А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Это уж слишком, джентльмены, слишком!
— Выдержим, — заверил Триджигл. — Постараемся. Только взгляните на этих беременных женщин, выстроившихся в ряд. Просто глаза не выносят подобного зрелища.
— Мистер Оуэн отвезет их в Скриледжи Холл после обеда, не волнуйтесь, — заверил Полгрейн. — Еще несколько часов — и мы от них избавимся. Придется потерпеть. Ах, Господи, мне пора на кухню, — в очередной раз вздохнул повар. — И хотя меня донельзя раздражает все это, я приготовил пунш с шампанским уж куда лучше того, что подают на свадьбах знатных господ в Лондоне.
— Все равно, мистер Полгрейн, мы к такому не привыкли, — покачал головой Триджигл. — Но что бы там ни было, накормите всех так, чтобы слышать, как они рыгают от сытости. Пусть никто не посмеет сказать, что мужчины Маунт Хок не способны как следует принять гостей.
— Просто не в силах поверить, что он действительно на ней женился, — добавил Кум, пристально вглядываясь в молодую девушку, ставшую виконтессой Чилтон и хозяйкой Маунт Хок. — Если он так хотел лечь с ней в постель, не было смысла жениться. Вполне достаточно было бы брать ее, пока горячка в крови не остынет.
— Конечно, она леди, все они называют себя леди, но скоро переменится, — заверил Полгрейн, — как все остальные. И вот увидите, она здесь долго не продержится. Неужели не помните? Отец милорда привез сюда жену, но скоро сумел понять, как обстоят дела, и убрать ее отсюда.
— Да, но не забывай, ЕГО отец был в то время жив и оставался здесь хозяином. Он бы не позволил ей здесь жить. И, собственно говоря, если бы сын его не ослушался, ноги этой женщины вообще здесь не было. Прямо не знаю, что это нашло на его милость. Он прочел дневники, но считает, что все это вздор.
— Он поймет, — утешил Кум, снова вытирая лысину. — Бедный молодой человек, он поймет! Я помню истории, которые рассказывал мой отец о мужчинах из рода Найтингейлов. Нам еще повезло, они были достаточно предусмотрительны, чтобы дать Маунт Хок наследников и при этом быть уверенными, что дети родились именно от них, а не от другого мужчины.
— Да, как раз вовремя, — кивнул Полгрейн, — как раз вовремя.
— Мы сумеем продержаться, — вставил Триджигл. — Нам многое нужно сделать, и мы с честью выполним свой долг. Царь небесный, все трое носят детей, даже эта девочка Элис! Какой ужас! Поистине невыносимо!
— Прекрасный каламбур, мистер Триджигл. — похвалил Кум.
Оуэн, застывший и прямой, как столб, неподвижно стоял в темном углу гостиной около отца. Он смертельно боялся, что тот бросится на Норта во время короткой церемонии, но Ффолкс даже не попытался выйти из-за высокого кресла, хотя выглядел донельзя взбешенным. Оуэн видел в глазах отца черную ярость, которую тот много лет срывал на несчастном сыне. Но Ффолкс стоял как вкопанный, даже не сжав руки в кулаки. Странно, но отец выглядел постаревшим, даже как будто усохшим. К ним приближался мистер Броган, и Оуэн решил не допустить никаких сцен при гостях.
— Сэр, — объявил мистер Броган, — я поверенный виконтессы Чилтон, в девичестве мисс Деруэнт-Джонс. Его милость просил меня поговорить с вами откровенно. Начиная с сегодняшнего дня, все деньги и владения его супруги переходят к нему.
— Ненадолго, — прошипел мистер Ффолкс. — Нет, ему не жить, проклятому жадному негодяю!
— Отец! — предостерегающе воскликнул Оуэн.
— Замолчи, ты, подлый предатель, никчемный неблагодарный кусок дерьма! Что же касается вас, сэр, я позабочусь о том, чтобы вы заплатили за все, что имели дерзость сотворить со мной. Да вы просто…
Но мистер Броган, не обращая внимания на возмущенную тираду, перебил мистера Ффолкса с хладнокровием, подобающим исключительно епископу Хортону.
