Она колебалась, не решаясь принять эту жертву.
Охранник был уже почти рядом.
— Ты приведешь помощь, беги!
Кэти наконец решилась и побежала, перепрыгивая через древесные корни и высокую траву. Едва я успел засунуть руку в карман, где лежало стекло, как охранник с размаху врезался в меня. Удар сбил меня с ног, но я успел обхватить своего противника руками, и мы покатились по земле. Я прижимал его к себе что есть силы, чтобы не дать подняться, — каждая лишняя секунда могла означать для Кэти спасение. Тогда он ударил меня в лицо головой. Такого мне прежде испытывать не приходилось. Казалось, я врезался в стену. Боль была чудовищная, из глаз брызнули слезы. Я ослабил хватку и упал на спину. Он хотел ударить еще раз, но, движимый каким-то животным инстинктом, я свернулся в клубок. Он поднялся на ноги и примерился, чтобы ударить ногой по ребрам.
Настала моя очередь удивить его.
Я приготовился и, дождавшись удара ногой, успел ухватить ее одной рукой и прижать к себе. В другой руке у меня был зажат кусок стекла. И я с силой вогнал его в икру противника. Эхо от крика заметалось по лесу, поднимая птиц с верхушек деревьев. Я вытащил стекло и ударил снова. На этот раз под колено, ощутив под рукой теплый фонтанчик крови.
Завывая от боли, охранник упал на землю и задергался, как рыба на крючке. Я хотел ударить еще, но он взмолился:
— Пожалуйста, не надо. Уходите...
Я заколебался. Нога его болталась как бесполезный кусок мяса. Он больше не представлял для нас угрозы. По крайней мере пока. Не убийца же я, в конце концов. Кроме того, нельзя было терять время — Призрак мог в любой момент вернуться. Надо успеть уйти подальше.
Я повернулся и побежал в лес. Через некоторое время я оглянулся. Охранник не преследовал меня, он едва мог ползти. Пробежав еще немного вперед, я услышал крик Кэти:
— Уилл, сюда!
Остаток пути мы бежали вместе. Ветки хлестали нас по лицу, мы спотыкались о корни деревьев, но ни разу не упали. Кэти не обманула — через пятнадцать минут лес кончился. Перед нами было шоссе.
* * *
Увидев, как Уилл с Кэти выбежали из леса, Призрак улыбнулся и сел в машину. Вернувшись на поляну, он принялся подчищать следы. Кровь... Этого он не ожидал. Уилл Клайн продолжал удивлять. Неплохо.
Закончив уборку, Призрак выехал на Ливингстон-авеню. Ни Кэти, ни Уилла он не заметил. Отлично. Асселта остановил машину возле почтового ящика на Нортфилд-авеню. Немного поколебавшись, опустил в ящик пакет. Дело сделано.
Призрак проехал по Нортфилд-авеню до шоссе номер 280 и повернул на север. Ну вот, теперь уже скоро. Он думал о том, как все это началось и как должно закончиться. Думал о Макгуэйне, об Уилле и Кэти, о Джули и Кене.
Но больше всего он размышлял о своей клятве и о том главном, за чем приехал.
Глава 57
Следующие пять дней были богаты событиями.
Мы с Кэти, естественно, сразу же сообщили обо всем властям и отправились с ними на то место, где нас держали. Там уже никого не было, лишь на траве оставались следы крови. Ни отпечатков пальцев, ни волос найдено не было. Никаких улик. Так я примерно и предполагал, да это и не имело особого значения. Дело близилось к концу.
Филиппа Макгуэйна арестовали по обвинению в убийстве федерального агента Реймонда Кромвелла и видного адвоката Джошуа Форда. На этот раз, однако, его не выпустили под залог. Когда я встретился с Пистилло, у него в глазах светился огонек удовлетворения. Как у человека, который покорил свой личный Эверест, добыл священный Грааль, победил главного внутреннего демона — выбирайте любой вариант.
— Все кончено, — сказал Пистилло с торжествующим видом. — Макгуэйну теперь не отвертеться. И вся его организация лопается по швам.
Я спросил, как этого удалось добиться. Пистилло с удовольствием поделился подробностями.
— Макгуэйн подделал запись камеры наблюдения, чтобы доказать свое алиби. Запись показывала, как наш агент выходит из его офиса. Фальшивка, надо сказать, была сделана безупречно. Цифровая технология это вполне позволяет. Так, во всяком случае, мне сказали в лаборатории.
— И что дальше?
Пистилло улыбнулся:
— Мы получили по почте другую пленку. Кстати, судя по штампу, ее послали из Ливингстона, штат Нью-Джерси. Это была настоящая пленка. Там видно, как два человека затаскивают тело в лифт. Оба уже признались и дали официальные показания. В посылке была и записка с указанием места, где спрятаны трупы. И что самое интересное, там были все материалы на Макгуэйна, которые собрал ваш брат много лет назад. Когда работал на нас.
