А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


– Ты ранен, – ответила женщина. Голос ее напоминал щебет птицы. – Боюсь, ты принял меня за другую.
Странно, но никакой боли я не чувствовал.
– Это рай?
Незнакомка снова улыбнулась.
– Если рай – это место, где раненые рыцари похожи на овощи, то да, должно быть, так.
Она снова прикоснулась ко мне нежными руками. И я снова мигнул. Женщина и впрямь не была Софи, и голос ее звучал с северным акцентом. Париж?
– Жив, – со вздохом пробормотал я.
– Пока да. Но твои раны очень опасны. Тебе нужен лекарь. Ты здешний? Откуда? У тебя есть семья?
Я попытался сосредоточиться на ее вопросах, но мысли разбегались, мир перед глазами расплывался, а раны напомнили о себе болью.
– Нет.
– Ты преступник?
Голос второй женщины долетел до меня откуда-то сверху.
Прищурившись, я рассмотрел богато одетую даму, явно благородного происхождения, восседающую на изумительно белой верховой лошади.
– Уверяю вас, госпожа, – ответил я, изображая подобие улыбки, – вам нечего меня бояться. – Взгляд мой упал на испачканную кровью тунику. – Даже несмотря на мой вид. – Боль нарастала, пронзая бедро и живот. Сил не оставалось, и я со стоном откинулся на спину.
– И куда же вы держите путь, мсье Руж? – поинтересовалась золотоволосая.
Я совершенно не представлял, где нахожусь и насколько далеко ушел от нашей деревни. Зато мне вспомнился кабан.
– В Трейль.
– В Трейль! – воскликнула прекрасная незнакомка. – Даже если мы возьмем тебя с собой, боюсь, ты не выдержишь дороги и скончаешься прежде, чем мы туда доберемся.
– Взять его с собой? – удивилась вторая дама. – Да вы только посмотрите на него. Он же весь в крови, и мы даже не знаем, чья это кровь. От него пахнет лесом. Оставьте его, дитя мое. О нем позаботятся такие же...
Мне стало смешно. После всего, что выпало на мою долю, моя жизнь зависела от исхода спора двух благородных дам.
– Не беспокойтесь, госпожа, – сказал я самым любезным тоном, на какой только оказался способен, – мой оруженосец должен вот-вот прийти мне на помощь.
Юная красавица подмигнула.
– Он совершенно безобиден. Ты ведь не опасен, верно?
Она посмотрела мне в глаза. Такого милого лица я давно уже не видел.
– Для вас – нет.
Я слабо улыбнулся.
– Ну вот, видите? Я могу поручиться за этого беднягу.
Она попыталась поднять меня, призвав на помощь двух стражей в круглых шлемах и зеленых туниках. Те посмотрели на вторую госпожу.
– Раз уж вы того желаете... – Дама вздохнула и пожала плечами. – Но только вы несете за него полную ответственность. И раз уж вам небезразлична его судьба, то уступите ему свою лошадь.
Я попробовал встать, однако ноги не повиновались мне.
– Не утруждай себя, рыжий, – сказала золотоволосая.
Один из стражей, высокий хмурый мавр, поднял меня за руки. Женщина была права – раны мои выглядели скверно. Я понял, что если лишусь сознания, то, может быть, уже никогда не открою глаза.
– Скажите, кто меня спасает. Мне нужно знать, кого благодарить в раю, если я туда проскочу.
– Спасает тебя, рыжий, твоя улыбка. – Юная особа звонко рассмеялась. – Но если Господь все же не окажется столь милостив... меня зовут Эмили.
Глава 30
Очнулся я с ощущением покоя и тепла близкого очага. Я лежал на удобной широкой кровати в большой комнате с каменными стенами. На деревянном столе справа от кровати стояла чашка с водой.
Склонившийся надо мной бородатый мужчина в красном одеянии довольно усмехнулся и посмотрел на стоящего рядом толстого священника.
– Ну вот, Луи, он пришел в себя. Можешь возвращаться в аббатство. Похоже, ты остался без работы.
Священник приблизил ко мне одутловатое лицо.
– Признаю, Огюст, с телом ты справился. Но есть ведь еще и душа. Возможно, этот незнакомец в окровавленной тунике пожелает исповедаться.
Я облизнул сухие губы и ответил за себя сам:
– Извините, святой отец, но если вам требуется чья-то исповедь, то обратитесь лучше к тому кабану, что напал на меня в лесу. А если не дождетесь от него покаяния, то по крайней мере получите мясо.