— Этот конверт для вас, сэр. В нем содержится подробное описание того, что вы сделали с виконтессой Чилтон, все ваши гнусные планы, все заговоры, которые, благодарение Богу, провалились. Документ заверен лордом Чилтоном, леди Чилтон и вашим сыном Оуэном Ффолксом. Если что-нибудь случится с Нортом Найтингейлом, вас, сэр, немедленно посадят в тюрьму и отправят на виселицу. Не сомневайтесь, вас ждет немедленная и страшная смерть. Так что в ваших интересах, чтобы лорд Чилтон оставался здоровым и невредимым. Но если вдруг даже случится чудо и вас не повесят, все равно вам это ничего не даст — поместье лорда Чилтона переходит не к жене, а к другу, графу Чейзу. Вы меня поняли, сэр?
— Вы несете вздор, да к тому же лживый. Я ее родственник. Поместье не может уплыть от нее в чужие руки. Я подам в суд и выиграю дело.
— Возможно, но виконтесса вовсе не собирается оспаривать завещание, сэр, так что любое предпринятое вами без ее одобрения действие заставит вас выглядеть круглым дураком в глазах общества. Умоляю, сэр, как следует подумать над вашим положением. И предлагаю покинуть Корнуолл и забыть о виконтессе. Все кончено. Вы проиграли.
Мистер Броган кивнул на прощание, повернулся и отошел с брезгливой гримасой на обычно добродушном лице.
— Чертов бездельник, крючкотвор проклятый, — прошипел Ффолкс. — А ты, Оуэн, ты, мой сын, предал меня?
— Нет, сэр, я сделал это прежде всего, чтобы защитить вас. Можете не верить, но это правда. Кроме того, Кэролайн просила меня посоветоваться с вами кое о чем.
— И что же нужно этой злобной сучке?
— Она хочет, чтобы вы вернулись в Ханимид Мэнор и стали там управляющим. Даже просила вас жить там, если пожелаете. Кэролайн упомянула также.., правда, немного улыбаясь при этом, что миссис Тейлстроп считать вас настоящим джентльменом.
— Старая кляча!
— Старая? — ошеломленно промямлил Оуэн. — Кэролайн сказала, что она младше вас, сэр.
— — Мужчины старятся гораздо медленнее женщин! И меня еще долго нельзя будет посчитать старым в отличие от миссис Тейлстроп!
— Возможно. Так или иначе у вас есть выбор — отправиться в Ханимид Мэнор или делать все, что пожелаете. Я, со своей стороны, останусь жить в Скриледжи Холл. Отныне я управляющий Кэролайн, а вскоре стану и ее партнером.
Мистер Ффолкс, почти не понижая голоса, грязно выругался и, не успокоившись на этом, продолжал обвинять сына:
— Ты не что иное, как глупый ничтожный мальчишка… Оуэн неожиданно распрямил плечи и подтянулся, и хотя сделать это было нелегко под градом проклятий, обрушившихся на его голову, молодой человек все же попытался:
— Я переменился, отец. И Кэролайн, и Норт уверены в этом. Я уже почти самостоятельный человек. Другие люди зависят от меня. Беременные леди полагаются на меня. Я делаю что-то полезное, и это мне нравится.
Мистер Ффолкс громко пожелал сыну отправиться в ад, поднял саквояж и, не попрощавшись, покинул Маунт Хок.
— Он ушел, — сокрушенно пробормотал Оуэн.
— Да, мы видели, — кивнул Норт.
— Не знаю, что с ним будет, Кэролайн.
— Что касается меня, я успокоюсь только, когда ноги его не будет в Корнуолле, — заметила Кэролайн. — Норт велел одному из своих людей проследить, действительно ли он уедет. Кто знает, что взбредет в голову твоему отцу? Ну а сейчас, муженек, думаю, пора приглашать гостей к столу. Полгрейн уверяет, что со своими помощниками приготовил пиршество, способное угодить любому изысканному вкусу и вызвать слезы радости на глазах самых пресыщенных гурманов, которых, правда, здесь, в этой дикой глуши, не много найдется. Поэтому вряд ли я смогу внезапно заболеть или упасть в обморок. Твои фавориты попросту меня пристрелят. Полгрейн уведомил меня, правда, не глядя в глаза, что приложил все усилия ради этого события.