Я задумался.
— Вы знаете, кто послал все это?
— Без понятия, — ответил Пистилло. Похоже, его это не слишком волновало.
— А что будет с Джоном Асселтой?
— Мы объявили его в розыск.
— Он у вас всегда был в розыске.
Пистилло пожал плечами:
— А что еще мы можем сделать?
— Он убил Джули Миллер.
— По приказу. Призрак — всего лишь наемный убийца.
Звучит малоутешительно.
— Мне кажется, вы не очень-то надеетесь поймать его...
— Знаете, Уилл... Мне, конечно, очень бы хотелось засадить Призрака за решетку, но... Я буду откровенен с вами: это будет не так просто. Нам сообщили, что Асселта уже выехал из страны. Теперь его возьмет на работу какой-нибудь диктатор и обеспечит ему защиту. Но ведь нельзя забывать, что Призрак — это всего лишь оружие, вроде пистолета. А мне нужны те, кто прицеливается и спускает курок.
Я не был согласен, однако спорить не стал. Лишь спросил — что теперь будет с Кеном? Пистилло долго думал, прежде чем ответить.
— Вы с Кэти Миллер не все нам рассказали, верно?
Я поерзал в кресле. Мы рассказали о похищении, но решили не упоминать о том, что разговаривали с Кеном.
— Мы рассказали все, — сказал я.
Пистилло пристально посмотрел мне в глаза и снова пожал плечами:
— По правде говоря, я не знаю, так ли уж нам теперь нужен Кен. Во всяком случае, Уилл, он в безопасности. Я знаю, что вы не общались с ним, — Пистилло подался вперед и снова испытующе взглянул мне в глаза, — но если когда-нибудь будете, скажите, чтобы он выходил из подполья. Сейчас ему ничего не грозит. Ну и, конечно, Кен поможет нам засвидетельствовать подлинность тех старых материалов.
* * *
Как я уже сказал, это были весьма насыщенные пять дней.
Если не считать встречи с Пистилло, я проводил все время с Норой. Мы старались поменьше говорить о прошлом, тени которого до сих пор омрачали ее лицо. Она по-прежнему панически боялась бывшего мужа, вгоняя меня в бешенство. С мистером Креем Спрингом из Крэмдена, штат Миссури, необходимо было разобраться. Я пока не знал, что предприму, но не мог допустить, чтобы моя любимая прожила в страхе всю оставшуюся жизнь. Нора много рассказывала мне о брате. О том, как ему удалось перевести часть своих денег в Швейцарию, как он целыми днями бродил пешком, безуспешно пытаясь обрести мир и покой... Рассказывала о Шейле Роджерс, несчастной беглянке, про которую я уже так много успел узнать. Но главным образом — о моей племяннице Карли.
Когда речь заходила о ней, лицо Норы светлело. Карли любила сбегать по склону холма с закрытыми глазами и кувыркаться, запоем читала книги. У нее был необыкновенно заразительный смех. Вначале, когда они познакомились с Норой, Карли была замкнута и застенчива. Ее родители, по вполне понятным причинам, мало общались с соседями, и девочка почти не видела людей. Нора, пока жила в Швеции, старалась как-то возместить это. Как она призналась, самым трудным для нее было бросить ребенка (бросить — это ее слово, мне оно кажется слишком сильным), лишить Карли единственного друга, которого девочка имела.
Кэти Миллер держалась от нас на расстоянии. Она куда-то уехала — не сказала куда, и я не старался выяснить, — но звонила почти каждый день. Теперь она знала правду, но мне кажется, что в конечном счете это мало ей помогло. Пока Призрак гуляет на свободе, о покое не могло быть и речи. Мы слишком часто оглядывались через плечо.
Но для меня главным было другое. Я хотел увидеть брата. Пожалуй, даже больше, чем прежде. Я думал о годах, проведенных им вдали от семьи, о долгих прогулках в одиночестве. Такая жизнь не для него. Прятаться в тень было не в его правилах. Я хотел, чтобы Кен вернулся. Хотел ходить с ним на бейсбол, снова сидеть допоздна, разговаривать и смотреть старые фильмы. Были, конечно же, и другие причины.
Я уже говорил, что мы с Кэти сохранили в тайне от всех нашу беседу с Кеном. Это было сделано для того, чтобы иметь возможность продолжать с ним общаться. Доску объявлений в Интернете пришлось, разумеется, сменить. Кен все еще был очень осторожен, но тоже мечтал покончить с многолетней разлукой. У меня по крайней мере все эти годы были отец, мать и Мелисса.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46