Лекарь расхохотался.
– Вы только посмотрите. Едва очнулся, а уже попал в цель.
Священник нахмурился. По-видимому, ему не нравилось быть предметом насмешек. Он напялил на голову бесформенную шляпу и повернулся к двери.
– Тогда я ухожу.
После его ухода добродушный лекарь опустился на кровать.
– Не обращай на него внимания. Мы поспорили, кому ты достанешься – ему или мне.
Я приподнялся на локтях.
– Рад был оказаться предметом вашего спора. Где я?
– Можешь не сомневаться – в хороших руках. Я еще ни разу не потерял больного, если только он не был безнадежен.
– И как я?
Он пожал плечами.
– Сказать по правде, ты был очень плох.
– Вы не ответили, где я нахожусь. – Улыбка далась мне с трудом. – Куда меня привезли?
Лекарь мягко потрепал меня по плечу.
– Я слышал. Ты в Боре, приятель.
Боре... Я моргнул от удивления. Боре принадлежал одному из самых влиятельных герцогов Франции, был раза в три больше Трейля и лежал от него на расстоянии четырех дней пути. Верхом. Как же я сюда попал?
– Я... я давно здесь?
– Уже четыре дня. Да прибавь два дня дороги. Ты был без чувств, но кричал.
– Что же я говорил?
Огюст снял с чашки кусок ткани и положил мне на лоб.
– Душа твоя в смятении, и дело здесь не в ранах, которые нанес кабан. На сердце у тебя тяжкий груз.
Я не стал ему перечить. Моя Софи... она где-то в Трейле. А до Трейля не меньше недели пешком. Но я все еще чувствовал, что она жива.
– Спасибо, что позаботились обо мне, Огюст, но я должен идти.
– Подожди. – Лекарь положил руку мне на грудь. – Ты еще не готов. И не благодари меня. Я всего лишь положил мазь и прочистил раны. Скажи спасибо госпоже Эмили.
– Эмили... да...
Из тумана, в котором пребывала моя память, всплыло прекрасное лицо. Поначалу я даже принял ее за Софи. Мне вдруг вспомнилось все, все, что случилось по дороге сюда. Как мавр привязал меня к седлу. Как та молодая женщина... Эмили... уступила мне свою лошадь. Как она все время шла рядом...
– Если бы не она, парень, ты бы уже умер.
– Вы правы, я многим ей обязан. Кто она, Огюст?
– Заботливая, неравнодушная душа. И придворная дама.
– Придворная дама? – изумился я. – Но о каком дворе идет речь? Кто приказал вам позаботиться обо мне? Кому вы служите?
– Как кому? Герцогине Анне, конечно. Жене Стефена, герцога Борейского, который отправился в крестовый поход, двоюродной сестре нашего короля.
Невероятно! Обо мне позаботилась кузина самого короля Франции.
Лекарь улыбнулся.
– Ты держался молодцом, победитель кабанов. А теперь отдыхай.
Глава 31
Смущенный и растерянный, я сел на кровати.
Нет, такое не для меня. Я этого не заслуживал – не рыцарь, не благородный господин, а всего лишь простолюдин. Самый обычный человек. Мне и без того повезло, ведь кабан мог запросто растерзать меня своими клыками.
Нет, я должен был идти, помня о жене и сыне. С тех пор как я отправился на поиски Софи, прошла уже неделя.
– Ценю вашу заботу, Огюст, однако вынужден отказаться. Поблагодарите за меня добрейшую хозяйку.
Я поднялся с кровати, но сделал лишь несколько неуклюжих, отозвавшихся болью шагов. В дверь постучали, и Огюст отправился посмотреть, кто пришел.
– Ну вот, ты можешь сам поблагодарить нашу госпожу.
И действительно, то была Эмили, одетая в холщовое, с золотой каймой платье. Оказывается, мне и впрямь ничего не мерещилось – она была мила и прекрасна, как и видение в моих снах. И только глаза лучились мягким зеленым светом.
– Вижу, наш больной уже поднялся, – радостно воскликнула Эмили. – Как он сегодня, Огюст?
– С ушами у него все в порядке. И с языком тоже, – ответил лекарь, подталкивая меня вперед.
Я не знал, что делать, кланяться или опускаться на колени. Прежде мне приходилось разговаривать с благородными людьми, только отвечая на вопросы. Но что-то заставило меня посмотреть ей в глаза. Я откашлялся.
