А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Офицер из Управления, с которым Декер говорил по телефону, сказал, что будет готов к продолжению разговора через шесть часов. Но шесть часов казались Стиву вечностью.
Когда Санчес выехал на Сент-Майкл-драйв, направляясь к больнице, Декер оглянулся и всмотрелся в дорогу через заднее стекло. Правда, он не слишком надеялся, что слежку, если она была, удастся обнаружить с первого раза.
— Нервничаете? — спросил Санчес.
— Ваш Эсперанса довел меня до того, что я пугаюсь даже собственной тени. А вы разве не нервничаете? По-моему, вы сейчас немного толще, чем были в момент нашей первой встречи. Такое впечатление, будто у вас под формой пуленепробиваемый жилет.
— Мы постоянно носим их.
— Да, конечно, как же иначе?
Добравшись до места, Санчес не стал заезжать на больничную автостоянку, а остановился около двери, находившейся в стороне от главного входа. Он внимательно осмотрелся по сторонам и лишь потом сказал, что, дескать, все в порядке и можно заходить. Когда они поднялись на третий этаж, полицейский подтянул ремень, на котором висела кобура с пистолетом, и встал на страже около закрывшейся за Декером двери.
9
— Ну, как дела? — Декер смотрел на Бет, лежавшую на больничной койке, и его сердце переполнялось жалостью и горем. В который раз он сказал себе, что да, это он несет по меньшей мере косвенную ответственность за то, что с нею случилось.
Бет заставила себя улыбнуться.
— Немного лучше.
— А вот выглядишь ты намного лучше. — Декер поцеловал ее в щеку, стараясь не задеть повязку, поддерживавшую правую руку. Про себя он отметил, что капельницу убрали.
— Лгунишка, — сказала Бет.
— Нет, правда. Ты очень красивая.
— У тебя замечательный врачебный такт.
Хотя к волосам Бет еще не вернулся прежний блеск, они уже не казались настолько спутанными. Бледность покинула ее загорелые щеки, и темные круги возле глаз почти полностью исчезли. А серовато-голубые глаза блестели, почти как прежде. Очарование возвращалось к Бет.
— Просто не могу передать, как я тревожился о тебе. — Декер прикоснулся рукой к ее щеке.
— Знаешь, я крепкая штучка.
— Это еще слабо сказано. Ты очень сильная. Рука болит?
— Все время дергает. Ну что, удалось тебе что-нибудь узнать? Полиция выяснила, кто вломился к тебе в дом?
— Нет. — Декер не мог заставить себя посмотреть ей в глаза.
— Расскажи мне все, — настаивала Бет.
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Я успела изучить тебя немного лучше, чем тебе кажется, — сказала Бет. — Ты что-то скрываешь от меня.
— ...Просто не было времени, чтобы...
— Я прошу тебя ничего не скрывать от меня.
Декер вздохнул.
— Детектив, проводящий расследование — его зовут Эсперанса, — считает, что это не был случайный налет, что эти люди ворвались в дом именно для того, чтобы убить меня.
Бет широко раскрыла глаза.
— Я просто не могу представить себе, с чего бы кто-то мог захотеть убить меня, — уверенно солгал Декер. — Но Эсперанса считает, что... ну в общем я должен быть осторожен некоторое время, пока он не выяснит, что происходит. Со мной приехал полицейский. Он стоит в коридоре. Он привез меня сюда. Он... Я думаю, ты могла бы пригласить его сюда и...
— Что-что?
— Моего телохранителя. И...
— Расскажи мне все.
Теперь Декеру не потребовалось никакого усилия, чтобы пристально всмотреться ей в глаза.
— Ты слишком много значишь для меня. Я не хочу второй раз подвергать тебя опасности. Я думаю, что, когда ты выйдешь из больницы, нам некоторое время не стоит встречаться.
— Не стоит встречаться? — Бет встряхнула головой и села в постели.
— А что, если в тебя угодит еще одна пуля, предназначенная мне? Это слишком опасно. Мы не должны встречаться, пока Эсперанса не получит ответы на все свои вопросы, пока он не скажет, что опасности больше нет.
— Но это же безумие.
Без всякого предупреждения дверь открылась. Декер резко повернулся, совершенно не представляя себе, кого может увидеть, и с облегчением расслабился, увидев того самого низенького доктора, с которым разговаривал, когда впервые навестил Бет в больнице.