За торжественным завтраком, состоящим из пирога с индейкой и каштанами, фаршированного барашка, свинины с яблоками и шалфеем и восхитительного фруктового пюре из красного изюма со взбитыми сливками, прелестного розового цвета — в честь невесты, как пробормотал мистер Полгрейн, чтобы услышала Кэролайн. Говорливая миссис Фрили продолжала выражать собственное мнение по поводу всего, начиная с аппетита миссис Карстейрс, которого не хватило бы даже на то, чтобы поддержать крохотную пташку, не говоря уже о бедном ребеночке, до очков мистера Брогана, которые, как она выразилась, изумительно шли к его симпатичному лицу, которое, в свою очередь, станет куда красивее, если мистер Броган наконец найдет себе жену. Норт вздохнул и, ухмыльнувшись, посмотрел на жену:
— Ну что тут поделаешь?
Кэролайн вместо ответа осушила бокал с шампанским.
Глава 21
Где же Норт? Кэролайн стояла посреди спальни, машинально разглаживая тонкий батист новой ночной сорочки нежного персикового цвета, отделанной рядами тонких валансьенских кружев по лифу и рукавам — чрезвычайно соблазнительное воздушное произведение искусства, которое, как была уверена Кэролайн, заставит Норта с чисто мужским интересом взирать на его обладательницу. Что это он там говорил о вожделении? Кроме того, вырез у сорочки был достаточно низким, а лента, продетая чуть выше талии, подхватывала груди, придавая им, по мнению Кэролайн, совершенно обворожительный вид.
— Где же Норт, черт побери? — Кэролайн хотела, чтобы он задрожал при одном взгляде на нее, и хотя не имела ни малейшего понятия, к чему приведет эта дрожь, чувствовала, что подобное зрелище доставит ей безмерное удовлетворение. Быть может, она даже согласится придержать сорочку, когда Норт ее поднимет.
Кэролайн тряхнула головой, стараясь отрешиться от весьма странных ощущений, вызванных воспоминаниями о том, что произошло на морском берегу. Решив немного отвлечься, она подошла к маленькому зеркалу и снова принялась расчесывать волосы, пытаясь как можно лучше разгладить непокорные завитки. Наконец, она, хмурясь, повернулась к двери. Нет, что-то определенно неладно. Где же Норт? Он сказал, что эта спальня хозяйки дома соединяется со спальней хозяина единственной смежной дверью, с которой она вот уже около часа почти не сводила глаз. Норт казался таким нерешительным, когда говорил об этой комнате, и теперь Кэролайн, кажется, поняла, в чем дело. Убогая жалкая обстановка.., уныло-зеленая краска выцвела и осыпается, у лепных херувимов, украшающих потолок, крылья, кажется, вот-вот обвалятся. Из мебели здесь были только узкая кровать с ветхим покрывалом из золотистой парчи, одряхлевшая уже полвека назад, единственный стул с жесткой спинкой без обивки, сильно напоминающий стул для пыток, виденный Кэролайн на картинке в Академии Чадли для Молодых Леди, и табурет перед туалетным столиком, выглядевший еще древнее кровати. Атмосфера крайне угнетающая, и это отнюдь не прибавляло Кэролайн храбрости. Где же муж, дьявол бы его побрал?
Кэролайн в последний раз взглянула в зеркало, швырнула на столик щетку, подошла к расположенным в ряд на противоположной стене узким окнам в толстых освинцованных рамах и уставилась во мрак. На небе тускло светился тонкий ломтик полумесяца, окруженный россыпью звезд. Ночь была темной, тишину нарушал только шелест листвы росших у самого дома деревьев. Кэролайн уже собиралась отвернуться, как что-то непонятное привлекло ее внимание, и она снова выглянула в окно. И, завопив что было сил, отскочила, запуталась в подоле сорочки и тяжело села на пол. Смежная дверь распахнулась, и в комнату, спотыкаясь, ворвался Норт. — Что с тобой?! Какого черта здесь случилось? Сердце Кэролайн стучало так часто, что, казалось, вот-вот разорвется, к горлу вновь подступил истерический вопль, не давая дышать. Слова не шли с языка, дыхание перехватило от ужаса. Кое-как поднявшись, она ухитрилась показать на среднее окно. Норт подбежав туда, с трудом отодвинул ржавую защелку. Едва сумев открыть раму, он перегнулся через подоконник и долго, не двигаясь, смотрел в ночь. Наконец он медленно выпрямился и повернулся к жене:
— Что ты видела?
Кэролайн трясло от ледяного холода, неожиданно охватившего все ее существо. Зубы стучали.
— Кэролайн, ради Бога, что ты видела?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62