– Если в не вы, госпожа, меня бы не было уже в живых. Жаль лишь, что я не могу выразить всю свою благодарность.
– На моем месте так поступил бы каждый. К тому же было бы ужасной несправедливостью, если бы победитель кабана стал добычей какого-то другого зверя.
Огюст поднес табурет, и Эмили села.
– Если же ты желаешь выразить благодарность, то позволь мне задать тебе несколько вопросов.
– Спрашивайте. О чем угодно.
– Первый – легкий. Как тебя зовут, рыжий?
– Меня зовут Хью, госпожа. – Я поклонился. – Хью де Люк.
– И ты, Хью де Люк, направлялся в Трейль, когда повстречался с тем невоспитанным кабаном?
– Да, моя госпожа. Хотя, похоже, и немного сбился с пути.
Я взглянул на лекаря.
– Да, похоже на то, – с улыбкой подтвердила госпожа Эмили, что немало меня удивило. Чувство юмора, встречавшееся мне прежде у благородных, отличалось обычно неприкрытой жестокостью. – И в этот путь ты отправился один. Без продуктов. Без воды. Без подходящей одежды.
Я почувствовал, как к горлу подступил комок. Действительно, как можно быть настолько непредусмотрительным и глупым!
– Я очень спешил.
– Спешил? – Эмили вежливо кивнула. – Но ведь, насколько я помню математику, если человек идет в неверном направлении, то скорость уже не имеет значения, потому что он только удаляется от цели. Не так ли?
Я чувствовал себя настоящим дураком перед женщиной, спасшей мне жизнь.
– Спешил и... был расстроен, – покраснев от стыда, добавил я.
– Да уж, похоже на то. – Она покачала головой. – И в чем же причина такой спешки и... остального?
Мне стало вдруг не по себе. То, что вело меня, не было игрой, и сам я не был игрушкой.
Наверное, Эмили заметила, как изменилось выражение моего лица и почувствовала мое беспокойство.
– Пожалуйста, знай, что я не насмехаюсь над тобой. В пути ты кричал от боли. И не только боли от ран. Ты носишь на сердце тяжкий груз. И пусть ты не рыцарь, но миссия у тебя определенно есть.
Я опустил голову. Недавней легкости как не бывало. Рассказать? Но как можно говорить о подобных ужасах? Как можно доверить такое женщине, с которой едва знаком? Во рту у меня пересохло.
– Да, вы правы. У меня есть миссия, госпожа. Но я не могу рассказать вам о ней.
– Пожалуйста, сир, расскажите. – Сир? Она обратилась ко мне так, как обращаются только к благородным господам. Я не верил собственным ушам. – Поверьте, я не стану смеяться над вашим горем. Может быть, даже помогу.
– Боюсь, это невозможно. – Я вздохнул. – Вы и так уже помогли мне.
– Доверьтесь мне, сир. Ну как я могу доказать, что мне можно верить?
Я улыбнулся. Верно, как?
– Только знайте, что рассказ мой вовсе не похож на те, что вы, без сомнения, привыкли слушать.
– Мне не нужны сказки, и я не ищу развлечений, – твердо, глядя мне в глаза, сказала она.
Опыт общения с благородными господами научил меня быть осторожным, потому что их интересовали только подати да удовольствия, а не наша судьба. Но Эмили была другой. В ее глазах я видел сострадание. Я понял это еще при первой встрече, на дороге.
– Я расскажу вам, моя госпожа. Вы заслужили это. Надеюсь, моя повесть не огорчит вас.
– Уверяю вас, Хью, – ответила с улыбкой Эмили, – на тот случай, если вы еще не заметили, что огорчить меня не так-то просто.
Глава 32
И я рассказал ей. Все.
О Софи. О нашей деревне. О моем путешествии в Святую землю. О страшных сражениях. О встрече с турком в Антиохии. О возвращении.
Потом я поведал Эмили о том, что узнал по возвращении домой.
Голос мой дрогнул, и глаза наполнились слезами. Я рассказал, как и почему оказался в лесу. И зачем мне надо в Трейль.
Эмили слушала меня, не перебивая. Наверное, услышанное не совпадало с тем, к чему она привыкла. Тем не менее, она ни разу не проявила недовольства. Ни когда узнала о моем дезертирстве из армии. Ни когда я упомянул Норкросса и Болдуина. А когда я наконец подошел к тому, зачем мне так понадобилось попасть в Трейль, глаза ее заблестели.
– Да, Хью, я понимаю.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49