— Ах, — воскликнул доктор, поправляя очки. — Мистер Декер. Вы, полагаю, не меньше моего радуетесь ходу выздоровления миссис Двайер.
Декер старался не выдать тех эмоций, которые породила у него беседа с Бет.
— Да, она поправляется лучше, чем я даже смел надеяться.
Доктор подошел к кровати Бет.
— Если говорить честно, я настолько доволен вашим состоянием, что намерен выписать вас.
Бет посмотрела не него так, будто не верила своим ушам.
— Выписать меня? — Она несколько раз моргнула. — Сейчас? Неужели вы говорите серьезно?
— Совершенно. А в чем дело? Похоже, вас не слишком радует...
— Я в полном восхищении. — Бет выразительно взглянула на Декера. — Просто все происшедшее подействовало на меня настолько угнетающе...
— Что ж, зато теперь у вас появились и хорошие новости, — бодро отозвался доктор. — В своей собственной кровати, окруженная знакомыми вещами, вы и заметить не успеете, как восстановите наилучшую форму.
— И заметить не успею, — эхом отозвалась Бет, снова взглянув на Декера.
— Я заходил к тебе домой и принес кое-что из одежды. — Декер подал Бет сумку, которую все это время держал в руке. — Ничего особенного. Джинсы. Пуловер. Теннисные туфли и носки. Нижнее белье. — Произнеся последние слова, он почему-то почувствовал себя неловко.
— Я пришлю к вам медсестру с инвалидным креслом, — сказал доктор.
— Но я вполне могу идти сама, — возразила Бет.
Доктор покачал головой.
— По правилам страхования вы не можете покинуть больницу, кроме как в инвалидном кресле. А потом можете поступать, как вам заблагорассудится.
— Но могу я по крайней мере одеться сама, без присмотра медсестры?
— Но у вас повреждена рука. Вы уверены, что справитесь?
— Да. — Бет проверила, застегнута ли ее больничная рубаха, и после этого позволила доктору и Декеру помочь ей встать с кровати. — Вот видите? — Она стояла без посторонней помощи, хотя ее немного пошатывало из-за правой руки, висевшей на перевязи. — Я отлично справлюсь.
— Я помогу тебе одеться, — предложил Декер.
— Стив, я...
— Что?
— Мне кажется, что я сейчас не очень-то привлекательна. Боюсь, совсем наоборот — я просто безобразна. — Она покраснела. — Мне нужно побыть одной.
— Бояться на этот счет тебе совершенно нечего. Но если ты хочешь побыть одна, то я буду ждать снаружи, в коридоре. Когда ты будешь готова, полицейский отвезет нас домой. Хотя, если тебе потребуется помощь...
— Можешь не сомневаться, я позову тебя.
10
После того как Санчес проверил обстановку на стоянке, Декер, испытывая непривычную нервозность, провез Бет на кресле через боковой выход из больницы. Непрерывно оглядывая всю площадку, он помог Бет перебраться из инвалидного кресла на заднее сиденье полицейского автомобиля, а потом быстро закрыл дверь и сел рядом с водителем.
— Почему ты не сел со мной? — спросила Бет, когда машина тронулась.
Декер промолчал.
— О... — протянула она упавшим голосом, поняв, в чем дело. — Ты стараешься держаться подальше от меня на тот случай, если...
— Я поздновато подумал о том, что мне не стоит даже находиться в одном автомобиле с тобой, — сказал, повернувшись к ней, Декер. — Если Эсперанса прав, то в любой момент может состояться еще одно покушение на меня, и я не хочу подвергать тебя опасности. Мне невыносима даже сама мысль о том, что с тобой из-за меня может еще что-то случиться. — Краем глаза он непрерывно следил за следовавшими позади автомобилями.
— А я не могу перенести мысли о том, что придется расстаться с тобой, — отозвалась Бет. — Ты действительно серьезно решил, что нам нельзя видеться, пока все это не закончится?
— Если мне удастся придумать какой-то другой безопасный вариант, я обязательно предложу его, — сказал Декер.
— Мы могли бы убежать и скрыться.
Санчес тоже оглянулся назад.
— Могу вас заверить, что сержант Эсперанса не оценил бы этого. Больше того, я уверен, что он сделал бы все возможное, чтобы воспрепятствовать вам.
— Ведь это часть вашей нынешней работы, правда? — спросил Декер. — Позаботиться о том, чтобы я никуда не делся отсюда?
Полицейский промолчал.
— Думаю, что разумно было бы возвращаться не по Сент-Майкл-драйв, — сказал Декер. — Поезжайте другим маршрутом, чтобы мы не повторяли каждое наше действие.
Санчес смерил его заинтересованным взглядом.
— Вы говорите так, как будто не в первый раз опасаетесь слежки.
— Мне кажется, что с точки зрения осторожности вполне логично поехать обратно другим маршрутом. — Декер снова повернулся к Бет: — Мы высадим тебя возле твоего дома. Ты говорила, что на завтра у тебя намечена деловая поездка на восток. Сейчас самое подходящее время для такой поездки. Я понимаю, что вряд ли тебе хочется путешествовать с поврежденной рукой, но ты сможешь отдохнуть, когда доберешься до Нью-Йорка. Хорошо бы тебе остаться у родственников, когда закончишь свои деловые встречи. Пусть это будет не деловой визит, а поездка в гости. И еще, я думаю, что ты должна уехать как можно раньше. Сегодня же.
У Бет сделался совершенно ошарашенный вид.
— Это единственный приемлемый выход, — сказал Декер. — Хотя я все еще не могу до конца поверить в версию Эсперансы, но если все же окажется, что он прав, то этот кто-то, почему-то стремящийся разделаться со мной, сможет попытаться использовать тебя как оружие, возможно, даже похитить тебя.
— Похитить меня?
— Приходится считать это одной из возможностей.
— Иисус, Стив.
— Мы можем поддерживать контакт по телефону, и как только Эсперанса решит, что опасность миновала, ты сможешь возвратиться.
— Быть вдали от тебя...
— Может быть, это продлится недолго. Может быть, совсем-совсем недолго.
У них обоих как-то сразу кончились слова. Санчес заехал на подъездную дорожку дома Бет и предусмотрительно поставил машину почти вплотную к воротам в сплошной стене, огораживавшей участок.
Когда Декер помогал Бет выбраться с заднего сиденья, она поморщилась. Санчес ждал за рулем своего автомобиля, а они вошли во двор и замерли в тени портала, вглядываясь в глаза друг другу.
— Это наверняка какая-то ошибка, — сказала Бет. — У меня такое чувство, будто мне снится кошмар, но с минуты на минуту я проснусь в твоих объятиях, и окажется, что ничего этого не было.
Декер молча покачал головой.
— Ты можешь придумать хоть какую-нибудь причину, по которой кто-то стремиться убить тебя? — спросила Бет.
— Я задавал себе этот вопрос сто раз. Тысячу раз. И не могу найти никакого ответа, — солгал Декер. Он внимательно всмотрелся в ее лицо. — Раз уж мне не придется некоторое время видеть тебя, я хочу быть уверенным в том, что помню каждую черточку твоего лица.
Он подался вперед и поцеловал ее в губы, стараясь сделать это как можно нежнее и не задеть раненое плечо.
А Бет, как будто забыв о ране, обняла его здоровой рукой и прижала к себе, не желая отпускать, не обращая внимания даже на то, что непроизвольно вздрогнула от боли в раненом плече.
Она стояла, прижимаясь щекой к его щеке, и взволнованно прошептала:
— Давай убежим вместе.
— Нет, я не могу.
Она чуть отклонилась назад; глаза ее были такими же умоляющими, как голос:
— Прошу тебя.
— Санчес только что сказал тебе, полиция остановит нас.
— Если бы ты действительно любил меня...
— Именно потому, что я люблю тебя, я не могу так рисковать и подвергать тебя такой большой опасности. Предположим, что нам удастся обмануть полицию и удрать. Предположим, что при этом нас выследят те, кто невесть почему охотятся за мной. Да ведь нам придется ежеминутно оглядываться. Я совершенно не хочу для тебя этого. Я слишком люблю тебя, чтобы позволить себе разрушить твою жизнь.
— Еще раз прошу — пойдем со мной.
Декер твердо покачал головой.
— Ты даже представить себе не можешь, как мне будет тебя не хватать, — вздохнула Бет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71